Предубеждения и гордость

      Као сидит в своём кабинете и смотрит на старые снимки Галфа. Делает глоток виски, перекатывая вкус во рту, и проглатывает, чувствуя, как жидкость согревает стенки горла.       Он заинтересовался омегой по этим фото. Высокомерие, уверенность, сила и сексуальность — вот то, что излучают снимки.       Као даже представлял, каков Галф в постели, но до сих пор это всего лишь фантазии. Нужно ещё немного времени. Так он думает, а сам не знает, есть ли оно. То, что за омегой придут — факт. Као с самого начала знал об этом, но надеялся сломить Галфа.       Если быть откровенным, Као так устал от этих качелей и даже отпустил бы омегу, но мысль о том, что тот будет со своим блондином, бесит неимоверно. Мью следовало умереть ещё тогда, на трассе. Но тот, сука, жив. Именно поэтому Као не отступит от своего.       И это несмотря на то, что уже поступили звонки от нескольких его партнёров. Алекс связывался с ними, говорил об их конфликте и пытался переманить на свою сторону. Те, кто позвонил Као — отказали. Но кому ещё звонил старший альфа и кто дал своё одобрение, черноволосый не в курсе.       Као удивляет, почему Алекс до сих пор в Тайланде. Почему больше не пытался с ним связаться. И, конечно, то, что пропали Чонгук и Мью с поля зрения, даёт понять: они тоже в деле. И это заставляет напрячься не только его, но и близких доверенных людей.       Эрик не обвиняет его, Као, в произошедшем, но напоминает в который раз, что в их кругах замахиваться на семью — последнее дело.       — Я уже это сделал, — Као откладывает фото омеги и, сцепив пальцы в замок, смотрит на друга.       — Ещё есть время исправить ситуацию, — объясняет Эрик.       — Ха-ха-ха, — кривится Као. — Ты предлагаешь мне прийти на поклон? — в его рычании прослеживаются нотки удивления. — Я никогда этого не делал и не стану начинать! — стоит на своём Као. — Мне нечего бояться! Связей и средств у меня больше!       — Но репутация? — друг пытается вразумить.       — Сила! Вот какая у меня репутация! — ударяя по столу, настаивает Као, и Эрику нечего ответить на это.       — Алекс вчера прибыл в Париж. Про Чонгука и Мью ничего не известно. Они засели в доме, как крысы.       — Я бы их не сбрасывал со счетов, — задумчиво тянет Као. — Не поверю, что они ничего не сделают. Так что следить не перестаём, — отдаёт приказ альфа.       Эрик кивает: понял, принял.       — Оставь меня одного, — просит Као, делает ещё один глоток виски и откидывается на спинку стула, смотря на стол, усыпанный снимками.       — Я ухожу. Но напоминаю, помимо омеги у нас есть и другие дела. Завтра поставка, не забывай об этом, — не дождавшись ответа, Эрик выходит из кабинета.       Проходя мимо гостиной, альфа видит белобрысого омегу. Надо бы сделать вид, что он не заметил его и покинуть дом, но Эрик так не может.       Это единственный парень и омега, который всегда его интересовал. Тому было девятнадцать, когда Эрик его впервые увидел. Даже немного ухаживал, пока не понял, что его не воспринимают всерьёз. Сэйнт заглядывал в рот Као, когда тот его открывал.       Его друг не отказывал себе ни в чём, поэтому не прошёл мимо молодого стройного тела, а омега, в свою очередь, отдал своё сердце. Као оно не нужно было, но он пользовался своим влиянием и, когда хотелось, получал всё, о чём пожелает. Эрик знал, что Сэйнт не нужен его другу, однако запретил себе думать о нём, а когда тот забеременел, мысли об омеге стали сродни предательству.       Вот так пять лет Эрик живёт и делает вид, будто ему не больно, когда он видит Сэйнта. К своему великому сожалению, он никогда не может пройти мимо того.       — Сэйнт. Здравствуй, — хрипло произносит альфа, обращая на себя внимание.       — О, Эрик! Как я рад тебя видеть, — Сэйнт до этого листал журнал, но убрал его, приветствуя альфу.       Эрик любуется Сэйнтом: тот такой красивый. Весь в чёрном, рубашка застёгнута не на все пуговицы, открывая вид на ключицы. Массивные серьги и кольца приковывают взгляд.       — Я тоже. Вот, пришёл к Као, но уже ухожу, — альфа кивает в сторону кабинета, сам себе напоминает, зачем он здесь и что надо спасаться. Он тонет в этих зелёных глазах.       — Может, выпьем кофе? Поговорим? Давно не общались, — омега знает о симпатии мужчины. Он не чувствует к тому и доли ответных чувств, но сейчас надеется хоть что-то узнать от него.       Альфа не отказывается от приглашения, просто не может.       — Мне, конечно, тяжело в этом жить, — Сэйнт поделился происходящим с альфой. — Као поднимает руку на Галфа, это слышат все в доме, да и Кинг тоже, — знает, что Эрик испытывает отеческие чувства к ребёнку и акцентирует внимание на нём. Эрик его крёстный. Кто, если не он? Может, услышав сейчас, что Кингу тяжело в такой обстановке, тот повлияет на своего друга.       — Я ничего не могу поделать с этим, — вздыхает альфа. Уловка сработала, но только не в ту сторону. — Поговори с Галфом, как омега с омегой, может, он перестанет сопротивляться, тогда и обстановка улучшится, — проговаривает Эрик и ловит на себе злой взгляд. Всего миг, но этого хватает.       — Спасибо за совет, — слышно раздражение Сэйнта. Альфа же вздыхает.       — Я пойду, — он понял, что омеге не нужен здесь соперник, он хочет себе Као. Всего. Это нормально, однако он и правда не может повлиять на друга.       — Да. Иди, — Сэйнт не притворяется, что ему неприятно. Омега хорошо относится к уходящему альфе, но сейчас он хотел помощи, а ему отказали.       Кусая губу, он думает о словах Галфа. Два дня крутит в голове мысли о том, что лично он может сделать.       Если появится ребёнок у этих двоих, он и его сын останутся за бортом. Конечно, Као не бросит Кинга, но сколько внимания, а потом и состояния перепадёт тому? Сэйнт не из корысти с альфой, но если со своим положением он свыкся и рад быть просто рядом, однако не может позволить, чтобы сын был изгоем.

