A Black Comedy

Сириус расслабленно плюхнулся в кресло, но тут же вскочил. — Ауч! Он вынул из кресла крепкую сосновую шишку, которая появилась там за те несколько секунд, что он провёл спиной к креслу. — Проклятье, Гарри! Я же извинился. Гарри был полностью поглощён разглядыванием в омнинокль сплошной каменной стены, огораживающей поместье Малфоев. — Продолжай в том же духе, и я решу, что ты тупо ревнуешь, — сказал Сириус с усмешкой. Еще одна сосновая шишка взлетела в воздух и с силой опустилась Сириусу на затылок. — Ауч! Ладно, не ревнуешь. У тебя просто ПМС. Гарри отнял от глаз омнинокль и пристально посмотрел на Сириуса. — Тебе не в чем меня упрекнуть, — настаивал Сириус. — Мы обчистили Симмонсов, не забыли собрать подсаженных паразитов, заработали двадцать тысяч, но не растрынькали ни кната. — Ты опять оставил эту дурацкую метку Грабителей Пожирателей. — На это наша визитная карточка! — возмутился Сириус. — Кроме того, если бы они не напечатали об этом в газете, ты бы и не узнал, так что этот раз не считается. Гарри было наплевать на всю эту ерунду, но его не отпускало раздражение. — На, сам посмотри, — сказал он, протягивая Сириусу омнинокль. Несколько минут прошли в молчании. Наконец, Сириус отнял прибор от глаз. — Ты не шутил. Я насчитал, как минимум, дюжину разных комплексов защитных чар внутри большого контура, проходящего по стенам. — Выкрути чувствительность на максимум и выключи привязку к местности. — Сделал. Куда смотреть? — Мутный зелёный слой на подземельях. — М-м-м, ага, вижу. Что это, по-твоему? — Похоже на цвет активированной Метки, когда он призывает Пожирателей. — И что это значит? Гарри пожал плечами. — Что угодно. Никогда не видел защиты такого цвета. Это за пределами наших знаний, другая лига. — Твои худшие предположения? Что это может быть? — Может быть, детектор Меток, может предупреждать о чём-то носителей меток или, как минимум, самого Волдеморта, пропускать внутрь, но не выпускать наружу, убивать на месте... выбирай, что хочешь. — И что теперь? — поинтересовался Сириус, вернувшись к разглядыванию многослойной защиты. — Грабим всё, кроме подземелий? — А ещё поищи, там тёмно-красный на домике для гостей и ещё в нескольких местах. Ещё один цвет, которого я раньше не видел. — Их тоже избегаем? Гарри покачал головой. — А всё самое ценное, не знаю уж, смог ли ты разглядеть это сквозь столько слоёв, находится там же, где и в прошлом мире — под полом комнаты для рисования. Сейф на кровной защите. — Но ты же не хочешь сказать, что мы просто уйдём и этот напыщенный болван останется неощипанным?! — Да я хочу его обнести не меньше твоего, — устало сказал Гарри, — но на сегодня нам эта работа просто не по зубам. Надеюсь, что мы сюда позже вернёмся, набравшись опыта, а главное — знаний. Сириус нахмурился, не желая сказать что-нибудь, о чём придется потом пожалеть. Гарри, между тем, продолжил. — Надеюсь, ты отметил, как прилегают три основных слоя — ни прорех, ни углов, вообще ни одного слабого места. Это ставили мастера, знакомые с достижениями взломщиков проклятий. — О? — Говорю как есть, Бродяга. Я хочу ограбить Малфоя и разорить его гнездо, но пока что нам придётся брать работы попроще и учиться-учиться-учиться. Сириус тяжело вздохнул. — Но мы всё равно будем тут сидеть и делать «домашнюю работу», да? — Ты же знаешь ответ, — сказал Гарри, открывая сундук. Засунув руку по плечо, он нашарил там пару бутылочек охлаждённого сливочного пива и, протягивая одну Сириусу, ловко сковырнул крышечку с другой своей невидимой магической рукой. Неторопливо отпив, Гарри посмотрел на Сириуса. — Ладно, давай попробуем ещё раз. Есть у тебя какие-нибудь идеи, как нам вскрыть этот орешек? Или какие-нибудь другие идеи, которыми ты бы хотел поделиться? — Только не о работе, — ответил Сириус. — У меня уже голова распухла. Лучше ты мне расскажи что-нибудь, о чём я не знаю. — Ну, не знаю, — протянул Гарри, — тут же поле непаханное... — Очень смешно. — Ладно, есть свежая тема. Знаешь ли ты, что мы не более, чем продукт воображения Луны Лавгуд? Сириус посмотрел на Гарри, тот довольно улыбался. — Должен