Сказка о далёком пригороде

      - Мой брат видел тебя вчера у старого бассейна, и я знаю, зачем ты туда ходил. Джесси отложил свой сэндвич в сторону, прожевал, как следует и, взглянув Эвану прямо в глаза, спросил:       - И что ты будешь делать с такой информацией? Собираешься рассказать об этом каждому придурку из школы? Или тебе что-то нужно от меня?       - Нет, просто у меня есть деньги, и я подумал…       Вот с чего всё началось. Не с Эвана, нет. С Адама, который увидел Джесси у бассейна. Что он там делал, как оказался там? Джесси мог только догадываться, но в том, что оказался он там случайно, Уэйд сильно сомневался.       Адам давно слышал слухи от друзей – о мужчинах, которые появляются там с одной конкретной целью. Эти слухи были просто темой для разговоров, грубых пошлых шуток, но однажды вечером Адам оставил машину неподалёку и пошёл прогуляться, его одолело непонятное любопытство. Какого же было увидеть там Джесси! Он стоял там, съёжившись от ночного холода, и ждал кого-то. Адам близко не подходил, не хотел, чтобы его кто-то видел, но наблюдал, не отрываясь, чуть ли не затаив дыхание. Когда он увидел, как Джесси садится в машину к незнакомцу, взрослому мужчине, Адам убедился, что Джесси тоже из этих парней. «Выродок», - пробормотал он себе под нос слова, которые обычно говорил отец о геях.       Дома в разговоре с Эваном эта тема стала точно такой же темой для шуток, как и в компании с друзьями, вот только обоих парней это известие натолкнуло и на другие мысли, совсем непохожие на те, что они говорили друзьям и друг другу. Эван позже позволил себе свои смелые мысли озвучить, адресовав самому Джесси, завязав после с ним отношения, а Адам, всегда боявшийся не угодить отцу, метался в непонимании, и его растерянность выражалась в гневе. «Это был просто бездумный порыв, ничего больше», - так он сказал бы кому-то, если бы спросили, зачем он пошёл туда. И это отнюдь не было правдой. Даже он сам понял это, но сильно позже, когда оставалось только о многом жалеть и мечтать отмотать назад.       Да, всё началось с Адама и закончилось тем, чем закончилось, но, пожалуй, если бы Джесси тогда отказал Эвану, очень многое бы не случилось. Всё бы пошло иначе, если бы он тогда ни на что не согласился.

Спустя 8 лет

      - Шевели булками быстрее, Пайпер! - раздражённо крикнул Томас, открыв дверь забегаловки, где они с напарником часто покупали еду.       Райан Пайпер, его напарник, опёршись на барную стойку, пытался флиртовать с девушкой из персонала, что сейчас было совсем не кстати. Он вообще-то должен был поторопиться, и Том ему об этом сразу сказал.       Выйдя из небольшого здания с двумя пакетами, Пайпер, не успев сесть в машину, залепетал:       - Ты мне всё попортил. Я только нашел к ней подход, ещё бы немного, и мы бы договорились поужинать!       - Договоритесь в другой раз. Я ведь говорил, что сегодня нам нужно быть на другом конце города, так что обед будет короче.       - Это ведь даже не обязательно, зачем так спешить… - вздохнул Райан.       - Нет, раз я говорю, значит, обязательно. Нам нужно там быть и как можно скорее.       На этом Том закончил говорить и, даже когда парень спрашивал почему, Том не отвечал, а только жевал в спешке и кофе выпил только в конце залпом. Отряхнувшись, он собрал весь мусор, вылез, чтобы выбросить его и, вернувшись в машину, пристегнул ремень, проверяя в зеркале, как выглядит.       - Убирай всё, - сказал он напарнику.       - Но я не доел.       - Это твоя проблема, Пайпер! Сегодня я вынужден так с тобой разговаривать. Ты накосячил.       - Знай я тебя пару недель, а не лет, я бы сказал, что ты мудак, Морроу. Противный мудень.       - Да пофиг, но давай всё-таки поспешим, - Том завёл мотор и стал притопывать ногой, ожидая, когда Райан со всем закончит.       Он нервничал. Старался держаться, но его разрывало от нетерпения, а медлительность Пайпера, будто специальная, злила просто невероятно сильно, точно так же, как и злили пробки, и пешеходы, и светофоры – буквально всё.       