***

      — Я поговорил практически со всеми. Есть те, кто мне отказал, но есть и те, кто поддержал. Многим не нравится, что Као влез в семью. Это последнее дело.       — И что нам это даёт? — уточняет Мью. В его голове целая схема, он хочет всё обозначить, чтобы больше не было осечек. Когда они увидят вновь Као, это должна быть их последняя встреча, по итогу которой Галф будет с Мью.       — Людей, оружие и, что немаловажно, глаза. У Као несколько домов. Мы не знаем, где именно Галф. Четыре дома, и все с непроходимой охраной, — Чон хмыкнул. — Да, у нас будут люди, но если мы выберем не тот дом, он скроет Галфа где угодно, потом придётся всё начинать снова и снова. Для нас это не вариант.       Младшие альфы кивают. Они сто раз это всё обговаривали, но вновь и вновь проходятся по плану. Мью настоял, чтобы они всё обдумали перед тем, как что-либо предпринять. Блондин, точнее, теперь шатен, оказался стратегом. Для Чона это стало открытием. Острый ум быстро перерабатывает информацию и находит решения.       — У Као есть омега, тот же выходит из дома? Может, там и Галф? — когда Мью узнал, что у альфы есть омега и ребёнок, он был, мягко говоря, в шоке.       — Не факт. А Као бывает в каждом доме. Он знает, что я за ним слежу, — объясняет Алекс.       — Нам нужны уши, — Мью замолкает на секунду. — Чёрт! Получается, мы встали на одном месте? — альфа злится.       Его собеседники молчат, потому что — да, они топчутся на одном месте. Это временно, но как долго продлится такое состояние — неизвестно. Люди есть, оружие есть. Но, как сказал Алекс, если они войдут не в тот дом, омегу могут больше никогда не увидеть. Поэтому выбор невелик, нужно выжидать, вот только Мью такой вариант не устраивает. Каждый день без Галфа сродни пытке. Мозг подкидывает кадры того, что с тем может происходить в доме врага, и ни одна картина альфе не нравится.       — Может, стоит вновь назначить с ним встречу? — аккуратно начинает Алекс. Он уже говорил об этом, но свирепый взгляд Мью отвечает без слов.       — И что ты ему скажешь? — Мью щурится. — Казино ему теперь не нужно, да и вряд ли когда-то вообще была в нём необходимость. Деньги тоже… А, ну, да… — альфа щёлкает двумя пальцами. — Ты будешь заливать ему про честь? — Алекс смотрит недовольно на говорящего. — Я так и знал, — деланно смеётся Мью. — Только не выйдет! У него нет чести! У него есть омега, Сэйнт, — напоминает младший. — У них есть ребёнок, а он крадёт беременного чужого омегу у своего делового партнёра. Да, вы не друзья, но и не враги. Он убил своего напарника ради своих желаний. Где здесь честь? — закончив монолог, Мью смотрит на двух альф с вызовом, словно говорит: «Ну же, скажите, что я не прав».       — Тогда что нам остаётся? Ждать, когда он расслабится? — интересуется Чон.       — Я не знаю… Я сам не знаю! — Мью повышает голос от бессилия. Ждать? Готов ли он на такое? Ведь каждый прожитый день означает, что Галф страдает.

