Часть 10: Интерлюдия: Альянса Щита
8 января 2026 г., 13:01
Центральное королевство Кен, или, скорее, Белая Цитадель, излучало свой блеск на всю округу, очаровывая всех, кто на неё смотрит.
Высокие здания и величественный замок выделялись на фоне окружающего пейзажа, напоминая нечто прямо из фантастической сказки. Это очаровательное место легко можно было бы назвать своего рода "утопией". Жители деревни, которые называли это королевство своим домом, глубоко почитали богиню Лаврентию. Их преданность была неотъемлемой частью повседневной жизни, и они бережно хранили богатую историю, связанную с их прошлой богиней и благородными родами, которые правили ими на протяжении многих поколений.
Каждое солнечное утро несло в себе отголоски древних сказаний, наполняя их оживленное сообщество глубоким чувством цели и сопричастности.
К сожалению, этого больше не будет; продолжающаяся война поставила этот некогда процветающий регион на грань хаоса.
Необходимо было срочно назначить встречу членов Альянса как можно скорее.
У входа в замок стояли три чрезвычайно важные фигуры, готовясь к тому, что должно было произойти на встрече.
Первой была женщина с короткими рыжими волосами и красновато–карими глазами. Ее наряд был поразительным — ярко–красное трико в паре с меховым воротником едва прикрывало грудь. Синие леггинсы, стянутые коричневыми завязками, открывали больше кожи, чем ожидалось, в то время как на тугом поясе вокруг ее талии виднелся меч. Она дополнила образ коричневыми кожаными перчатками, черными ботинками, черным колье на шее и повязкой на голове в тон – все это подчеркивало смелый характер ее очаровательной внешности.
Майя стояла перед входом в главный замок. Она была бывшим наемником и членом Альянса Щитов из города – крепости Ансур.
— Надеюсь, у Селестины для нас хорошие новости. – сказала она, надеясь, что для разнообразия новости будут хорошими.
Вторая фигура была поразительной женщиной, ее короткие черные волосы были элегантно украшены двумя белыми лентами с обеих сторон. На ее голове покоилась потрясающая бело–золотая диадема, украшенная колокольчиками, которые изящно свисали с красных шнурков. Ее пленительные янтарно–карие глаза привлекали внимание, куда бы она ни пошла, излучая очарование, перед которым трудно было устоять. На ней были элегантные красно–белые одежды с изысканными складками, которые слегка подчеркивали приталенный фундоши под ними, подчеркивая ее завораживающий вид.
Кагуя, Служительница Храма из города–крепости, известного как Торн, сопровождала своих союзников на важную встречу, когда поняла, что это было более радикально, чем необходимо.
– Я уверена, что у Селестины–сама есть причины для того, чтобы мы были здесь. – Предположила Кагуя, зная, что у правительницы Кена были свои причины призвать их сюда.
Третьей фигурой была невысокая девушка с обрамляющими лицо вьющимися оранжевыми волосами и ярко–карими глазами, полными любопытства. Оранжевый хвост предполагал, что она могла быть карликом или халфлингом. На ней была очаровательная зеленая шляпка, украшенная красными лентами и белыми пуховиками, придававшими ей причудливый вид. Самым примечательным аспектом ее внешности было отсутствие одежды; на ней были только зеленый плащ и небольшой кусок кожи, который едва прикрывал ее детское телосложение и интимные части тела, что вызывало вопросы о ее внешности.
Луу–Луу, предводительница халфлингов из города–крепости Рэд, всегда стремилась услышать слова Богини во время ее глубоких встреч.
– Я не могу дождаться, что она скажет! – Воскликнула Луу–Луу, горя желанием узнать, какие новости приготовила для них Селестина.
– Надеюсь, на этот раз будет что–то хорошее. С тех пор последние дни были сплошным адом. – Пожаловалась Майя.
– Действительно, но я верю, что Селестина-сама преподнесёт нам что-то полезное. – сказала Кагуя.
Три женщины направились ко входу в замок, ожидая приема со стороны стражи и, естественно, государя королевства.
Вместо этого у входа стояла Клаудия.
– Леди Клаудия! – Воскликнула Луу–Луу от счастья, радуясь увидеть командующего святыми тамплиерами рыцарей.
Клаудия улыбнулась энергичному настрою Халфинга:
– Леди Луу–Луу, я рада вас видеть. У вас все хорошо? – Спросила она, беспокоясь о безопасности робкого Халфинга.
– Да! С тех пор я занимаюсь своими малышами! Не могу дождаться, когда у меня появится такая возможность! – С волнением в голосе заявила Халфинг.
Клаудия улыбнулась, довольная поведением Халфлинга.
Майя ухмыльнулась, зная, что давно не видела Клаудию:
– Она была такой с тех пор, как мы попали сюда. – Пояснила Королева Наемников.
– Приветствую вас, леди Майя. Вы сами ничуть не изменились. – Сказала Клаудия, обрадованная тем, что рыжеволосая наемница осталась такой же, какой она ее помнила.
Майя в ответ просто отмахнулась:
– Ах, мы ведь уже говорили об этом, Клаудия. Зови меня просто Майя, никаких формальностей.
Клаудия просияла от слов рыжеволосой принцессы–Рыцаря.
– Ты ничуть не изменилась, Майя. – Подумала она про себя.
– Клаудия–сама, прошло немало времени. Все ли хорошо в вашем королевстве? – Спросила Кагуя. – Как поживает сама Селестина?
Клаудия в ответ одобрительно кивнула:
– Да, госпожа Кагуя, все было хорошо. Просто леди Селестина недавно пережила стресс.
– Ах да, это напомнило мне. Селестина недавно сказала, о чем хотела поговорить? – Спросила Майя.
– Да, она в зале совета, ожидает вашего прибытия. – Ответила Клаудия.
– Ну и чего мы ждём? Пойдёмте к Селестине! – Взволнованно сказала Луу–Луу. – Я надеюсь, что это не будет еще одно скучное собрание, как в прошлый раз. – пожаловалась она, из-за чего Клаудия просто молча вздохнула.
– Послушай, Луу-Луу, у леди Селестины много забот. Мы должны быть терпеливыми и во что бы то ни стало помогать ей в этих делах. – Отчитала Клаудия маленького Халфлинга, как мать отчитывает своего ребёнка.
Луу–Луу надулась, как ребенок, прежде чем, в конце концов, медленно кивнула, понимая, что это серьезный вопрос, требующий внимания.
Майя не могла удержаться от смеха над обычными выходками Луу–Луу, в то время как Кагуя сохраняла невозмутимое выражение лица, ничуть не удивленная действиями вышеупомянутого Халфлинга.
Когда Клаудия повела своих товарищей из Альянса Щитов, большие двери зала совета открылись. Две охранницы в щитах поприветствовали каждую женщину, проводя их в зал заседаний.
Оказавшись внутри, они увидели фигуру, одетую в белое, со светлыми волосами, которая оказалась самой леди Селестиной. С улыбкой на лице она начала приветствовать своих товарищей.
– Леди Майя, леди Кагуя и леди Луу–Луу, я рада видеть вас снова.
– Я тоже рада вас видеть, леди Селестина. – ответила в своей игривой манере Майя. – А я думала, мы здесь для веселья или чего-то такого.
Селестина улыбнулась, зная, что это забавная привычка, что у рыжеволосой наемницы был ее обычный юмор, но она продолжила объяснять самой себе.
– Приятно видеть тебя снова, Майя, но нет, как бы мне ни хотелось, чтобы это было по праздничному поводу, это нечто совершенно другое.
– Селестина–Сама, простите, что спрашиваю, но это собрание касается обсуждения соответствующих королевств леди Алисии и леди Прим? – Спросила Кагуя, надеясь, что так оно и есть.
– Боюсь, что да, Кагуя. Однако в данном случае я не уверена, полезно это или вредно.
– Как же так? – Обеспокоенно спросила Майя, склонив голову.
– Потому что Фео был освобожден не так давно. – объяснила Клаудия, когда остальные члены Альянса Щита, за исключением Селестины, удивленно расширили глаза.
– Но... но это же хорошо. С Алисией и Прим все должно быть в порядке. В конце концов, если Фео был освобожден, то и нам бояться нечего. – Продолжила Майя, когда Луу–Луу начала кивать, соглашаясь с ней.
– Да! Дела должны налаживаться! Всё же в порядке, верно? – Спросил маленький Халфинг, когда Клаудия покачала головой.
– Боюсь, что нет, Луу–Луу. В конце концов, это была не Алисия и не кто–либо из повстанцев, которые освободили королевство в первую очередь. Это был незнакомец, который, возможно, даже не отсюда. – Объявила Клаудия.
– Не отсюда? – Спросила Майя, гадая, что Главнокомандующая союзных войск имела в виду.
Селестина кивнула:
– Верно, из того, что мы знаем, его происхождение остается загадкой. Поэтому госпожа Кагуя поможет нам раскрыть эту загадку с помощью своей магии и ритуалов". – Мягко заявила она, когда Жрица изящно поклонилась с царственной осанкой.
– В самом деле, Селестина–Сама, я не разочарую вас. – заявила Кагуя, непоколебимо преданная альянсу.
Богиня Кена улыбнулась инициативе Служительницы Храма:
– Спасибо тебе, Кагуя. Однако я должна сообщить вам, что это был не единственный вопрос, который я хотела обсудить с каждым из вас. – объявила Селестина, снова привлекая внимание собравшихся принцесс.
– Я должна сообщить вам всем, что среди них был предатель. Премьер–министр Бизли предал Алисию и её королевство. – заявил Верховный эльф в зале совета, вызвав бурную реакцию.
Новость потрясла всю группу, за исключением Клаудии, которая была проинформирована обо всем испытании днем ранее и осталась в состоянии недоумения.
– Подло предал Алисию и Прим?! Но в этом нет никакого смысла. Разве он не был Алисии как отцом? – Спросила Майя, потрясенная этой новостью.
– Этого не может быть; у Бизли должна была быть причина действовать таким образом. Возможно, его принудили против его воли предать Фео. – предположила Кагуя, пытаясь найти возможную причину.
