Закрой глаза — будет страшно

      Это было немного неожиданно, но до тёти — Дима вызвал мне такси. Удивительно, потому что я не понимала его поведение: то мне нельзя сделать и шага без его ведома, то я спокойно могла вот так вот уехать… сама по себе.       И всё же, это меня обрадовало. Какая разница, что, скорее всего, Дима просто переклинило в очередной раз? Если я буду постоянно пытаться разгадывать его мотивы, я просто сойду с ума. А теперь, после почти суток тревоги, я наконец-то почувствовала себя относительно нормально. Находясь на заднем сидении, почти в одиночестве.       Правда, было странно прощаться с Димой. Он избегал смотреть мне в глаза, словно не хотел встречаться с моим взглядом. А я от этого ощущала какую-то вину. И когда я села в такси, закрыв за собой дверь, он сразу сел в свой Мерседес. Уехал куда-то в явной спешке. Нет, он точно был не в себе.       На самом деле, я уже приняла решение вернуться домой, к маме и папе… но не осмеливалась попросить водителя отвезти меня по другому адресу. У меня просто развилась паранойя — мне казалось, что Дима следит за мной. Что он узнает, куда я поеду, а значит… у меня будут проблемы.       Часто и, я теперь думала, что если не успею рассказать всё родителям, со мной обязательно случится что-то плохое. А как я могла помышлять иначе? Всё то, зловещее, что Дима говорил о своей жизни, встреча с его друзьями, нож у моего горла сегодня — всё это окончательно привело меня в чувство — тревожное чувство, если это вообще можно так назвать.       В голове созрел план: вернуться домой, рассказать всё и… было два главных «но»: у меня не было доказательств своим словам, и я не была уверена, как мама и папа смогут меня «спасти».       Не было, конечно, и подтверждений словам Димы о его безграничной власти — он мог просто обо всём и соврать, чтобы меня запугать. Но что-то заставляло меня ему верить. Скорее всего, это был страх. Перед ним.       — Не оставляй больше свой телефон дома. Поняла? — бросил мне Дима перед тем, как мы попрощались.       И правда… Три, а то и четыре часа в такси до тёти окажутся крайне скучными. А главное, мне нужно было как можно скорее связаться с родителями.

***

      В дверь я стучала продолжительно, ведь тётя Олеся мне не открывала. Я даже начала паниковать, что её нет дома, хотя был уже поздний вечер.       — И где ты была? — послышалось с порога, когда тётя наконец появилась напротив, слегка пошатываясь.

Кажется, она всё ещё была пьяна.

      — Я…       — Ой, да какая разница! — перебила она меня. — Заходи. Только ужина не жди — я ничего не готовила.       — Ничего страшного… — пролепетала я, разуваясь.       Я не была против, что тётя Олеся не особо интересовалась моим отсутствием. Ведь это значило, что и мои родители тоже, пока ничего не знают и они поэтому не устроят панику раньше времени. Мне нужно было поговорить с ними серьёзно, и лучше всего, чтобы без свидетелей…

«Свидетели» — вдруг промелькнуло в моей голове.

      А ведь тётя Олеся вполне могла стать тем самым свидетелем, которого мне так не хватало, чтобы обвинить Диму во всех его грехах. Ещё смутно понимая как, я начала обдумывать эту мысль.       — Как это «ничего страшного»? — возмутилась тётя, вырывая меня из раздумий. — У меня деньги закончились, если что! А я, между прочим, на праздники с пустыми руками не хожу — в отличие от тебя!       Я опешила. Тётя что, успела спустить все деньги, которые дал мне Дима, на вчерашней свадьбе? Следом мне моментально стало и плохо. В голове закрутились мысли о том, что я могла бы срочно продать, чтобы вернуть всё до последней купюры Диме. И нет, я по-прежнему считала, что он должен ответить за то, как со мной поступил. Но его криминальные деньги мне были ни к чему.       — В общем так, — продолжала вещать тётя. — Завтра пойдёшь в ресторан «Аралия». Там как раз нужны помощники. Тебя возьмут, такая рабочая сила, как ты, подойдёт идеально. Попросишь у них подработку. — она широко зевнула. — А то сидишь тут, ничего не делаешь, помощи от тебя никакой!       Я кивнула, понимая, что тётя, скорее всего, перебрала лишнего и несёт несусветный бред, который утром даже не вспомнит. Какая ещё подработка в ресторане «Аралия»? У меня вообще-то учёба… И вообще, я что, раба тёти Олеси, а заодно и игрушка Димы? Нет уж, я свободный человек!       Наконец оказавшись в кровати, я написала маме и папе сообщение, описывая свадьбу, на которой, конечно же, не была, чтобы они не переживали. А чтобы усыпить бдительность Димы, я отправила сообщение и ему:

«Я доехала. Всё хорошо, но я очень устала. Я помню всё, что ты мне сказал, и выполню. Пока.»