***

      — Кто твой отец? — Сэйнт заходит в комнату без стука.       — Смешно, — Галф смотрит на вошедшего. Его не удивляет чужая бесцеремонность. — Тебе не сказали? Я его не знаю. Только имя — Алекс. У него есть казино, как я понял.       Сэйнт пальцем отстукивает ритм по подбородку, пытаясь вспомнить, слышал ли он что-то.       — Мне кажется, я знаю, кто он, — Сэйнта всегда интересовали дела Као. Он его полюбил не только за внешность: тёмная сторона манила омегу.       — Ты что-то придумал? — Галф смотрит с надеждой на собеседника. Альфа к нему не подходил после того случая, но Галф не обманывается этим, понимает, что в любой момент тот может заявиться. Сколько он сможет сопротивляться Као — омега не знает.       — Я не меньше твоего хочу, чтобы ты исчез из этого дома, но и подставляться не стану. Попробую с ним связаться и узнать, есть ли у него план. Только он сможет тебе помочь. Не я, — пренебрежительно заявляет Сэйнт.       Однако Галфа не обмануть таким тоном: Сэйнт уже себя подставляет, и это понимают оба.       — Спасибо, — от всего сердца. Сэйнт закатывает глаза и выходит.

***

      — Мне нужно съездить по бутикам. Кингу уже нечего надевать, вырос со всего, — Сэйнт всегда предупреждает, когда покидает дом. Это и привычка, и закон дома.       — Хорошо. И Галфу что-нибудь прикупи, — не отрываясь от прочтения документов, проговаривает альфа. Он не поднимает глаза, в этом нет необходимости: он и так знает, что омега в бешенстве от просьбы, вернее, приказа.       — Хорошо, — сквозь зубы проговаривает Сэйнт и выходит из кабинета.

***

      — Нам доложили, что Сэйнт — омега Као — выехал из одного из особняков и направился на Сант-Онове.       — Следите за ним, хотя и непонятно, чем он может нам помочь, — отдаёт приказ Алекс.       Через несколько минут поступает звонок, прерывающий непрекращающиеся переговоры между альфами.       — Мистер Алекс, здесь с вами хотят поговорить. Какой-то мистер Сэйнт желает пообщаться с самим хозяином казино. Мы объясняем… — звучит в динамике телефона.       — Быстро свяжите! — громко произносит альфа, приковывая к себе внимание Чонгука и Мью, и ставит динамик на громкую связь.       — Слушаю.       — Я сейчас делаю покупки, вы знаете где. Пришлите омегу — девушку, через полчаса в ресторане, — кладёт трубку.       — Не понимаю, — Мью смотрит на телефон, который издаёт гудки сброшенного звонка.       — Я пока тоже. Но надеюсь, — Алекс набирает номер и прикладывает телефон к уху. — Нам нужна омега. Девушка, — слушает, что говорят. — Хорошо, подойдёт. Она должна запомнить всё, что ей скажут. Слово в слово. Отправить туда, где сейчас Сэйнт, — получив положительный ответ, кладёт трубку. Трое не радуются раньше времени, но надеяться им никто не запретит.

