A Black Comedy

Беллатрикс продолжала спать в гостевой комнате, из которой даже в дом можно было выйти только сквозь установленный Гарри защитный периметр. Проверявший состояние кузины Сириус напомнил Кричеру, что все её сношения с внешним миром должны проходить через него самого или Гарри, и что Кричер обязан сообщать об изменении её состояния. Спустившись в «маггловскую комнату» с развлекательным центром, он нашёл там Гарри, с мечтательной улыбкой на лице читающего письмо. — От кого это? — спросил Сириус, плюхаясь в кресло. — Джимми. Мой маленький братец Джимми спрашивает совета у старшего брата, о существовании которого совсем недавно даже не подозревал. Сириус простонал. — Пожалуйста, скажи, что ты не превращаешься в этих. — Ничего не могу обещать, — ответил Гарри, радостно улыбаясь. — Мне нравится, что я обзавёлся собственным младшим братом. — С этого все начинают, — проворчал Сириус почти неслышно. Не обратив на это внимания, Гарри продолжал: — И, конечно, я собираюсь исполнить свой долг, как старшего брата, чтобы... ну ты знаешь... — Любить и защищать его, — выплюнул Сириус с отвращением. — Что? На лице у Гарри ясно отразилось замешательство. — Нет, конечно. Что за чушь! Для этого у него есть родители. Я — старший брат. Моя задача — развратить его. Сириус посмотрел на Гарри с надеждой. — Пришлю ему бухла и порнухи, как и положено старшему брату, — пообещал Гарри с коварной улыбкой. — Как думаешь, что почувствует Джеймс, когда узнает об этом? Сириус был так горд Гарри, что чуть было не признал это вслух. От позора его спас только душераздирающий вопль. Лорды Блэк дружно вскочили и побежали на звук. Ворвавшись в гостевую, они увидели Кричера, с беспокойством смотрящего на дëргающуюся от боли Беллатрикс. — Это... он, — прошептала она, как только увидела Гарри. — Вот дерьмо, — прошипел Гарри и немедленно отправил в Беллатрикс оглушающее заклинание. Беллатрикс дëрнулась и провалилась в беспамятство. — Да, у нас проблемы, — констатировал Гарри, глядя ня Сириуса. — Гарри, — сказал Сириус, тыкая пальцем в сторону Беллатрикс. Даже оглушëнное, тело женщины подёргивалось от спазмов. — Кричер, принеси несколько флаконов болеутоляющего, — приказал Гарри. — Волдеморт мучает её, воздействуя на метку? — уточнил Сириус. Гарри кивнул. — Этого я и боялся. Оглушающее не помогло, потому что метка привязана к душе. Кричер вернулся с полудюжинов флаконов с зельем. Гарри привёл Беллатрикс в чувство и подал ей флакон. Беллатрикс попробовала поднести его ко рту, но её руки так сильно дрожали, что она уронила флакон и беспомощно открыла рот. Гарри решил, что эта ситуация бьёт все рекорды его личного бредометра, но это не помешало ему аккуратно влить болеутоляющего в открытый рот бывшей Пожирательницы. Не прошло и десяти секунд, как её тело перестало дрожать. — Спасибо, — тихо сказала она. — Не за что, — ответил Гарри и тут же вырубил её ещё одним оглушающим. — Придётся с этим разбираться, — сказал он Сириусу. — А что мы можем сделать? Гарри задумался. Голова была пуста. В отчаянии он взял Беллатрикс за руку и закатал рукав. Хвост змейки торчал из-под черепа, но головы видно не было. — Эй, просыпайся, — зашипел Гарри на парселтанге. Сириус молча следил за его попытками вызвать змейку. — Я прекрасно вижу твой хвост, я знаю, что ты тут. — Она что, играет в «спрячь голову змеи»? — спросил вдруг оживившийся Сириус. — Знавал я одну девушку, которую я... А-а-а! Сириус закрыл глаз рукой. — Проклятье, Гарри! — Я знаю, ты слышишь меня, — продолжал шипеть Гарри, не обращая внимания на слёзы и причитания Сириуса. — Я только хочу задать тебе вопрос. Чуть ниже метки пробурила ход к поверхности кожи голова змейки. — Ты не Хозяин. Приказывает Хозяин. Змейка опять ввинтилась вглубь руки, так