Сборник историй: Кромия

Погода снаружи стояла слишком хорошая, чтобы просто игнорировать ее, всецело отдаваясь работе. Теплый весенний ветерок, колыхающий покрытые листьями и цветами ветки на высоких деревьях… Такие непостоянные и пушистые облака то скрывающие, то показывающие всем вокруг яркое солнце… И поющие повсюду птицы, жужжащие жуки… Щебетание молодых синичек, стрекотание взрослых жаворонков и еще неокрепшее карканье вороновых птенцов совсем не настраивали на рабочий лад. Антон лишь глядел на все это буйство весны, заходящее через окно с запахом цветущей сирени, и просто думал о своем. Такой на редкость отвлеченный, но все еще холодный взгляд смотрел на лазурное небо, белоснежные облака и тени от солнца, отбрасываемые рамой его собственного окна. Документы в руках были такими неинтересными, такими невыносимо предсказуемыми и пресными, что молодой император даже смотреть на них не мог. Хотелось пройтись. Выйти на улицу и насладиться этой переменной облачностью, погрузиться в буйство весенних ароматов и утонуть в бездне щебетания. «Возможно, - отвел непринужденный взгляд, - столкнуться с Даниэлой… Она ушла на улицу сразу после завтрака. Может, вышивает? – поднялся и подошел к окну, дабы выглянуть наружу и найти ее глазами. – Или просто со своей свитой болтает?» - оглядел видимый отсюда пруд и направился к двери. Самому гулять ему было не положено. Да и время он выбрал такое, в какое он обычно работал. Показывать свое отлынивание от государственных обязанностей Антон совсем не хотел, так что позвал к себе советников, будто бы собираясь с ними что-то обсуждать, важно прогуливаясь этим временем по саду. - Речь может идти о повышении налога на соль, - говорил один из них, ведя за спиной монарха разговор с коллегой. - Но не отвернет ли это мещан? Налог на соль и так довольно высок. Многие выказывают свое недовольство его постоянным ростом. - Соль – это привилегия. И позволять ее себе должны только зажиточные кромийцы. - Ваше величество, а вы какого мнения? – посмотрел на его всегда суровую спину. - Стоит делать налог еще выше? - Делайте, как посчитаете нужны, - неспеша шагал он вперед, наслаждаясь видом и легким ветерком, охлаждающем его нагретую солнцем кожу. – Оставлю этот вопрос на вас. Советники нахмурились, вообще не узнавая в этом человеке того самого Антона, что всегда сам решал, что нужно принимать, а что – нет. Сам же монарх слушал этих людей в полуха, больше отдавая предпочтение вечно поющим птицам, пролетающим туда-сюда в поиске жучков и червячков для своих подросших птенцов, кричащих из гнезд о своем голоде. Мысль об этих птенцах навела на раздумья и о собственном потомстве, об уже подтвержденной беременности Даниэлы, что к этому дню переживала конец первого триместра. Захотелось поскорее увидеться с ней. Покрутил головой, в поисках супруги, и озадаченно нахмурился, направляя взгляд на противоположную сторону сада. Остановился. Советники притормозили вместе с монархом, направив свой взгляд туда же, куда и он. Там была императрица. Стоя в компании своей свиты и нескольких слуг, Даниэла держала в руках заряженный лакеями арбалет, целясь его болтом прямо в деревяную мишень, изрешеченную предыдущими попаданиями. Выстрел! Придворные одобрительно закивали, аплодируя меткости их покровительницы, что в этот момент отдала оружие на перезарядку и сделала глоток вина. Антон, вместе с советниками, пораженный этим увлечением беременной императрицы, тут же изменили свой прежний путь, наикратчайшей дорогой направившись к Даниэле. Рядом они оказались уже к третьему ее выстрелу. Девушка взяла в руки наново заряженный арбалет и уже приложила его к глазу, начав целиться в ту же самую мишень, как ее намерения пресекло слово какого-то государственного советника, явно обеспокоенного этим ее интересом: - Прекратите! Это навредит ребенку! - Или вашей жизни, если я не выпущу этот болт в мишень, - холодно