The Best By Far Is You

— Я влюблен. Я имею в виду, типа… Я почти уверен, что я абсолютно влюблен. — Сириус откинулся на спинку кровати и протянул руку к экрану своего открытого ноутбука. — Эта прекрасная маленькая булочка с корицей. Двадцатилетний парень с растрепанными волосами, темной кожей и очками, которые в данный момент криво сидели на его носу, закатил глаза на своего лучшего друга. — Тебе пора завязывать с Тамблером. Я больше не понимаю и половины слов, выходящих из твоего рта. Сириус закатил глаза, прежде чем перевернуться обратно на живот. — Деревенщина. — Это уже устарело, — прокомментировал Джеймс. — Я думал, ты ищешь работу. — Ищу. Искал. То есть… Я вроде как нашел одну и набирался смелости, чтобы ответить. Глаза Джеймса расширились. — Правда? Что за работа? Боже, Сириус, это ведь не криповое объявление от какого-нибудь восьмидесятилетнего извращенца, который хочет сфотографировать твои ноги, да? Сириус скорчил гримасу. — Это случалось всего один раз. И я ушел, если ты помнишь. — Сириус переключил вкладки браузера на веб-сайт, созданный их университетом для студентов, которые либо искали работу на неполный рабочий день, либо нуждались в помощи. В основном это было редактирование или репетиторство, и большинство из них едва могли позволить себе платить двадцать фунтов в неделю, но это было хоть что-то. — Слушай, почему ты просто не позволишь маме отправить тебе… — В отличие от тебя, я отказываюсь быть избалованным сыном, — сказал Сириус. Хотя они оба знали правду. Хоть Поттеры и приняли Сириуса как сына, и он был счастлив называть их мамой и папой, лишиться наследства и быть выкинутым на улицу с голой задницей в пятнадцать лет стало для Сириуса причиной массы проблем. В комплекте с теми, которые он получил от абьюза в своей семье раньше, у него в голове был полный беспорядок. И гордость не позволяла ему в свои двадцать еженедельно брать деньги у приемных родителей, даже если бы у них были миллионы и миллионы фунтов. — Ладно, как хочешь. Так что за объявление? — Кому-то нужен чтец дважды в неделю. Хорошие дни – среда и пятница. У меня как раз есть свободное время после обеда. — В каком смысле чтец? — Ну, в объявлении сказано, что детали объяснят на собеседовании. Сначала они хотят немного проверить человека. Имеет смысл, верно? — Да… полагаю, — медленно произнес Джеймс. — Думаю, мне нужно будет прочитать что-нибудь для них. — Сириус снова перевернулся на спину. — Платят неплохо. В сумме 50 фунтов в неделю. — Сколько часов в день? — Два. — Значит, четыре в неделю. Это не много, Сириус. Сириус пожал плечами. — Но жить можно, не так ли? За четыре-то часа в неделю. Может, из этого получится хороший трах. — С тобой все всегда про секс? — Джеймс поднялся со своей кровати. — Разве ты не должен писать эссе, вместо того, чтобы сидеть на Тамблере? — Еще десять минут, мам, — проворчал Сириус. — Я хочу покупаться в лучах великолепия moontothetide. — Что это за дерьмовое имя? — Такое, которое не оценил бы только кто-то за пределами Тамблера. Посмотри на его чертовски нелепую эстетику. — Ты знаешь, что это он? — отметил Джеймс. Сириус окинул его испепеляющим взглядом, прежде чем отвернуть экран. Он был одержим moontothetide вот уже несколько месяцев. Это было сочетание фандомного и хипстерского блога, который должен был быть дерьмовым, но на самом деле был прекрасен. Сириус читал его тайком, никогда не осмеливался даже анонимно задать вопрос. У него в блоге не было ни одного селфи, но его текстовые посты были чудесны. ‘Сегодня я был в магазине, и маленькая девочка запнулась о шнурок своего папы. Она повернулась к нему и сказала: «Папа, ты забыл завязать шнурки. Жаль, что мне пришлось оказаться на волосок от смерти, чтобы ты это заметил.» Цель на будущее — воспитать таких же пассивно-агрессивных мелких говнюков.’ ‘Вчера в кофейне я назвался Профессором Икс. С этого момента я заставляю всех парней называть меня Чарли. К концу дня у меня может не остаться друзей.’ У Сириуса был его образ в голове. Немного панк, немного хипстер. Возможно, шерстяная шапка и кожаное пальто. Великолепен. Он должен быть великолепен. Может быть, подводка, как у Сириуса, хотя не было ли это абсолютным нарциссизмом, представлять, что абстрактный человек, в которого ты влюблен, выглядит как ты? Не то чтобы Сириуса это волновало. Он обновил ленту и увидел новый текстовый пост. ‘Ходил делать вывод средств сегодня. Дама за стойкой попыталась заполнить анкету за меня. Как будто я не прихожу сюда каждый день. Потом я услышал, как она говорила о том, что кто-то должен разобраться со мной, потому что, на самом деле, быть геем в наши дни просто модно? Возможно, я схватил бедного Фрэнка и засосал его, пока она выдавала мне деньги. Алиса наверняка убьет меня, но это того стоило. Передайте моей матери, что я люблю ее.’ «Я люблю тебя», — подумал Сириус. И он впервые нажал на эту дурацкую маленькую кнопку. ‘Я думаю, это то, что мы все должны начать делать. Когда люди начинают нести хуйню. Хватать ближайших людей и сосаться с ними, пока эти гетеронормативные говно-проныры не заткнутся об этом. Навсегда.’ Кнопка мигала перед его лицом. Отправить анонимно. Он не нажал на нее. Он нажал отправить и сразу же начал жалеть об этом. Но перестал через пять минут, когда пришел ответ. ‘Должны ли мы тогда? Должны ли мы устроить тамблеровскую революцию, заставив всех гетеро чувствовать дискомфорт, пока они не привыкнут настолько, что перестанут его ощущать? Классный блог, кстати. Мне нравится, что у всех твоих фото и видео есть описания.’ ‘Инклюзив – это панк-рок, не так ли. Я поклоняюсь твоему блогу целую вечность. Также, я думаю, что мы должны заставлять всех гетеро чувствовать дискомфорт до тех пор, пока они не поймут, что такой штуки как бинарность не существует. Я не верю в гетеросексуальных людей.’ ‘Я в библиотеке и только что засмеялся так громко, сникснэкфрикфрэк. А еще твое имя так приятно произносить. Не могу сказать, что слышал что-то настолько интересное раньше.’ ‘О Боже, ты шотландец. До этого момента я был влюблен. Моя английская голубая кровь говорит мне, что мы должны быть заклятыми врагами.’ ‘Если только мы не Ромео-и-Джульеттнем эту суку.’ Сириус был ярко-красным, его пальцы летали. Должно быть, вся его лента была в этом разговоре, но ему было абсолютно похуй. ‘В любом случае, мне не тринадцать– обоже неужели я только что выставил себя Джульеттой. Как минимум, я красивее и член у меня больше, чем у нее– по крайней мере, я так думаю, хотя учитывая оригинальные пьесы… суть в том, что я не хочу умирать в подростковом возрасте. Есть идеи получше?’ ‘Все лучшие истории – трагедии. Мы могли бы написать нашу собственную.’ ‘Это предложение?’ Ответа не последовало, и Сириус подумал, что это конец. Он все испортил своим дурацким ртом. Ну, или, пальцами, которые, в любом случае, были на прямой линии с его ртом, потому что он, вероятно, сказал бы все это вслух. Он почти напечатал извинение. Но затем он получил уведомление. Moontothetide теперь читает вас. Он замер. Затем заставил себя переключить вкладки браузера и подать заявку на ту работу. ‘Привет, пишу по поводу твоего объявления. Я бы хотел узнать больше. График мне подходит, и я на литературном факультете, так что чтение не будет проблемой. Пожалуйста, свяжись со мной как можно скорее.’ Он оставил свой номер, не подписал его. Не очень профессионально, но какая разница. Через пару минут пришло новое сообщение. ‘Привет, это Римус Люпин из опубликованного объявления о работе. Если у тебя есть время завтра, мы могли бы встретиться в кафе.’ Пальцы Сириуса возились с кнопками. ‘Было бы прекрасно. Я свободен после полудня.’ ‘Тогда, в половину первого?’ ‘Идеально.’ Три часа спустя, Сириус только вернулся из паба. Джеймс и Питер смотрели матч, а Сириус снова засел в своем ноутбуке. Маленькая цифра "один" парила над его иконкой сообщений. ‘Угадай кто.’- Аноним Сириус почувствовал, как все его лицо вспыхнуло красным. ‘Очень милый moontothetide.’ Прошло десять минут, прежде чем он получил ответ. ‘Très bien, bravo.’ ‘Теперь французский? Ты француз? Боже помоги мне.’ Прошло еще десять минут. ‘Puede ser que.’ ‘Испанский?’ Сириус застонал и уронил голову на клавиатуру, из-за чего в ответ была отправлена куча тарабарщины. ‘?’ ‘Дерьмо. Это… кот’ Он был худшим лжецом на свете. ‘Ты подпускаешь кота к компьютеру? Неразумно.’ Сириус сглотнул и, снова не думая, совершил ту же ошибку. ‘Прости’ ‘Bien fait pour toi.’ ‘У тебя есть кик или фейстайм?’ Он ждал, задержав дыхание. А затем пришел ник для мессенджера. ‘Лунатик.’ — Пиздец. Блять. Ладно, я могу сделать это. То есть, я всего-навсего одержим этим блогом, но я определенно могу это сделать, да? Типа… я… это не странно. — Что ты, блять, несешь? — Джеймс высунул голову из-за угла, чтобы посмотреть на красное лицо Сириуса. — Ничего особенного, просто автор блога, который является любовью всей моей жизни, хочет поболтать со мной. — В жизни? — Онлайн, Джеймс. Господи… Он может быть серийным убийцей. Сначала надо его проверить. — Сириус уже вбивал имя, чтобы найти его. Он сдулся, когда не увидел фотографии профиля. Или реального профиля, если уж говорить об этом. Но он все равно отправил заявку, и через мгновение со звоном открылось окно чата. ‘Buongiorno.’ ‘Ты можешь убить меня всей этой херней с разными языками. Ты из Англии?’ ‘Думаю, мне не следует рассказывать тебе интимные подробности. К слову, что блять такое бродяга?’ Сириус застонал и уткнулся лицом в подушку рядом с собой. — Пошел ты нахуй, Джеймс, — пробурчал он. ‘Это старая кличка из школы, которую очень давно дал мне мой друг. Я не могу избавиться от нее.’ ‘Не можешь избавиться? Разве ты не сам выбираешь себе ник?’ ‘Вот только не надо пихать сюда свою логику и рассуждения. Позволь мне со спокойной душой винить во всем Сохатого.’ Лунатик печатает… ‘Сохатый. Ага. Твой парень?’ Сириус чуть не подавился своим собственным языком. ‘Эм. Нет. Он… я… не думаю, что я в его вкусе.’ ‘Твои местоимения?’ Сириус нахмурился, а затем его брови взлетели вверх. ‘О, эм. Он/его. Цис парень. Очень гей. Панк-рок.’ ‘Он/его. Цис парень. Пан. Не панк-рок. Глэм-рок 80-х.’ ‘Мы не можем быть друзьями. Отъебись навсегда, Лунатик.’ Сириус уставился на экран. ‘Пожалуйста, не отъебывайся навсегда.’ ‘И не планировал. Но ты не можешь отрицать, что эпичная выпуклость Боуи в роли Джарета Короля Гоблинов заслуживает поклонения.’ ‘Ладно. Тут ты прав. Только тут.’ Сириус снова уставился на экран. — Какого черта я делаю? — Совершаешь очередную ошибку, как обычно. Я все расскажу маме. — Отъебись, Джеймс. — Сириус был так рад, что Лунатик не мог его слышать. Он взглянул на часы и осознал, что было слишком поздно для углубления в такую серьезную тему. ‘Парень из 80-х, мы можем разобраться с этим завтра? У меня есть дела рано утром, мне нужно быть ответственным и все такое.’ ‘Тогда иди. Спокойной ночи, Бродяга. Сладких снов.’ Сириус почувствовал, как тихий писк подступает к его горлу. ‘Слащаво. Постарайся лучше в следующий раз.’ Он вышел из чата прежде, чем смог сказать что-нибудь еще более нелепое.

