Восхождение Повелителя

      После празднования меня повели за город. В какой-то момент передо мной открылся палаточный лагерь, окружённый частоколом. Меня повели к самой большой палатке. Там же меня задержали на некоторое время.       Уже спустя час Ирабет вывела меня наружу... А там ровными рядами стояли крестоносцы. Рядом со мной встала королева и продекламировала речь, которая стала официальным началом Пятого крестового похода... А меня назначили его главой. Навязали обязанность... С другой стороны, это шанс для меня увеличить свои силы и обзавестись связями.       Сейчас же пришло время осмотра лагеря. Со мной решила пройтись Ирабет. Сразу же после того, как крестоносцы разошлись, я увидел Сказителя. — Решил присоединиться к крестовому походу? — Боюсь, что нет. Моя дорога и дорога крестового похода ведут в одном направлении, но, увы, пока они не пересекаются. После того, как демоны были отброшены от Кенабреса, путь внутрь Мировой язвы оказался временно открыт. Я спешу воспользоваться этой возможностью, чтобы посетить... — эльф осекается. — Впрочем, не важно. Не хочу утомлять вас деталями моего дела, которое может оказаться бесполезным даже для меня самого. Однако, покончив с ним, я постараюсь вернуться к крестоносцам и оказать им посильную помощь в их борьбе. Я надеюсь, что мы с вами еще встретимся в этом мире. — Мне пора идти. Следующим на очереди знакомства стал интендант — дородный солдат с пышной бородой. — Вильсер Гармс, интендант лагеря, к вашим услугам. Чем могу быть полезен? — Что входит в твои обязанности? — Да... все помаленьку. Офицер воину кто? Строгий папа. А интендант - вроде мамы. Я слежу, чтобы у солдат было все, что нужно, чтобы побеждать врага и возвращаться с поля боя живыми, — Вильсер начинает загибать пальцы. — Это значит. еда, дрова, лекарства, палатки, залатанная одежда, отремонтированное вооружение. Лошади должны быть напоены и накормлены, лагерь к вечеру хорошо укреплен, а к утру - вовремя свернут. Слежу, чтобы жалование выдавалось в срок, чтобы телеги были в исправности. Опять же, отчетность веду... Ох, я как-то и сам не думал, сколько у меня дел. — Вот тебе деньги на расходы, — передаю интенданту якобы вынутый из пространственного кармана (на деле просто создал только что) огромный мешок с деньгами. — У моих солдат должно быть лучшее снабжение, лучшая броня и лучшее вооружение. Закупи всё, до чего сможешь дотянуться. На деньги не смотри — у меня их много. — Ох, командор... — Гармс оседает под весом мешка, не выдерживает, и роняет на землю. — Пока поговорим про другое. Что солдаты думают обо мне? — Все больше судачат про силу вашу необыкновенную, но и вас самого без внимания не оставляют! Солдаты, они ж народ какой даже спустись к ним Иомедай, и то бы обсудили, уверенно ли она меч держит и ладно ли на ней доспех сидит! — Ситуация... Тогда покажи, что у тебя есть из ценных артефактов. Не тех, что можно более-менее массово произвести, а действительно редких.       В итоге я забрал из склада меч «Клык чёрного дракона», пару наборов адамантовых доспехов и пару бутылок медовухи. Сам же передал интенданту накопившееся за недолгое странствие снаряжение, которое просто валялось в пространственном кармане. Теперь оно будет у офицеров.       Следующим пунктом в осмотре стал участок рыцарей Кенабеса, на севере лагеря. Тут расположились все остатки орденов города.       Недалеко была устроена палатка-часовня с алтарями нескольких богов. Ирабет упомянула, что сюда придут даже наименее набожные воины помолиться перед битвой. На востоке расположились рекруты из Неросиана, присланные королевой. Там же была и Сиила, что с солдатами распивала разбавленное вино. Разбавленность даже по вкусу ощущается.       На западе лагеря встали члены Орлиного дозора. Там же была и палатка Ирабет с Аневией. Ещё полуорчиха упомянула о некой Нуре, к которой я захотел зайти. Но оказалось, что та ждёт в моей палатке.       