Пока не закончится воздух

Вот кто просил меня на улицу выходить? Хозяйство могло и подождать, но мой разум, видимо, решил иначе. Почему я вообще пялюсь на него? Хани, зачем это тебе? Как ты смог влюбиться в него снова? Не попадай в одну и ту же ловушку, тебя жизнь вообще ничему не учит? О нет, он идет сюда. Может если я не буду двигаться и дышать, он подумает, что меня нет, и уйдет? Хотя я и так живу без кислорода последние года… Он смотрит мне прямо в глаза, и я уже чувствую, как моё лицо залилось краской. Пора валить! Разговора с ним я точно не выдержу. Нет, это не влюбленность, просто…странное чувство. Притупим его на корню. Надо избегать с ним контакта, и тогда все само пройдет. Я, побив мировой рекорд по скорости, за какие-то жалкие миллисекунды уже успел оказаться внутри дома и запереть дверь. Это было страшно. Сердце стучит так, словно вот-вот выпрыгнет из груди. В голове шум. Почему так? Почему так нахуй! Упершись спиной в дверь, я рухнул вниз. Джисон, ты — настоящий дурак! Ещё и сбежал от Лино. Этим ты только ещё больше показал, что что-то не так. Надо было просто поговорить с ним, узнать, что он хочет, может он вообще собирался слинять, опять. Сказал бы, что обкурился там… напился опять или ещё чего! С чего ты решил убежать? Нет, так дела не делаются! Но и говорить с ним я не пойду. Рассосется все потом как-нибудь само. Сейчас есть дела и поважнее — работа. Нужно устроится туда сразу, а иначе эксплуатация меня на дому будет превышать максимум, так хоть на работе буду пахать за денежку. Единственное место, куда меня могут принять, — это колхоз! Сейчас самое время, пока буду механикам каким помогать, а там и уборочная начнется, буду на складах убираться. Я в общем то неплохо с техникой лажу, поэтому толк будет. Только как туда устроится? Нужен Чан. Есть проблемы — идти к Чану. Поговорка, проверенная временем. Может позвонить ему? Или самому дойти? А он, наверное, сейчас на работе. Нет, позвонить все-таки стоит, как хорошо, что мы успели обменяться контактами, после того, как он меня довез. Пошли гудки. — Да, Хани? — Привет, Чан! Не занят? Можешь помочь? — Конечно, что-то случилось? — Помоги мне устроится в колхоз, Чани, умоляю, я не хочу сидеть все лето дома, — максимально жалостливым голосом начал канючить я, для большего эффекта так сказать, — вообще любая работа подойдёт, всё умею! — Воу-воу будь по тише, успокойся, много мест так-то, дояркой будешь? — он просто не мог упустить шанс прикольнуться над отчаявшимся другом, — Место говночиста тоже свободно — большой выбор! Столько возможностей! — Ну я серьёзно, Чаниии, — издевается, ирод, хотя — ему можно. — Ладно, давай серьёзно. Сейчас очень механикам помощь нужна, половина их состава сейчас в запое, нужно что-то делать. Подойдёт? Хоть немного понимаешь в этом? — ДА! Чан подходит! Вообще без б. Понимаю, принимаю, куда, когда, что брать? — Хоть сейчас, я за тобой заеду, документы есть? — Всё своё ношу с собой. — Отлично, жди, через минут 15 минут буду. — Я твой должник. — Конечно. Отключился. Не ну я прям бизнесмен. Это судьба, я отвечаю, она мне помогает, как только может. Видимо мои страдания по дороге сюда постепенно окупаются. Ладно мне хоть мозгов хватило прихватить документы, я прям как чуял, что работать пойду. Хотя я просто собрал все манатки и почапал из дома, взяв только самое необходимое, то бишь документы, телефон и трусы. Нет, правда, это самое важное, особенно последнее, как без трусов то — жизни не будет. Со двора уже раздается звук приехавшего мотоцикла Чана. Опять на это развалюхе ехать. Вот откуда он у него вообще? Где он достал этот металлолом? Я, конечно, против «Восхода» ничего не имею, но время то идет, технический прогресс и все такое. А точно, я забыл, что в этой деревне времени не существует. Дверь немного открылась и сразу же