что виден остался только небольшой фрагмент хвоста у самого черепа. — Проклятье! Пришедший в себя Сириус пожал плечами. — Я не большой спец в магии души, но и моих знаний достаточно, чтобы понять, что разрушив связь, ты, скорее всего, убьёшь её. — Не обязательно, — попытался возразить Гарри, — но это, вероятно, разрушит её душу... короче, результат тот же. Другие идеи? — Значит, надо как-то менять заклинание, а не разрушать. — Хм, может и получиться, — одобрительно кивнул Гарри, — но у нас не так много времени с этим разбираться, иначе боль сведёт её с ума. И я не уверен, что хоть кто-то до нас смог это сделать. — На целителей Мунго ты не надеешься? — Не особо, вряд ли они знают о Тёмных метках больше моего. Лорды Блэк молча наблюдали за конвульсиями Беллатрикс. — Обычно, сорвавшихся с цепи бешеных сук просто приканчивают, но мне почему-то не хочется, — начал Сириус. — Знаю, — ответил Гарри, — она горячая штучка. — Да не поэтому, — возразил Сириус. — Просто она другая. Мягкая. Прикончить её — совсем не то, что мою кузину — вот кто была настоящая бешеная сука. Гарри решил, что он согласен с Сириусом, а Сириус продолжил. — И эта совсем не такая уродливая... Гарри покачал головой, и они опять надолго замолчали. Наконец, Гарри подвëл итог: — Волдеморт может мучить её неограниченно долго. Попытки помешать будут повреждать её душу и, в конце концов, сведут её с ума. Попытка разделить Метку и тело или убьёт её, или оставит без души. Но это не так и важно, потому что это, скорее всего, в принципе невозможно... — Невозможно, — повторил за ним Сириус, — это то, в чём ты силён. Гарри закатил глаза. — Ну ты же не ожидаешь, что решение вдруг чудом найдётся? Вершители судеб прислушиваются к тем, кто их вызывает. Яркая вспышка пламени — и в воздухе между Сириусом и Гарри зависла огненная птица. Феникс пропел приветствие и опустился на край комода. Гарри посмотрел на птицу, потом на Сириуса. — Мы всей душой надеемся, что появится и Философский камень? Никто не ответил, и только Фоукс наклонил голову, с интересом разглядывая Гарри. — Проклятье. — Ты хотя бы попытался, — признал Сирус. — Привет, Фоукс. Фоукс, уже знакомый с Сириусом, кивнул в знак приветствия, а затем засунул голову под крыло и вытащил оттуда запечатанный конверт. — Фу! — сморщился Гарри. — От тебя прямо пышет жаром. Представляю, какие потные у тебя подмышки. Сириус забрал у феникса конверт, поднёс к носу и тут же отдёрнул голову. — Кошмар. Воняет заплесневелым пергаментом. Сириус внимательно рассмотрел конверт. — Оно и не удивительно. Ладно, — со вздохом сказал он и распечатал конверт. Гарри подошёл к Фоуксу и, позволив птице обнюхать руки, начал почёсывать фениксу шею. — Как поживаешь, Фоукс? Фоукс в ответ выдал раскатистое одобрительное курлыкание. — Можешь сделать нам одолжение? — спросил Гарри с надеждой. Он перестал чесать птицу, и феникс посмотрел Гарри в глаза. — Волдеморт мучает Беллатрикс. Как думаешь, если ты поделишься слезой-другой, это поможет облегчить её страдания? Или, может быть, у фениксов есть еще какие-нибудь секретные способы облегчить боль? Казалось, глаза Фоукса сейчас вылезут на лоб, он только наклонил шею, глядя на Гарри так, будто он не может поверить своим ушам. — Знаю-знаю, сам удивлён, что прошу тебя об этом, — сказал Гарри. — Но ведь фениксы — из лучших целителей магического мира, а мне не хочется смотреть на её агонию. Фоукс забил крыльями, взмыл в воздух и начал летать по комнате кругами. В полёте он запел, от чего Гарри и Сириус взбодрились и преисполнились надежды. Гарри посмотрел на Беллатрикс и заметил, что от песни Феникса она начала дрожать и кривиться. Фоукс перестал петь и сел на подлокотник кресла Гарри. Тело Беллатрикс расслабилось. — Ну да, она же с