Когда машина полицейских наконец остановилась возле здания университета, в конференц зале которого проходила лекция о домашнем насилии, Том отстегнул ремень и кинулся к двери, буквально взбежав по небольшой лестнице. Подойдя к охраннику на входе, он выдал на одном дыхании, прожёвывая слова:       - Добрй день, я летенат Томас Морроу, приехл на конфренцию.       - Что-то вы припозднились, лейтенант, всё вот-вот начнётся… - отвечал мужчина, хмуря брови и быстро пробегая глазами по списку гостей.       Пока Том ожидал, продолжая нервно подёргивать ногой, к нему уже подоспел Пайпер и тихонько побеспокоился:       - Эй, всё под контролем?       - Да, но опоздать нельзя. Не хочу мешать людям и отвлекать выступающих. Проверьте ещё его имя – сержант Райан Пайпер.       Томас только сейчас понял, что забыл о Пайпере, но краснеть не собирался. Он был сконцентрирован лишь на том, чтобы вовремя занять своё место в зале, поэтому, когда охранник их пропустил, Томас без всякого стеснения, взяв Райана за руку, побежал с ним, словно главные герои фильма «Посторонние» в Лувре, совсем позабыв будто, сколько им лет, и кем они работают. Они почти заняли свои места, когда свет в зале убавили и на сцену вышла девушка, с благодарностью поприветствовавшая всех, кто пришёл на конференцию.       Тома и Райана заслали туда из офиса скорее для галочки, нежели ради получения профессиональных знаний, и они оба решили, что куда полезнее будет потратить это время на работу, но прямо накануне Том случайно узнал, кто будет среди выступающих.       Уже вскоре ведущая объявила первого лектора:       - Первым перед вами выступит Джесси Уэйд - общественный деятель, руководитель проекта по борьбе с домашним насилием, член благотворительного фонда «Рука помощи». Мистер Уэйд является создателем программы бесплатной помощи пострадавшим от домашнего насилия, его команда оказывает полную психологическую и юридическую помощь жертвам, а также даёт убежище тем, кто не может вернуться домой из-за угрозы жизни и здоровью.       «Мистер Уэйд», «руководитель проекта», - это звучало так непривычно, Том почти расплылся в улыбке, быстро взяв себя обратно под контроль, подумав, как странно будет выглядеть, улыбаясь такой теме.       Хоть Том и сидел достаточно далеко от сцены, увидев парня, застыл, приоткрыв рот. Пока он следил за ним, внимательно слушая, всё остальное в момент перестало существовать. В глаза сразу бросалось, что Джесси стал немного выше, стоял, наконец, уверенно расправив плечи, не опуская голову. Он даже набрал массу и теперь кажется куда более мужественным, нежели раньше, и нет в этом ничего удивительного, ведь прошло 8 лет, однако для Тома эта перемена была резкой и непривычной. Видеть её было очень приятно, за парня хотелось лишь порадоваться. «Но причёска у него по-прежнему требует вмешательства парикмахера», - подумал Том, всё-таки улыбнувшись. - "А я чуть не сломал его, стоило мне только сделать так, как приказал тогда Хармон". Он знал, что Джесси не увидит его, потому уже обдумывал, как пройти за сцену и поговорить с ним, но пока стоило только ждать…       И всё же отчасти Томасу даже не верилось, что это он вот такой. «Так повзрослел», - думал лейтенант, растянувшись в тёплой улыбке уже без всякого стеснения, бегая глазами по силуэту этого, будто почти незнакомого ему теперь, парня. В воспоминаниях Тома Уэйд так и был всё это время мальчиком, о котором нужно было кому-то заботиться, а сейчас он сам тот человек, кто заботится о других, Том был так рад и так гордился им. Хотелось скорее его обо всём расспросить: как он живёт, всё ли у него в порядке, есть ли у него теперь семья, друзья, даже хорошо ли он спит и питается, не работает ли на износ.       Томас думал о парне в течении всей конференции, решив, что лезть на сцену и устраивать переполох посреди неё – это крайне дурной тон, но от долгого ожидания он всё больше и больше нервничал, и от внимания Пайпера это не ускользнуло.       - Том, чёрт тебя дери, успокойся, пожалуйста. Ты нервируешь людей, - шепнул Райан, ударив его по ноге, которой он, не переставая, дёргал, притопывая.       Том, прикусив губу, действительно успокоился, постарался больше не двигаться, сжав вместо этого подлокотники, впиваясь в них пальцами. «Если Джесси уедет, пока они все выступают, это будет невероятно обидно», - думал он, насчитав уже шестерых выступающих после Уэйда.       