Селестина, казалось, опечалилась, услышав эти предположения.
– К сожалению, мои сестры, это не так. Премьер–министр предал леди Алисию, предоставив информацию Черным псам, чтобы получить власть не только для наемников, но и для себя. – Сказала она с мрачным выражением лица.
Все были ошеломлены словами Богини, потому что лорд Бизли, который был Алисии как отец, оказался предателем. Это предательство было тем более шокирующим, учитывая его тесную связь с семьей принцессы-рыцари в годы ее становления, когда он лелеял ее и присматривал за ней с тех пор, как она была совсем ребенком. И всё ради своих корыстных целей.
– Почему… Сначала Вольт, теперь Бизли, должна быть причина, по которой это вообще происходит! – Воскликнула Майя, надеясь, что этому есть объяснение.
– Успокойся, Майя. Мы вместе докопаемся до истины – Успокоила ее Клаудия, ее голос был ровным, но наполненным теплотой. – Прямо сейчас давайте сосредоточимся на хороших новостях: леди Алисия и леди Прим живы и невредимы.
– Возможно, он намерен уничтожить их, как только они повернутся к нему спиной, и таким образом вернуть Фео в прежнее состояние – Высказался один из советников.
– Возможно, он намеревается прикончить их в тот момент, когда они повернутся спиной, таким образом вернув Фео в прежнее состояние. – Высказал свою версию уже другой советник.
– Этого не может быть. Если бы это было так, тогда почему этот воин решил спасти их жизни в тот момент, когда он мог легко покончить со всеми ними? – Спросила Клаудия, в то время как другие советники обменялись смущенными взглядами, не зная, что ответить.
– Что вы думаете, леди Селестина? Есть ли за этим что–то еще? – Спросил другой советник, когда все взгляды обратились к ней.
– Да, но это… довольно сложно. На самом деле я позвал вас сюда из-за видений, которые я видел в последние дни. Видений, которые могут быть связаны с будущим Эостии и потенциальными последствиями разрушительного влияния войны. – Селестин сделал паузу, и все присутствующие, включая членов Альянса Щита, напряглись, поскольку все знали, что это как-то связано с войной с Чёрными Псами.
Майя, в частности, испытывала глубокое беспокойство. Она была убеждена, что у Вольта и Чёрных Псов должна быть какая-то скрытая причина для предательства её страны. Их вероломство вызывало тревожные вопросы о лояльности и побуждало её искать правду.
Кагуя стояла молча, прежде чем ответить:
– Эти видения, Селестина-Сама, как долго они у вас были? Что вы в них видели? – Обеспокоенно спросила она.
– Всего на несколько дней, но время от времени они ухудшались. Самое неприятное во всем этом то, что я думаю, это связано с незнакомцем, который освободил Фео. – Ответила Селестина.
– Незнакомец? Вы знаете, кто он, ваше Святейшество? – Спросила Клаудия, гадая, есть ли у Богини ответ на ее вопрос.
Селестина в ответ покачала головой, подтверждая свой ответ:
– Нет… Я не уверена, кто он… или что бы это ни было, оно является нашим союзником.
Селестина начала рассказывать остальным членам своего альянса о своих кошмарах, которые шокировали Клаудию больше всего. Она знала, что у ее лидера были проблемы с отдыхом, но никогда не думала о делах войны.
– Вам известно имя... незнакомца из ваших снов? – поинтересовалась Кагуя.
Селестина пристально посмотрела на неё, и в её глазах отражалась целая буря эмоций. Испытывая смесь беспокойства и трепета, она наконец набралась смелости и произнесла имя, которое так долго не слетало с её губ.
– Его зовут… Лорд Вейдер.
Все в зале совета стояли в замешательстве и заинтригованные, любопытствуя о природе этого имени, поскольку оно казалось более ... иностранным, чем необходимо.
– Лорд Вейдер… Я никогда не слышала этого имени. Кто он, какой–нибудь дворянин? – Спросила Майя.
– Возможно, он родом из далекой страны, далеко от Эостии. Это не первый раз, когда иностранцы посещают эти земли. – попыталась объяснить Кагуя.
– Возможно, но даже в этом случае это имя довольно необычное, учитывая, что оно звучит иначе, чем большинство распространенных имен в Эостии. – заметила Клаудия.
Никто не мог понять, что за таинственная фигура возникла в их общем сознании.
Принцессы–рыцари обменялись смущенными взглядами, на их лицах была смесь любопытства и беспокойства. В зале совета царила тяжелая неопределенность, их мысли метались, пытаясь разгадать загадку.
Странник, окутанный тайной и тенью, ничего не рассказал ни об их намерениях, ни об их происхождении. Сильное беспокойство охватило принцесс–рыцарей; лишенные какого–либо руководства или ясности, они оказались в этот момент полностью парализованными, сталкиваясь с вопросами, на которые нет ответов.
Их обучение подготовило их к битвам и заданиям, но не к озадачивающей ауре, которая окутывала этого незнакомца.
Чего он хотел? Откуда он взялся?
Не зная, с чего начать свое расследование, принцессы–рыцари чувствовали себя так, словно стояли на пороге великой неизвестности, не зная, как двинуться дальше.
Однако этого бы не произошло, если бы один из них не предложил идею в ходе обсуждения.
– Селестина-Сама, зеркало все еще у вас? – Спросила Кагуя.
Селестина была слегка озадачена этими словами, но ответила утвердительно, обдумывая смысл заявления Жрицы Храма.
– Селестина–сама, существует метод, с помощью которого мы можем раскрыть правду о событиях в Фео. Однако для этого мне, возможно, потребуется провести ритуал. – заявила Кагуя, в то время как Луу–Луу нахмурилась, понимая, что для нее это будет необычный опыт.
– Ты и твоя странная магия. И как этим можно чего–то достичь? – Спросила Луу–Луу, в то время как Кагуя, несмотря на бесстрастное выражение лица, мысленно нахмурился от слов маленького Халфлинга.
Кагуя покорно вздохнула, полностью осознавая, что у нее есть свои собственные хитроумные методы извлечения информации.
– Пожалуйста, будьте терпеливы, Луу–Луу–Сама. Уверяю вас, что в свое время все это обретет смысл. – Заявила она, в то время как Луу–Луу просто вздохнул, неохотно одобряя эту необычную идею.
Шли минуты, и с помощью Селестины в зале заседаний было установлено небольшое дизайнерское зеркало; теперь они были готовы получить ответы, которые по праву искали.
Жрица Храма начала свой ритуал с того, что положила на землю тонкий лист бумаги и держала над ним маленькое, замысловато оформленное зеркало, чтобы направлять энергии прошлого. Это стало возможным благодаря информации, собранной с нескольких жучков, которых она отправила, чтобы раскрыть события, происходящие в королевстве Фео, в поисках любой информации, которая могла оказаться полезной. Когда она сосредоточилась, воздух наполнился мягким гулом, и зеркало засветилось, отбрасывая теплый свет вокруг.
По мере того, как зеркало формировало историю, альянс ощущал глубокий вес истории в своих владениях, поскольку все они хотели знать о событиях, произошедших в Фео.
– Смотрите, начинается! – Воскликнула Луу–Луу, когда начало появляться слабое изображение, открывающее большое строение, напоминающее вход в замок Фео, которое все узнали. Сквозь зеркало с неба дождем посыпались огонь и шквал стрел, когда появились солдаты, вступающие в битву с врагами своего народа.
Ожили изображения, раскрывающие трагические последствия Фео. Североатлантический союз внимательно наблюдал за разрушениями войны наряду с моментами мужества и единства, которые воплощали сущность тех, кто боролся за свободу, что в конечном итоге привело к триумфальному освобождению Фео.
Они были свидетелями истины. Изображения изображают Алисию, сдающую королевство Черным псам в попытке спасти монахинь, но в конечном счете это приводит к неприятным последствиям.
– Нет, не сдавайтесь! – В отчаянии воскликнула Клаудия, сетуя на то, что война закончилась не лучше.
Ситуация становилась все более мрачной, и Алисия в итоге сдалась этим монстрам, на чьих свирепых лицах застыли дьявольские ухмылки.
Храбрые воины встретили свой конец в битве, их жертвы нашли глубокий отклик по всей стране. Мучительное положение женщин стало болезненно очевидным, поскольку многие из них подверглись невыразимым нарушениям в условиях хаоса. Эта ошеломляющая волна отчаяния вызвала яростную реакцию со стороны Альянса Щита, члены которого были глубоко возмущены беспорядками и размыванием их основных ценностей.
Напряжение росло по мере того, как некогда гордые воины Фео пытались отреагировать на кризис, объединенные решимостью защитить свои идеалы во времена отчаяния.
Клаудия была не просто расстроена; ее охватил глубоко укоренившийся гнев при виде бесчисленного множества ни в чем не повинных женщин, мужчин и детей, ставших жертвами насилия и порабощения. Ужасающий масштаб их страданий казался ей личным оскорблением ее человечности.
– Эти… Эти монстры. – прошипела Клаудия с отвращением.
Майю, стоявшую рядом с ней, охватила волна ужаса от жестоких действий, разворачивающихся перед ней. И все же, какая–то ноющая часть ее хотела отступить в отрицание, чтобы защитить себя от уродливой правды. Она знала, что Вольт было далеко не святым. И все же тревожащая реальность его связей с чудовищными личностями – мужчинами, способными на необычайную жестокость, – заставила ее усомниться в его истинных намерениях.
– "Вольт, почему… почему ты это делаешь?" – Подумала Майя, и на сердце у нее стало тяжело от чувства предательства, которое леденящим потоком растеклось по венам.
Смятение окутало ее мысли, пока она пыталась понять, какой выбор стоит перед ней. Предательство бросило темную тень на воспоминания, которые они когда–то разделяли, сделав их потускневшими и болезненными. Она искала ответы на вопросы о целях Вольт, ища любые признаки товарищества, которое они когда–то разделяли, но все, что она увидела, была непоколебимая решимость, которая усилила ее чувство изоляции.
