Заключи сделку, чтобы исправить ошибки

Он дважды стучит по барной стойке, спрашивая Крис, можно ли ему забраться на нее. Она не дает точного ответа, просто бросает на него взгляд, который говорит, что он уберет ее после. Приняв это как должное, он кивает в знак согласия, прежде чем забраться на стойку и дважды громко хлопнуть в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. Крис с удивлением наблюдает из-за стойки, как ее сын начинает пробираться ближе к стойке. Как будто он физически не может вынести разлуки с мужчиной, который стоит на ее столе. И да, она заставит его помыться позже. Как только все поворачиваются к нему, он садится на стойку. — Хорошо. Я знаю, что вы все знаете основы, но для того, чтобы это сработало должным образом, вы все должны быть на одной волне. Так что приношу извинения людям, которые, как я уже знаю, знают все, но я собираюсь вкратце рассказать вам обо всем, что считаю важным, хорошо? — пара человек закатывают глаза, в основном Шрам и Оливия, но все равно кивают в знак согласия, и Эд начинает пересказывать все основные моменты, надеюсь, в последний раз. Примерно через час после того, как Эд поговорил с группой, он закончил свой рассказ. — Хорошо. Теперь, когда я знаю, что все знают все самое важное, мы можем начать планировать, — Рой, Маэйс и Армстронг подходят ближе к бару, когда он это говорит. — Буду честен, я не знаю, как планировать подобную операцию, особенно такого масштаба, так что эти трое возьмут на себя большую часть планирования. Я буду участвовать в этом процессе, чтобы иметь возможность сообщить им, если что-то не сработает, и высказать мнение о том, кто из присутствующих, по моему мнению, лучше всего справится с этим. — Рой кивает, прежде чем повернуться к аудитории, чтобы объяснить, какой небольшой план у них уже есть. На самом деле это не так уж и много. На данный момент это даже не план, а скорее список того, что должно произойти. Указанный список состоит из следующих событий. Миссис Брэдли снова похитят или будут держать в заложниках, чтобы либо использовать ее как щит, либо обеспечить ее безопасность во всем этом хаосе. Что Эду нужно позаботиться о Рофе и Прайде, прежде чем он сможет позаботиться об отце. Они не могут рисковать тем, что они сделают и без того трудную борьбу еще более трудной. — Это неплохая отправная точка, — Рой объясняет основную схему их плана, прежде чем обратиться к Эду за советом. — Но ты и близко не подойдешь к нижним уровням Централа. В прошлый раз золотозубый доктор устроил на нас засаду, и как только меня привели в логово отца, он заставил тебя открыть Врата. — После нескольких секунд раздумий он поворачивается к Хоукай. — Могу ли я доверить тебе возглавить команду неалхимиков, которые позаботятся о нем и о том, что может принадлежать Брэдли? — Хоукай мгновенно кивает в знак согласия. — Спасибо. И прежде чем ты спросишь, они не обязательно должны быть алхимиками. Нужно обладать определенным уровнем алхимических знаний и понимания, чтобы открыть Врата. Отсутствие алхимиков означает, что Врата нельзя взломать. Я бы посоветовал взять Линга и его телохранителей. Никто из них не является алкахестистом, но все они опытные бойцы. Однако сейчас я хочу предупредить каждого из вас, что ни у кого из фальшивых Брэдли нет Философского камня, но все они так же искусны, как и настоящие. Объяснив еще несколько вещей, которые должны произойти в течение дня, Эд решает, в какие группы распределить всех. После почти пятнадцати минут размышлений Эд решает, кто с кем объединится и какая команда будет выполнять какую часть плана. После того, как все будут объединены, каждый из них приступит к доработке своих частей плана. В конце концов, предстоит проделать еще много работы. Каждая команда располагает только базовой информацией о том, что ей необходимо выполнить, поэтому разработка полного плана для своей части миссии — это то, что каждая команда должна будет сделать самостоятельно. Убедившись, что все группы справляются сами по себе, Эд подходит к Алу, который сидит в углу бара. — Ал, пожалуйста, не спорь со мной по этому поводу. Я не хочу подвергать тебя опасности, — Ал — единственный, кому не отведено никакой роли в их плане, но Эд действительно не хотел отводить ему такой роли. Он не хотел снова отправлять своего брата на поле боя. — Ты подверг меня опасности, когда рассказал мне обо всем этом, — Ал отворачивается от него. Эд колеблется, несмотря на то, что он настаивает на том, что было бы лучше, если бы Ал сразу не узнал, что он его брат. Ал прав, он в опасности со второго появления Эда в этой временной шкале. — Ты прав. И я очень сожалею об этом, ты же знаешь. Поэтому, пожалуйста, не проси подвергать меня еще большей опасности, чем я уже подвергся, — его брат отказывается поворачиваться, чтобы посмотреть на него. — Ал, пожалуйста. Я понимаю, тебе не нравится, что ты не участвуешь в плане, но тебе всего пятнадцать. — В твоей прошлой временной шкале мне тоже было пятнадцать! — хмурится Ал оглядываясь на него. — Так и было, — кивая в знак признательности, Эд пытается сдержать свой гнев. — Но ты забываешь, что в моей первоначальной временной шкале я был всего на год старше тебя, и, если не считать твоей руны крови, ты был практически неуязвим. На этот раз все совсем не так. — Просто дай мне какое-нибудь занятие, — Ал раздраженно щурит на него глаза. — Позволь мне пойти с одной из групп. Пожалуйста. Ты лучше, чем кто-либо другой, знаешь, что я достаточно хорошо разбираюсь в алхимии, чтобы тебе помочь. Я никому не буду мешать, я могу помочь! Наконец, Эд выходит из себя. К счастью, он не срывается на крик. Но его тон становится более жестким, а голос — намного резче. — С какой командой ты бы хотел, чтобы я тебя отправил? Хоукай, которая собирается сразиться с кучей возможных фюреров? Мою, в самом сердце Централа, преследуя Гордость, затем Гнев, а затем Отца? Шрама, который вместе с Армстронг будет главной линией обороны от солдат-манекенов? Или Роя, который окажется в городе, полном солдат, которым может быть отдан приказ убить всех, кроме него? — решимость Ала уменьшается с каждым словом Эда, и старший, наконец, может полностью успокоиться. Опускаясь на колени перед тем местом, где сидел Ал. — Я знаю, что ты блестящий алхимик, Ал. Ты знаешь, что я это знаю, как ты только что сказал. Но я не могу рисковать и потерять тебя. Через секунду расстроенное выражение на лице Ала, наконец, исчезает. — Хорошо. Я понимаю, брат. Я оставлю это в покое. Эд слышит, как в почти полной тишине комнаты раздаются шаги. Кто-то направляется к ним, и они останавливаются прямо за спиной Эда. Не оборачиваясь, Эд почти уверен, что знает, кто это, еще до того, как будут произнесены слова. — Он может пойти со мной, Эдвард.