В командорской (моей) палатке была королева. Она задумчиво стояла у карты и явно ждала меня. — Командор, — быстро переходит она к делу. — Я довольна смотром войск, но полагаю, что их не хватит для выполнения задачи. Тебе придется проявить себя как прозорливого командира и нанять недостающие войска на предоставленные тебе средства, — ага, блин, предоставленные. Я из своего кармана буду снабжать всё мероприятие. —Я выбрала цель для твоего похода, и эта цель - Дрезен, наш утерянный форпост в границах Мировой язвы. Там хранился Клинок доблести рука знамя, древко которого когда-то сжимала самой Иомедай. Наша величайшая святыня, утраченная, как и сам город. Я хочу сразу пояснить Клинок доблести не просто символ, это оружие против демонов. Святость знамени ослабляет их и отнимает одну из самых опасных способностей — телепортацию. Тебе предстоит марш-бросок на Дрезен. Клинок доблести до сих пор хранится где-то В цитадели демоны считают его охотничьим трофеем, не иначе. Вернуть его задача не менее важная, чем вернуть сам город. Надеюсь, что задача понятна; в помощь тебе, помимо солдат, я направляю двоих специалистов историка — Нуру Дендивар и жреца Зосиэля Виниса, — королева кивает на стоящих подле нее человека и молодую халфлингшу. — Привет! — говорит Нура. — Слушайте, у вас тут просто потрясающе! Я как будто прямо в балладу попала! Кругом рыцари в сияющих латах, смертельные опасности, славные подвиги... Ну, мы этим демонам зададим! Сколько можно сидеть в библиотеке, читать книжки про историю? Пора бы и самой в ней поучаствовать!       Что-то в её разуме не так. Она явно маскирует свои истинные эмоции, что без проблем можно увидеть и почувствовать в ауре. Что же ты скрываешь? — Рад помочь вашему делу, командор, — говорит бритый чернокожий мужчина. — Если найдется время - я хотел бы поговорить с глазу на лаз. — Вы еще успеете познакомиться. Отныне вы люди рыцаря-командора, его - Ближайшие советники и соратники. А теперь оставьте нас вдвоем, пожалуйста. Ирабет, ты тоже можешь идти.       Как только остальные вышли, я решил начать раньше королевы. — При нашей встрече в Сердце защитника я не ожидал, что ты поставишь меня во главе нового крестового похода. И это мягко сказано. — Есть меры чрезвычайные, есть отчаянные, а есть те, что зовутся последним доводом королей. Есть обычные монархи, а есть я, воюющая сотню лет с самой Бездной. Я не могу себе позволить роскошь излишней осмотрительности. Я увидела в тебе шанс - и не преминула им воспользоваться. Впрочем, не говори, что это я поставила тебя во главе крестового похода. Я только закрепила на бумаге то, что уже произошло в головах и сердцах людей. Весть о том, как на тебя снизошла сила и позволила спасти цепь Страж-камней от уничтожения, уже разлетелась далеко за пределы Мендева. Никого другого невозможно и представить рыцарем-командором Пятого похода. — Что ты собираешься делать, пока я веду крестовый поход? — Прямо сейчас собираюсь закрыть глаза на легкое нарушение субординации. Впрочем... хорошо, я отвечу. Я буду готовить Неросиан и все приграничные города к обороне и планировать будущее Пятого похода. Ваше любопытство удовлетворено, рыцарь-командор?       Субординация... Но нельзя. Пока я не захвачу этот Дрезен, нужно делать вид, что я пляшу под её музыку. Потом она сдохнет. — Да. На этом всё. — Тогда за дело. И да поможет нам Иомедай!       Не поможет...       Как только королева ушла, со мной тут же заговорила вошедшая Аневия. — А скажи ну, по чесноку - чем все таки кончилась та заваруха в Сером гарнизоне? Байки-то я знаю, еще бы не знать это ведь моя работа, следить, кто что болтает. Ты не представляешь, какую дичь про тебя несут в войсках. Одни говорят, тебе явилась сама Иомедай и назначила своим герольдом. Другие шепчут, будто ты вообще там помер, а армией в твоем обличье командует настоящий ангел. Третьи что это был просто взрыв алхимической лаборатории, а слухи о твоих силах распускаю я. Если бы! Но знаешь... После Серого гарнизона ты реально изменился. Это трудно описать, но ты стал как-то... — Опаснее. — Да, точняк! Опаснее. Я такие штуки нюхом чую - а то бы давно сдохла. Ты опасен, командор - и дай-то Дезна, чтобы только для наших врагов, а не для нас... Или для себя же! — Мне пора идти.       