***

— Эй, в честь чего эта улыбка? Римус закрыл свой ноутбук, отложив его в сторону. — Ничего. — Ты всегда был отвратительным лжецом. Хочешь чаю? — Зеленый было бы здорово. У меня занятия утром, потом встреча с моим новым чтецом. Возможным новым чтецом. Лили Эванс включила электрический чайник и рылась вокруг, пока не нашла пару пакетиков ромашкового чая. Опустив их на дно изрядно потрепанных, самых любимых кружек, она прислонилась к тумбочке и уставилась на своего лучшего друга. — Надеюсь, он не мудак. Римус рассмеялся. — Думаю, я усвоил урок. — Он откинулся назад и провел рукой по лицу. — К тому же, это всего лишь два раза в неделю. Я просто не могу позволить себе гребаные аудиокниги для этого курса в этом семестре. Я имею в виду, ради всего, блять, святого, Лилс, какой профессор заказывает девять книг на семестр? — Садист. Ты можешь подать жалобу, знаешь. Услуги по инвалидности и все такое. Глаза Римуса сузились, хотя эффект был несколько утерян, поскольку он сердито прожигал взглядом край кофейного столика, а не свою соседку. — Ведь это так помогло в прошлые разы. Все, что я слышал, так это то, что если я не поспеваю за всеми, то, возможно, не должен посещать занятия. — Дрочилы, — согласилась Лили. Она приготовила чай и поставила чашку Римуса на ее привычное место. Протянув руку, он коснулся пальцами кружки, нашел ручку, а затем сделал длинный глоток и вздохнул. — В любом случае, я думаю, это должно сработать. Держать это строго в стенах библиотеки. Без глупостей. — Звучит мудро. Только если он не понравится тебе. Или она. — Он, я думаю. У него странное имя. Сириус Блэк, кажется? Лили чуть не подавилась своим чаем. — Сириус Блэк? Типа… Сириус Блэк Сириус Блэк? — Произношение его имени дважды не помогает, — пожаловался Римус. — Просто… ты наверняка слышал. Новости и все такое. Ты ведь знаешь Блэков, да? — А должен? — Они королевские особы, Римус, — отчитывает Лили. — Несколько лет назад было много споров по поводу него, да, я думаю, это был он… Он выставлял свою жизнь напоказ перед всей прессой. Потом все затихло, а через пару лет его брат совершил самоубийство. — Дерьмо. — Римус выдохнул в свою кружку. — Думаешь, это тот самый? — Скольких людей в этой проклятой стране зовут Сириус Блэк? — Я не знаю. Вы, англичане, довольно странные. — Однако Римус хмурился. — С чего бы какому-то пафосному мальчику-аристократу хотеть стать чтецом за 50 фунтов в неделю? — Может, ему скучно, — предположила Лили.— Или мы просто ошиблись. Я могу поискать его фотографию, если хочешь. — Не то чтобы это сильно мне поможет, — указал Римус. — Думаю, я мог бы просто спросить его. — О, это будет звучать просто пиздецки восхитительно. Типа, эй, это ты тот парень, который гействовал на всю прессу, перед тем, как твой брат пошел и покончил с собой? — Да, блять, у меня ведь нет ни капли такта, — отметил Римус. Ведь, конечно, он имел такт и не имел никакого намерения вести себя так ужасно. Но он мог бы спросить. Потому что если это действительно был Сириус Блэк, богатый пафосный педик, который любил позлить своих родителей, то Римус не был заинтересован в том, чтобы стать очередным знаком протеста.