захлопнулась обратно. Я все ещё сидел на полу, подпирая своим телом дверь. — Куда ломишься?! — заорал я, потирая ушибленный затылок. — А че ты там делаешь? Вот только не говори, что не знал, что я приду! — Да я задумался! — О чем? Дверь то может откроешь? Я распахнул дверь, и вышел из дома уже с документами. — Готов? — Да, поехали уже скорее. Чан первым сел и уже завел свою таратайку. Гремит на всю улицу — ужас. Я забрался на этого железного коня, как вдруг моя задница почуяла беды. Это плохо, она ещё никогда не ошибалась. Я обхватил Чана за торс, и мы поехали — путь не близкий. А как я буду до работы добираться? Меня эта мысль только сейчас посетила. — Чан, а автобусы здесь ходят? — Ходят, автобусная остановка на соседней улице, как раз первая высадка — это колхоз. — Повезло. Бан Кристофер Чан — агроном, 20 лет. Работает в колхозе. За такой небольшой срок успел зарекомендовать себя и получить уважение всех. Серьезно, он в деревне — самый главный жених. Руки золотые, все умеет, за что не возьмется, все получается. Не обделен умом, красотой и вежливостью. Короче говоря, Бан Чан идеальный. — Я могу тебя подвозить, — нет, спасибо, каждый день на этом мотоцикле я не выдержу, — мне не трудно. — Спасибо, Чан, но не надо. — Ладно, — как-то грустно проговорил Чан, — потом покажу, где остановка. Мы заехали на территорию колхоза. Чистенько, аккуратненько, намного лучше, чем я себе представлял. Остановились около белокаменного двухэтажного здания. Чан слез с Восхода и начал поправляться — что-то он слишком радостный. — Сейчас зайдём в лабораторию, отдадим документы, девчонки все сделают, — понятно, перед девушками прихорашивается, — я уже договорился, тебя приняли. — Сколько девчонкам? — Лет 40, — как-то слишком обычно ответил Чан, будто это должно быть очевидно. Я что-то не понял, а чего он тогда так намыливается туда. Не верю я, нет, я понимаю, что любви все возрасты покорны, и вообще у всех свои вкусы, но Чана я знаю, это вкусы не его, — А что? — А что? Чего ты тогда прихорашиваешься тут? Чан вмиг красным стал, как рак вареный, честное слово. — Кто-то тебе там нравится? — Это с чего это ты решил? — начал заикаться Крис. — Ты сейчас, как помидор, — улыбаясь во все 32, расспрашивал я друга, — кто та, что похитила твоё сердце? Или может это он? — Никто, отстань. ГОСПОДИ, какой он милый, я не могу, его прям потискать охота. Я даже не могу слов подобрать. Эти щечки, улыбка, кудряшки — прям как одуванчик. — Ладно, пошли уже. Мы зашли в лабораторию, сначала 1 этаж. Мы пошли со всеми здороваться. Объясните мне, ЗАЧЕМ? Войдя в лабораторию, я не обнаружил здесь ничего из лаборатории, как бы удивительно это не звучало: большое светлое помещение, где просто стоят столы, какие-то бумажки, несколько компьютеров. Я обернулся и увидел ещё комнату, дверь открыта, там стоят кушетка и еще один стол, на нем — какие-то баночки, а на стене висит железный шкаф, белые занавески на окнах. Смахивает на медпункт. — Здравствуйте! — радостно поздоровался Крис. — Все хорошо? — Здравствуй, Чан, — пролепетали женщины. — Так, миссис Пак, колодец я починил, теперь работает как надо, как сломается, что будет очень нескоро, зовите. — Спасибо, я тебе варенья припасла, забери сегодня. — улыбнулась бабушка. — Спасибо, — Чан аж засиял, — миссис Ким, во дворе я покосил, с дорожек траву убрал. — Спасибо, — обрадовалась другая, — Я пирогов испекла, заезжай сегодня. Во ловелас, ему тут и пироги, и варенья, и заезжай. Хороша колыма, ничего не скажешь. — А это с тобой кто? — Здравствуйте! Я на работу устраиваться, — откликнулся я. — Да, это Джисон, друг мой, — приобнял за плечи Крис, — новый механик. — Какой красавец, молодец, на работу — это правильно. — Ладно, — закончил приветствие Чан, — мы пойдём. Мы поднялись на второй этаж, он в точности напоминает первый, почему это