Я решил сходить к этой Нуре и более-менее разузнать, что же с ней не так. Её палатка оказалась заставлена стелажами со свитками и книгами. Сразу видно настоящего историка. — О, рыцарь-командор! Чем могу помочь? Я много чем могу помочь, честное слово! Только спросите! — Ты, наверное, слышала о ране, что иногда открывается у меня на груди. Не знаешь, это какое-то демоническое проклятье? — Да-да, мне рассказывали об этом вашем недуге! — Нура упирает пристальный взгляд в центр вашей груди. "А вы можете открыть эту рану сами? Нет? Очень жалко. — Что тебе известно о похожих случаях? — М-м-м, дайте подумать. В 4671 у десятника армии Мендева все кости и хрящи в теле превратились в стекло... В 4700 с писаря в Кенабресе слезла кожа, словно ее сварили... А в 4638... О! А у вас оттуда не лезут какие-нибудь насекомые? Саранча? Нет?.. Может, хотя бы крысы? Хм.... Жалко.       Кажется, я знаю, с кем у меня будут многочисленные разговоры для подтягивания истории. — Я не заметил на тебе знаков бога. Кому ты молишься? — Когда я была рабыней в Изгуре, в меня палкой вколачивали веру в Асмодея. Били и приговаривали - это для твоего же блага. С тех пор я как-то... Не очень храмы люблю. Умом-то я понимаю, что есть разные боги. Дезна там, или Кайден учат добру и свободе. Но только... Стоит мне почувствовать запах благовоний, как перед глазами встает палка надсмотрщика. Может быть, однажды настанет день, когда я смогу обратиться к божеству, не ожидая удара по спине за недостаточно почтительный тон. Но пока что... Пока пусть за меня помолятся другие, — Нура через силу пытается улыбнуться, но улыбка выходит жалкая. — И не нужно молиться. Поклоняться божеству — всё равно, что добровольно отдать себя в рабство. — А давайте поговорим о чем-нибудь повеселее? Понимаете, для меня это больная тема. — Тогда я зайду к тебе на следующем привале. Буду расспрашивать про историю. — Как скажете, командор!       Когда я уже хотел покинуть лагерь для своей одиночной прогулки, ко мне подбежал Ульбриг. — Значит, ты теперь воевода. Поведешь нас освобождать Саркорис от фей, —Ульбриг уважительно качает головой. — Я как тебя увидел, то сразу почувствовал: этот не из простых. Но что у тебя скоро будет целая армия такого я не ждал... Ну что, как тебе новая власть? Голову не кружит? — Мы будем сражаться против демонов, а не фей. Разные способности, разные слабости. — Феи, демоны, ангелы... — Ульбриг, скривившись, машет рукой перед лицом, словно разгоняя дурной запах. — Все одно нечисть. Сидели бы в своих волшебных лесах и горя не знали. Так нет, надо им было в мир людей пролезть.... Да, но ты тему-то не меняй. Каково тебе — воеводой быть? — К чему такие вопросы? — Хотел узнать, что на уме у воеводы. На войну все-таки идем, серьезное дело. Не хочешь говорить - не надо. В деле себя покажешь! Ну да ладно, я ж ведь к тебе не просто так языком поболтать пришел. Раз я на войну иду, да под твоим началом значит, надо все по чести сделать, — склонив голову, Ульбриг церемонно произносит. — Вручаю тебе свой клинок и свою жизнь, воевода. По правде сказать, клинок-то мне и ни к чему — на врагов у меня когти да клюв есть. Но так уж положено говорить: согласись, когти с клювом вручать не так торжественно. Теперь вот что. Я уже вижу, что дела в стране плохи, но в байки про то, что весь Саркорис сгорел и все люди повымерли, уж прости, не верю. Быть такого не может не такой мы народ, чтобы вот так запросто сгинуть. У меня тут недалеко родичи живут, в деревне Смородиновая падь. Давай-ка сходим туда, поговорим, выясним, что к чему. Они люди толковые глядишь, и в бою нам помогут. Вместе то мы - Саркорис от нечисти в два счета очистим! Ну ладно, пойду к походу готовиться. Удачи, воевода!       