ответила императрица, перед тем, как выстрелила в цель. Антон наблюдал за ней сурово и молча, не давая окружающим точно понять его отношения к этому увлечению. - Это опасно! – продолжал настаивать советник, видя в себе точное отражение воли императора. – Вы можете навредить себе! - Сначала думаете о ребенке, а потом обо мне? – отдала арбалет на перезарядку. – Как мило узнать о вашем отношении ко мне в такой интересный момент, - взяла второй, который заряжали во время разрядки первого, и красноречиво посмотрела на этого мужчину, самим взглядом намекая, что может прострелить ему голову, если он не замолчит. - Ваше величество! – пораженно встревожился тот. – Я не хотел вас оскорбить! Просто я беспокоюсь о вашем состоянии! - Угу, - начала целиться в мишень. – Я так и поняла, - выстрелила в крайнее кольцо. Император задержал взгляд на результатах ее попадания, оценив меткость супруги и прискорбно заметил, что она ни разу не попала в самый центр. Перевел взгляд на Даниэлу: - Ты можешь навредить другим. - Согласна, - взяла наново заряженное оружие. – Если мне будут говорить под руку – я и в ногу попасть могу. Случайно, естественно, - прицелилась и выстрелила, попав во второе кольцо. - Твоя меткость оставляет желать лучшего, - сурово нахмурился. - Не далек час, когда ты промахнешься и убьешь кого-то. - Что ты сказал…? – неторопливо перевела на него свой выжигающий душу взгляд. - Ты сомневаешься в моей меткости…? - Я ее отрицаю как факт, - беспристрастно говорил ее темным глазам, готовым разорвать на части. – Ты – промахиваешься. - Промахиваюсь?! – вспылила, гневно всунув разряженный арбалет слуге. – Да ты понятия не имеешь, куда я целюсь! Окружающие притихли, не решаясь вмешиваться в очередную ссору своих монархов. - Разве цель не очевидна? – все так же смотрел на нее супруг. – В центре мишени нет ни одного попадания. - Сейчас попадание будет в другую мишень! – вырвала из рук другого лакея заряженное оружие и нацелила его на мужа. – Попасть меж глаз так просто! Лицо Антона не менялось. Он откровенно не верил в то, что Даниэла может в него выстрелить. - Ну что ж, - с какой-то хладнокровной задумчивостью начал он собственной императрице. – Раз уж ты не боишься промазать – я стану твоей мишенью, - взял из чужой руки надкусанную грушу, сделал 15 шагов к ее прошлой цели, поставил фрукт на голову и повернулся к супруге, красноречиво спрятав руки за спину. «Да он с ума сошел!» - ошеломленно округлили глаза придворные. - Твоя ошибка будет дорого тебе стоить, - все так же смотрел он в глаза своей жены. – Так что подумай дважды, что тебе дороже – собственная гордость или моя жизнь. Та раздраженно подняла оружие к глазам, начав целиться в его дурную голову: - Ты ничего не знаешь о моих умениях. И смеешь сомневаться в них? - Черт побери, - начал тихо причитать тот самый чиновник, что пытался раньше остановить ее, - это катастрофа… Катастрофа… - У меня есть объективные основания сомневаться в них, - сурово нахмурился император, - ни одного попадания в центр мишени. - Черт-черт-черт… - встревоженно бормотали над ее ухом. - В центр любой дурак попасть может! – прицелилась к фрукту на его голове. – А вот в щепку на неровной поверхности круга… - Да он с ума сошел.. - шептали прямо рядом с Даниэлой. – Если она промахнется… Ужас, кошмар, катастрофа… - Да черт бы тебя побрал! – злостно выкрикнула девушка, повернулась к тому самому чиновнику и выстрелила в землю возле его ног. – Ты можешь заткнуться?! Или ты хочешь, чтобы у меня рука дрогнула?! Услышав данное, Антон тут же потерял свое прежнее самообладание: - Кто смеет мешать моей жене?! - Тот, кому в следующий раз я в ступню выстрелю! – угрожающе выдала Даниэла на того самого чиновника, вынуждая все-таки заткнуться. – Замолчите все! – гневно прошлась по окружающим взглядом и взяла из рук слуги свежезаряженный арбалет, отдавая ему другой. – А ты…! – прицелилась к