In Imladris/ В Имладрисе

      Стрела вылетела из лука, и ее наконечник глубоко вонзился в плетеную солому мишени.       Через секунду еще одна стрела вонзилась в центр мишени.       — Леголас!       В мишень полетела третья стрела. Но на этот раз она сбилась с курса и вонзилась во внешний край среднего круга.       Леголас зарычал от разочарования, массируя рукой плечо. Он зашагал к мишени, не обращая внимания на двух эльфов, которые шли к нему.       Элладан и Элрохир догнали его у мишени. Несколько мгновений они наблюдали, как он изо всех сил пытался вытащить стрелу, которая глубоко застряла в соломе. Ни один из них ничего не сказал, когда Леголас тихо выругался себе под нос.       Элладан нахмурился, и в конце концов, просто шагнул вперед и выдернул стрелу одним плавным движением. Он передал ее Леголасу с улыбкой на лице. Но улыбка исчезла, когда он увидел лицо друга, тени у него под глазами и тусклый взгляд.       — Леголас? — нахмурившись, позвал он.       — Я в порядке, — натянуто сказал принц, выхватывая стрелу из его руки. Он положил ее обратно в свой колчан и зашагал прочь от мишени.       Близнецы последовали за ним. Элрохир нежно положил руку на плечо друга. Он почувствовал, как Леголас напрягся от этого прикосновения и передернул плечами, сбрасывая его руку.       — Леголас, в чем дело? — Элладан схватил Леголаса за руку, вынудив остановиться.       — Я в порядке, — пробормотал принц сквозь стиснутые зубы. — Оставь меня в покое.       — Ты не в порядке, — возразил Элладан. — Посмотри на себя. Любой может увидеть, что с тобой что-то не так. — Говоря это, он махнул рукой в сторону цели, с торчащей сбоку стрелой.       Прищурившись, Леголас сжал челюсти.       — Оставьте меня в покое.       — Ради Валар, Леголас, ты разве не можешь просто поговорить с нами? — спросил Элрохир. — Что-то не так, и мы хотим знать, что именно.       — Просто уйдите! Оставьте меня в покое! — Леголас даже не заметил как начал кричать в лицо своим друзьям.       Близнецы отступили на шаг, в их глазах плескалось беспокойство, и они злились на Леголаса за его глупую гордыню.       — Уходите! — снова закричал принц.       — Валар! — выругался Элладан, внезапно разозлившись. — Неужели ты не видишь сквозь свое упрямство, что мы пытаемся помочь? Перестань быть таким ребенком и поговори с нами!       При этих словах Леголас просто отвернулся, слегка дрожа. Элрохир вздохнул и шагнул вперед, положив руку на его плечо.       — Леголас? — нерешительно спросил он.       Светловолосый эльф резко обернулся, гневно прищурившись.       — Оставьте меня в покое! Я в порядке! Мне не нужно, чтобы вы двое нависали надо мной, как будто я не могу позаботиться о себе. На этот раз вы ничего не можете сделать. Мне не нужна ваша помощь.       — Тебе нужна наша помощь! — крикнул Элрохир. — Посмотри на себя! У тебя под глазами тени, ты скрываешь незажившие раны! Мы знаем, что что-то не так, и тебе нужно с кем-то поговорить! Ты не можешь спрятать это, как обычно. Тебе нужно преодолеть свое нелепое чувство гордости синдара, потому что это бесит.       Леголас стиснул зубы.       — Сколько раз мне нужно это повторить, чтобы это дошло до ваших тупых нолдорских голов? Мне не нужна помощь. Вы можете просто оставить меня в покое?       — Замечательно, — сказал Элладан. — Мы уйдем. — Он развернулся и зашагал прочь через поля, но Элрохир медлил.       — Леголас? — нерешительно спросил он, который снова повернулся к своему луку.       Принц даже не оглянулся.       — Уходи, Элрохир. Просто уйди.       Элрохир вздохнул и закатил глаза. Потом развернулся и последовал за своим братом, оставив Леголаса одного на поле.       Леголасу хотелось кричать. Но вместо этого он спокойно проверил оперение на стрелах, его ловкие пальцы быстро исправляли ошибки, которые могли повлиять на полет стрелы. Он говорил себе снова и снова, что друзья не поняли бы его, даже если он расскажет о том, что произошло. И он не хотел обременять их своими проблемами.       Леголас хорошо знал, через какие испытания близнецы прошли со своей матерью, и не хотел заставлять их волноваться. Он должен был казаться сильным ради них. если он проявит слабость, то это ничего не решит, а только приумножит беспокойство Элладана и Элрохира. И Леголас не хотел этого делать. Лучше промолчать, дать им успокоиться и продолжать притворяться, что все в порядке. Вот почему он прогнал их.       Тогда почему, подумал Леголас, поправляя оперение на другой стреле, он чувствовал себя таким виноватым?