Когда лекторы закончились, и ведущая вышла на сцену, чтобы объявить всё-таки о завершении конференции, Томас уже был готов взорваться. К счастью, они с Пайпером сидели почти у самого края, поэтому он был на низком старте и тут же вскочил, когда были озвучены слова благодарности за посещение и прощание. Забравшись на сцену, Томас скользнув в ту же сторону, куда ушла и ведущая, открыл дверь и как раз наткнулся на девушку.       - Здравствуйте, Джесси Уэйд ещё здесь? Мне бы хотелось поговорить с ним.       Ведущая замешкалась, не ожидая, что кто-то вот так вдруг появится здесь, но в разговор вмешалась другая девушка, подоспевшая к ней на помощь. Она была довольно высокая, с короткими тёмными волосами и бледноватой кожей, одетая в чёрные джинсы, чёрную кожаную куртку и серую футболку, которая была такая широкая у горла, что можно было невольно разглядеть узор бра, так неприлично выглядывающего из под неё. Держалась она расслаблено, и в самом её виде чувствовалась уверенность, несколько пугающая даже – она бросила на Тома такой взгляд, что он сразу ощутил некую угрозу.       - Кто вы? – спросила она настороженно. – Зачем пришли?       - Мне нужно увидеть Джесси Уэйда. Я лейтенант Томас Морроу. Если он здесь, сообщите ему обо мне, пожалуйста.       - Насколько мне известно мистер Уэйд в полицию не обращался, почему к нему наведывается вдруг полицейский?       - Это не полицейское расследование, я знаю парня лично.       - Не думаю, что Джесси будет рад увидеть копа, он их не любит, - сказала она, бесцеремонно потеребив рубашку Томаса, словно это тряпьё какое-то.       - Да… и правда… - кивнул Том, даже не думая закатывать скандал с той, что по виду была к нему очень даже готова. – Копов он правда не любит.       - На этом всё? – она задрала бровь и сложила на груди руки, ожидая всё-таки ругани.       - Скажите ему моё имя, он давно знает меня.       - Может, я лучше скажу ваше имя охране?       Рассеянно оглянувшись, Томас поджал губы, подумав, как странно выглядит, извинился за свою наглость и медленно направился обратно в зал, где его напарник Райан, продолжая удивляться тому, как странно ведёт себя Морроу сегодня, перешёл в наступление, сочтя это подходящим моментом, чтобы начать задавать вопросы:       - Объясни мне, что с тобой? Что на тебя нашло? Куда делось твоё обычное спокойствие и непоколебимость? – спрашивал он у Тома, когда они спускались вниз по лестнице вместе с множеством других людей.       Том с печальным видом ответил:       - Тот первый лектор, Джесси Уэйд – я знаю этого парня, но уже много лет его не видел.       - И что он? Откуда знакомы?       - Давай не сейчас, после, - ответил Том и стал протискиваться мимо людей, столпившихся у скамей.       - Если ты думаешь, что я отвяжусь от тебя, то ты ошибаешься, - снова сказал Пайпер, когда они покинули здание.       - Разумеется, ты же самый надоедливый чудик из всех, что я знал.       - Да ты меня обожаешь, не ври. И не переводи тему. Мне нужны ответы. Что за парень такой?       - Я вёл его дело некоторое время.       - Он что преступник?       - Нет, наоборот. Но в конечном итоге и дело до суда не дошло, и мы с Джесси неприятно распрощались.       - Так он хороший парень?       - Да, вполне… хотя не знаю, что он теперь за человек. Мы не общались много лет, до сегодняшнего дня я и не знал даже, как он сейчас выглядит.       Когда они сели в машину, Райан спросил, заглядывая Тому в глаза в попытках понять произошедшее:       - Вы дружили?       Том вздохнул, посмотрев куда-то в сторону отстранённым таким взглядом, непонятным Пайперу.       - Я в какой-то момент подумал, что он считает меня другом, но ошибся. Мы прям реально плохо расстались с ним, я хлопнул дверью перед его носом, кажется, а он кричал мне в след самые разные гадости и слал нахер. Потом я уехал из города, не попрощавшись.       - Оу… так ты… извиниться планируешь? Всколыхнуть прошлое, разобраться во всём? – предполагал Пайпер, жестикулируя.       - Посмотрим, - снова вздохнул Том. – С Джесси всегда сложно что-то планировать.       - Любопытно, - закивал напарник. – Так вы встретились за сценой?       - Нет, мне помешали. Но я запомнил название фонда, найду его и заеду к Джесси завтра.       Закивав, удовлетворив своё любопытство, Пайпер больше не задавал вопросов – он был болтлив по своей сути, но видел, как Том ведёт себя, и понимал, что тема для него явно непростая, стоило на этом пока остановиться.       Не заводя машину, Том дал себе время перед возвращением к работе – отвернулся к окну и прикрыл глаза. Мысли его наполнились самыми разными моментами прошлого – от ругани с Джесси до разговоров по душам, от молчаливых напряжённых ужинов до просмотра фильмов, сидя на диване под одним пледом в объятьях друг друга…

8 лет назад

      Джесси проснулся ближе к утру. Уже наступил декабрь, рассветало поздно, поэтому комната была ещё в потёмках в шесть часов утра. Почти на ощупь проследовав в кухню, Джесси налил воды в стакан почти до краёв и осушил весь. Он чувствовал себя довольно погано от произошедшего в последние сутки – перелом носа нёс за собой определённые неудобства, к тому же шеф наверняка снова не допустит его к работе, если узнает. Парень пока не видел себя в зеркале, но знал, что будет синяк на всё лицо. Невозможность работать означала отсутствие денег, и Джесси думал именно об этом в первую очередь, совсем не о том, как нос заживёт, будет ровным или кривым в итоге. Сможет ли он впоследствии нормально дышать; именно об этом стоило волноваться обычному человеку, но не бедному парню, у которого не закрыты самые основные потребности.       Присев на стул, Джесси тоскливо выглянул в окно, за которым медленно падал снег крупными хлопьями, напоминая парню, что всё в мире идёт своим чередом, как и всегда, в то время как его жизнь рассыпается вдребезги. Грудь его быстро вздымалась от тревожных мыслей, сердце билось в груди так, что он ощущал его всем телом. Будущее виделось парню довольно туманным. Той ночью, поддавшись тревоге, он больше не смог уснуть. К нему тогда пришло ясное понимание того, что его жизнь разделилась на до и после, вот только, когда этот момент случился, он пропустил. Жизнь часто казалась ему непростой, но когда она превратилась в сущий кошмар?

***

      Когда мистер Сандерс проснулся от звонка своего будильника, он осторожными шагами спустился по лестнице и увидел пустующий диван, на котором должен был спать Джесси, и кресло, в котором мирно спал Том, отказавшийся оставить Джесси одного на ночь.       Мальчик обнаружился в кухне: он сидел на стуле, прижимая к себе колени. Маленькая одинокая фигурка. «Должно быть, замёрз», - подумал мистер Сандерс и, взяв плед с дивана, накрыл им Джесси, вздрогнувшего от испуга – так погряз в своих мыслях, что даже не услышал шагов.       - Доброго утра. Как ты? – поинтересовался учитель, присев рядом.       - Можно я не буду отвечать?       Саймон просто кивнул, и Джесси отвернулся, видя, с каким беспокойством мистер Сандерс смотрит на него.       - Что ты ешь на завтрак? Я обычно варю себе кашу с ягодами или фруктами, ты будешь? – снова начал учитель.       - Нет, я и так слишком злоупотребил вашей добротой. К тому же вам нужно собираться на работу.       - Ладно, но Том будет здесь. Мы с ним поговорили вчера и решили, что вам обоим будет лучше пока остаться у меня.       - При чём тут Том? – не понял Джесси, даже не заметивший, что он спал рядом, охраняя его сон. – Не нужно его вмешивать. И вообще я не понял вас, - насторожился парень.       - Тебе нужно прийти в себя, поберечься. Работа и учёба тебе пока противопоказаны, к тому же Адама выпустили вчера под залог, и мы пока не знаем, как ещё отреагирует Фрэд Хармон, и семья Адама… Том предложил свою помощь, он будет приглядывать за тобой, когда будет возможность, а ты поживи пока у меня, учись дома. Отдыхай. Наберёшься сил...       - Я против такого. Вы и так достаточно сделали, за мной не нужно приглядывать. Что ещё за «приглядывание»?       - Том сказал, у тебя дома так же холодно, как и на улице, из-за разбитых окон. Не думаю, что будет хорошей идеей возвращаться туда и… ожидать там Адама. Кто знает, что ему придёт в голову. И будет куда лучше, если Том останется рядом на всякий случай.       Джесси встал и отвернулся, сложив руки на груди.       - Это ради твоего блага, и меня это никак не напрягает. Мне будет только спокойнее от того, что ты здесь.       - Это неприемлемо.       - Джесси…       - Вы и так делаете слишком много, я не смогу отплатить!       - С чего ты взял, что обязан?       - А как иначе? Я что ли должен просто сидеть у вас на шее? Пока вы работаете, я тут буду слоняться по дому и бездельничать?       - Ты думаешь, у меня не хватит денег обеспечить твоё пребывание здесь? Джесси, я не хочу делать что-то неуместное, но домой тебе возвращаться точно нельзя, ты там не будешь в безопасности, хотя, если ты знаешь какие-то другие варианты, скажи мне. Я ведь не собираюсь держать тебя тут, как преступника, я беспокоюсь. Неужели тебе самому не страшно?       - Доброе утро, - вдруг послышался голос сонного Томаса.       - А он что тут делает? – спросил Джесси, увидев полицейского. Вопрос прозвучал очень грубо, стоит отметить.       - Том вчера остался здесь, присматривал за тобой.       - Да зачем за мной присматривать!? – разозлился Уэйд. – Я нос сломал, а не умом тронулся!       Поддавшись эмоциям, Джесси кинулся в гостиную в поисках своих вещей, которые собирался надеть, чтобы покинуть этот дом. Ему не нравилось быть зависимым от чьей-то доброты, жить на чужие средства, эта забота мистера Сандерса была унизительна, и в то же время Джесси не считал, что достоин её. За какие такие заслуги? Что он сделал хорошего?       - Джесси… - послышался мягкий голос Тома, желавшего вмешаться и попытаться вразумить парня.       - Я не останусь. Не останусь и всё!

***

      Прошла пара дней после этого, но всё же Джесси по-прежнему находился дома у мистера Сандерса, жил у него, как тот и хотел. Домой Джесси съездил только чтобы взять вещи и успокоить Сару, которая волновалась за него после задержания Адама. Заметив Тома, который привёз парня, она подозвала его к себе и сердечно поблагодарила за доброту к мальчику. Джесси, стоящий рядом, отвернул голову и закатил глаза, пока Том любезно отвечал женщине, что это его работа – помогать людям.       Джесси пока ещё не мог примириться с тем, что остался жить у своего учителя, поэтому был колким: ходил по дому постоянно напряженный, немногословный, с неохотой принимающий любую заботу. Он был в каком-то смысле обижен на мистера Сандерса, хотя не мог объяснить за что, а вот Тома либо совсем игнорировал, либо был груб с ним. Офицер теперь тоже жил у Саймона – он теперь почти не ходил на работу, потому как работал над делом Адама Кормака, а Фрэд Хармон выбрал защищать его. Тому не были рады в участке, он появлялся там лишь потому, что полицейская база данных не была доступна ему из дома. Он боялся, что Хармон вообще выгонит его, но он, кажется, сам боялся слишком конфликтовать с Томом, который угрожал ему подать жалобу в высшие инстанции. Хармон даже пытался поговорить с Томом по-хорошему, убедить его бросить это дело, намекал на то, что отец Адама может хорошо заплатить. Это был пустой разговор с двух противоположных позиций, и Томас свои сдавать не собирался.       Родители Адама на прямой контакт с ним или Джесси не выходили, Адам тоже, но Том переживал, что это ненадолго, поэтому должен был быть рядом с Джесси, если кто-то из них попытается вновь оказать влияние на парня, так что Том, Саймон и Джесси ужинали за одним столом, ночевали под одной крышей. Том спал наверху в отдельной комнате, не в кресле, как в первую ночь, а вот Джесси продолжал ночевать на диване, осознанно отказавшись от отдельной комнаты. Это было его условием, чтобы остаться, некий баланс по его мнению – чуть дискомфортный комфорт.       - Всё пытаюсь понять: от того, что живёшь здесь, ты злишься на меня или на Саймона? – спросил Том однажды за обедом, когда Саймон был на работе.       - На себя.       - То есть?       - Я знаю, что могу уйти, мне просто не хватает смелости. Я не... Мне нравится теплый дом, в котором я всегда сыт, но это противоречит всем моим убеждениям! – сокрушался Джесси и мял в руках край своей футболки. – Я злюсь, что хоть мне это и не нравится, я ничего с этим не делаю. Я полон противоречий, сижу на месте и гневаюсь на самого себя, а потом ещё и Саймону достаётся.       - И мне.       - Ты - другой разговор. Саймон передо мной чист.       - Вот как? Так ты правда думаешь, что я помогал тебе из корыстного, коварного умысла? И сейчас тоже? Даже после того, как…       Джесси зыркнул на него, насупившись, и не ответил.       - Мы можем вообще не разговаривать, просто здороваться, - вздохнул Том.       - Но ты всё равно всюду будешь ходить за мной попятам и совать свой нос в мои дела.       - Ты так это видишь? Я присматриваю за тобой, потому что меня попросил Саймон, но передо мной не нужно отчитываться. Достаточно просто того, что я нахожусь с тобой в одном помещении - я услышу опасность и смогу быстро прийти на помощь. Ведь что помешает Адаму выбить окна и тут? Этот псих на такое вполне способен, если учесть прошлые его заслуги... К слову, то, что ты сейчас живёшь здесь ни для кого в городе не секрет, для него в том числе. Я здесь ведь не потому, что слежу за тобой, а чтобы убедиться, что ты в безопасности. Если захочешь прогуляться или съездить в магазин, я буду следовать за тобой попятам, да, но дома можешь делать, что хочешь и где хочешь. Если нужна будет помощь, тоже проси. Не знаю, почему ты так сильно противишься принимать чужую помощь, но вот так обстоят дела. Это тебя устраивает?       - Вполне. Но у меня всё-таки нет желания говорить с тобой. Ты тянешь за собой проблемы для меня. Мне их уже хватит, - поднявшись со стула, Джесси, даже не убрав за собой, направился надеть куртку, кеды и выйти на задний двор.       - Ты иногда говоришь очень жестокие вещи. Отвергаешь любую доброту и убиваешь желание проявлять её, - произнёс Томас, задетый пренебрежением парня.       - Да пофиг, - бросил он через плечо и пропал из виду.       Том прикусил губу, прокручивая в голове их разговор. "Как только тут всё разрешится, уеду" - сказал он себе. Его останавливало некое чувство долга, он старался смотреть на ситуацию, а не на отношение Джесси к нему, и всё же оно задевало, оставляло крайне неприятные ощущения и такие же мысли, которыми Том истязал себя сам перед сном. Том всё пытался быть добрым, но снова и снова Джесси отвергал его, не доверял, не верил в благие намерения. Даже после всего произошедшего, когда, казалось бы, Джесси должен был, наоборот, сблизиться с ним, он вместо этого отдалился только сильнее.       Когда офицер поделился этими мыслями с Саймоном тем же вечером, выпив с ним бутылку бренди, Сандерс посоветовал дать Джесси время. «Поставь себя на его место», - говорил он. – «Живя такой жизнью, ты бы верил хоть кому-то?» В этом учитель был, разумеется, прав, но терпение у Томаса было не бесконечно, и запас его иссякал.

***

      Джесси вообще обычно говорил нечасто и немного, но он всегда внимательно слушал и следил за людьми, которые его окружают. Он хоть и обозначил Тому задачу держаться на расстоянии, явно дал понять, что не хочет общаться с Томом и что-либо рассказывать ему, это всё равно не означало, что Джесси нет до него никакого дела, напротив - Джесси уделял очень много времени своим наблюдениям за полицейским. Он знал, например, что за ужином, когда к еде уже приступили, Том предпочитает не говорить, и все разговоры начинает мистер Сандерс. Том ест медленно, тщательно жуёт и пьёт любой напиток маленькими глотками, отчего долго. Когда корпит над своими полицейскими бумажками, то вечно запускает руку в волосы, держась за голову и пыхтя время от времени. Утро всегда начинает с кофе, оспаривая фразу, что оно начинается не с него. Ещё Том любил сыр, всё, что угодно, со вкусом сыра. Также Уэйду стало известно, что он любил смотреть футбольные матчи и когда-то сам играл в футбол. Воспитанный религиозной семьёй, он порой говорил особенные слова и фразы, цитируемые им из священных писаний, но не чтобы казаться умным, они скорее были просто частью него, неотделимой. Боялся насекомых, даже маленьких паучков. Был таким аккуратным чистюлей, что проводил в ванне каждое утро не меньше получаса.       