мужу. – Не шевелись! Если не хочешь попадания в лоб! – затаила дыхание, сосредоточенно настраиваясь на выстрел. Антон замер. Принял свою прошлую позу. И начал ждать. Либо ее признания своей ошибки, либо попадания в свою голову, что он считал довольно маловероятным событием. Лицо его оставалось беспристрастным, а взгляд – холодным. Он смотрел только на свою жену и ее намерения, оценивал взволнованность ее чувств по незаметному дыханию и целенаправленному взгляду. Нажала на спуск. Выстрел! Фьить! У Антона замерло сердце и округлились от шока глаза. Стрела тут же пронзила собой грушу, унося ее вместе с собой, так же легко, как и душу императора, ошеломленного этим смертоносным болтом, зацепившим его черные волосы. - Я! – громогласно объявила императрица, всунув свое оружие лакею в руки. – Не промахиваюсь! «Попала мне прямо в душу,» - шепотом подумал монарх, приходя в себя от шока и принимая свой обычный строгий вид. Окружающие тут же зааплодировали, пораженно радуясь меткости императрицы и тому, что никто сейчас не был убит. Антон направился к своей жене. Причем взгляд его был таким суровым, а шаг настолько грозным, что придворные постепенно начали затихать, переживая за то, что убийство сейчас все-таки произойдет. Даниэла наблюдала за этим приближением беспристрастно, не показывая даже доли страха, который помалу начал в ней зарождаться. Супруг остановился прямо перед ней, грозно смотря сверху вниз – прямо на эту, казалось бы, беззащитную беременную императрицу, которую с таким усердием нужно было оберегать от любых невзгод. Стал сбоку от нее, наклонился к юбке, захватил со спины нижние ярусы фижмы и подхватил жену на руки. - Антон?! – тут же встревожилась Даниэла, начав откровенно побаиваться того, что он дальше собирается с ней делать. Но тот не ответил, начав просто нести ее в направлении дворца, по дороге, что проходила мостом через пруд, заселенный яркими пятнистыми карпами, подаренными еще прошлому королю, одним иноземным послом. Придворные, заметив куда он ее несет, тут же озаботились, подумав о том, что монарх собрался просто-таки выбросить свою жену в воду, наказывая ее за такие выходки с арбалетом. Свита Даниэлы мгновенно поспешила за этой парочкой, решительно желая пресечь любые намерения молодого человека, что могут навредить как его супруге, так и их общему ребенку, находившемуся в ее чреве. - Ваше величество! – суетливо и испуганно призывали они к Антону. – Ваше величество! Но тот даже не слышал их, предпочитая молча шагать по дороге, видя только конечную цель своего пути, но никак не препятствия, что могут его остановить. Даниэла, наблюдая все это, лишь настороженно косилась на мужа, откровенно побаиваясь его беспристрастных намерений. Этот холодный взгляд, суровое выражение неизменного лица не говорили ей ни о чем хорошем, что может ждать ее в ближайшее время. Посмотрела на их путь. Беспокойно обняла его за шею, прижавшись к груди всем телом, и начала ждать всего, что приготовила ей такая непредсказуемая, в лице Антона, судьба. Тот ускорил свой грозный шаг. Едва императорская чета миновала злополучный мост, через такой тревожащий остальных пруд, свита императрицы начала замедляться, понимая, что купания в холодной воде беременная Даниэла все-таки смогла избежать. Однако, вряд ли она избежит той ругани и гневной ссоры, которая ждет ее уже во дворце, подальше от чужих глаз, при которых Антон так не любил повышать голос на свою жену. В этом случае, придворные уже ничего не могли сделать для своей императрицы, оставляя ее один на один с неуправляемым и гневливым супругом, что безнаказанно мог делать с ней все, что захочет. Женщины сочувственно переглянулись, провожая свою покровительницу лишь сострадательными взглядам. Монарх свернул к другому входу во дворец и довольно быстро скрылся за углом. Подошел к двери, что была скрыта от лишних глаз каменным выступом, преграждающим обзор