Между тем, Луу–Луу чувствовала, что ее все больше подташнивает, не столько от насилия, которое разразилось вокруг нее, сколько от графических изображений невыразимых действий, совершенных мужчинами против женщин, которые переполняли ее чувства. Особенно женщина, чье состояние, казалось, ухудшалось по мере того, как она задерживалась на этих мыслях, выражение ее лица отражало усиливающийся дискомфорт по мере того, как эти образы поглощали ее разум. Каждая сцена поражала ее, как острое лезвие, рассекая ее решимость.
Кагуя, которая сохраняла спокойное и стоическое поведение на протяжении всего их испытания, теперь почувствовал прилив отвращения. Она больше не могла сдерживать поднимающееся в ней презрение, когда узнала в этих мужчинах то, чем они были на самом деле: развращенных язычников, движимых эгоистичными желаниями, совершенно безразличных к святости жизни. Тяжесть их поступков тяжело давила на нее, и она молча решила противостоять тьме, которая царила в тени такого эгоизма.
Селестина почувствовала глубокую печаль в своем сердце, столкнувшись с ужасающим кризисом в Фео. Осознавая происходящий хаос, она отправила леди Аннабель и ее стойких воинов поддержать королевство Алисии, но не предвидела истинных масштабов разрушений.
Чувство вины захлестнуло ее, когда она стала свидетельницей безжалостных действий людей, которые принесли хаос, оставив королевство разрушенным, а сердца разбитыми. Затяжные отголоски боли тяжело повисли в воздухе, заставляя ее усомниться в сделанном ею выборе и узах, которые она когда–то разделяла с народом Алисии.
С каждым мгновением тяжесть их страданий все сильнее давила на нее, являясь суровым напоминанием о тьме, поглотившей их мир.
– "Алисия… Прим… Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это". – С сожалением подумала Селестина, чувствуя, как слезы готовы были навернуться на ее глаза.
Однако дело было не в этом.
По мере захвата королевства все больше воинов пало от рук Черных Псов. Внезапно погиб еще один человек – на этот раз это был наемник Черных Псов.
Все больше наемников из Армии Черных Псов начали падать, погибая от неизвестной силы, поскольку весь альянс "Щит" пришел в замешательство от происходящего.
Что вообще происходило?
Самым неожиданным событием, которое привлекло всеобщее внимание, в основном Селестины, была таинственная фигура, закутанная в темный плащ. Эта фигура, облаченная в сверкающие черные доспехи, которые, казалось, поглощали окружающий ее тусклый свет, легко сливалась с тенями. Тем не менее, именно маска произвела неизгладимое впечатление — леденящее душу лицо, напоминающее череп, его пустые темные глазницы, казалось, пронзают мрак.
– Кто это? – Спросила Майя.
– Я... я не знаю, это... рыцарь? – Спросила Клаудия.
Луу–Луу и Кагуя размышляли над одним и тем же вопросом, поскольку фигура в маске была не похожа ни на что, что они когда–либо видели раньше.
В то время как остальные члены Альянса Щита были заняты своими теориями, Богиня стояла в полном молчании, ее внимание было непоколебимо сосредоточено на этой знакомой фигуре. Когда она взглянула на это навязчивое лицо, волна ужаса захлестнула ее, отчего краска сошла с ее лица, как раз в тот момент, когда яркое воспоминание о том, что оно ей знакомо, всплыло из ее снов, эхом отдаваясь в ее сознании, как далекий кошмар.
– Этого... этого не может быть. – сказала Селестина в шоке и ужасе.
– Что случилось, ваше Святейшество? – Спросила Клаудия, беспокоясь за свою госпожу.
– Это… Тот человек, которого я видела в своих снах… В своих видениях. – Призналась Селестина, когда все были в шоке от ее слов. – Лорд Вейдер...
В этот момент леденящий душу звук привлек всеобщее внимание, заставив их побледнеть и испугаться, когда звук разнесся по комнате. Судя по тому, что они могли различить, это должно было быть... дыхание.
*KHOOH PHOOOR*
В этот момент вспыхнул красный клинок, привлекая всеобщее внимание, особенно Луу-Луу, которая имела пристрастие к оружию. Темная фигура мчалась по хаотичным тропам, ее поразительная скорость застала всех врасплох. Даже опытные воины, такие как Клаудия и Майя были на мгновение ошеломлены, не в силах осознать явную ловкость незнакомца в маске. Напряжение наполнило воздух, когда фигура умело лавировала сквозь толпу, являя собой поразительное воплощение грубой силы и скорости, которым мало кто мог надеяться бросить вызов. Еще больше наемников пали замертво, когда клинок коснулся их, расчленяя тела. – "Какая сила..." – С ужасом подумала про себя Клаудия. Несмотря на явную жестокость и безжалостность, такая дикость была неизбежна в условиях войны; за все годы, проведенные ею на поле боя, она никогда не сталкивалась с воином, чья грубая сила и скорость значительно превосходили показатели ее армии, включая ее собственную. – "Черт, не может быть, чтобы кто–то двигался так быстро. " – Подумала Майя о способностях человека в маске. Даже рыжеволосая принцесса Щита не могла не быть впечатлена исключительными боевыми навыками воина в маске. Однако она была полна решимости не признаваться в этом, особенно в присутствии Селестины, Клаудии и остальных членов альянса. От клинка пали не только люди, но и орки, бесы и гоблины, либо обезглавленные, либо оставшиеся с прижженными ранами и телами. Луу–Луу была поражена, потому что за все годы своего изобретения оружия она никогда не сталкивалась с мечом такого калибра. Несмотря на то, что в нем используется жестокость, она не могла отрицать внушающего благоговейный трепет характера этого зрелища. – "Удивительно. " – Луу–Луу с благоговением смотрела, ее глаза загорелись изумлением на необычное, но сложное, мастерски изготовленное оружие. У Селестины, однако, была противоположная реакция, она все больше нервничала; ее беспокойство росло по мере того, как ее сердце продолжало биться, зная, что в этом сценарии ее видения не были ошибочными. Еще больше людей и наемников Черных Псов были убиты, но не багровым клинком черной фигуры; на этот раз он повелевал какой–то магией, если они могли догадаться, которая позволяла воину в маске хватать воинов без физического прикосновения, хладнокровно убивая их, сворачивая им шеи. Когда раздалось эхо щелчков по шеям, весь альянс побледнел, не понимая, что такая... магия существует. Любопытство и тревога охватили всех присутствующих, когда они смотрели на зловещую сцену, каждый член погрузился в свои мысли о темной магии в игре. Кагуя, которая гордилась своим опытом в подобных темных искусствах, стояла среди них, испытывая незнакомое волнение, которого она никогда раньше не испытывала. Несмотря на свои обширные знания и многолетнюю практику, она оказалась в растерянности, неспособная постичь секреты этого конкретного колдовства. Впервые ее непоколебимое самообладание сломалось, и ее бесстрастное поведение изменилось, когда ее глаза расширились от шока. Кружащиеся тени и мерцающая энергия перед ней вызвали в ней глубокое беспокойство, когда она пришла к тревожному осознанию того, что это была сила, находящаяся за пределами ее понимания. – "Невозможно… Что это за колдовство?" – Удивилась про себя Кагуя. По мере того, как бушует битва, гибнет все больше наемников и воинов, а мирные жители Фео набираются храбрости. Многие из них поднялись на борьбу с тиранией Черных Псов, возможно, понимая, что борьба еще не закончена. Принцессы молча наблюдали за этим зрелищем. – Смотрите, люди начали давать отпор! – воскликнула Луу–Луу, указывая пальцем на зеркало. Прошло несколько мгновений, и гордое королевство Фео было возвращено обратно. В конце концов, Алисия появляется на поле боя, готовясь сразиться с Черными Псами. – Алисия жива! Видите, я знал, что это еще не конец! – Воскликнула Луу–Луу. Остальные члены Альянса улыбнулись, счастливые видеть, что их товарищ жив и здоров. В этот момент в зеркале развернулся шокирующий момент, касающийся их бывшего товарища. Алисия, с ее непоколебимой силой, продолжала убивать все больше наемников из армии Черных Псов. Принцесса–рыцарь неумолимо продвигалась вперед, жестоко расправляясь с язычниками, а за ее спиной стояло восстание. Все были потрясены жестокостью своего товарища. В зеркале их глаза расширились от изумления, когда они увидели Алисию, безжалостно убивающую людей, орков и бесов, хладнокровно убивающую их всех. Клаудия и Майя были глубоко ошеломлены проявлением жестокости их товарища, поскольку ни один из них ранее не сталкивался с этим аспектом Алисии во время своих предыдущих тренировок и сражений. В самом сердце восстания возник могущественный союз. Айрис стояла рядом с решительным мужчиной в деревенской одежде, и его красная повязка на голове была ярким символом его непоколебимой решимости. За его спиной были свирепый гном и проворный высший эльф, готовые в бою пустить в ход всю свою мощь. По мере того как восстание набирало силу, войска Черных Псов были полностью разгромлены, их власть рухнула, и ситуация обернулась против них. В воздухе витала уверенность в победе, и исход битвы был под вопросом. Альянс Щита стал свидетелем множества событий, в том числе гибели бесчисленного количества монстров, таких как орки, бесы и наёмники, которые потерпели поражение в битве и погибли во время восстания в Фео. Алисия приняла командование и с яростной решимостью возглавила войска. Многие наёмники либо сдались, либо были убиты на месте. Когда война разгорелась, Алисия торжественно стояла посреди поля боя, наблюдая за тем, как ситуация начала успокаиваться, и конфликт подходил к концу. В то же время ее солдаты и товарищи заботились о последствиях. В этот момент появилась фигура, одетая в черное, несущая на спине другого человека. К всеобщему удивлению и радости всего альянса, выяснилось, что лорд Вейдер вынашивает принцессу Прим. Их лица озарились одновременно шоком и счастьем, они испытывали облегчение оттого, что увидели еще одного уважаемого члена своих рядов живым. – Леди Прим жива! Клаудия с облегчением воскликнула, увидев, что розововолосая принцесса–рыцарь все еще жива. Селестина и другие участницы группы испытали чувство облегчения и радости. При ближайшем рассмотрении воин в маске осторожно положил розововолосую девушку на землю, нежно завернув в одеяло. Когда Алисия поспешила к своей кузине, мягкие слова утешения сорвались с ее губ, когда она нежно погладила кузину по щекам, по ее лицу текли слезы. Весь альянс, особенно Селестина и Клаудия, начали улыбаться, и на их глаза навернулись нежные слезы, когда они стали свидетелями трогательной сцены, разворачивающейся перед ними. – Прим. Не волнуйся, я не позволю, чтобы с тобой снова случилось что–нибудь плохое. – Алисия говорила с сожалением, поворачиваясь к человеку в маске и произнося слова благодарности. – Спасибо. Зловещее дыхание воина в маске продолжало тревожить принцесс, пока они слушали слова, которые, хотя и были угрожающими, несли неожиданное чувство утешения.*KHOOH PHOOOR*