Потерянный человек. Его подсознание так и не может поверить в реальность произошедшего...       А, вспомнил, нужно ещё с этим... Зосиэлем, поговорить. К нему и направляюсь. — О чём ты хотел поговорить? — У меня есть личная просьба. Пока мы не отошли от Кенабреса слишком далеко, я бы хотел отправиться на Кладбище мученика Закарпуса, оно находится рядом с ним. На похороны своих друзей из храма Шелин, что погибли в битве за город. И, если тебе не сложно я хотел бы, чтобы и ты пошел туда со мной почтить их память. Там будут их друзья и родные может быть, личное присутствие командора немного их утешит. Я понимаю, что у тебя сейчас много дел, и пойму, если ты не сможешь. Но если тебе все же удастся найти на это время - я буду очень благодарен. — Мне пора идти.       Вот теперь можно и на выход. Где только те стоянка и кладбище по карте? В паре часов пути. Похоже, в этот раз со спутниками пойду.       Собрав всех спутников, отправляемся на кладбище.       И вот, стоя на кладбище, вижу, как пожилой мужчина, хромая, подходит к могиле и бросает на нее горсть земли. — Эх, ребятушки... Такие молодые, жить вам еще да жить. Себя не пожалели, а меня, старого калеку, спасли.       Эльфийка с заплаканным лицом бросает горсть земли. Она шепчет. — Та картина... Она сгорела вместе с домом. У меня ничего от вас не осталось. Ничего.       Задумчивый молодой человек бросает горсть земли и какое-то время просто молча стоит, глядя на могилу. Наконец, вздохнув, он отходит назад.       Зосиэль бросает горсть земли. Он вдыхает, чтобы что-то сказать, но не может найти слов. По щекам жреца текут слезы. Вытерев глаза, он собирается с духом и тихо произносит: — Да примет вас Шелин в своих чертогах. Клянусь вам, мы выиграем эту войну. За вас. Чтобы такого... Чтобы больше никогда... — не в силах договорить, Зосиэль снова вытирает слезы.       Никогда не понимал тягу людей к гореванию над умершими. Даже если это родственник — мы же ещё живы. Вряд ли бы умершему понравилось, что его близкие горюют. Эти похороны... совершенно не для меня. Я слишком отличаюсь от них. — Что это такое?       Атмосферу тихой скорби нарушает вскрик эльфийки. Дрожащей рукой она указывает на могилу, из которой, источая зловоние, поднимается гниющий мертвец. — Это зомби! Спасайтесь!       Парой движений создаю заклинание Взрыв жизни, изменив направленность на площадь. Сразу десяток мертвяков падают от него. Зосиэль в это время зачитывает молитву и от него исходит жёлтое сияние, обжигающее нежить. Ульбриг, Сиила и Ланн же просто убивают мертвецов.       Тяжело дыша, Зосиэль смотрит на трупы своих товарищей, которых только что оказался вынужден убить во второй раз. — Что за чудовищное издевательство? Кому могло прийти в голову.... Постой ка, а это что? — наклонившись, он подбирает что-то с земли. — Взгляни-ка... Зосиэль протягивает мне черный оникс некогда драгоценный, а теперь — покрытый трещинами и крошащийся в пальцах. На нем вырезан нечистый символ Бафомета голова Минотавра. Растерянность в голосе жреца медленно сменяется гневом. — Культисты. Мало того, что мои Друзья мертвы надо было еще и явиться на похороны, чтобы осквернить их могилы! — Пойдём убьём этого некроманта. — Постой! Горожане убежали от мертвецов. Они не знают, что среди них предатель! Где бы они ни были, они в смертельной опасности. Нам нужно найти их.       Направляемся туда, куда бежали горожане. По пути преодолеваем бесконечно прущую нежить, которая ложится от одного моего удара. Направляемся к храму. Там встречаем толпу нежити, которая ложится от одного огненного шара.       