здание вообще называется лабораторией? Все такой же просторный зал со столами и компьютерами, только теперь их меньше, и есть ещё несколько кабинетов, теперь уже закрытых. Мы опять со всеми поздоровались, схема повторилась: Чан всем поулыбался, ему все обрадовались. Ничего не меняется. Но я их понимаю, Чан — солнышко, сложно его не любить. Крис постучался в один кабинет, и не дожидаясь ответа, мы зашли. Там стояло 2 сдвинутых стола, по обе стороны которых сидели 2 женщины. У одной уже сидел какой-то молодой парень, напоминающий лисёнка — красивый. Видимо Чан тоже так считал, раз уже успел покрыться легким румянцем. Кажется, я понял, ради кого он там прихорашивался. — Как это нету? — довольно сильно возмущался незнакомец. — Меня сюда направили, все документы имеются и предоставлены вам. — Миссис Сон, вот парень про которого я говорил, — решил начать Чан, — документы вот. Он протянул ей бумажки. — Хорошо, присаживайтесь. Мы провели в том кабинете минут 15, мне давали заполнять какие-то разные документы, в то время, как Чан влюблёнными глазами наблюдал за активно жестикулирующим парнем напротив. В общем! Меня приняли на работу! Я буду помогать механикам, опыт работы у меня уже имеется. Я подрабатывал в автомастерской, так что много чего знаю. На работу я выхожу завтра, остальное на ходу объяснят. Мы уже едем домой, вернее, Чан меня уже везет к бабушке, но времени ещё полно, без ответов я не останусь. — Тебе понравился тот парень, да? — А? — занервничал Чан. — Нет. — Да, я же видел! Я вообще то не слепой, и если тот парень тоже, то он это заметил, но у него были более важные дела, так что сомневаюсь, что он вообще хоть куда-то смотрел, кроме бумажек. — Ладно, да, — наконец сдался Крис, — это новый ветеринар Ян Чонин. Говорят, на практику приехал, по направлению, но данные ещё не пришли, поэтому сидят сейчас, разбираются. — А ты многое успел узнать! Молодец, — похлопав его по плечу, одобрил я, — только что за практика в этой глуши? Это ж деревня! — Сам ты деревня! Это, между прочим, ПГТ — поселок городского типа! — Ой да что ты! — Сейчас пешком пойдёшь! — Молчу. Чан высадил меня около магазина, бабушка наказала мне купить хлеба. А отсюда и сам до дома дойду. Магазин, конечно, не торговый центр, но тоже пойдёт. Алкоголя не много, но все сорта водки есть. Арсенал чипсов и сухариков тоже поражает. Я купил батон и захватил жвачек «love is…». Вкус детства, лучшее, что придумало человечество. Выйдя из магазина, я побрел по дороге в сторону дома. Тротуары здесь никто не придумал — это окраина, только 1 дорога, по ней все и ходят. Я начал слышать лай, совсем близко, пожалуйста, только не это. Из-за закутка выбежала стая собак, штук 8, и половина начали врезаться в меня. Я собак больше смерти боюсь. Я отпрыгнул от них, как вдруг рядом со мной кто-то на большой скорости с грохотом полетел в кусты. — Твою мать! Джисон! — донеслось из кустов, пусть уж лучше были бы собаки, но не он. — Кто выпрыгивает на середину дороги! Я подбежал к пострадавшему, хотя им, я тоже явлюсь. Слева валяется черный мотоцикл, а водитель начал по-тихому подниматься. — Ты цел, Минхо? Ничего не сломал? — Цел! Правила дорожного движения для кого придуманы? — начал ругать меня Ли. — Да там собаки выбежали я испугался! — начал оправдываться я. — Я сам испугался вообще то и за тебя тоже! — А если бы я тебя сбил к чертовой матери, Хани! А если бы я не успел! А если бы это был вообще не я, а кто-либо другой! Тогда бы здесь валялся уже ты! — Что ты на меня орешь! — мне аж спрятаться захотелось и поплакать, как будто родители отчитали пятилетнего ребенка. — Да я волнуюсь за тебя, идиота кусок! — Почему? — это, неожиданно, был единственный важный для меня вопрос. — Я тебя спасаю уже второй раз! — проигнорировал… Он попытался встать, но упал не удержав равновесие. Он