– Тебе не нужно меня благодарить. – заговорил воин в маске, прежде чем оставить светловолосую принцессу одной. – Черт, какой суровый. – Майя сделала жест, уперев левую руку в бок, оценивая происходящее с напористым, но нахальным видом. – Действительно, но, возможно, он больше беспокоится о том, чтобы заняться делами по важнее. – Спокойно заявила Кагуя, ее интрига усилилась, когда она увидела фигуру в маске. – Я все еще хочу знать, откуда у него такой меч! Это не может быть создано с помощью магии в Эостии, он должен был где–то раздобыть это! – С энтузиазмом воскликнула Луу–Луу, подпрыгивая вверх–вниз, стремясь заполучить оружие человека в маске себе. Все вздохнули, увидев поведение маленького Халфлинга. – Это все, Кагуя? – Спросила Селестина, гадая, так ли это. – Нет, к счастью, насекомые, которых я использовала, приобрели улучшенную память, но это последняя, предшествующая последствиям войны в Фео. – Ответила Жрица Храма. Когда появляется другая сцена, они смогли увидеть толпу жителей, ожидающих, что что–то произойдет; событие ожидаемо. Бойцы армии Черных Псов твердо стояли на платформе, хотя многие проявляли признаки страха, глубоко обеспокоенные собственной безопасностью.*KHOOH PHOOOR*
Внезапно, без предупреждения, темная фигура, ранее известная как лорд Вейдер, вышла из тени. – Все эти люди перед вами виновны в государственной измене, военных преступлениях, терроризме и разврате во владениях Фео. Они стоят здесь не как гордые воины, а как подлые предатели, которые должны быть уничтожены. – Человек в маске провозгласил голосом, полным ядовитой ненависти, откидывая капюшон, обнажая шлем и зловещую маску под ним, его слова произносились с поразительной силой. Весь Альянс Щита в сопровождении своих советников стоял в замешательстве, гадая, что стоит за загадочными словами фигуры в маске.*KHOOH PHOOOR*
– Это не имеет значения. Эти люди, эти животные не выживут. Черные псы не выживут, потому что они не знают о моей силе. Без предупреждения человек в маске применил свою странную силу, что привело к хладнокровному убийству пятерых человек на глазах у толпы. – Что за черт?! – Воскликнула Майя, потрясенная видом казни. Никто не чувствовал себя обязанным отчитать рыжеволосую за ее резкие выражения, поскольку все они испытывали одно и то же чувство, хотя и разными словами. На глазах у всего Альянса и остальных присутствующих в зале совета ситуация стремительно ухудшалась. По мере того как продолжалась казнь, разворачивались душераздирающие сцены: воинов душили, некоторые предпочитали покончить с собой, лишь бы не подвергаться казни. Один из заключённых попытался сбежать, но по совершенно непредвиденному стечению обстоятельств его голова взорвалась, разбросав по земле окровавленные ошмётки. Крики эхом разнеслись как по видению, так и по залу совета, когда советники, наблюдавшие за внезапным событием, закричали от ужаса; одновременно все принцессы застыли, парализованные открывшимся перед ними ужасающим зрелищем. – Хо–хо–хо! Неужели... неужели он это сделал?! – Спросила Майя, ее глаза расширились при виде этого. – Клянусь Богиней... – Заговорила Клаудия, выражение ее лица было шокировано тем, что произошло. Луу–Луу замолчала, и в этот момент ее лицо стало болезненным. Селестина хранила молчание, позволяя испуганному выражению лица передать ее ответ. Больше никто не осмеливался заговорить, так как все были парализованы страхом. Даже Кагуяна этот раз лишилась дара речи, выражение ее лица отражало чистый шок, глаза расширились от ужасной сцены перед ними. Ситуация стала еще более тревожной, когда лорд Вейдер вызвал Алисию на платформу. Узнав дворянку, которая когда–то служила в ее армии, благодаря отражению в зеркале, принцесса Фео подошла к ней. Однако, без предупреждения, аристократка начала сыпать все более вульгарными проклятиями, которые становились все более суровыми по мере того, как она продолжала, чуть не доведя принцессу Фео до слез своими словами. По мере того как видение разворачивалось, каждый член альянса испытывал глубокую симпатию к Алисии. Однако этого было бы недостаточно. Совершив неожиданный и разъяренный поступок, Алисия дала волю своему гневу, ударив аристократа ножом в горло. Хлынула кровь, когда аристократка рухнула замертво, оставив всех в зале совета ошеломленными насилием, совершенным Алисией, со слезами, текущими по ее лицу. И все же, несмотря на свой шок, они не могли не пожалеть ее в тот момент. На этом этапе казнь становилась все более ужасной и не проявляла никаких признаков улучшения, поскольку даже для них это было чрезмерным наказанием; даже Альянс не стал бы подвергать таким мучениям своих злейших врагов. Наконец, с некоторым облегчением, появляется финальная сцена. На этот раз на нем изображен лорд Вейдер, держащий в руках джутовый мешок, когда он готовится произнести речь, излучая свое зловещее присутствие. – Пусть это будет напоминанием всем вам – вашему Альянсу и вашей Богине. – Сурово произнесла фигура, чей голос сочился презрением. Насмешливый тон пронзил атмосферу, когда он встретился взглядом с Селестиной и Семью Щитами, которые стояли непоколебимо, их кипящий гнев свидетельствовал об их решимости. – Принимая союз с Черными псами... – Провозгласил человек в черной маске, бросая сумку на землю. Один любопытный житель деревни поднял ее, не подозревая о союзе и понятия не имея, к чему это приведет. Житель издал вопль, позволив сумке снова упасть на землю, на глазах у Альянса Щитов, потрясенных ужасным зрелищем. Голова премьер–министра Бизли была гнилой, по ней ползали крошечные личинки, похожие на разложившийся скелет. – ...такова будет ваша судьба. – Заявил человек в маске, в его голосе не было сожаления, вместо этого он был полон злобы и ненависти. Комната была пропитана ужасом. Никто не мог скрыть своей реакции; Майя, Луу–Луу и Клаудия были заметно потрясены, их лица побледнели, когда они боролись с подступающей волной тошноты. Душераздирающая сцена, представшая перед ними, произвела неизгладимое впечатление на всех, кто был ее свидетелем. – Черт возьми..! Это жестоко, даже для такого предателя, как Бизли. – Заговорила Майя, неуверенная, должна ли она испытывать сочувствие к премьер–министру. – Какое варварство... – Клаудия резко выдохнула, осознав суровую реальность судьбы министра. Да, хотя предатель должен быть привлечен к ответственности за свои действия, это наказание было чрезмерно варварским и представляло собой не что иное, как жестокую расплату. Луу–Луу хранила молчание, но страх, отразившийся на ее лице, говорил о многом, раскрывая эмоции, которые невозможно передать словами. Даже Кагуя был встревожен этим зрелищем, хотя и не так сильно, как другие участники. – "Интересно... Неужели воин в маске сделал это с помощью своей... магии?" – Подумала Кагуя. Селестина, в отличие от него, казалась на грани слез, ее сердце было тяжело от потрясения внезапным и безжалостным насилием человека в маске. Это сделал он? Она выглядела бледной, на нее накатила волна тошноты, но все же ее охватило странное чувство спокойствия. В глубине души она чувствовала, что за свою долгую жизнь столкнулась с гораздо более серьезными испытаниями. Значит, это действительно было всё взаправду... Ее видения были подлинными. По мере того, как зеркало продолжало излучать свое свечение, оно постепенно темнело, сигнализируя о завершении видения и подтверждая, что это был объем информации, которую они могли получить. Это ограничение возникло из–за ограниченного времени, отведенного багам на то, чтобы запечатлеть события в королевстве Фео; тем не менее, было предпочтительнее иметь это частичное представление, чем оставаться полностью неосведомленным. По завершении ритуала он оказал глубокое влияние на принцесс, глубоко потряс их до глубины души и заставил задаться вопросом, которые он поднял. – Это все, Кагуя? – Спросила Клаудия. Кагуя кивнула: – Да, это была вся информация, которую удалось собрать моим жукам. К сожалению, это вызвало у нас только больше вопросов, вместо того, чтобы дать ответы. Селестина выглядела так, словно могла упасть в обморок в любой момент. Чем глубже она погружалась в свои мысли, тем более тревожной становилась ситуация. – Леди Селестина, вы в порядке? – Спросила Клаудия, беспокоясь за Богиню. – Д–да, я в порядке, Клаудия. – заговорила Селестина, и с этими последними словами в ее голову пришли еще более мрачные мысли. Ее мучили кошмары и потери от войны, понесенные ее народом, каждую ночь ее преследовал один и тот же темный незваный гость, которым, как она теперь знала, он и был, заставляя ее чувствовать себя все более подавленной. Селестина застыла на месте, в голове у нее царило замешательство. Она и понятия не имела, что черная фигура, скрывающаяся в тени, была тем самым катализатором освобождения Фео. И все же гложущее чувство беспокойства охватило ее, все крепче сжимая ее мысли. По мере того как давление нарастало, волна головокружения захлестнула ее, заставив даже такое божественное существо, как она сама, изо всех сил пытаться осознать разворачивающийся хаос. Кто был этот человек? Каковы были его