In Imladris/ В Имладрисе

      Элладан и Элрохир молча шли по коридору. Прошлой ночью Леголас, наконец успокоился и они помогли ему вернуться в дом. Пока они шли, друг рассказал о том, что с ним произошло, о нападении и о том, что было после.       Близнецы слушали и шагая рядом с ним. Они больше ничего не могли сделать или дать мудрый совет, который мог бы исправить всю ситуацию. Поэтому они просто слушали и позволяли принцу выговориться. Добравшись до своей комнаты, Леголас сразу же заснул, и кошмаров не было.       Однако сегодня вечером, когда близнецы приблизились к его двери, то услышали приглушенные всхлипы. Не раздумывая, они ворвались в комнату.       Леголас метался на своей кровати, покрывало скрутилось вокруг него. Его глаза были широко раскрыты и расфокусированы, а на теле выступил пот. Близнецы заметили, что он все еще был одет в свою охотничью тунику и легинсы, как будто ожидал нападения в любой момент. Его ножи лежали у кровати.       Близнецы подпрыгнули, когда Леголас закричал, извиваясь в отчаянной попытке убежать от ужасных образов.       — Нет! — закричал он. — Отступаем. Бегите! НЕТ!       Элладан бросился вперед и стащил покрывала с друга. Элрохир протянул руку и прижал Леголаса к матрасу.       — Леголас! — позвал он. — Успокойся, друг мой.       Элладан присоединился к нему и схватил принца за плечи.       — Леголас, — успокаивающе прошептал он. — Успокойся.       Глаза Леголаса медленно сфокусировались, и он моргнул, сбитый с толку.       — Элладан, — пробормотал он.       Внезапно Леголас вскочил с кровати. Хотя он не потянулся за своими ножами, но все же был напряжен. Его легкая туника промокла от пота и прилипла к телу.       Близнецы внимательно наблюдали за ним.       — Все в порядке, друг мой, — пробормотал Элрохир. — Все в порядке.       — Ничего не в порядке! — закричал Леголас. — Как ты можешь так говорить? — Он провел рукой по волосам и на мгновение замер в нерешительности. Внезапно он пронесся мимо близнецов и зашагал по коридору.       — Леголас! — закричал Элладан, когда они последовали за ним. — Леголас, успокойся.       Принц покачал головой.       — Нет, мне нужно… Мне нужно выбраться наружу. Я не могу этого сделать. Я не могу.       Элрохир вздохнул.       — Можешь, Леголас.       — Слова мало что значат, Элрохир, — ответил Леголас. — Все говорят мне, что я могу это сделать, но я знаю, что не могу! — Его голос снова повысился, и он ускорил шаг. — Я не могу…       Они достигли дверей, ведущих во внутренний двор, и Леголас сбежал по ступенькам. Близнецы последовали за ним, и Элладан поймал друга за руку, останавливая.       — Тебе нужно успокоиться, Леголас! — твердо сказал он. — Тебе нужно поговорить с нами.       — Что хорошего могут сделать разговоры? — воскликнул Леголас.       Элрохир вздохнул.       — Леголас, успокойся. Только поговорив мы сможем помочь. Мы чувствуем себя бессильными, наблюдая за твоими метаниями.       — Хорошо, — пробормотал принц. — Мы можем поговорить. Но о чем?       — Тебе приснился кошмар? — тихо спросил Элладан.       Леголас некоторое время молчал, потом поднял взгляд и прикусил губу.       — Да.       — О чем?       — Я не… — Леголас сделал паузу. — Я не хочу об этом говорить. Если я это сделаю, то увижу все снова.       Элладан вздохнул.       — Что увидишь?       — Все, — тихо сказал Леголас. — Всех, кто погиб в том патруле. Я вижу, как орки снова наступают, вижу моих воинов, и они умирают снова и снова. Я вижу это почти каждый раз, когда пытаюсь заснуть. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу кровь, бойню, которую видел на той поляне. Это преследует меня, и я не могу от этого избавиться.       Элрохир нахмурился, а затем повернулся и, что-то прошептав на ухо своему брату, поднялся по ступенькам в дом.       — Куда он? — спросил Леголас, смотря ему вслед.       — Взять кое-что, — сказал Элладан. Он сел на камень во дворе, потянув Леголаса за собой. — Тебе нужно поговорить. Ты должен рассказать, что происходит у тебя в голове.       — Зачем тебе это знать?       — Валар! — воскликнул Элладан. — Потому что я не могу позволить кому-то еще, кого я люблю, поддаться Тени. Потому что в последний раз, когда это случилось, мы с Элрохиром едва пережили это. Я не могу смотреть, как ты угасаешь. Я не могу позволить тебе умереть. Я не могу подвести кого-то еще, только не снова.       — Хорошо, — медленно сказал принц. — Хочешь знать, о чем я думаю?       Элладан кивнул.       — Я думаю, — начал Леголас, — что вся борьба бесполезна. Что все, что я делал, бессмысленно. Я знаю, что в произошедшем нет моей вины, но это ничего не меняет. От этого становится только хуже. Я боролся так сильно, как только мог, и все же Тень победила. Орки убили мой патруль, всех тех, кто был под моим командованием. Они доверяли мне, надеялись, что я смогу что-то сделать против Тени, поглощающей наше царство. И я подвел их.       Элладан слушал, как Леголас продолжал говорить, его голос был мягким в тихой ночи.       — Я больше ничего не могу сделать. Я так долго сражался, и каждый раз, когда я беру свой лук и клинки, каждый раз, когда я убиваю очередного орка, я задаюсь вопросом, в чем смысл. Что бы я ни делал, все умирают, наше царство отступает перед лицом тьмы. Нет способа остановить это, так почему я должен продолжать сражаться?       Элладан кивнул.       — Кажется, я понимаю, — медленно сказал он.       — Правда? — спросил Леголас. — Ты понимаешь? Ты живешь в Имладрисе. Вы защищены, ваш дом в безопасности. У лорда Элронда есть сила, чтобы долго противостоять угрозам Мордора. А в Лихолесье против зла только жизни наших воинов.       — Леголас, я не ребенок! — сказал Элладан. — В последнее время я проводил больше времени за пределами Имладриса, чем дома. Только охотясь на орков, я могу удовлетворить свои ярость и отчаяние. Ты думаешь, мы защищены? Попробуй рассказать это моей матери!       — Мне жаль, — пробормотал Леголас, после продолжительного молчания. — Я не хотел.       Элладан покачал головой.       — Я не могу запретить тебе задавать эти вопросы. Я также не могу дать тебе необходимые ответы. Но я могу сказать, что надежда есть. Ты можешь увидеть это здесь и в тех местах на Арде, которые еще не запятнаны Тенью. Ваши воины будут продолжать сражаться, и за каждого, кто падет, другой встанет, чтобы почтить их память.       Принц опустил голову, и Элладан вздохнул.       — Леголас, я не могу произнести слов, которые волшебным образом изменили бы ситуацию. Честно говоря, я ничего не могу сделать, чтобы ты увидел надежду. Я знаю, как мрачно все выглядит. Мы с Элрохиром уже видели этот пейзаж раньше. В некотором смысле, мы все еще его видим. Нелегко выбираться из этой ямы отчаяния, и думаю, что мы не выберемся отсюда, пока все не закончится.       — Тогда как я могу продолжать сражаться? — прошептал Леголас. — Я просто… Я просто не знаю как.       — Я тоже, — сказал Элладан. — И мой брат тоже. Отец и Глорфиндел, вероятно, могли бы долго с тобой разговаривать, но они тоже не знают. Но ты все еще воин, что бы ни случилось. Ты все еще можешь сражаться. Даже Галадриэль не может все изменить в лучшую сторону. Но мы можем быть рядом, если тебе нужно плечо, на которое можно опереться, или с кем-то поговорить. Мы можем быть твоими друзьями, и это сейчас самое главное.       Леголас улыбнулся и поднял глаза.       — Спасибо, — тихо сказал он. — Спасибо, друг мой.       Элладан ухмыльнулся, и в этот момент дверь в дом открылась, и Элрохир с самодовольным видом спустился по ступенькам. В его руках были три бутылки вина. Он подошел к месту, где сидели Леголас и Элладан, сел рядом и передал им две бутылки.       — Наслаждайтесь, — сказал он с улыбкой. — Я думаю, тебе это нужно, Леголас.       Принц откупорил бутылку и одобрительно понюхал.       — Винтажный «Дорвинион», — пробормотал он. — Впечатляет, Элрохир. Как, во имя Варды, ты раздобыл это?       Элрохир усмехнулся.       — Стащил из личного хранилища отца в его кабинете. Я взял его ключи пока он крепко спал. Он ничего не заметил.       Элладан сделал глоток вина и рассмеялся.       — Ты пропустил поучительную беседу, брат, — сказал он. — Но я думаю, что время прошло, не так ли, Леголас?       Принц сделал большой глоток из своей бутылки вина и приподнял одну бровь.       — Это хорошее вино. И да, Элладан, поучительные беседы не длятся так долго, когда речь идет о вине. Я давно это понял.       Элрохир усмехнулся.       — Не хочешь уточнить?       — Я живу в чертогах моего отца, — сказал Леголас. — У нас часто бывают праздники. С большим количеством вина. Вы были бы удивлены некоторыми разговорами, которые могут произойти, когда вы соберете большую часть королевства в одной комнате и снабдите их «Дорвинионом».       Элладан усмехнулся.       — Ты еще не видел, как Эрестор и Глорфиндел устраивают соревнование по выпивке.       — Однажды отец к ним присоединился, — сказал Элрохир. — Это была самая смешная вещь, которую я видел за целую эпоху. Пьяный Эрестор веселый. Он пытался вызвать Глорфиндела на дуэль.       Леголас рассмеялся.       — Пожалуйста, скажи мне, что Глорфиндел не принял вызов!       — Принял, — сказал Элладан. — Но, к счастью, ни один из них не мог вспомнить разговор на следующий день, так что по сей день дуэли не было.       — А жаль, — сказал Элрохир, потягивая вино. — Обычно смешно наблюдать за тем, как Эрестор сражается. Но смотреть, как он дерется пьяный…       — А смотреть, как Глорфиндел дерется пьяным, должно быть, еще веселее, — сказал Леголас. — Хотя он, вероятно, все равно превзошел бы нас в бою.       — Настанет день, когда мы победим его, — сказал Элрохир. — И это будет великолепно.       Леголас фыркнул очень не по-королевски, и Элладан рассмеялся.       — И настанет тот день, когда гномы придут в Имладрис, дорогой брат!

***

      На балкон вышел Элронд и улыбнулся, наблюдая, как его сыновья и их друг расслабляются. Позади него раздались шаги и вскоре к нему присоединился еще один эльф.       — Не мог уснуть? — криво усмехнулся Элронд.       — Ты забываешь, друг мой. — улыбнулся Глорфиндел, — что моя комната рядом с комнатой Леголаса. Я проснулся, когда услышал, как он мечется по кровати. Но подумал, что будет лучше, если твои сыновья помогут ему. И я подслушал их разговор. Думаю, он идет на поправку.       Элронд глубоко вздохнул, наблюдая, как Леголас указывает на определенную звезду.       — Я надеюсь на это. Надеюсь, шрамы начнут заживать.       Глорфиндел кивнул. Внезапная мысль поразила его, и он повернулся к другу.       — Элронд, — сказал он с любопытством, — как, во имя Илуватара, Элрохир получил твои ключи? Ты ведь знаешь, что у них есть твой винтажный «Дорвинион», не так ли?       Элронд снова усмехнулся.       — Утром они не будут так веселиться, — сказал он, криво усмехнувшись. — Что касается вина, то я притворился спящим. Я думал, что они все нуждаются в этом вине. Тебе стоит иногда пробовать.       Глорфиндел фыркнул.       — Я пробовал. И тоже не был очень весел на следующее утро. Это действительно того не стоит.       Элронд поднял одну бровь и пожал плечами.       — Я хотел предложить тебе немного «Дорвиниона», который мне удалось спасти от моих сыновей, но ты, очевидно, не хочешь. — Он достал два полных бокала вина из-за спины.       Глорфиндел вздохнул.       — Дай сюда, — сказал он, игнорируя поднятую бровь Элронда и едва слышный смешок. Он сделал большой глоток, а затем облокотился на перила балкона, когда со двора донесся громкий взрыв смеха. — Хорошо быть молодым, — сухо сказал он.       Элронд рассмеялся.       — Да, друг мой. И завтра у них наверняка будет гораздо меньше болеть голова, чем у нас.       Теперь настала очередь Глорфиндела поднять бровь.       — Элронд! — сказал он в шоке, когда лорд Имладриса вытащил еще одну бутылку. — У нас обоих завтра много дел. Я даже не знаю, что на тебя нашло.       Элронд рассмеялся, наливая еще вина.       — Я тоже, — сказал он, наблюдая за молодыми эльфами