Саймон был не из тех, кто много наблюдает, а вот Том как минимум по роду деятельности был обязан, и он наблюдал за Джесси тоже. У полицейского создалось впечатление, что Уэйд не имеет никаких предпочтений в еде, потому что он ни от чего никогда не отказывался. Живя с Саймоном, он понемногу начал восстанавливаться. До этого всё время, что Том видел его, выглядел Джесси не очень здоро́во, а теперь даже будто чуть повеселел. Саймон как-то сказал Тому, что Уэйд всегда умел о себе позаботиться в достаточной мере, это теперь он вынужден был позволить помощь от кого-то постороннего, вряд ли в обычных условиях он обратился бы за ней, для такого он очень горд, что Том и так уже понял. Должно быть, Джесси и правда понимал, что один не справится. Забавно, что при этом он не мог высказать слов благодарности, а продолжал отрицать, что помощь ему нужна. После того их разговора про злость на самого себя, Том смог немного лучше понять Джесси, что было очень кстати, так Том осмелился продолжить попытки стать к парню ближе.       Сближаться они начали именно из-за Тома, инициировавшего один разговор, казавшийся ему изначально очередной тщетной попыткой, но она была просто обречена на успех.       - Мистер Сандерс рассказывал, ты хорошо пишешь. А книги любишь? Что-то современное или классику?       Наверное, если бы не выбранная тема, Джесси в очередной раз проигнорировал Тома, но полицейский попал в яблочко.       - Я бы сказал, всё, что зацепит, - пожал плечами Джесси, поначалу особо не настроенный на разговор.       - И что последнее тебя зацепило?       - "О мышах и людях" Джона Стейнбека. Хотя не сказал бы, что мне понравилось... я так и не разобрался, смешанные чувства. История невесёлая.       - Хм… я не читал, но слышал такое название. По правде говоря, так называется одна группа, которую я слушаю, а они взяли название именно от этой повести.       - В самом деле? - удивился Джесси, даже не веривший, что это правда, скорее склонялся к идее, что Том так к нему подлизывается, как пытался делать уже множество раз.       - Хочешь послушать?       Джесси замялся, но Том не шутил. Он только засомневался, что Джесси может понравиться любая песня из репертуара группы, поэтому включил ту, что мало кого могла оставить равнодушным. Of Mice & Men - My Understandings. Джесси слушал внимательно, не отводя взгляда от экрана телефона, на котором была лаконичная черно-серая обложка с названием группы и альбома. Тому показалось, что Джесси лишь пытается изображать заинтересованность, а сам скучает, но Уэйд прислушивался к музыке, тексту, к несколько мурлыкающему голосу в куплетах, проникновенному пению, которое во второй половине стало громче, почти криком, отчего проникало куда-то глубоко в самое сердце, без преувеличения.       - Очень красивая, - произнёс Джесси, оставшись под впечатлением.       - Правда понравилось?       - Да, круто. Включишь ещё что-нибудь подобное?       Губы Тома растянулись в улыбке. Если для Джесси слабостью были книги, то для него - музыка определённых жанров. Он редко мог найти того, кто разделит его вкусы, потому особенно приятно было покорить Джесси именно музыкой.       - Могу принести тебе завтра свой старый плеер, накидаю чего-нибудь вроде этого.       - Хорошо, - закивал парень, - спасибо, Томас.       - Лучше просто «Том». И ты так часто говоришь «спасибо», слишком уж вежливый. Это воспитание отца?       - Может быть, - пожал плечами Уэйд.       - Ты сильно похож на него?       - Отчасти. Он не был излишне вежлив, но правда учил меня говорить "спасибо", "пожалуйста", "извините". Он пил и часто делал что-то глупое, но никогда не учил меня плохому… В нём не было ненависти к людям, разве что к самому себе и моей матери. Хотя он так до конца и не определился, любит ли он её или больше ненавидит. У тебя, должно быть, в семье совсем не так.       - Ну, с моими родителями всё довольно однозначно. Они развелись, когда мне было 11. С того момента они не звонят друг другу, видятся по нужде лишь в крайнем случае. Если нужно было решить какой-то вопрос, они направляли меня. Парламентёр, мать его...       - О боже, ты ругаешься! - наигранно воскликнул Джесси.       - Да брось, - махнул рукой Том, но Джесси продолжил удивлённо пялиться на него, изображая крайнее недоумение.       Том взял полотенце, оказавшееся рядом, и шлёпнул им по бедру парня, чтобы тот угомонился.       - Ладно, а кто такой парламентёр?       