***

      Леголас сидел на траве, уставившись в никуда, положив ножи на колени. Он не мог заставить себя использовать их.       Внезапно рядом с ним кто-то сел.       Когда Леголас попытался встать, чтобы поприветствовать его, Глорфиндел махал рукой.       — Сиди, — сказал он, внимательно смотря на принца. — Как у тебя дела?       Леголас просто пожал плечами, поэтому Глорфиндел продолжил:       — Дай угадаю. Ты не можешь спать по ночам, лежишь без сна, и каждый раз, когда закрываешь глаза, начинаются кошмары. Ты не можешь избавиться от страшных образов в своей голове. Ты не хочешь есть, не можешь отдыхать. И не можешь заставить себя взять в руки ножи в страхе перед тем, что они принесут плохие воспоминания. Ты онемел внутри. Все правильно?       Леголас выронил ножи и удивленно поднял глаза.       — Как…       Глорфиндел взял ножи и покрутил их в руке.       — Я давно живу на Арде. И знаю, как выглядит отчаяние. Я знаю, как выглядит эльф, который начинает терять себя во тьме.       Глорфиндел слегка улыбнулся, встретив растерянный взгляд Леголаса.       — Я знаю о том, что произошло, — медленно сказал он. — Я знаю о смерти твоего патруля и о твоих травмах. И я знаю, ты винишь себя, малыш. Но ты сделал все, что мог. В том, что произошло, нет твоей вины.       Леголас посмотрел на него и попытался улыбнуться, но ничего не получилось. Он знал, что не виноват в смерти своих товарищей. Он боролся изо всех сил, но они все равно погибли.       — Я понимаю, что ты не хочешь говорить об этом. И возможно, я не очень подхожу для такого разговора. Я видел слишком много. Но ты должен поговорить с кем-то, Леголас, или это поглотит тебя.       Принц молчал, и Глорфиндел вздохнул.       — Поговори с кем-нибудь. Я знаю, что тебя беспокоит, малыш. Я видел все это раньше. И ты не слабак, так что не сомневайся в том, что ты делаешь. Я сам делал то же самое бесчисленное количество раз. Но важно то, что я все еще здесь. Ты продолжишь борьбу. И не думаю, что Элладан и Элрохир позволят тебе сдаться.       Услышав имена близнецов, Леголас поморщился.       — Они…       — Они пытаются помочь, — сказал Глорфиндел, — но иногда они бывают вспыльчивыми, особенно когда им напоминают о болезненных событиях, через которые они прошли. Элладан и Элрохир до сих пор не могут забыть мучения своей матери в логове орков. Теперь они беспокоятся о том, что не могут помочь тебе. И это их злит.       Леголас со вздохом поднялся на ноги, слегка поморщившись от боли в шрамах.       — Я пойду в лес, — сказал он. — Может быть, я найду там немного покоя.       Глорфиндел кивнул и тоже встал.       — Я надеюсь на это. Я пойду в дом, потому что у меня есть дела. Но ты должен с кем-то поговорить. Ты в Имладрисе. Нет места более безопасного или лучшего для исцеления. Запомни это.       Леголас кивнул.       — Не могли бы вы сказать Элладану и Элрохиру, что я сожалею о том, что накричал на них?       — Они и так это знают, — тихо сказал Глорфиндел. — Но я все равно передам твои слова. — Он развернулся и ушел.       Леголас смотрел ему вслед. Он не знал что и думать. Разве все легко могли заметить, как он барахтается в своем отчаянии? Как и Трандуил, Элладан и Элрохир просто пытались помочь, а он отвернулся от них. Он разозлил их, хотя и не хотел этого. Но имело ли значение то, что он сделал это не специально? Даже если он старался изо всех сил, все равно потерпел неудачу. Он подвел всех.       Леголас вздохнул и медленно пошел через поле к лесу. Глорфиндел был прав. Он был не в Лихолесье, а в Имладрисе. Самом безопасном месте на Арде.       Тогда почему он все еще чувствовал себя таким разбитым?

***

      Письмо выпало из руки Элладана, когда он в шоке уставился на своего отца.       — Это правда? — почти шепотом спросил он.       Элрохир встал рядом с братом, находя утешение в его присутствии. Элронд печально кивнул.       — Я боюсь того же, что и Трандуил. Я подумал, что стоит показать вам письмо, чтобы вы понимали, что происходит с Леголасом.       Элладан не двигался, оцепенев от ужаса, вспомнив свои резкие слова, сказанные другу.       Элронд встал и подошел ближе к сыновьям.       — Что такое? — тихо спросил он.       Элладан открыл рот, но не мог сказать ни слова.       — Мы наткнулись на Леголаса на поле для стрельбы из лука, — сказал Элрохир. — И много чего наговорили.       Элладан покачал головой.       — Мы бросили его, когда должны были остаться и помочь. Что мы наделали?       Элронд крепко обнял своих сыновей.       — Вы не знали, — успокаивающе пробормотал он. — И Леголас не будет держать на вас зла. — Он отстранился и посмотрел Элладану в глаза. — Вы его друзья.       Близнецы дружно кивнули и направились к двери. У двери они встретили Глорфиндела, который сочувственно улыбнулся им.       — Он в лесу. Он просил передать, что сожалеет о том, сказал.       Лицо Элладана побледнело.       — Это мы должен извиняться, а не он!       Глорфиндел сжал его плечо.       — Успокойся. У вас будет достаточно времени, чтобы загладить свою вину. Не ходите за ним сейчас. Я полагаю, он отдыхает в лесу. Дайте ему как можно больше времени, чтобы обрести покой.       Элронд кивнул в знак согласия.       — Найдите его вечером, когда начнет темнеть. Вы нужны ему.