Меткой, — признал Гарри своё поражение. — Ладно, что Альбус пишет? — На, — протянул ему письмо Сириус, — сам читай. Письмо было недлинным. — Не слишком деликатно сформулировано, — заметил Гарри. — Думаю, он хочет подкупить нас откровенностью, — ответил Сириус. — Как будто это может сработать. Гарри посмотрел на Фоукса. — Ты же знаешь, что мы не можем так поступить. Неужели он действительно расчитывает, что мы продадим того, кто только что присягнул семье в верности? Под изучающим взглядом Гарри феникс выглядел смущëнным. — Но ты хоть не ждал, что мы её выдадим? Фоукс замотал головой. В дверь постучали, и в комнату зашёл Кричер. — Доставлено письмо, Хозяева, — объявил Кричер, предъявляя министерскую сову, сидевшую у него на руке. — Мы сегодня пользуемся популярностью, — проворчал Сириус, отвязывая письмо. — Это от Эми. Сириус быстро прочитал текст и вздохнул. — Поправка, не от Эми, а от Директора Департамента Магического Правопорядка, всё с заглавных букв. Визенгамот вызывает Беллатрикс к часу дня на неофициальный опрос без формальных обвинений, но нас предупреждают, что если она там не появится до двух, будет выписан ордер на обыск особняка на Гриммо, включающий разрешение на разрушение любых защитных построений. Гарри вопросительно посмотрел сначала на Фоукса, потом на Сириуса. — Это что, нас предупредили за два дня, чтобы мы успели спрятать её за пределами страны? — А это то, что мы собираемся сделать? — спросил Сириус. — Не уверен, — ответил Гарри и начал писать ответ Дамблдору. Сириус подошел ближе и посмотрел на обращение. — Что ты собираешься ему отвечать? — Поблагодарю за беспокойство, — ответил Гарри, продолжая писать. — Но сообщаю, что сначала мы должны разобраться с угрозой её жизни и здоровью. Он же не думает, что Тёмный Лорд молча проглотит её уход? Ну и что необходимость улаживать дело в Визенгамоте нам отнюдь в этом не помогает. — Думаешь, с этим он мог бы нам помочь? Гарри как раз закончил письмо. — Я думаю, мы предадим члена рода Блэк, вне зависимости от того, насколько благородны еë намерения. — А если мы так ничего и не придумаем, — с сомнением в голосе спросил Сириус, — думаешь, избавление её от мучений не стоит нашего раздражения от игр на чувстве вины под дружелюбное моргание и навязчивые предложения приторных сладостей? Гарри передал Сириусу письмо. — Я до сих пор не уверен, почему она пришла к нам, но знаешь, она не могла не подумать о возможности обратиться за помощью к Альбусу. По какой-то причине она предпочла нас. И я подозреваю, что дело ещё и в том, что мы не из тех, кто первым делом побежит к мудрому великому Дамблдору. Сириус дочитал письмо и вернул его Гарри. — Знаю, в прошлом у тебя были с ним сложности... — Стой, — оборвал его Гарри и отдал ответ Фоуксу. — У тебя под носом его шпион. Фоукс выхватил письмо у Гарри из рук и коротко взмахнул крылом под подбородком. На прощание Феникс курлыкнул что-то неразборчиво-неприятное и исчез во вспышке пламени. Гарри никогда раньше не видел таких жестов и не слышал в крике феникса такого тона. — Думаю, он нас сейчас послал, далеко и грубо. — Ну, он и правда мог обидеться, — миролюбиво сказал Сириус, — но я говорил о том, что если занимаешься поиском ответов на сложные вопросы, Дамблдора стоит спрашивать в первую очередь. — Я как бы знаю, — ответил Гарри. — Но не забывай, что ты-то знал другого Дамблдора, не этого. А этот рассматривает Беллу, как актив, который можно использовать. А мы — как семью. — Я не слишком любил свою семью. — Я тоже, — ответил ему Гарри, вспомив о своём детстве. — Но она всё равно семья. И я сильно сомневаюсь, что он может сделать для неё что-то, чего не можем мы. Два лорда Блэк уселись в кресла и в молчании смотрели на женщину, которая притянула к ним неприятности.