Врываемся в недостроенный храм. Внутри культист угрожает горожанам. Сотворяю заклинание Очищающее пламя, которое слизывает всю нежить и лишь немного опаляет горожан. Некромант же еле выживает. Ланн занимается лучниками, в то время как остальные разбираются с костяными воинами. Двойной удар — и два черепа падают на пол. Удар рукоятью — и ещё один мертвец упокоен. — Сдаюсь! Сдаюсь! Не бейте больше, я сдаюсь! — некромант картинно поднимает руки. Серьёзно? — Ах, ты, гнида! Предатель! — Зосиэля словно подменили. Деликатные руки художника сжались в кулаки, а голос опустился до низкого рыка. Подскочив к некроманту, жрец одним ударом разбивает ему нос. — Тварь! Урод! Я вспомнил тебя! Это же тебя мы вылечили в храме месяц назад! За одним столом с тобой чай пили. А ты, ты... Я тебя... Я не знаю, что я с тобой сделаю! — Ай! Не надо! Я же сдался! Ты ведь.... — кулак Зосизля прерывает слова некроманта, брызгает кровь, но тот не умолкает. — Ты жрец Шелин! Я сдался, ты обязан меня пощадить... Так велит твоя богиня! — Не слушай его!       Зосиэль в ужасе смотрит на свои окровавленные руки и отталкивает избитого некроманта. — Нет. Я человек, а не демон. Я не должен поддаваться слепой ярости. Я даже не думал, что во мне может найтись столько злобы. Мне.... Стыдно сказать, но мне было приятно бить его. Такого не должно было случиться. Прости меня за это недостойное зрелище, — Зосиаль вытирает кровь с пальцев и отходит от некроманта. — Ты командор, и это твой пленник. Тебе решать, как с ним поступить. — Приговор — смерть. — Нет! Пожалуйста, не надо! Я...       Культист пытался что-то сказать, но Клык не дал ему этого сделать. Я просто отрубил голову некроманту. — Да простит его богиня. Я — не смогу — Зосиэль смотрит на меня. Спасибо, что взял на себя этот грех.       По приходу в лагерь я расорядился нанять одного из офицеров Мендева в качестве генерала. В чём-то мне даже повезло, что они чуть ли дрализь за эту должность. В итоге генералом стал каменноликий Сетцуна Шу, монах и маг.       Я оставил почти всех соратников в лагере и мы с Сиилой отправились на стоянку Пёсьих сердец. — Добрались наконец! Элан и Завиток должны быть где-то здесь, и Янна тоже, если ее отпустили со службы. А, гляди, вот они! — Мои приветствия, Сиила, рыцарь-командор! — поприветствовал нас Элан. — Элан тут изволит смущаться. Он договаривался о помощи с двумя простыми товарищами по несчастью, а теперь вы спасители Кенабреса, рыцари Пятого похода, отмеченные благословением Иомедай! И пришли помочь ему переворошить груду пожитков, ха! — Давайте не будем об этом. Я, смею заверить, точно та же самая Сиила, ваш товарищ по Лиге тележки. И пришла сюда помочь вам искать кольцо Элана. А где, кстати, Завиток? — Не пошел с нами, сказал что неважно себя чувствует из-за старой раны. Ладно, друзья! Раз уж мы сюда явились, давайте скорее закончим с нашей миссией. Я действительно не считаю правильным отвлекать рыцаря командора на решение своих личных проблем. — Давайте просто найдём это кольцо. — Мы с Янной начнем обыскивать с северной стороны. Встретимся, когда что-то обнаружим. Ну, или отчаемся обнаружить... После короткого обыска, когда я открывал сундук, появился мелкий демон-квазит. В лапках он держит нечто блестящее-переливающееся кольцо серебристого металла с большим сине зеленым камнем. — Элан, смотри, смотри на гадину! Что там в лапах у него?! — Я встречал таких. Мелкий демон, он любит дразнить и издеваться, но мигом сбежит, если почувствует настоящую угрозу. Давайте окружим его и нападем все вместе, пока он не понял, что к чему.       Но демон вскидывает лапки и Янну с Эланом окутывают разноцветные брызги. Хватаю демона и рывком отрываю его крылья. Он визжит и выранивает кольцо. Вдруг из ниоткуда появляется Завиток и хватает драгоценность. — Ты не должен его получить! — Завиток? А ты тут что?... — пытался было спросить пришедший в себя Элан. Он кидается вперёд и пытается зарубить халфлинга, но ему мешает Сиила. Полурослик же заканчивает заклинание и исчезает. — Элан, стой! Не руби сгоряча! — Да он же использует заклинание призыва, зачем ты мне помеша...       