***

Сириус получил сообщение о том, что парень, с которым у него было собеседование, уже сидел в кафе, и ему нужно было искать кого-то в коричневом кардигане. Сириус подумал, что это шутка. Кто в их возрасте носил коричневые кардиганы? Ну, Римус Люпин, очевидно. Он действительно сидел за столом у окна, с неприлично огромной кружкой капучино в руках. Сириус подумывал взять себе кофе, но он не любил кофе от слова совсем, и, на самом деле, он уже был переполнен сахаром и кофеином настолько, что едва мог стоять спокойно. Так что, он подошел и схватил стул, выдвинув его с громким скрипом. Римус подпрыгнул, а Сириус залился краской. — Черт. Прости. Я… привет. Я Сириус. Эм. Блэк. Сириус Блэк. На секунду Римус выглядел раздраженным. Потом немного позабавленым. — Присаживайся. — Я уже, — сказал Сириус, нахмурившись. — Эм. Я ведь не опоздал? — Не думаю. Глаза Сириуса расширились. — Ты шотландец. — Это проблема? — тон Люпина был вызывающим. — Нет, просто у меня была шутка кое с кем, кто… — он остановился и посмотрел вниз, чувствуя себя ужасно неправильно одетым, в своих рваных джинсах и футболке с Ramones. Он сидел напротив этого парня, который был, по меньшей мере, его ровесником, а может даже и младше, Сириус не определился. Но на нем был кардиган, брюки, и, прости Господи, пенни-лоферы. — Не бери в голову. Итак. — Он сложил руки на столе. — Действительно, итак. У тебя есть ко мне какие-нибудь вопросы? Сириус облизал губы. — Оу. Ну... не что-то конкретное. Какие, эм… какие книги мне нужно будет читать? — Я прохожу курс теологии, и преподаватель потребовал, чтобы я прочитал девять книг в этом семестре. Не полностью, только отрывки. — Так это настоящее чтение? Брови Римуса поползли вверх, но Сириус заметил, что он избегал зрительного контакта, что немного раздражало. — Ты думал, это притворное чтение? — Я думал, что это может быть кодовым названием для чего-то. Не знаю, не совсем обычная просьба, не так ли? — Для меня, вполне. — Римус издал многострадальческий вздох, заставив Сириуса покраснеть. Он осознал, что относился к этому не совсем серьезно, что было проблемой. — Извини. Мы зашли не с той ноги. Я абсолютно точно могу справиться с теологией. На самом деле, у меня отличный голос для чтения, так что это не будет проблемой. Мне нужно будет читать тебе, или ты предпочитаешь запись? Брови Римуса снова взлетели вверх. — Запись. Я об этом не подумал. Буду иметь в виду. А пока мы будем проводить наши занятия в библиотеке. Ты студент? — Да. Но я свободен по вечерам. — Звучит идеально. — Римус поставил кружку на стол и подпер подбородок рукой. — А теперь, могу я задать тебе вопрос? У Сириуса в груди немного сжалось, пока он изучал этого человека. Он был выше Сириуса, шире в плечах. И хотя он должен был выглядеть нелепо в кардигане, вместо этого он выглядел потрясающе. Его глаза были янтарного цвета и немного отстраненные, волосы взъерошены. У него были длинные, тонкие пальцы и бледные шрамы на щеках и шее. Сириус мог бы спросить о них, но знал, что это было бы грубо. У него были свои шрамы, и ему никогда не нравилось говорить о них. — Сириус? Он прокашлялся: — Да, прости. Эм, конечно, спрашивай что угодно. — Ты тот самый Сириус Блэк, о котором писали в прессе несколько лет назад? Сириус покраснел и отвел взгляд. — Оу. Это, эм… — Я могу задать тебе второй вопрос? Сириус ощетинился. — Он будет настолько же личным? Римус вздрогнул. — Возможно. Мне хотелось бы знать, почему такой богатый и аристократичный парень, как ты, заинтересован в этой работе. Это важно для меня. Мне нужен чтец для прохождения этого курса, и я не заинтересован в том, чтобы нанимать кого-то, кто собирается