признаться, это для меня новость. — Что любопытно, не тутошней Луны, а Луны из нашего старого мира, — уточнил Гарри. — Она сама мне сказала на прошлой неделе. — Погоди, — сказал озадаченный Сириус. — Ага, — подтвердил Гарри. — Луна из нашего старого мира? С которой ты провёл ночь? — Если быть точным, с ней я провёл только один час утром, когда она завладела телом Луны этого мира, а потом воспользовалась мной. Но ещё до того, как мы занялись развратом, она успела поделиться новостями нашего мира. — Шутишь. — Не-а, — ответил Гарри коротко, потягивая сливочное пиво. — Она сказала, что они уничтожили Вуаль, чтобы я точно не смог вернуться, а мои друзья и знакомые в целом в порядке. Потом она изнасиловала меня самым приятным способом, а потом сказала, что я, как и всё в этом мире, всего лишь продукт её воображения. — И ты правда считаешь, что это была она? Гарри уверенно кивнул. — О, да. Никаких сомнений. Сириус впечатлился. — Она наверняка звезда вечеринок. — По умению сбить с толку, шокировать и даже напугать, причём без малейших усилий — тут она чемпион, — сказал Гарри. — Ладно, твоя очередь. Сириус задумался. — Меня пугают голеностопы. — Что? — спросил Гарри, не уверенный, что верно расслышал. — Голеностопы, — повторил Сириус. — Знаешь, есть такие пугающие девушки с настолько массивными лодыжками, что почти не отличаются от голеней? У всех «Холихэдских Гарпий» такие. Честно говоря, у многих играющих в квиддич девок такие. — И они тебя пугают? Сириус скривился. — Ну, они не только противно выглядят, но обычно принадлежат страшным созданиям, которые могут размазать парня по стенке. У Джин не совсем голеностопы, но уже почти, так что она мне напомнила об этом подзабытом ужасе. — А ты привередливый извращенец, оказывается. Гарри решил, что для восстановления спокойствия ему нужна ещё бутылочка пива. — Кстати, у меня к тебе вопрос, — отвлёк его Сириус. — Почему ты не стал анимагом? Ты же говорил, что пытался... — Молодец, что напомнил, — ответил Гарри, — надо будет попробовать ещё раз. — А что именно ты уже пробовал? Гарри пожал плечами. — Прочитал пару книг. Сделал все практические упражнения. Застрял на этапе идентификации соответствующего моему духу зверя. — Зелье использовал? — Трижды. — Туман был чёрный или белый? — Ни тот, ни другой, — сказал Гарри, качая головой. — Серый. — Э-м-м, я начал забывать уже. Вроде как чёрный был у тех, у кого вовсе нет способности к анимагии. — Так и есть. — А белый у тех, кто ещё не нашёл свою анимаформу? — Или у тех, кто ещё не созрел для принятия своей анимаформы, если следовать интерпретации МакАртура. Сириус нахмурился и посмотрел на Гарри. — Так, а серый что означает? — Серый — что я и тут исключение из правила. Я обсуждал этот вопрос с Минервой, и мы даже приняли одну теорию, как рабочую. — Последствия Убивающего проклятия? Гарри был впечатлён. — Вау, Бродяга. Приятно знать, что ты способен думать, как МакГонагалл. И да, учитывая обстоятельства, она думает, что «Авада», оставившая этот шрам, могла убить моего зверя. — Вовсе я не думаю, как МакГонагалл, — надулся Сириус. — Так что, не быть тебе анимагом? — Пока нет, но я ещё попробую. Знаешь же, что некоторым просто не хватает времени приручить своего внутреннего зверя, но что если погрузиться в зачарованный сон на достаточно длительное время? Она меня как-то погрузила на один час, и я бродил, бестелесный, в сером тумане. — А ты в этом тумане что-то увидел? — Типа того, — подтвердил Гарри. — Я видел что-то похожее на... короче, я думал, что это я и был, но форма так и не стала чёткой. Может быть, я просто покинул своё тело и его же и видел сквозь туман? Не знаю. Сириус задумался. — А может, ты вообще не человек? Ты можешь быть флоббер-червём, у которого есть гуманоформа Гарри Поттер. — Гуманомагическая форма? — покатал на языке новое словосочетание Гарри. — Точно, ты осьминог! — обрадовался Сириус своей догадке. — Вот почему у тебя столько рук! — Я не осьминог, — уверил его Гарри. — Я могу сделать дюжины рук, не только восемь. И я сомневаюсь, что можно проводить всю жизнь в этой гуманоформе