И тут появляются пятеро краснокожих демонов с копьями. Кастую Очищающее пламя и от них остаются только обугленные тела. — Элан, зачем ты так?! Ты едва не зарубил Завитка! Без суда и следствия, не разобравшись, что лучилось, он ли виноват и не нужна ли ему самому помощь! — Зачем я так?! Да он же заманил нас в ловушку. Завиток был единственным, кто знал, куда мы направляемся. Знал, что мы думаем, будто в лагере не будет никого, кроме неопасных мелких демонов. И устроил западню. Не удивлюсь, если он метил в командора, и с самого начала был приспешником демонов. Вот и верь после этого в то, что подлецы могут исправиться. — Мы едва знаем, что произошло! Завиток - добрый малый, не лазутчик и не убийца. Возможно, он запуган или запутался, или зачарован демонами, — Сиила, тебе явно нужно снять розовые очки. — И не узнаем — потому что ты дала ему сбежать! — Я лучше дам сбежать злодею, чем позволю зарубить невинного. — ОБА ОСТАНОВИЛИСЬ! — громогласным голосом, будто обвал в горах, останавливаю этих двоих. — Каждый из вас по-своему прав и не прав, и сделанного все равно не вернешь. Элан, ты дейстительно мог зарубить невинного. У тебя не было веских доказательств. Сиила, Завиток действительно перешёл на сторону демонов. У него видны характерные изменения в ауре. Тебе пора снять розовые очки. — Как же так?.. Мы же друзья! — Спасибо, что сказали ей это прямо, командор. Сиила, я не хотел это говорить, но считаю себя твоим товарищем и потому предостерегу тебя. После того, что случилось в Сером гарнизоне, ты в большой опасности. Возможно, не только ты. Многие любят пренебрегать воинской иерархией и порядком рыцарских орденов, но в них есть мудрость, испытанная веками. Солдат проходит путь от рядового до офицера, рыцарь начинает оруженосцем. Даже паладины Иомедай обретают способности постепенно. Но с тобой и командором все было не так. Вы получили в дар невероятную мощь, превосходящую то что было бы доступно обычному паладину твоего опыта и способностей. Получили в нужный миг и спасли много жизней во всем Мендеве, и это великий подвиг, который будут помнить веками. Но то, что случилось дальше, неправильно. Вас стали боготворить, королева дала в руки огромную власть. В обход Bсeгo тренировок, опыта, лишений. Ее Величеству не впервой так поступать, но много ли добра это принесло Мендеву? Меня пугает то, что я вижу. Особенно то, что ты, Сиила, легко веришь людям и кидаешься в авантюры. Однажды ты опустишь меч там, где надо рубить. И тысячи восторженных юнцов повторят за тобой, — Элан делает паузу, будто размышляя, стоит ли продолжать, потом твердо смотрит мне в глаза. —Тебе я хотел сказать то же самое, командор. — Я правильно понимаю, что ты только что назвал меня некомпетентным предводителем, незаслуженно получившим свой пост? — Не держи на меня зла, командор. Я не настолько неблагодарная тварь, чтобы не помнить, что ты сделал для Кенабреса и как согласился помочь мне. Я сказал Сииле и повторю сейчас - это был не упрек, а предостережение. Та сила, что тебе дана... она может погубить тебя, и с тобой — всех крестоносцев. В любом случае - простите, что отнял ваше время и подверг опасности. Теперь мы хотя бы знаем, что Завиток предатель, а Янна трус и готова бросить товарищей в момент серьезной опасности. Надеюсь, эти ошибки всех нас чему-то научат. А кольцо... да пропади оно пропадом, я надеюсь, что Киана любит меня не за подарки! — с этими словами Элан, опустив голову, уходит прочь. — Как всё запуталось... Пожалуйста, Эндор, давай вернёмся. И я хотела поговорить с тобой об этом — позже, когда всё обдумаю.       Пора возвращаться в лагерь.       Пока мы с Сиилой ходили к стоянке, генерал прибыл и, не дожидаясь нанятых подкреплений и нового оружия, вместе с армией направился к ближайшей армии демонов. Сетцуна Шу был нагнан пехотинцами и лучниками уже когда он разгромил малую армию демонов, о чём сообщил уже прибывшему в лагерь мне с помощью магии. Подумав, что за время дороги Сиила успела всё обдумать, я подошёл к ней, что стояла рядом с крестоносцами из Мендева. — Хорошо, что ты пришел. Думаю, тебе интересно будет узнать, что Янна, сбежавшая, когда на нас напали демоны, не вернулась к своему отряду. Ее видели убегающей в сторону границы с Нумерией. Похоже, она дезертировала. Впрочем, я