намерения? Какие цели он преследовал? Он действительно на их стороне? Кем был лорд Вейдер? Что, если… что, если он был просто еще одним «Вольтом», о котором стоит беспокоиться? Селестина не могла избавиться от груза своих снов — каждый из них был предупреждением о надвигающейся опасности, которая казалась даже более угрожающей, чем Черные Псы. Насилие... кровопролитие, которое он развязал на поле боя, было безжалостным, поскольку он убивал своих врагов самыми отвратительными способами, которые она только могла себе представить. Этот образ... Тревожный образ головы Бизли не выходил у Селестины из головы, и она не могла избавиться от тошноты, которую это вызывало. Все это испытание начинало казаться глубоко неправильным. Сомнение терзало ее решимость, и она поймала себя на том, что подвергает сомнению все, что, как ей казалось, она знала. Другие члены Альянса Щита заметили это и начали беспокоиться за Селестину. – Леди Селестина, вы уверены, что с вами все в порядке, миледи? Обеспокоенно спросила Клаудия. Селестина медленно кивнула, ее мысли лихорадочно метались, но она молча сжала губы. Волна головокружения захлестнула ее, заставляя изо всех сил пытаться сохранить равновесие. Мысли вихрем пронеслись в ее голове, возвращаясь к непреодолимому давлению и шокирующей сцене, свидетелем которой она только что стала. Тяжесть всего этого навалилась на нее, и в этот момент силы оставили ее. С последним вздохом она упала в обморок, не в силах справиться с нахлынувшей на нее волной эмоций. – Черт! Кто–нибудь, держите ее! – Крикнула Майя, привлекая внимание своих товарищей по команде, которые бросились к ней, когда Селестина рухнула на землю. Все члены Щита, а также пара советников и монахинь окружили Богиню. Каждый из них беспокоился о том, что вот–вот случится с их правителем в королевстве. – Леди Селестина! – Воскликнула Луу–Луу, и в ее голосе послышались нотки беспокойства. – Быстрее, дайте ей пространство! – Крикнула Кагуя и быстро подошла к леди Селестине, лежащей без сознания. Жрица ловко вытащила из рукавов два спрятанных листа, ее пальцы танцевали, когда она шептала в воздух чарующие слова. Когда она заклинанием зажгла листья, экзотический аромат окутал пространство, наполнив его теплым, землистым ароматом. Кагуя осторожно поднесла клубящийся дымок к носу дремлющей светловолосой Богини, пробуждая ее из глубин сна. Постепенно румянец начал возвращаться к ее щекам, разгоняя бледность бессознательного состояния. Богиня пошевелилась, капли пота заблестели у нее на лбу, выдавая напряженность ее мыслей, когда она пришла в себя, вдыхая окружавший их пленительный аромат. – Леди Селестина, с вами все в порядке? – Спросила Клаудия, беспокойство усилилось в ее взгляде, когда она изучала свою линейку в поисках любых признаков беспокойства – К–Клаудия! Ч–Что случилось? Что со мной случилось? – Селестина запиналась, ее сердце бешено колотилось, когда она огляделась по сторонам, в голове царило замешательство. – Вы потеряли сознание, миледи. К счастью, леди Кагуя сумела разбудить тебя с помощью своего рода небольшого средства. – Мягко заверила Клаудия. Селестина знала, что заставила всех волноваться за себя, поскольку выглядела пристыженной из–за этого. – Простите. – Селестина извинилась за свой приступ паники. – Это... просто слишком тяжело для меня. – Все в порядке, ваше Святейшество. Мы рады, что с вами ничего не случилось. – Сказала Клаудия с облегчением в голосе. – Мой Альянс Щита, давайте завершим сегодняшнюю встречу. – Сказала Селестина. – До следующей встречи мы решим, как нам поступить дальше. – Она начала подводить итоги совещания, в то время как Клаудия кивнула в знак согласия, понимая всю тяжесть бремени, которое выпало на долю ее правительницы. Легким взмахом руки Клаудия позвала двух монахинь и смотрительницу, которые быстро прибыли, чтобы проводить леди Селестину в ее комнату. Их присутствие было подобно успокаивающему бальзаму, успокаивающему уставшую Богиню, когда они уводили ее от суматохи и стресса, которые терзали ее королевство.***
После того, как ритуал закончился, с этого момента ситуация стала становиться все более сложной. Как только Селестина была благополучно уложена и о ее самочувствии позаботились, Клаудия вернулась в зал совета, присоединившись к своим коллегам, поскольку атмосфера была насыщена интенсивными дискуссиями и стоящими перед ними насущными проблемами. – А как же леди Алисия и леди Прим?! С ними все будет в порядке? – Спросила Луу–Луу, беспокоясь за своих друзей. – Я уверена, что пока с ними все будет в порядке. Мы не можем рисковать, отправляясь в королевство без подкрепления. – Ответила Клаудия. – Я не думаю, что мы можем рассчитывать на подкрепление. Какой смысл иметь дополнительную рабочую силу, если этот парень в маске может убить кого–то, не прикасаясь к нему? – Спросила Майя. Такая возможность существовала. Члены Альянса Щита были совершенно не осведомлены о всех возможностях этой фигуры. Черт, называть его мужчиной казалось неправильным, учитывая необычное и пугающее присутствие этого человека в маске. Это беспокоило их больше всего. Тем не менее, они не могли позволить этому безумию продолжаться, несмотря ни на что. – Мы ни в коем случае не можем допустить, чтобы эта угроза овладела Фео! – Заявила Клаудия резким и властным голосом, вспоминая то, что пришлось пережить леди Алисии и леди Прим. Другие ее товарищи, включая леди Айрис и ее Альянс, были жизненно важны, и она не могла позволить себе потерять их в этой ситуации. – Лорду Вейдеру нельзя оставаться наедине с ними! Мы должны действовать решительно, чтобы защитить их от любой угрозы, скрывающейся в тени! Луу–Луу энергично закивала головой, полностью соглашаясь с чувствами своего товарища. Даже проницательные Халфлинги заметили суматоху, разразившуюся вокруг них, понимая, что ситуация вышла далеко за пределы их зоны комфорта. – Да, просто принесите мне мой топор–молот, и я помогу разобраться с этим, леди Клаудия! Тот, кто посмеет навредить леди Алисии и леди Прим, столкнется с последствиями гордого Халфлинга! – С гордостью заявил Луу–Луу. Когда зал наполнился одобрительными голосами, над толпой внезапно воцарилась тишина. В этот момент Кагуя, чьи глаза светились мудростью, нарушила молчание, чтобы поделиться своей точкой зрения, полностью изменив атмосферу: – Хотя было бы уместно действовать прямо сейчас, мы не можем недооценивать то, на что способен этот воин в маске. Майя кивнула: – Да, в конце концов, что, если в этот момент он просто притворяется шпионом? Зная, что произошло с… Вольтом... – Она немного помолчала, прежде чем продолжить. – Он может быть нашим врагом. – Возможно, это и так; однако, зачем ему проходить через все трудности, чтобы спасти Алисию–Сама и Прим–Сама, если, как вы упомянули, он просто поддерживает их ради собственной выгоды? – Смело спросила Кагуя, чувствуя, что рыжеволосая принцесса Щита все больше злится из–за ее слов. – Я не знаю! Дело в том, что… после того, что случилось с Вольтом, я больше не уверена, кому или чему верить! – Ответила Майа, чей тон сменялся от замешательства к гневу. Все взгляды обратились к рыжеволосой принцессе–рыцарю, понимая, что ее гнев проистекает из ее прошлых романтических чувств к Вольт, особенно к Клаудии, которая прекрасно понимала, что любовь – это не просто игра. К сожалению, та же самая любовь переплелась с Вольт, который в конечном итоге показал себя не более чем монстром для королевства. – Майя, я понимаю твое разочарование по поводу предательства Эостии Вольтом и его армии, но гнев не решит ситуацию. – Посоветовала Клаудия, надеясь, что ее подруга не примет опрометчивого решения. – Тогда что же?! – Крикнула Майя, привлекая всеобщее внимание. – Насколько нам известно, этот парень, лорд Вейдер, может быть хуже, чем Вольт; возможно, он в сговоре с Темной Королевой! – продолжала вопить Королева наемников, отказываясь верить в сложившуюся ситуацию. – Майя, ты себя слышишь? Темная Королева была схвачена несколько месяцев назад, как раз тогда, когда Вольт объявил о своем предательстве на Эостии. – Объяснила Клаудия. Майя глубоко вздохнула, зная, что в этот момент ей не следует переходить на личности. – Я поняла. Просто... Все это не имеет смысла, и так много воинов, гибнет из–за того, что мы все слишком боимся выступить и сразиться с этими ублюдками. – Я знаю, Майя, но нам нужно подумать о решении, прежде чем кто–либо из нас начнет действовать поспешно в этой ситуации. – Сказала Клаудия, привлекая всеобщее внимание. – Всем нам. – Она снова уточнила, когда Майя тяжело вздохнула, поняв слова Командира Щита. Все кивнули, понимая, что сейчас произойдет.***