***

      Давика рассказывает подробно о встрече: где, как и что говорил Сэйнт.       — У него важное требование. Никто не должен узнать, откуда нам известно о месте, где находится Галф. Также он за свою помощь требует, чтобы не трогали Као и, конечно, его ребёнка.       — Мда. Омега всё выложил и чего-то требует, — усмехается старший, качая головой. — Но в принципе нас всё устраивает.       — Нас всё устраивает? — удивляется Мью. — Я хочу лично убить Као! — Чонгук и Алекс знают, как Мью переживает, но такое услышать от него не ожидали.       — Я человек чести! — Алекс напоминает, что всё же он тут главный. Громкие слова от Мью здесь не к месту. — То, что омега не умеет вести переговоры, не значит, что я его подставлю!       Мью отшвыривает бумаги, которые лежали на столе. Он зол как никогда.       — Мью! Нам нужен Галф! — старший пытается докричаться до альфы. — Мы не будем устраивать резню! Лучше направь свой гнев в нужное русло. Нам нужен план, чтобы быстро найти Галфа, забрать и уйти. Среди наших людей необходимо избежать жертв, которые могут быть, если мы плохо всё продумаем! Да, мы выиграли куш! Знаем время пересменки охраны. Знаем, где находится комната Галфа, хоть и на словах! Нам некогда искать Као. Ты понимаешь? — Алекс пытается вразумить Мью.       Чонгук молчит. Если бы на месте Галфа был Тэхён, он бы убил Као и глазом не моргнув. Плевать на договор, тем более такой.       — Всё! Я понял. Давайте разрабатывать план. Завтра Галф должен быть со мной, — Мью сидел какое-то время молча, пытаясь успокоиться, и когда он смог, все приступили к работе.

***

      Сэйнт весь на нервах. Он всё выложил врагам Као, а теперь жалеет. Что он наделал? Зачем? Несколько раз порывался пойти к альфе и признаться, но страх его останавливает. Као его убьёт. Это точно.       А незнание, когда придут люди Алекса: сегодня, завтра или послезавтра, заставляет нервничать ещё больше.

***

      Глубокая ночь. Два часа. Все спят. Люди в масках и бронежилетах действуют быстро, окружают дом со всех сторон. Выстрелы чёткие и не слышны из-за глушителя.       Всё меняется, когда один из охранников успевает выстрелить в непрошенных гостей. Начинается шум. Као выскакивает из комнаты, взяв своё оружие — то всегда лежит на тумбочке.       Прислонившись к стене, слышит шаги внизу.       Галф тоже проснулся от шума и услышал, как плачет Кинг: того почему-то не успокаивали. Омега выходит из комнаты, чтобы проверить, в чём дело.       Он не может понять, почему в доме темнота, хотя обычно есть подсветка.       Галф решает не заходить к Сэйнту и ступает мимо его комнаты, заходя в соседнюю.       Сэйнт же в это время сидит на своей кровати, на него направлено оружие. Альфа, что целится в него, приложил палец к своим губам.       — Я Мью, — зачем-то представляется он. — Где мой омега? — блондин сначала не понимает, а потом осознаёт сказанное.       — Направо по коридору, третья дверь, — честно отвечает Сэйнт. Он надеется, что это скоро закончится.       Мью кивает в благодарность и хочет выйти.       — Не трогайте Као, — в спину уходящему кидает омега. Мью повернулся на голос. — Я знаю, какой он, но я его люблю и у нас есть сын, — напоминает о своей просьбе Сэйнт. Альфа лишь кивает в знак согласия и выходит.       Идя по коридору в указанном направлении, он тихо открывает нужную дверь. Толкая её, видит, что в комнате горит свет. Оглядывает, но та пустая. И только хочет развернуться, как чувствует: в его затылок упирается дуло пистолета.       — Вперёд, — произносит ненавистный голос. Мью прошёл, куда ему сказали. Као забирает пистолет и держит его в руках, отойдя, чтобы видеть человека. Слышно, внизу идёт резня, поэтому Као встал в проёме, чтобы увидеть, если кто-то поднимется.       Он не собирается долго разглагольствовать. Наконец-то у него появился шанс убить этого альфу.       — Ты теперь не блондин? Мило, — посмеивается Као.       — Где мой омега? — Мью задаёт единственно важный вопрос, хотя направленное на него оружие должно сейчас волновать больше.       — Он уже не твой, — криво усмехается Као.       — Я тебя убью, — рычит Мью, но не двигается, следя за движениями альфы напротив.       — Дерзай, — отвечает Као и целится в альфу, которого терпеть не может.       — Мью? — неожиданно прозвучал голос Галфа, и в нём столько неверия…       Као от неожиданности разворачивает руку, в которой пистолет, и видит омегу с огромными глазами.       Всего одно мгновение, и по коридору слышен звук выстрела.       Омега дёрнулся и вскрикнул от испуга. На его глазах Као падает на пол.       — Као! — с душераздирающим криком Сэйнт с ребёнком на руках бежит к альфе, истекающему кровью. — Као! — присев рядом, он тормошит неподвижное тело. — Вы обещали! Вы обещали! — Сэйнт смотрит на альфу, который опустил оружие.       — Галф, уходим! — Мью подбегает к ошарашенному омеге, который стоит истуканом с широко раскрытыми глазами. Он в оцепенении от ужаса. Омега смотрит на лежащего в луже крови Као и на ничего непонимающего Кинга, пытающегося обнять папу, что лежал на груди отца и плакал в голос.       Мью хватает Галфа, который его не слышит: уши заложил звук чужой боли.       К ним подбегают несколько человек и помогают добраться до выхода.       Всё происходит быстро. По рации Мью говорит, что Галф с ним, и все быстро сворачивают бойню, отстреливаясь при отходе.       — Галф! Ты меня слышишь? — Мью волнуется за омегу. Тот смотрит вперёд, но словно сквозь.       Алекс и Чон сидят и наблюдают за тем, как альфа пытается привести Галфа в чувство.       Старший альфа впервые видит так близко сына, и состояние того, как моральное, так и физическое, оставляет желать лучшего. Ссадины хоть и затягиваются, но они видны. Если бы Мью не убил Као, это сделал бы он.       — Мью? — наконец-то заговаривает омега. — Ты жив?! — из его глаз капают слёзы. — Ты жив… — он не верит, что это не его фантазия.       — Я жив, милый. Я жив, — держа в руках лицо Галфа, подушечками больших пальцев вытирает дорожки слёз.       Омега отталкивает их, чтобы было удобнее прижаться к мощной груди и лицом уткнуться в шею альфы. Мью на секунду растерялся, но после положил свои руки на спину омеги, прижимая ближе, чтобы между ними не было ни сантиметра, и целует в макушку.       Его омега рядом.