      Дима почему-то мне не ответил. Неужели, после всего, что между нами произошло, он настолько разозлился? Немного повозившись в кровати, испугавшись, что Дима что-то задумал, я написала и отправила ему следом и второе сообщение:

«Прости за то, что я тебя оттолкнула тогда… Просто я совсем не так представляла себе свой первый поцелуй».

      Мне хотелось добавить ещё что-то вроде: «Теперь я знаю, насколько это мерзко. Спасибо большое за этот урок», — но эти слова остались только в моей голове. Я так и уснула с телефоном в руках, не дождавшись ответа от Димы.

***

      — Ой… А мне чая не осталось… — произнесла я грустно, заканчивая готовить завтрак для тётушки и кота.       В картонной коробочке было пусто: похоже, придётся довольствоваться кипятком без заварки.       — Да, спасибо за это тебе и твоей маме! — занудно начала тётя. — Вы почему-то считаете, что я вам должна… Поэтому я уже договорилась. К десяти утра ты должна быть у ресторана.       Я резко обернулась к ней, удивлённо округлив глаза:       — Зачем? Какой ещё ресторан?

О нет… Неужели её вчерашние угрозы были правдой?

      — Я в твои годы таким тоном со старшими не разговаривала, а уже работала на трёх работах и содержала всю семью, — манерно произнесла тётя, отпивая чай из своей позолоченной кружки. — Ты иди. Это, между прочим, ресторан! Солидное место… Тебя там и завтраком накормят. А если не будешь лентяйкой, ещё и денег заплатят.       Глаза защипало от слёз. Эта несправедливость жгла изнутри. С другой стороны, оставаться с тётей стало просто невыносимо. Придётся соврать ей, что пойду на подработку, а на самом деле отправлюсь гулять.       — По дороге домой не забудь зайти в магазин, вот список того, что мне нужно. — продолжала тётя, вытащив из кармана бумажку, бросив её на стол.

Кажется, я теперь действительно отправляюсь в свой «любимый» ресторан.

***

      В этот раз я взяла телефон с собой. Правда, сообщений или звонков от Димы всё ещё не было. В душе мелькнула надежда: может быть, он просто от меня отстал? Ну, вдруг его приступ психоза прошёл, и мы больше никогда не встретимся?       На всякий случай, шагая по дороге к ресторану, я решила позвонить Кристине. Мой раненый разум не отпускал мысли, что Дима, возможно, просто меня проверяет.

А потом всё равно объявится из ниоткуда и сделает мне очень больно.

      Поэтому я всё же решила выполнить его идиотскую просьбу. Никому ведь от этого хуже не станет, верно? Если что, то только мне. Если я её не выполню.

Гудки, гудки, гудки… Кристина ещё никогда не отвечала так долго.

      — Алло… — протянула она, добавив тут же: — А я и не ждала. Я же просила тебя перезвонить, а ты…       Кажется, она на меня обиделась.       — Крис, я обещаю очень скоро всё тебе рассказать, просто я у тёти, а она меня обижает… — отдалённо описала я подруге свои проблемы.       — Просто так скучно без тебя на занятиях… — сменила гнев на милость Кристина.       — Слушай… — я сразу перешла к нужной теме. — У тебя есть парень? Ну… или был когда-нибудь?       Щёки мои начали гореть, стало неловко до дрожи. Сейчас Кристина точно решит, что я сошла с ума. Мы ведь никогда не обсуждали такое. Нам это просто не было интересно. Ну, мальчики.       — А что? — захихикала она. — Ты в меня влюбилась? Я так и знала…       Я покраснела ещё больше:       — Да. То есть нет! Я просто хотела у тебя совета спросить, по этому поводу…

Возникла пауза.