Как собрание завершилось, все начали выходить из комнаты, и у каждого члена Альянса Щита были разные мысли. У Кагуи были свои соображения по этому поводу, поскольку экстраординарные способности человека в маске возбудили ее любопытство. Она никогда не видела ничего подобного, и тайна, окружавшая его, только усиливала ее очарование. Хотя на встрече были даны лишь краткие ответы, это усилило ее любопытство к насущному вопросу, касающемуся войны, объявленной против их королевств. Лорд Вейдер… она никогда раньше не слышала этого имени. Служительницей Храма двигало любопытство; она размышляла о королевском значении и благородном происхождении, которые могли быть связаны с таким интригующим именем. Она была очарована стоявшим перед ней воином в маске. Его притягательность разожгла в ней любопытство к его происхождению и секретам. Она хотела разгадать загадку, окружающую этого иностранца, и понять его мотивы, почему он вообще это делал. В конце концов, несмотря на опасность, которую она чувствовала в этом мужчине, ее все еще интересовало то, чем он на самом деле обладал. Это еще больше заинтриговало ее, и она не знала почему. Может ли он быть достойным противником для ее культа и божества, которому она служила? Воздух наполнился таинственностью, когда она вспомнила о его экстраординарных способностях, намекая на связь с ее Богом. Если это так, то, возможно, она могла бы получить что–то полезное для себя. Возможно, она смогла бы раскрыть какую–то силу, и ей не терпелось узнать больше об этом незнакомом виде магии. Более того, в ее голове засела мысль: она была уверена, что между лордом Вейдером и Селестиной существует связь, поскольку что–то заставило ее поверить, что она каким–то образом или в форме связана с воином в маске. В любом случае, она чувствовала, что в этом человеке есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Кагуя была заинтересована и полна решимости выяснить, на что еще может быть способен этот воин. Она чувствовала уникальную связь между собой и незнакомцем в маске, связь, которую ей не терпелось понять. Это была возможность, за которую она чувствовала себя обязанной ухватиться, движимая определенными близкими связями. Заинтригованная, она также почувствовала, что назревает испытание, которое может раскрыть как его истинные сильные стороны, так и ее собственные. – Интересно. Кто вы такой, Лорд Вейдер? – Спросила Жрица, тонкая улыбка украсила ее черты, поскольку отражение загадочной фигуры в зеркале возбудило ее любопытство. Пока она перебирала свои воспоминания, человек в маске захватывал ее мысли, вызывая вопросы о том, действительно ли он нечто большее, чем загадочная фигура, которой казался вначале.***
После встречи ситуация стала еще хуже, особенно для нее. Майя почувствовала, как у нее начинает болеть голова, когда она размышляла об этом, выходя из замка, размышляя о своем недавнем разговоре со своей подругой Клаудией и пытаясь сохранять спокойствие в сложившейся ситуации. Похоже, это был не самый удачный день для нее. Было достаточно тревожно, что мужчина, к которому она питала сильные чувства, мог оказаться военным преступником. Она стиснула зубы, все больше приходя в ярость от этих мыслей. Черт возьми, за этим должна была стоять более серьезная причина! Их общая история делала это еще более запутанным; когда–то она служила в его армии, прежде чем дослужиться до звания принцессы–рыцаря. Тогда почему? Почему он это делал? Для нее это не имело смысла, и она требовала ответов за его предательство. Хотя Майя признавала, что он был далек от святого и имел свои недостатки, тот факт, что он объявил войну Эостии и вступил в союз с этими монстрами, только усилил неуверенность бывшей королевы наемников в том, что, черт возьми, происходит. Если этого было недостаточно, им предстояло разобраться с другим парнем: Лордом Вейдером. Майя поняла, что размышления на эту тему только усилят ее стресс, поскольку она ничего не знала об этом воине, кроме его незнакомой и характерной брони. Возможность того, что он практикует темную магию, становилась для нее еще более чертовски напряженной. Несмотря на это, она знала, что не может зацикливаться на этом; один вопрос сильно озадачивал ее: кто, черт возьми, был этот парень? Ее интересовало другое: какое дело у него было к Селестине? Были ли у них с ней какие–то отношения? Селестина что–то скрывала от нее и от всего Альянса, скептически подумала про себя рыжеволосая воительница. Она вздохнула, понимая, что это только усугубит её проблемы. Если повезёт, ответы, которые она ищет, скоро придут. С другой стороны, она не могла позволить этому человеку запугать себя. Она была принцессой-рыцарем, чёрт возьми, и не позволит этому ублюдку добраться до неё. Она была стойкой и должна была вести себя как воин, не выказывая страха перед незнакомцем в маске. Она должна была стать лучшим воином, каким только могла быть, и использовать любую возможность, чтобы преодолеть это испытание, как только ей представится шанс. Тем не менее, несмотря на свое жесткое и мальчишеское поведение, она понимала необходимость сохранять самообладание; к счастью, у нее было свободное время. Зацикливание на этих мыслях только усилило бы ее стресс, а она хотела избежать еще одной головной боли, не думая дальше. Ее план включал в себя посещение таверны в ближайшее время, где она намеревалась заказать что–нибудь доступное в поисках чего–нибудь достаточно сильного, чтобы снять стресс. Клянусь Богиней, ей нужно было выпить, причем покрепче. – "Я надеюсь, что они смогут дать мне бутылку самого крепкого напитка, который, по моему опыту, облегчит этот день". – задумалась бывшая наемница, и слабая улыбка украсила ее губы, поскольку это стало единственным, чего она с нетерпением ждала в конце своего рабочего дня. Казалось, что предстоящая ночь будет для нее долгой.***
По завершении совещания нельзя было терять времени. Ей нужно было как можно скорее приступить к работе. Луу–Луу знала, что больше не может позволить себе терять время, и спешила по коридорам замка, стремясь поскорее добраться до своего королевства и приступить к своим обязанностям. Хотя она была счастлива, что и леди Алисия, и леди Прим были живы, Халфлинг не могла забыть о постоянном беспокойстве в своем разуме, чувствуя, что в ситуации было нечто большее, чем казалось. Эти почти травмирующие образы всегда будут преследовать часть ее, поскольку она не смогла осознать, что война перерастает в более серьезную проблему для нации. Она также надеялась, что леди Селестина скоро поправится; Халфлинг никогда не забывала испуганное выражение лица своей правительницы, полностью осознавая, что ситуация становится все более напряженной для всех, а не только для нее. Вряд ли было полезно, что незнакомый воин, которого она раньше не видела и о котором не слышала, внезапно появился посреди разгорающейся войны. Более того, не помогало и то, что никто другой не имел ни малейшего представления о его происхождении. Это только еще больше сбивало Халфлинга с толку, поскольку она обнаруживала, что эти мысли все больше выводят ее из себя, полностью осознавая, что это было далеко за пределами ее понимания. Она оставила бы такие вопросы кому–нибудь вроде леди Селестины или Кагуи, чьи знания лежали в области магии и предсказаний. Была одна примечательная вещь, которая привлекла ее внимание, прямо относящаяся к области ее знаний: где этот воин в маске вообще раздобыл это светящееся оружие ?! Этот волшебный меч, или что бы это ни было, выглядел невероятно впечатляюще и привёл Луу-Луу в восторг, ведь она никогда раньше не видела ничего подобного. Чем больше она думала об этом, тем сильнее наворачивались на глаза слёзы от осознания того, что она не способна создать такую передовую технологию или что-то настолько… ну, грозное. У нее было одно желание – найти это оружие для себя и заполучить его. Это открытие было новаторским, и она знала, что никто из ее людей ей не поверит, поскольку это было что–то совершенно экстраординарное и выходящее за рамки её буйного воображения. Ей нужно было вернуться в Рэд и записать это, начав с информирования своей команды о важных новостях, которые она узнала во время встречи. – Это оружие нуждается в изучении; скоро, я не могу дождаться, когда доберусь до него! – ухмыльнулась она, надеясь когда–нибудь получить его. Тем временем она бы уже сообщила своему народу об этом великом открытии.***
Вскоре после завершения заседания возникли неотложные вопросы, требующие немедленного внимания. Клаудия знала, что откладывать дальше нельзя, и быстро зашагала по величественным коридорам замка. Отправив монахинь с миром сопроводить свою Богиню, Командир Щита решил раскрыть правду, стоящую за этими событиями. То, что развернулось в Фео, впервые увиденное их глазами, требовало решительных действий. Она не могла позволить этому случиться, даже ценой своей жизни. Лорд Вейдер… Клаудия не доверяла этому человеку, абсолютно. Это было очевидно, поскольку именно он был ответственен за то, что ее Богине снились кошмары и усугублялись беспорядки в королевстве. Необходимо было принять меры. Ей нужно было сообщить леди Айрис или кому–либо еще в королевстве Алисии, чтобы узнать, как обстоят дела с их благополучием, поскольку ситуация становилась все более тревожной для Командующего Щитом; она чувствовала, что в этом случае что–то не так, и это было правильно. Хотя часть ее была благодарна за то, что Алисия и ее кузина Прим были в безопасности, это только усилило ее подозрения, поскольку не имело никакого смысла для этого воина появляться из ниоткуда и каким–то образом заканчивать войну в Фео за один день, когда им бы потребовалось почти три месяца, чтобы попытаться добиться того же. Также не помогло то, что его методы казни врагов были чрезмерно жестокими, намного превосходящими то, что она ожидала, оставляя у нее впечатление, что в его действиях не было чести — только насилие, чистая боль и жестокость. Ее гнев рос по мере того, как, хотя он и близко не был таким развращенным, как Черные Псы, его подход оставался безжалостным, сродни волку, безжалостно выслеживающему свою добычу. Это одновременно злило и напугало ее. Это также заставило ее почувствовать себя никчемной, поскольку она поняла, что не может бездействовать и должна действовать; невыполнение этого требования подорвало бы ее цель, потому что она была воином, полностью осознающим ответственность, которую взяла на себя, став принцессой–рыцарем. Она поклялась без промедления установить мир в этих владениях. Клаудия вздохнула, поняв, что еще будет подходящее время поразмыслить над этим вопросом. Тем не менее, в настоящее время ей нужно было сохранять самообладание, зная, что любые импульсивные действия были бы неразумны. И в данный момент она не могла себе этого позволить. В конце концов, у нее был любимый человек, о котором нужно было заботиться, — ее любимый муж Клаус. Она не могла представить, что будет делать, если с ее мужем случится какое–нибудь несчастье. Дом, где она выросла вместе с ним, хранил дорогие воспоминания об их встрече, и Клаудия была полна решимости не упустить эти моменты, поскольку они представляли собой нечто, за что действительно стоило бороться. Говоря об этом, она поняла, что ей нужно вернуться домой и проверить самочувствие мужа. Прошло довольно много времени с тех пор, как у них был день наедине. По крайней мере, она могла бы воспользоваться этой возможностью, чтобы оценить, как он справлялся, поскольку ее беспокойство за него не исчезло. – "Любовь моя, я не могу потерять тебя. Вот почему я не могу позволить этой тирании продолжаться в нашем королевстве. Я сохраню тебя и эту землю в безопасности, что бы ни случилось". – Клаудия задумалась с нежным выражением на лице. С этими словами она двинулась вперед, уверенная, что надежда когда–нибудь расцветет в Эостии.***