замахнулся и с рыком швырнул шлем на землю. — Блять! — Ладно, не злись, Минхо-щи! — Джисон протянул ему в руке жвачку, не зря купил. — Мир. Дружба. Жвачка? — Ты как ребенок, — посмеялся над ним Лино, но жвачку взял. Джисон поднял его мотоцикл, осмотрел, ничего не повредилось на первый взгляд, да и что вообще можно разглядеть в темноте, уже ночь на дворе. — Давай я тебя довезу, — предложил Хан. — А ты умеешь водить? — скорее истерически посмеявшись, спросил Минхо. — Представь себе! Умею. — огрызнулся Джисон. Нет, ну это наглость! Сомневаться в ЕГО способностях! — Конечно, Чан уже успел научить? — причем здесь вообще он? — Нет, сам научился, в городе. — Если мы сдохнем оба, это будет твоя вина. — Очень смешно. Джисон протянул руку помощи Минхо, и помог подняться. Они сели на мотоцикл. Хану он очень нравился. Черный, матовый и новый. Когда-то давно Хан хотел себе такой. Откуда он вообще умеет управлять мотоциклом? В городе Джисон успел поучаствовать в гонках, связался разок не с той компанией, так и научился. Он гонял как угарелый. Минхо удар хватит от того, что сейчас будет. Тогда Ли над ним посмеялся, теперь его очередь. — Держись крепче, — ухмылялся Джисон. — Что? Джисон втопил. Давно он не садился за руль. Как только он выехал на трассу, то разогнался до 100 км/ч быстрее чем за 10 секунд, и продолжал ускоряться. Это охренеть как быстро, с учетом того, что он чуть не сдох 5 минут назад. Адреналин разливается по всему телу. Прекрасное чувство, особенно когда ты чувствуешь, что позади охуевший Минхо прижимается к тебе и дрожит. — Не ожидал от тебя такого, бельчонок, — смеялся Ли, — всё-таки ты изменился. — Конечно, все меняются. Минхо вообще не стесняясь своих действий, провел по прессу, и был приятно удивлен. Ему нравился Хан, настолько сильно, что в прошлом, он решил его оттолкнуть и никогда больше не прикасаться к этому богатству, но не смог. А Джисону всё нравилось в данной ситуации, его щеки уже покрылись румянцем, но самообладания он не терял, иначе они улетели бы в ближайшие кусты не проехав и метра. Покатавшись по окраине, они направились домой к бабушке, так решил Джисон. К бабушке Минхо, потому что своя дома, и как уворачиваться от ее вопросов он не знал, а вот бабушка Ли была намного спокойнее и тем более не его, так что к нему вопросов вообще никаких не будет. Все равно родной дом за забором, не заблудишься. Светила почти полная луна, было немного зябко, все-таки уже вечер. Сверчки начали свою серенаду а ежики вышли на охоту. Остановившись около чужого забора, Джисон слез и уже потянул старшего за собой, как тот заупрямился и завыл. — Ты чего? — Решил меня бабке сдать? Она у меня мотоцикл на следующий же день продаст, если узнает. — А ты мне что предлагаешь? Больница только в городе, фельдшер уж спит давно, к себе я не поведу — сразу смерть. Могу в канаву тебя скинуть — тогда бабка не узнает. — Нихуясе ты добрый, — Минхо задумался, куда им пойти, да еще и так, чтобы нагоняй не получить от бабки, — пошли в баню. — Попариться решил? Вовремя! — Да не тупи, — Хану прилетел подзатыльник, — у меня заначка там, раны обработаем, бабка не узнает, на утро я в гараж поставлю мотоцикл, и с виду будет выглядеть как будто я просто в бане уснул. — План — гавно, но уж лучше такой чем никакой, — Джисон протянул руку, — пошли. Тихо, ну как, не считая задетой бочки, скрипучей калитки, попадавших в темноте граблей, то они пробрались в баню действительно тихо. В предбаннике Джисон усадил драйвера на диван (вы же знаете такие диваны, которые не известно откуда появились в вашей жизни и им лет больше чем миру, которые пахнут старостью, которые сначала были в гостинной, потом их переставили на кухню, и теперь они очутились бане, и даже так на этом диване до сих пор спят все, потому что на нем дед спал, отец спал, кот спал, и я буду