      — Я тебя внимательно слушаю. — продолжила Кристина.       — Ну… что нравится парням? Больше всего? Из твоего личного опыта.       — Да мне откуда знать? У меня был только один, и то… он оказался тем ещё придурком.       — Расскажи про него тогда. — не унималась я.       Кристина устало выдохнула:       — Мы встречались прошлым летом. Он дарил мне цветы — один раз. Мы ездили к нему на дачу… Он любил, когда я делала яркий макияж с блёстками.       Я рассмеялась:       — Звучит бредово… А почему вы теперь не общаетесь?       — Поэтому и не общаемся. — подытожила Кристина.       — А когда ты его видела, ты… эм… понимала, что любишь его? — зачем-то спросила я. — Ну, я имею в виду, такое чувство, похожее на страх, но это что-то другое. Но похожее.       Теперь уже возникла совсем затяжная пауза. Кажется, я сказала лишнего.       — Сонь… Ты меня пугаешь…       В этот момент я уже подошла к «Аралии».       — Прости, Крис, мне пора… Я скоро буду дома, обещаю, ты узнаешь обо всём первой.       — Я переживаю за тебя, Сонь…       — Всё, пока.       Я прервала беседу первой. Мне стало невыносимо стыдно. Насколько же Дима успел меня запугать, если я только что провела самую унизительную беседу в своей жизни?

***

      Директор ресторана выглядел немного удивлённым, когда я пришла к нему от тёти. Оказывается, никто с ним даже не связывался. Да и клиентов сегодня ноль — как и дохода.       — Я могу предложить тебе убрать столы и посуду, если кто-то всё-таки зайдёт. Но, честно говоря, сомневаюсь. — полный дядечка развёл руками, приглаживая следом свои седые усы.       А меня охватила обида. После — почти истерика. Что мне было делать? Позвонить уже тогда папе? Может и так, но меня останавливали три вещи: Дима — который, возможно, мог появиться сегодня. Тётя Олеся — которую я хотела использовать как очевидца, если он всё же объявится. И, наконец, деньги.       Я не хотела, чтобы папа, а тем более мама, узнали, что у меня имелось при себе много наличных, которые тётя Олеся просто-напросто у меня украла. С долгом перед Димой я собиралась разобраться сама.

***

      День тянулся невыносимо долго, и я в основном просидела на одном месте, напоминающем склад с фужерами и коробками, смотря видео на YouTube. В обед мне предложили еду, от которой я на всякий случай решила не отказываться. Вероятность того, что я сегодня хоть что-то заработаю или что тётя Олеся меня накормит, была равна нулю.       Когда я уже почти засыпала от скуки, положив голову на подоконник, рядом со мной возник парень:       — Эй, просыпайся, у нас клиенты! — он слегка одёрнул меня за плечо, и я моментально подскочила. — Извини, не хотел напугать. — улыбнулся мне он.       Я машинально перевела взгляд с его лица на бейджик на груди: «Олег/менеджер».       — Просто не выспалась, простите. — пробормотала я, поправляя кофту.       — Бывает. — коротко ответил он. — Официант подаст блюда, а ты потом сходишь за тарелками. Всё понятно?       — Понятно. — кивнула я.       От нечего делать я спряталась за шторкой, висевшей на главном входе в зал. Мне стало любопытно, кто мог зайти в это забытое Богом место посреди рабочей недели. Осторожно, чтобы не быть замеченной, я отодвинула занавес, заглянув в зал. Моё сердце упало на пол.       За круглым столом сидел Дима... и ещё четверо. Одного из них я уже знала — врача по имени Влад.       Я не имела ни малейшего понятия, что их всех могло объединять, этих мужчин, кроме Димы и его клуба. Все одеты в чёрное — точно сектанты. Но больше всего меня тревожил вопрос, зачем они приехали в деревню. Дима — вероятнее, что за мной. Только для чего он взял и своих друзей тоже? Эту свиту? По спине пробежал холодок, который добрался до самых кончиков пальцев.

Они здесь, чтобы расправиться со мной. Сейчас покушают и... пойдут искать меня. Как я сразу не догадалась? Что умру.

      Отвергнутый мною Дима просто разочаровался и решил от меня избавиться, вот и всё. Я ведь слишком много знаю. Ну, про его делишки. Вот почему он не отвечает на мои сообщения, почему отправил меня к тёте на такси... Он не хотел свидетелей.       От испуга я замерла, обомлев, и кто-то резко дёрнул меня за локоть, оттаскивая от входа. Это был Олег.       — Не стой тут, лучше помоги мне принести им вилки. — парень сунул мне в руки столовые приборы, подталкивая зайти в зал.

Но от переизбытка эмоций я уронила их на пол, создав грохот. Такой, что уши заложило. Мои пальцы дрожали, как и я вся.

      — Я не пойду! — ответила я, наверное, слишком громко. И истерично. По щекам покатились слёзы.       — Тогда ты уволена, дура! — процедил Олег сквозь зубы.       Но мне было не до него. Я уже встретилась взглядом с Димой, который теперь смотрел на меня. И его лицо не выражало ничего хорошего. Может быть, лишь лёгкое, равнодушное удивление.