свалить через две недели из-за того, что стало скучно. Потому что это будет скучно. Смертельно скучно. Сириус закусил нижнюю губу. Было очевидно, что Люпин не знал всего. — Я не люблю говорить о своей семье. Достаточно будет сказать, что я ищу работу не для того, чтобы развлечь себя. И я не считаю теологию скучной. Ремус быстро моргнул, а затем улыбнулся. — Это был хороший ответ. Не в силах сдержаться, Сириус просиял. — Я прошел проверку? — Это не было проверкой. Это исследование на честность. У меня была… неприятная ситуация в прошлом. — Думаю, я могу понять. Мы полагаемся на людей, когда нуждаемся в них, и, как это обычно бывает, они нас подводят. Уголки губ Римуса приподнялись, его улыбка стала шире, а затем он и вовсе рассмеялся. — Ты… Боже, ты такой аристократичный. Это почти нереально. У меня чувство, будто я пью чай с Королевой. — О, поверь, я гораздо менее скучный. — Теперь Сириус чувствовал себя немного уверенней. — Итак, у меня есть работа? Выражение лица Римуса на секунду замерло. — Как насчет пробного периода? Две недели, чтобы понять, комфортно ли нам друг с другом. И если да, то занятия станут постоянными до конца семестра. Это было справедливо. — Хорошо. Я в деле. — Сириус протянул руку, но когда Римус не пожал ее, он отстранился и покраснел. — Могу я теперь задать вопрос? Возможно, немного грубый? — Давай. Но не могу обещать, что отвечу на него. — Почему, эм… Почему тебе нужен чтец? Я имею в виду, в чем смысл? Глаза Римуса расширились. — Ну, я посмотрел стоимость тех аудиокниг, которые были назначены, и они стоят больше ста фунтов за штуку. Гребаные редкие книги, поди разберись. Это не совсем отвечало на его вопрос, но… — Разве платить мне 50 фунтов в неделю в конечном итоге не выйдет дороже? — Может быть, да, — сказал Римус. — В любом случае, моя соседка покрывает половину этих расходов, и в том, чтобы иметь чтеца, есть свои преимущества. Тем более, мне нужны только отрывки, а пытаться пролистать аудиокниги в поисках определенных абзацев — огромная боль. — Верно. — Сириус нахмурился. — Но почему? — Почему это боль или…? — Зачем тебе… Конечно, я имею в виду книги… То есть, ты ведь умеешь читать, да? Римус поперхнулся только что сделанным глотком капучино. — Я слепой. — Слова вырвались сами собой и, казалось, разнеслись по всему кафе, хотя, не было похоже, чтобы их слушал кто-то еще. Сириус был потрясен. — Ты… Я… — он остановился. — Оу. — Извини, я думал, ты уже понял. — Ты не выглядишь… То есть, не то чтобы слепые люди выглядят определенным образом. Но у тебя нет собаки. Нет трости или… Римус потянулся влево и положил на стол сложенную белую трость. — Так лучше? — Господи Иисусе. Ты правда слепой. Лицо Римуса ожесточилось. — Это проблема? — Нет! — Сириус чувствовал себя полным идиотом. — Нет, я… Я проебался. Прости. Это просто не приходило мне в голову, и я никогда не встречал слепого человека, и теперь я показываю тебе, какой я на самом деле жалкий и неотесанный. — Не очень аристократично, — рассудил Римус, на его губах появился намек на улыбку. Сириус замер, а затем рассмеялся. — Просто, чтоб ты знал, я принимаю это за комплимент. Большой комплимент. — Как пожелаешь. — Но теперь Римус улыбался. По-настоящему. — Итак, теперь, когда мы закончили с неловким идиотским поведением, должны ли мы сравнить наши расписания? Им понадобилось больше часа, чтобы выбрать точное время и дни, несмотря на то, что Римус указал свои требования в объявлении. Но он был благоразумен, спросив, нужно ли Сириусу что-нибудь подкорректировать. Мысли Сириуса вернулись к шутке о том, чтобы получить из этого хороший секс, которую он отпустил Джеймсу. И ближе к концу он понял, что