хотела поговорить не об этом. Вернее... не только об этом. С самого нашего похода в лагерь Песьих сердец меня преследует чувство, что я ошиблась. Ошиблась, когда втянула тебя в это дело. Ошиблась, когда посчитала что вылазка в преддверии Мировой язвы может быть безопасной прогулкой. И главное — ошиблась в людях. В Янне, которая струсила и бросила нас. В завитке, которого считала искренне раскаявшимся вором, достойным сочувствия и доверия. И в Элане тоже. Мне казалось, с ним — родня по духу, побратимы. Но он, кажется, так не думает. — Ты ошиблась в идеалах, которые выбрала для себя с самого начала. Может быть, теперь ты увидишь, что смертные слабые и порочные существа. Бессмысленно пытаться их "исправить" — они годятся только чтобы ими управлять. — Ты — удивительная персона, Эндор. Я чувствую в тебе особую силу духа, идею, даже когда ты говоришь что-то, с чем я не согласна и никогда не соглашусь. Спасибо, что слушаешь мои стенания и помогаешь разобраться. Я не оставлю это дело просто так. Если будет возможность и время, попробую найти и вразумить Янну. И разузнать, почему Завиток сделал то, что сделал. Меня все это задело так сильно из-за того, что сказал на прощание Элан. Я действительно вдруг стала могущественнее, чем более опытные и самоотверженные паладины. Есть в этом что-то неправильное. Служитель Иомедай должен получать могущество через самосовершенствование — только так можно удостовериться, что он будет использовать эту силу во благо. В нашей истории все пошло наперекосяк. А значит, теперь мне нужно быть к себе втрое строже. — Мне пора идти.        теперь пришло время для одиночной вылазки. Я отправился водиночку зачищать окружающие земли от демонов и мародёров. В какой-то момент я встретил толпу из двухсот гигантских мух. Вот это была бойня. Я разбрасывался заклинаниями и стихиями как безумный, а так же рубил. Бойня. На месте битвы я нашёл Эмблему падшего рыцаря и неплохой нагрудник. В тот момент я дважды ощутил усиление.       При первом усилении мой пространственный карман стал бесконечным, руки стали источать огонь, а так же двенадцать заклинаний. При втором я стал крепче телом, а так же вспомнил дополнительные двенадцать заклинаний, половина из которых принадлежат к шестому кругу. Всё же путешевствовать одному и вырезать армии — это очень выгодно.       Пока я разбирался с одной из малых армий, генерал смог занять удобное место, а Ирабет решила перенести лагерь, о чём сообщила мне с помощью магии. Туда я и направился.       По прибытии меня ждали мои соратники и какой-то усталый неизвестный. Мы прошли в мою палатку и уже там начали разговор. — Командор! — начала Аневия. — Тут на дороге поймали какого-то подозрительного типа. Говорит, что союзник, и рвется срочно с тобой поговорить. Кто такой на самом деле пес его разберет! — Командор... Мужчина тяжело дышит, слова с трудом выбираются из пересохшего горла. — Отряд... В западне... За рекой.... На помощь... — Доложить по форме! — Виноват! Якер Анкелли, рыцарь Преисподней из ордена Божьей длани, под командованием параликтора Регилла Деренге. Наш отряд атакован превосходящими силами демонов. Нужна срочная помощь! — Рыцари Преисподней! Они не раз поддерживали крестоносцев в боях с демонами. Несмотря на их... — Ирабет морщится. — ...двусмысленную репутацию, мы не можем бросить союзников в беде. —Если это действительно союзники то конечно. Вот только... — Аневия внимательно разглядывает Якера с головы до ног. — Сдается мне как-то, что никакой это не рыцарь. За потерю их знаменитых черных доспехов с настоящего рыцаря Преисподней спустили бы шкуру. Перед нами непонятный тип без знаков различия, который зовет нас неизвестно куда. Как-то больше похоже на ловушку! — Уведите его. Мы продолжим наступление на Дрезен. Отправляться неизвестно куда за возможными союзниками слишком рискованно. — Так точно, командор! Слышали? Уведите его!       Перед отдыхом я всё же пришёл к Нуре и довольно долго слушал её рассказы об истории.