спать и вообще отстаньте не выкидывать же его — вот это именно этот диван), на веревках висят березовые и дубовые веники, есть широкая деревянная лавка прям от стены, под которой хранится мангал и еще много всякого барахла для огорода, отдыха и чрезвычайных ситуаций. — Доставай мангал, под углями бутылка лежит — отдышавшись указал Минхо. — Я ни черта здесь не увижу, на телефоне зарядки нет, чтобы посветить. — Свет включи, долбаеб. — Да ну? Вы провели? Роскошь. — покачал головой Джисон, — в мой последний визит сюда мы со свечками заходили. — Недавно сам сделал, — хвалится чёрт, — слева там включатель. — А не спалят? — Да не, я тут частенько сплю. — Как знаешь. Всё было найдено, достано и открыто в ту же минуту. — Снимай штаны. — Что? Прям так сразу? А подарки там, ухаживания? — залепетал старший. Джисон начал бить его полотенцем, смоченным водкой — ибо нехуй. Минхо пытается защищаться, но, хоть перевес не в его сторону, его это мало волнует, он откровенно угарает над младшим, а тот ведется каждый раз как в первый. — Я тебя сейчас уебу — все еще продолжая бить, ругался Хан, — такое еще раз выплюнешь, я тебя в этой же бане утоплю, собакая сутулая, слушаться надо, а ну быстро снял штаны, раны обработаю! — Да понял я, понял, — уже запыхавшись, смеялся Ли, — помоги хоть снять, я ж с этого дивана даже встать не смогу. — Какой ты проблемный! Давай руки. Хан потянул его на себя, лишь бы не перелом был. — Помоги ширинку расстегнуть. — Ну нихуя, у тебя ноги болят, а не руки. — Так я одной за тебя держусь, я не смогу, — Ли никогда не перестанет с него угарать. — Не не не… САМ! — смотря в глаза говорит Хан. — Какой ты не романтичный! — вздыхает пострадавший. — Ахуеть романтика у него! В холодной бане, все в грязи, потные, вонючие, один с чуть ли не сломаной ногой, ширинки друг другу расстегивать будем. Всегда мечтал! — Ой не понимаешь ты, это мой вайб, — уже сняв штаны, Минхо плюхнулся на диван, попутно делав глоток из бутылки, начал филосовствовать, — раньше я тебе такой нравился. Мы сейчас одни в бане с алкоголем, по всюду витает запах смолы и березы, мы только что чуть не откинувшие коньки сидим и ц… — внезапно прервался Ли, — неважно… Вот и что с ним делать прикажете? Сам ведь начинает всё это, а закончить никак?! — Ой, давай ногу, — Джисон опустился на колени, — будет больно — говори. Начал обрабатывать, нет, мыть его ноги водкой. Вся правая нога в мясо. С коленки все еще стекает кровь, и всё в грязи, траве, и теперь у Минхо минус штаны, потому что он точно изодрал себе все джинсы. Хан старался делать все максимально аккуратно, но тот все равно иногда шипит от боли. — Сильно больно? — Ты всё делаешь правильно, не волнуйся, — на выдохе говорит Минхо, всё еще попивая из бутылки водку. Хан выхватывает у того из рук бутылку. — Т-т-ты чего… — Хватит пить, алкаш что-ли? — Сам алкаш, отдай, — старший потянулся за бутылкой, как за спасательным кругом. — Нет, — Джисон встал на ноги, и, подняв руку с водкой вверх, продолжал, — не контролируешь себя, если напьешься, а мне потом страдать, вот уйду и пей сколько влезет. Минхо рывком приблизился вплотную к Хану, прижав его за руку, в которой была бутылка, к стене. — Я себя контролирую, отдай. — Не приказывай мне, — строго отвечал Джисон, — ножка уже не болит? — Болит, — прошептал старший, — меня чтобы алкашка взяла, мне минимум ящик водки выдуть надо, так что я ничего… — Давай поспорим, — с каким-то вызовом и опаской предлагает Хан, — кто первый опьянеет, тот исполняет желание победителя. У тебя же здесь не одна бутылка спрятана, м? — А давай! — немного подумав, смотря в глаза этого странного мальчишки, ответил Минхо. *** Бабушка Ли с утра, зайдя в баню, думала увидеть все что угодно, но не своего внука с соседским мальчишкой, лежащих в обнимку на диване с валяющимися бутылками вокруг.