из сада. - Куда ты меня несешь? – встревоженно спросила Даниэла, понятия не имея куда может вести эта невыразительная дверь, явным образом предназначенная для слуг. Антон поставил ее на землю, беспристрастно проверил закрыта ли эта дверь, посмотрел на жену и бросил ее спиной на тот самый выступ, с неуправляемым порывом вцепившись в ее губы с желанным поцелуем. «Антон?!» - ошарашенно округлила глаза императрица, явно не ожидая сейчас такой звериной страсти. - Мы должны зачать ребенка, - начал строго бормотать ей поглощенный чувствами муж, обхватывая ее тело уверенными ладонями. - Но я уже беременна, - встревоженно прошептала ему. - Такого же беспристрастного, как его мать, - продолжал, будто не слыша ее слов, - и такого же бесстрашного, как его отец, - со всей силой прижал ее к себе, покрывая жадными поцелуями все, чего мог касаться губами. - Антон! – испуганно отстранилась животом, выскользнув из-под его уст губами. – Но я УЖЕ беременна! – ошеломленно посмотрела на него, не понимая, как их недавний контакт с оружием, мог породить такое сильное желание. - Можем перенести все эти стремления на второго ребенка, - начал спускаться поцелуями на ее шею и грудь. - Антон, - беспокойно прижалась плечами к стене, начиная заражаться его страстью. - Мальчика, девочку… Это неважно, - выровнялся и уверенно посмотрел в ее лицо. – С такой матерью они захватят весь мир. Даниэла с довольной гордостью отвела взгляд, всецело принимая этот лестный комплимент в свой адрес: - Мое лоно лишь взращивает то семя, что в него попадает, - опустила благосклонные глаза на возбужденного мужа. - Какое же у тебя прекрасное лоно, - жадно скользил руками по этому корсету, не в силах добраться до бедер из-за накрывающих их фижмы. – Какое неземное счастье, что мне удалось его получить… - Хм, - польщенно улыбнулась его словам. – А какое семя сейчас созревает во мне… - соблазнительно провела пальцем по его груди. – Может быть, это плод нашей страсти побудил меня заняться сегодня стрельбой…? - Этот плод, - решительно положил ладонь на низ ее живота. - Этот ребенок. Этот первый наследник либо уничтожит, либо завоюет весь мир. - Хм… - с улыбкой провела по его щеке ладонью. – Я бы не хотела, чтобы мое дитя уничтожило мир, в котором есть такой мужчина… - Мм, - жадно поцеловал эту руку. – И такая женщина, - уверенно посмотрел в ее глаза. - Хм, - заинтересованно опустила взгляд на его тело и руку на длинную юбку. – А такой мужчина не хочет прикоснуться к лону такой женщины? – начала украдкой поднимать слои ткани, закрывающей ее ноги. - Я мечтаю об этом, - напористо склонился к подолу ее наряда и начал перебирать нижние юбки, будто ища какую-то определенную. - Конец этим юбкам прямо здесь… - высунула ему навстречу свою изящную ножку в белоснежном чулке. Супруг тут же застыл, едва заметив такую манящую к себе щиколотку. Завороженно положил ладонь на пятку и вынул ее из туфельки, ощутив кончиками пальцев такую приятную наощупь ткань белого чулка. Повернулся к супруге и неторопливо провел рукой по икре, направляясь ладонью к колену. - Кхм, Антон, - смущенно прикрыла улыбку императрица. - Это недопустимо, - раздраженно бросил любование ее формами и вернул туфлю на ногу. - Антон? – встревожилась новой перемене его настроения. Тот сурово выровнялся, посмотрев в ее румяное лицо, и снова подхватил жену на руки. - Антон?! – мгновенно обхватила его шею ладонями, испугавшись такой неожиданности. - Мы – императорская чета, - гордо заявил он, неся супругу к главному входу из императорского сада, - а не парочка заурядных слуг, - нетерпимо стиснул зубы. - Непременно! – кивком подтвердила жена. – Но куда ты меня несешь? – оглядела их окружение. - Императорская чета должна зачинать сыновей и дочерей Кромии только на императорском ложе! - Так мы все же… - заинтересованно оглядела монарха. – Продолжим наше свидание…? - Конечно! – подтвердил волевым кивком.