Том усмехнулся, и Джесси чуть покраснел.       - Смысл я понял, но не уверен, что до конца, - сказал парень.       - Ну, это же как в Пиратах Карибского моря, помнишь?       Джесси неловко пожал плечами и робко признался, что не смотрел.       - О, ну тогда… - запнулся Том, - тогда это... такой специальный человек, которого посылают для ведения переговоров. Обычно эти люди нужны на войне.       - Я понял, - закивал Джесси. - Ты что-то вроде моего парламентёра с Хармоном, да?       - Ну, нечто вроде, да, - усмехнулся Том. - Хотя я скорее просто человек, взывающий к его совести и разуму и не очень успешно…       Джесси смолк, печально склонив голову, будто сосредоточился на мытье посуды – помогал мистеру Сандерсу, хоть как-то возмещая ему его доброту и траты, - однако тема явно его очень будоражила. Полицейский смотрел на Джесси и думал, как много всего этот парень не видел и не знает. Как вообще проходило его детство? Что он делал в то время, как его сверстники смотрели кинопремьеры в кинотеатрах, ели сахарную вату на фестивалях, забивали плеер любимыми треками? Может, поэтому он не увидел у Джесси ни плакатов, ни комиксов, ни дисков, да даже телевизора…       - Ты не смотрел телевизор дома? Не помню, чтобы видел его.       - Я продал его несколько лет назад, когда нужны были деньги, - нехотя признался Джесси.       - А раньше смотрел?       - Да, папа иногда умудрялся где-нибудь достать кассету, у нас был видеомагнитофон, не DVD. Я пересматривал много раз те немногие кассеты, что у нас были.       - А мультфильмы? Были кассеты с ними?       - Несколько. Хотя большинство я посмотрел дома у Эвана, когда мы дружили в детстве. Он точно так же, как ты сейчас, удивлялся, что я чего-то не видел, и с энтузиазмом спешил познакомить меня с очередным произведением мультипликации от Disney, Pixar, DreamWorks… Тем не менее, моими любимыми мультиками остались именно те, которые я смотрел на моих кассетах. Был один, который особенно нравился мне, до сих пор помню: он про Камелот и пропавший Экскалибур, про девушку, которая отправляется на поиски меча и на пути встречает слепого отшельника, который помогает ей и… - Джесси смутился, подумав, что Тому, наверное, неинтересно слушать подробности. – Ну, в общем, кое-что я всё-таки знаю, не совсем пещерный житель…       - Тогда и Пираты тебе понравятся. Там тоже про приключения. Посмотрим как-нибудь вместе.       На этой ноте Том оставил парня, не давая тому и шанса испортить момент, а на следующий день, как и обещал, принёс ему плеер с музыкой, которую очень старательно выбирал аж несколько часов, забыв про сон.       Саймон, не привыкший к напряжению, витавшему теперь в его доме изо дня в день, устал проводить вечера в своей комнате, чтобы не мешать ни Тому, ни Джесси, поэтому следующим вечером предложил совместный просмотр фильма. Стоит ли говорить, что идею подкинул Том? Как раз наступила пятница, Саймон скинулся с Томом, заказав китайской еды, сделал попкорн, разлил по стаканам колу, которую Джесси, кажется, обожал, и выбрал фильм на свой вкус. Выбирал классику, старался не опираться на собственные предпочтения, а найти нечто нейтральное, что понравится всем. В итоге они должны были смотреть «Окно во двор» 1954 года, однако Том предложил свой вариант, иную классику:       - Давайте посмотрим Пиратов Карибского моря. Джесси не видел их.       - Джесси, ты не против? – уточнил мистер Сандерс.       - Нет, можем посмотреть, конечно.       Саймон, слегка удивлённый, что Уэйд вдруг так просто с чем-то согласился, растеряно кивнул головой и занялся поиском фильма, в то время как Том довольно ухмылялся. Это была уже вторая его маленькая победа.       На протяжении всего просмотра Том, знавший Проклятье Чёрной жемчужины практически наизусть, переводил взгляд с экрана на Джесси в особо интересные моменты – хотел видеть его реакцию. Джесси же, наоборот, бросал свой взгляд на Тома, когда на экране происходило что-то спокойное. Иногда, когда их взгляды встречались, Джесси первым отводил свой. Один только Саймон спокойно следил за происходящим на экране, даже не догадываясь, что эти двое начали делать осторожные шаги навстречу друг другу.