***

      — Кхм, кхм, — двое альф, сидящих в машине и наблюдающих за воссоединившейся парой (в прямом смысле слова), дают знать, что те не одни.       Смешанный аромат альфы и омеги заполонил салон автомобиля, не давая вздохнуть. Но, похоже, это только их проблемы, ведь Мью и Галф дышат, но никак не надышатся друг другом.       — Галф, — шёпотом в ухо произносит Мью, гладя спину омеги. Тот очень схуднул, и альфа боится крепче прижать такое родное тело, дабы не навредить.       Галф поднимает свои глаза, в которых пелена слёз.       — Ну, же, милый. Всё хорошо, — не зная, что ещё говорить, произносит Мью.       — Мг, — и больше ничего, только объятия. Галф не боится сделать больно, наоборот, он хочет крепче, теснее, чтобы точно убедиться, что это не игра фантазии. Может, он вообще умер и встретил альфу на том свете? Такая мысль его испугала, и омега не придумал ничего лучше, как ущипнуть Мью.       — Эй! — сильный альфа дёрнулся из-за неприятного ощущения. — Ты чего?       — Я подумал, а вдруг я сплю или умер… вот, решил проверить, — с розовыми щеками признаётся Галф.       — Тогда это тебя надо щипать, — с этими словами Мью большим и указательным пальцем захватил щёку и не сильно потрепал её.       — О боже! Хватит! Я не хочу видеть этого! — громко произносит Чонгук, а Алекс начал смеяться.       Омега только осознал, что они здесь не одни, и отпрянул от такого нужного тепла. Нервно приглаживая волосы, он смотрит на свидетелей и встречает две пары смеющихся глаз.       Мью не дал далеко отодвинуться, рукой притягивая Галфа за талию к себе.       — А ты не смотри, — Мью подкалывает Чона.       Эти трое альф стали ближе за это время.       Мью хочет ещё что-то сказать, но видит старшего альфу, смотрящего неуверенно на Галфа. Тот разглядывает мужчину в ответ.       В машине возникла неловкая тишина.       — Галф, кхм, кхм, — откашливается Мью. — Это Алекс. Твой отец, — всё же сказать что-то надо было. На него не реагируют, сканируя глазами друг друга: каждый отмечает для себя детали.       — Галф, — хрипло начинает мужчина. Он всё это время думал, как спасти сына, но ни разу не представлял, что скажет при встрече. Буквально две недели назад, а то и меньше, он и мечтать не мог, что появится в жизни омеги, что будет сидеть рядом и разглядывать того.       Столько хочется сказать, а на деле в голове — пустота.       — Мы приехали! — старшего прервал голос водителя.       Алекс встряхнул головой. Видимо, сейчас не время для разговоров.       — Вы поезжайте ко мне домой, а я здесь пообщаюсь с ребятами и со своими партнёрами.       — Может, нам надо остаться? — спрашивает Мью.       — Ещё чего! Ты с Галфом, а я останусь с Алексом, — вставляет своё слово Чонгук. Мужчина хрипло смеётся.       — Я рад знакомству с такими, как вы. Но я должен быть один. Без обид, но вы здесь чужие, — посмотрев на Мью, добавил: — Пока чужие, — подмигнув альфам, окинул сына взглядом и, грустно вздохнув, ушёл.       — Он нервничает. Но ничего, вы познакомитесь… — Мью пытается разрядить обстановку, но ему не дают:       — Я не хочу ничего о нём знать! — категоричность слов удивляет альф. — Ты чуть не погиб из-за него! — Галф смотрит вслед старшему, произнося эти слова. — Я думал, что мой отчим не чист на руку, но, получается, и отец не лучше.       — Галф, ты его не знаешь, когда познакомишься поближе…       — Я не хочу его узнавать! — омега опять прерывает Мью, посмотрев полными ярости глазами. Он не хочет слышать ничего об этом человеке, зачем альфа продолжает этот разговор, Галф не понимает. Не хочет понимать.       Мью и забыл, каким бывает омега. Он думал, что, воссоединившись, они будут испытывать только радость. А на деле вот оно как. Тоска закрадывается в сердце.       — Та-ак! Езжайте-ка вы на этой машине, а я на той, — Чон указывает пальцами, кому куда, и уходит.       Это слишком. Он не должен быть свидетелем семейных разборок. Но если сказать, что ему всё равно, то это будет неправдой.       В глазах Галфа столько ярости… Вроде Чонгук не должен этому удивляться. Они с омегой не так давно пошли по тропе примирения, он даже чувствовал ненависть к своей персоне, однако альфа видел, что это всё маска. Галф просто переживал за своего брата, и Чонгук всегда знал об этом, хотя иногда тот его и бесил.       Но сейчас — это другой уровень. Столько ненависти во взгляде и голосе. Чонгук видел, как отреагировал на это Мью. Тот даже немного отпрянул и посмотрел на Галфа, как на незнакомца.       Кто знает, что испытал омега и как повлияло на него похищение. Чонгук переживает и будет рядом, если понадобится, но этим двоим опять придётся преодолевать выстроенные барьеры.

***

      — Я не знаю, как они определили дом, в котором вы все находились, — Эрик смотрит на омегу в чёрном. Тот без макияжа, практически нет украшений. Сэйнт сидит на диване с неестественно ровной спиной. Они вернулись с похорон. День был долгий и тяжёлый.       Альфа не хочет уходить и оставлять омегу в таком состоянии. Но Сэйнт другого мнения.       — Оставь меня. Поговорим завтра. Сегодня уходи.       — Может, мне остаться в гостевой комнате… Тебе, должно быть, страшно, — омега бросил на него взгляд, снизу вверх осмотрев альфу, и хмыкнул.       — Не мне стоит бояться. Иди. До завтра, — не слушая, что скажут, Сэйнт приподнимается с дивана и сам покидает гостя.       Медленно поднимаясь по лестнице, он прислушивается к своим ощущениям. Там пустота.       Повернув голову налево, смотрит на дверь, в которой были ночи жарче огня. Но он не идёт туда, проходит мимо своей двери и заходит к сыну.       Миа наглаживает маленького альфу.       — Ступай. Я останусь с ним, — женщина, не сказав ни слова, покидает комнату.       Сэйнт же садится на край кровати.       — Ну что, милый. Мы остались одни, — шепчет Сэйнт. — Ты вырастешь и станешь сильным, — напевает омега. — Ты отомстишь за своего отца, — зелёные глаза полны ненависти.       Он улыбается, проходясь пальцами по волосам маленького альфы. Он и Као как две капли воды похожи друг на друга, и это греет сердце омеги.