или как там её. И я не очень представляю, как моя мать родила осьминога и никто об этом не узнал. Но эта картинка теперь останется со мной на всю оставшуюся жизнь. Большое, блин, спасибо. Гарри на какое-то время замолчал, но и Сириус почему-то не находил, что сказать. Гарри продолжил спокойным голосом. — Позже Минерва ещё шесть раз погружала меня в сон. Я видел только серый туман, иногда он немного серебрился, но никаких больше форм или фигур. — Тогда, может быть, ты демимаска — магическая обезьянка-невидимка? Гарри пристально посмотрел на Сириуса. — Я как-то не думал об этом. — Ну, ты вообще похож на обезьяну, ну и невидимый часто ходишь... Гарри хмыкнул. — На этот раз я тебе спущу, потому что идея и правда достойная проверки. — У меня есть и другие достойные идеи, — отозвался Сириус. Гарри его проигнорировал. — Да, давно пора принять зелье. На этот раз буду искать демимаску. — А если не сработает — я погружу тебя в зачарованный сон, — предложил Сириус. — Ага-ага, — отозвался Гарри, — скорее уж Лунатик меня погрузит в сон. — Демимаска будет просто отличной анимаформой для вора, — продолжил Сириус, — сможешь по желанию становиться невидимым. — Раз уж ты заговорил о обезьянах... теперь мне ужасно хочется слопать банан, — улыбнулся Гарри. — Знаешь, банан... — Оставь свои пошлые идеи при себе, Бродяга, — перебил его Гарри. Сириус открыл рот, закрыл и помолчал. — Идеи закончились. Пара лордов трепались обо всём понемногу до заката. Сириус, как мог, демонстрировал своё нетерпение без того, чтобы явно предложить закончить разведку поместья. Наконец, Гарри отложил омнинокль. — Ну что, готов сворачиваться? — Хвала Мерлину! — отозвался Сириус, вскакивая на ноги. — Можем уходить, — криво улыбнулся Гарри. — Сразу после того, как ты расскажешь мне, как вскрыть защиту Малфоев... не считая тех контуров, которые мы не смогли идентифицировать. — Чёрт бы тебя побрал, Гарри, — заныл Сириус, пытаясь срочно что-нибудь придумать, но тщетно. — Нет у меня никакой идеи, кроме как протыкать и расширять дыры послойно. Гарри вздохнул. — Судя по тому, как спаяны внешние слои, на полное снятие защиты у нас уйдёт с месяц, тогда как нас обнаружат в течение часа. — Да, похоже, единственная надежда — на то, что Люциус добавит нас в список разрешённых гостей. — Не уверен, что эта идея ему понравится. — Может быть, если мы его очень вежливо попросим, — заметил Сириус, — однако такой подход, конечно, понизит присущий Грабителям Пожирателей уровень утончённости и элегантности работы. — Читерство, как по мне, — отозвался Гарри, — но для Люциуса я готов сделать исключение. Сириус кивнул, а потом посмотрел на Гарри щенячьми глазками. — А теперь мы можем уйти? Ну пожалуйста! — Ладно, — сказал Гарри и принялся уменьшать и закидывать обратно в сундук всё, что они принесли с собой на разведку. — Мы собрали достаточно сведений о защитных контурах, чтобы попробовать что-нибудь придумать на свежую голову. Но не завтра, завтра мы начнём подготовительную работу по Бёрку и Дарси. — Завтра? — заныл Сириус, — неужели мы не заработали выходной? — Да не буду я тебя заставлять, если ты не хочешь, — сказал Гарри, в последний раз проверяя, всё ли он запаковал до того, как снимет «Фиделиус». — Но лично я буду собирать сведения и следить из тени, как и положено утончённому и элегантному Грабителю. — Да знаю я, что ты хочешь заставить меня чувствовать себя виноватым, но я не буду, — ответил Сириус, надеясь, что завтра ему удастся чем-нибудь отвлечь от работы и Гарри. — Я готов снимать «Фиделиус». На всякий случай, аппарируем сначала в Косую. Через несколько секунд место, где укрывались Блэки, осветила вспышка и тут же раздались два негромких хлопка. Гарри и Бродяга вышли из «Дырявого Котла» и аппарировали на Гриммо. Когда они дошли до портрета Вальбурги, заблокированного стенным шкафом, Гарри молча остановил Сириуса жестом руки. — Что случилось? — шёпотом поинтересовался Сириус. — В доме кто-то есть, — ответил Гарри тихо, — и это не Тонкс, и не Лунатик. Гарри молча указал Сириусу на гостиную, а сам начал медленно и тихо двигаться в сторону кухни.