Ей было неприятно. Селестина лежала на своей кровати, мягкое постельное белье окутывало ее, как успокаивающий кокон. После внезапного приступа паники, охватившего ее, служанки и монахини аккуратно сопроводили ее в покои. – С вами все в порядке, ваше Святейшество? – Обеспокоенно спросила монахиня. Селестина кивнула, подтверждая свой ответ. – Да, я справлюсь за ночь. Спасибо за вашу помощь. Вы можете идти. – Она говорила со слабой улыбкой, которая казалась усталой, но в то же время по–настоящему искренней. – Да, ваше Святейшество. – Монахиня почтительно поклонилась перед уходом, оставив Высшую Эльфийку наедине с мыслями. Теперь, в тихой тишине своей комнаты, она позволила себе глубоко вздохнуть, ища утешения в знакомой обстановке, когда отголоски ее тревоги начали стихать. То есть по большей части. Прошло несколько минут, а образы все еще оставались в ее голове, поскольку Богиня Кена продолжала беспокоиться о мрачных перспективах, которые последовали за освобождением Фео. Фео, возможно, и была освобождена, но означает ли это, что ее товарищи и люди сейчас в безопасности? Алисия, Прим, Айрис и Аннабель... Селестина твердо верила, что Аннабель и Айрис, поскольку их назначили дублерами, должны держаться уверенно во время этого вторжения, учитывая, что они были живы и здоровы, к счастью, вместе с Прим и Алисией. Однако она понимала, что ее ждут более серьезные испытания, и отказывалась рассматривать возможность вовлечения большего числа невинных жизней в эту ужасную войну. Последствия были просто неприемлемыми. В этот момент Селестина не знала, чему верить. Ее сны были просто предупреждениями о том, что должно было произойти. Она действительно больше интересовалась тайной фигуры в маске ... Лорд Вейдер. Пока Селестина обдумывала ситуацию, ее охватило чувство замешательства. Титул этого таинственного лорда не походил ни на один из тех, с которыми она сталкивалась раньше. Кто он был и откуда взялся? Вопросы вихрем проносились в ее голове: какими признаками королевской крови он мог обладать? Какие скрытые узы связывали его с ней и жителями Эостии? С каждой мыслью в нее закрадывалось беспокойство. Впервые за большой период времени она почувствовала, как тяжелый груз стресса лег на ее плечи. Последствия продолжающейся войны были очень тяжелыми, но еще более тяжелыми были разрушительные потери, которые она нанесла ее народу, в результате конфликта погибли ни в чем не повинные люди. Ее сердце бешено забилось, когда она поняла, что эта запутанная паутина событий может разрушить все, что она с таким трудом защищала. Размышляя об этом, Селестина почувствовала, как на нее накатывает волна усталости, а веки с каждым мгновением становятся все тяжелее. Приближаясь ко сну, она не могла не задаться вопросом, какие предостережения может преподнести ей ночь в ее снах. Дадут ли они ответы, которые она искала, или они только углубят тайны, которые ее окружали? Она глубоко вздохнула, чувствуя, как тяжесть ее затруднительного положения давит на нее. Если бы только ее дорогая подруга Ольга была здесь — ее проницательность и непоколебимая поддержка помогли бы распутать этот клубок. По крайней мере, так было раньше. До того, как они стали врагами в войне против Темных эльфов в Эостии, они были друзьями, пусть и ненадолго. – "Ольга, где ты … пожалуйста, скажи мне, все ли у тебя хорошо". – С этими протяжными словами, эхом отозвавшимися в ее сердце, Селестина осторожно закрыла глаза и погрузилась в утешительный сон, мечтая о будущем, окрашенном надеждой и озаренном обещанием более светлых дней впереди. На этот раз она была полна решимости встретиться лицом к лицу со своими кошмарами, даже несмотря на то, что вспышка ужаса все еще отдавалась эхом в глубине ее сердца.***
Тем временем...
В темных землях Эостии не везде было спокойно. Безжизненные деревья вырисовывались, как призрачные часовые, их узловатые ветви тянулись во мрак. Весь пейзаж казался окутанным жуткой тьмой, как будто это было забытое царство, погруженное в вечные сумерки. Черная Цитадель зловеще вырисовывается в сумерках, отбрасывая тень на пейзаж Эостии. Его темные башни пронзают горизонт, величественно возвышаясь на мрачном готическом фоне. Для тех, кто достаточно был смел приблизиться, замок казался не чем иным, как "кошмаром", зловещей крепостью, окутанной тайной и ужасом. Любой, у кого хватит смелости войти, должен противостоять леденящему душу очарованию его зловещей ауры. По этой дикой и необузданной земле рыскали такие страшные существа, как орки, бесы, гоблины и огры, в поисках власти и контроля. Это царство, богатое темной магией и древними знаниями, подготовило почву для утверждения своей власти этими чудовищными существами. Напряжённость нарастала по мере того, как они строили планы и разрабатывали стратегии, каждый из них стремился создать свою империю посреди хаоса. Даже самые злобные монстры тоже были "людьми". По мере приближения назначенного часа Кин, верный член Армии Черных Псов, поправил очки и зашагал по темным коридорам крепости. Обладая жизненно важными разведданными, он решил доставить важнейшую информацию своему господину, готовый продолжить их безжалостное завоевание. Как раз в тот момент, когда он действовал, кто–то появился с другой стороны коридора, ступая по тусклым и затемненным окрестностям замка. Мужчина со светло–каштановыми волосами, одетый в зеленый жилет и серые брюки, которые соответствовали одежде других наемников в замке, стоял неподалеку. Заметив мага в очках, Хикс улыбнулся, размышляя о том, что тот мог бы делать в данный момент. – Кин, что ты здесь делаешь? Разве тебе не нужно своими книгами? – Хикс задавал вопросы, пока на его лице не появилась ехидная улыбка. – Если только ты не заинтересован немного поразвлечься с этими "благородными" женщинами? – Предположил он с мрачным выражением лица, когда Кин вздохнул при виде своего извращенного товарища. – Очень смешно, Хикс, но я здесь не для того, чтобы присоединиться к твоему разврату. Я здесь, чтобы передать послание лорду Вольту. – Сказал Кин, не желая ввязываться в развратные ситуации. Хикс кивнул, уловив суть: – Понятно, но все же, если вы передумаете, вы, конечно, знаете, где нас найти. Кин ничего не сказал, продолжая молчать, направляясь к тронному залу, а Хикс неторопливо следовал за ним. Когда Кин вошел в тронный зал в сопровождении Хикса, его взгляд остановился на фигуре, занимавшей кресло, которое когда–то занимала внушающая страх Темная Королева Эостии. Это зрелище было резким напоминанием о завоевании, которое пошатнуло ее правление, не о победе угнетенных, а о безжалостном захвате власти, подпитываемом ненасытными амбициями одного человека. Кин остро ощущал огромное бремя истории, давящее на него, каждым ударом сердца отмечая его роль в этой армии. В царстве неопределенности он был неоспоримой силой. У него была смуглая кожа, темно–каштановые волосы и светлая борода, а шрам над левой бровью свидетельствовал о том, что он выжил в бесчисленных битвах. Одетый в прочную коричневую броню из кожи и металла, он излучал властность. Черная металлическая перчатка и красный наплечник, украшенный символом Черных Псов, свидетельствовали о его яростной преданности. К его спине был привязан огромный черный меч, оружие, которым большинству было бы нелегко владеть, но он легко держал его одной рукой, демонстрируя свое мастерство. Это был человек, готовый встретиться лицом к лицу со своей судьбой и принять любой вызов, который ждал его впереди. К сожалению, это было использовано скорее для злонамеренных целей, чем для добродетельных. Вольт сурово наблюдал с легкой ухмылкой на лице, поскольку это был способ показать свое превосходство над темными землями. – Кин, у тебя есть что–нибудь, чем ты хочешь поделиться с нами? – Спросил он. Кин снова поправил очки, прежде чем продолжить объяснение. – Лорд Вольт, у меня есть кое–какие новости, которые я хотел бы обсудить с вами. – Сказал маг в очках, когда его глаза заметили множество женщин рядом с троном Вольта. Они лежали без сознания и беззащитные, покрытые чем–то белым, в то время как другие наемники пользовались ситуацией, совершая разврат. Похоже, лорд Вольт и его люди немного "повеселились" перед тем, как в комнату вошел Кин. – В чем дело? – Спросил Вольт, застегивая брюки после своего недавнего развлечения. – Лорд Вольт, на днях я кое–что почувствовал, кое–что, о чем сообщил мне премьер–министр из Фео, когда вы были заняты. – Заявил Кин. – Что–то важное, связанное с королевством и Альянсом. Ухмылка Вольта начала исчезать, он задавался вопросом, что, черт возьми, маг имел в виду под этим. – Что ты имеешь в виду? Судя по тому, что я видел в прошлый раз, мы захватили это королевство. Хикс не мог удержаться от смеха над этой ситуацией. – Да, благодаря тому старику, который в прошлый раз обманул эту глупую сучку–принцессу. Что эти сучки из "Щита" вообще могут нам сейчас сделать? Разве что, ну, знаешь, хорошенько ублажить наши члены. – Он рассмеялся с лукавой усмешкой, когда Вольт хихикнул над его дерзким комментарием. – Кин, ничто не сможет остановить нас… Ни эта сучка из Темных эльфов, ни Альянс Щита, ни особенно эта шлюха Богиня. – Объяснил Вольт, поскольку знал, что они были близки к победе. С падением трех королевств осталось совсем немного, и вскоре его Империя будет создана. К несчастью для него, на его пути возникнет испытание, которое он не будет приветствовать, ни в малейшей степени и не в ближайшее время. – Боюсь, что нет, лорд Вольт. Хотя это может показаться победой здесь, достичь ее будет нелегкой задачей, особенно учитывая возможность более серьезной угрозы, нависшей над Эостией – даже более грозной, чем Темная Королева или Альянс Щита. – Высказался Кин. Вольт отказывалось верить, учитывая, что они сломили эту темную эльфийку. – Кин, о чем, черт возьми, ты говоришь? О какой угрозе? Даже Хикс казался шокированным, на его лице появилось хмурое выражение. – Да, какая угроза? Это же не могут быть те сучки из Альянса. – Сердито предположил он. Прямо перед тем, как Кин успел что–либо сказать, в тронный зал вбежал наемник, выкрикивая имя своего лидера. – Лорд Вольт! Вольт и Кин обратили свое внимание на наемника, который, судя по всему, был одним из верных посланников. – У меня есть для вас новости! – А? Что за новости? – Потребовал ответа Вольт. Гонец на мгновение заколебался, прежде чем сообщить командиру: – Это не... хорошие новости, милорд. Это насчет Фео. Вольт поднял бровь, сбитый с толку этими словами. – Фео? Кин рассказывал мне о Фео. Что произошло? – Лорд Вольт... – продолжил наемник. – Фео был освобожден два дня назад каким-то чужаком! В этот момент Кин понял, что эта новость не будет хорошо воспринята его лидером. Все собравшиеся наемники стояли молча, на лицах у них была смесь шока и глубокого замешательства от серьезности ситуации.***