был бы не против. Римус был язвителен и остроумен, и отвечал тем же, что получал. Его было нелегко обидеть, и, казалось, странный юмор Сириуса доходил до него, а не сбивал с толку. В конце, Римус полез в свой рюкзак и достал оттуда книгу. Он продвинул ее по столу и скрестил руки. — Ну ладно, Шекспир. Давай послушаем тебя. — Чтение? Сейчас? — Я ставлю тебя в неловкое положение? — он приподнял бровь, и Сириус покраснел. — Э. Нет, конечно. Я как надрессированная цирковая зверюшка — гавкаю по команде. Только если ты применяешь пытки и абьюз. Римус скорчил гримасу. — Это ужасно. — Как и цирки, — сказал Сириус, и в его голосе не было ни намека на шутку. Последовала пауза, после которой Римус рассмеялся. — Ты бы поладил с моей соседкой. Она… в некотором роде спасает планету. — Я только за животных, — сказал Сириус. — Нахуй людей. Он открыл книгу и прочистил горло. — Стоит ли мне перейти на королевский английский, — своим лучшим, самым пафосным тоном, который, по настоянию его мамы, он использовал в компании важных людей. — Или что-то более повседневное? Римус ухмыльнулся. — Можешь на валлийском? Сириус залился лающим смехом. — Не уверен, что я буду хоть сколько-нибудь хорош в этом. Помнится, у меня были репетиторы. Могу по-французски, если тебе интересно. Римус остановился, склонив голову набок. — По-французски? — Древнейшая и Благороднейшая семья Блэков родом оттуда, чтобы ты знал. Французская и английская знать. К счастью, нам удалось избежать большинства обезглавливаний. — К счастью, — сухо сказал Римус. — Обычный английский подойдет. Хотя, приятно знать, что ты можешь говорить с акцентами. И по-французски. Сириус решил не спрашивать, почему об этом было приятно знать, и просто начал читать книгу, которая называлась «Происхождение Сатаны». Звучало как жуткая и достаточно мрачная тема, но написано было прилично, и за полстраницы он действительно смог немного погрузиться в книгу. — Ладно, — сказал Римус спустя некоторое время. — Пока что этого достаточно. — Ты уверен? — Да. — Римус протянул руку, и Сириус вложил книгу в его пальцы. — Хорошие новости, меня не раздражает твой голос. Сириус одарил его хищной улыбкой, забывая, что эти чары были бесполезны в данной ситуации. — Это хорошо. — Увидимся в среду, я полагаю? У Сириуса появилось отчетливое ощущение, что его увольняют. — Да. Верно. В полседьмого? Ты уверен, что это не слишком поздно? — Я, вроде как, сова, — сказал Римус, махнув рукой в пренебрежительном жесте. — Хорошо. — Сириус начал вставать, но засомневался. — Я не уверен, является ли этот вопрос грубым, так что, эм… — О, не тяни. Ты не беспокоился о грубости весь день, — отчитал Римус. Сириус покраснел. — Тебе нужна помощь с тем, чтобы добраться до дома или… до метро, или автобуса, или чего-нибудь еще? Римус нахмурился, а затем тихо рассмеялся. — Ты ведь знаешь, что я как-то добрался сюда, да? — Ну, я не хотел предполагать. — Голос Сириуса принял оборонительный тон, и Римус замер. — Прости. Я всегда говорю глупости. Римус выдохнул, его плечи расслабились. — Все нормально. Было приятно познакомиться. — Он протянул руку, и Сириус пожал ее. Прикосновение было теплым и определенно длилось дольше, чем следовало. Наконец, Римус отпрянул и взял свою трость со стола, расправляя ее в три щелчка. — Если что-то случится, — сказал Сириус, делая шаг назад, — просто напиши мне. — Идет. У Сириуса было ощущение, что Римус хотел подождать, когда он уйдет, прежде чем встать, поэтому Сириус устроил несколько шумное представление, покидая кафе, и, пройдя немного по улице, он остановился. Он шутил о сексе. Теперь он чувствовал, что был в полной заднице — но совсем не в том смысле.