Он не мог смириться с тем, что только что услышал. Вольт хранил молчание, выражение его лица сменилось с дерзкой ухмылки на гнев и недоверие. Нет... Нет... Нет, нет, нет! НЕТ! Вольт не мог в это поверить, какого черта? Какого черта?! После того, как он потратил столько времени и усилий на то, чтобы захватить королевство, сделать все лучше для правления своих людей, воплотить в жизнь свою Секс–империю, все это было сорвано менее чем за гребаный месяц! Из всех людей это оказался совершенно гребаный незнакомец! – Лорд Вольт. – обратился вновь наемник. В этот момент Вольт нанес посыльному удар кулаком, чуть не сломав ему нос, когда тот упал на землю, зажимая окровавленный нос. Схватив посланника за обе руки, Вольт потребовал рассказать, как в данный момент было отвоевано королевство. – Как? Как был отвоеван Фео?! Кто это сделал?! Посланник мог лишь мотать головой, опасаясь за свою жизнь: – Я... я не знаю, мой господин! Все, что я знаю, это то, что у него странное имя, которое показалось нам незнакомым. – пытался объяснить это гнусавым тоном, вызванным его сломанным носом, держась за него с явным дискомфортом. Вольт зарычал, требуя сообщить, кто несет ответственность за саботаж его плана. – Кто?! Что за имя?! Посланник нервно сглотнул, колеблясь, прежде чем, наконец, назвать имя воина, который сорвал все их тщательно продуманные планы. – Е... Его зовут... Лорд Вейдер. Вольт глубоко вдохнул и выдохнул, давая волю своему гневу. Когда посыльный, казалось, почувствовал облегчение от этого действия, внезапный удар от Вольт последовал от его руки, на которой была перчатка, и отбросил посыльного на несколько дюймов в сторону, вырубив его. Кин, Хикс и остальные наемники, наблюдавшие за разворачивающейся драмой, почти пожалели беднягу, которому пришлось сообщать новости… Почти. – Кин. – Позвал Вольт. – Расскажи мне все, что ты знаешь об этом воине.… "воине". – Выплюнул он с презрением и злобой. Кин кивнул, прежде чем поправить очки: – Разумеется, милорд. Разговор обещал быть долгим.***
В Другой части Темной Крепости
Зловещие стены, окружающие Темную Крепость, вырисовывались, открывая взору лабиринт жутких камер и унылых камер, в которых содержалось множество несчастных узников. Воздух был пропитан отчаянием, и эхо их шепота, казалось, смешивалось с темными тенями, которые танцевали на каменных поверхностях. В конце концов, одному из этих заключенных повезло меньше. Это пришло вместе с испытаниями, с которыми она столкнулась в прошлом. Все ее действия были напрасны, поскольку она превратилась в оболочку своего прежнего "я", доказав, что они были неуместны. В камере лежала женщина, ее смуглая кожа и темные волосы дополнялись золотистыми глазами. На ней была очень откровенная одежда, включая фиолетовые леггинсы, нарукавные повязки и стринги, под которыми ниже пупка виднелась таинственная татуировка. На голове у нее красовалась серебряная корона, а в заостренных ушах были продеты три золотые серьги. Она не была обычным темным эльфом; она была бывшей Темной королевой Эостии, темным эльфом, чье существование и присутствие вызывали уважение, как страх, так и благоговение. Ольга Дискордия была далека от своего первоначального титула. Она осознала это в тот день, когда наемники захватили ее королевство. Последние несколько дней были для нее сплошными кошмарами. Быть использованным этими скот как простой объект и низведенным до уровня не более чем позора в их глазах. Ее тело покрывали синяки, а на теле остались отметины от нападавших. Темные круги окружили ее глаза, свидетельствуя о бесчисленных слезах и бессонных ночах в том, что когда–то было ее Вольтм. Дни казались бесконечными, и они неоднократно нарушались только для того, чтобы цикл начинался заново на следующий день. Она действительно задавалась вопросом, действительно ли она заслужила такую судьбу; после того, как ее приспешники, такие как орки и гоблины, стали предметом презрения всей страны и терроризировали бесчисленные деревни, они убивали мужчин и грабили женщин, насилуя их до тех пор, пока у них не ломался рассудок. Она ничем не отличалась от Черных Собак. Такова была мрачная судьба, ожидавшая ее и ее деву, жестокое последствие войны, которую она развязала много лет назад. Когда взгляд Ольги переместился на соседнюю камеру, ее захлестнула волна узнавания. Там, окутанная тенями и пронизывающим холодом ветра, лежала фигура, которую она знала слишком хорошо, погруженная в беспокойный сон среди их серого окружения. У нее были светлые волосы, собранные в хвост, загорелая кожа и красные глаза. Ее фигура была маленькой, но стройной, украшенной похожей татуировкой под пупком. На ней также был темно–фиолетовый жакет, закрывающий плечи и предплечья, в паре с леггинсами в тон стрингам, все того же цвета, что и ее провокационный наряд. Кроме того, на ней была пара коричневых кожаных сапог. Хлою постиг тот же исход, что и ее саму. Ее бедная девочка, изнасилованная этими мужчинами… Животные... Эта мысль привела Ольгу в ярость, особенно потому, что она не желала мириться с собственным бессилием в этой ситуации. С её телом обращались как с вещью, как с проституткой для этих мужчин, которую использовали для удовлетворения их отвратительных желаний и импульсов. Этот опыт вызвал у неё чувство разочарования и глубокой беспомощности. Размышления о событиях последних нескольких дней причиняли ей сильную боль. Первый раз, когда они грубо надругались над ней и её девственностью, стал для неё первым травмирующим опытом. Она подвергалась только повторным надругательствам, её тело насиловали снова и снова, а её психика балансировала на грани разрушения, и душевные муки усиливались с каждой минутой. На глаза навернулись слёзы, пока она пыталась осмыслить травмирующие воспоминания, которые недавно всплыли в её безопасном доме — или уже не в доме, а в тюрьме, где её преследовали мысли о чудовищных преступлениях, совершённых в прошлом. И всё же в глубине души она цеплялась за проблеск надежды, веря, что лучшие дни ещё впереди. К сожалению, эта надежда была мимолетной, и она понимала, что, возможно, так и проживёт остаток своих дней. Для этих мужчин я не более чем позорная шлюха. Когда она неуверенно поднялась на ноги, последствия долгого заточения тяжело давили на ее хрупкое тело. Она смотрела сквозь холодные металлические прутья своей тюремной камеры, и в ее сердце затеплился огонек надежды. Снаружи ночь явила редкое зрелище, которое долгое время ускользало от ее беспокойного духа — полную луну, яркую и серебристую, ее свет отбрасывал на землю чарующие тени. Бывшая Темная Королева Эостии почувствовала, как нахлынули воспоминания, пробуждая давно забытое чувство свободы и возможностей. Во время ее борьбы появился крошечный лучик надежды. Она не решалась озвучить это, но в глубине души знала, что это было самое захватывающее зрелище, с которым она сталкивалась за долгие годы. Последний раз она видела подобную сцену давным–давно, в дни своего беззаботного детства, проведенного под бескрайним небом со своей дорогой подругой Селестиной. Они лежали на траве, разглядывая созвездия и мечтая о приключениях, которые еще впереди, и все это до того, как война разразилась в Эостии и разрушила их мир. Теперь, когда она смотрела на звезды, трепет тревоги сжал ее сердце. Селестина... Что стало с Селестиной? Она в безопасности, или Черные собаки нашли и ее тоже? Подождите, она действительно беспокоилась за свою подругу? Ту, кто был ее врагом месяцами, годами и даже больше? Неужели она… искренне переживает за неё? За свою бывшую подругу? Ее захлестнул поток вопросов — какой хаос обрушился на королевства после ее захвата во время нападения наемников? Ночное небо скрывало свои тайны, и она страстно желала раскрыть их. Любопытство Ольги взяло верх, когда она выглянула из тусклых, затененных углов своей старой крепости. Прошло так много времени с тех пор, как она выходила наружу, и мир за ее пределами казался полным бесконечных тайн, ожидающих своего раскрытия. Ей стало интересно, насколько Эостия изменилась с тех пор. Так бы и было, если бы не эта безжалостная война, которая продолжается, на данный момент населяя землю монстрами, гораздо худшими, чем она. Тем не менее, она лелеяла одну надежду: что ее давно потерянная подруга чувствует себя хорошо в условиях продолжающегося кризиса, что резко контрастирует с ее затруднительным положением в пределах ее бывшей крепости. Однажды она обретет свободу, освободившись от своего нечистого заточения. – Селестина… пожалуйста, будь в безопасности... – Ольга с тревогой надеялась и на свою дорогую подругу. Она мечтала о мире, где с самого начала царил мир.
