Пока кровь кипит

      Чувствуя прохладный ветер, что трепал волосы, отчего слабо слышалось постукивания бусин друг о друга, традиционно вплетенных в волосы, юноша выдохнул. Нетейам наблюдал за солнцем, что постепенно, скрывалось за другой планетой, унося за собой свет, оставляя кровавое небесное полотно. Очень редко Нетейам видел такой жуткий закат… что вкупе с белыми облаками, напоминал языки пламени. Юноша помнил, как отец рассказывал ему и брату с сестрами, что у него на планете солнце соприкасается при закате с океаном, нежно обнимая своими лучами. Нетейаму было интересно… на родине отца тоже бывают такие закаты? Такие… жуткие, отчего невольно проносится холодок по спине? Нетейам так и продолжил смотреть, пока закат не догорел до конца.       Следующее утро началось, как и обычно, отлично было лишь то, что за ними для обучения пришла не одна Цирея, но и Ао’нунг. Поприветствовав друг друга, дети оло’эйктана сообщили, что сегодня они будут у бассейнов ловить рыбу, что заплывает туда из вод рифа по подводным каналам и собирать моллюсков, обитающих под бассейном. И пока Цирея подробнее объясняла детям семьи Салли, что именно они будут делать, Ао’нунг стоя в отдалении, надевал на илу снаряжение для плавания.       Видя, что его брат и сестры собираются, Нетейам подошел к Ао’нунгу. Его волновала их вчерашняя договоренность, да и Ао’нунг сказал, что придет за ним только к вечеру.       — По поводу вчерашнего разговора… — тихо начал Нетейам, вставая рядом с сыном вождя.       — Да, я тоже думал, когда начать, — растягивая сетку и складывая ее в несколько раз, чтобы удобнее закрепить на бедре. — И решил, что лучше сразу, — переведя взгляд на собеседника. — Твой брат и сестры останутся с Циреей, а мы поплывем на другой конец рифа, чтобы не привлекать лишнего внимания.       — Я не оставлю их одних.       — Цирея присмотрит за твоим братом, а Кири за Тук. Неужели только ты в силах справится с этой легкой задачей, присмотреть за младшей? — раздраженно усмехаясь. Поймав недовольный взгляд, Ао’нунг убрал улыбку с лица. — Они так или иначе будут на виду у всех. Чуть позже к ним присоединиться тсахик.       Нетейам доверял Кири, она была ответственная и точно присмотрит за Тук, и, если понадобится, и за Лоаком, но внутренний червь сомнений не прекращал тревожить юношу. Однако, когда Ао’нунг упомянул свою мать, Нетейаму стало намного легче согласится с ним. Дождавшись остальных, они поплыли в сторону лагуны.       Подплывая к цели, Нетейам увидел, что туда спешат не только они. На месте были и рифовые нави, и лесные, которые также, как и они обучались, вооруженные тонкими копьями, сетками и острыми ножами.       — Цирея, — позвал сестру Ао’нунг. — Вы оставайтесь здесь, а я и Нетейам поплывем дальше, на другой конец.       Немного растерявшись, ведь изначально они такой план не обговаривали, девушка кивнула, коротко проводив юношей взглядом, что уплывали от них в сторону высоких скал.       Следуя за рифовым нави, Нетейам почувствовал волнение, когда тот нырнул в воду, уходя в глубину. Он хотел проверить его выдержку? — задавался вопросом юноша, хоть и ощутил неуверенность, но все равно нырнул следом, двигался за ним, проплывая мимо рыб, чувствуя, как некоторые, в основном маленькие, щекочут его своими плавниками. Сколько бы раз Нетейам не нырял, он не переставал удивляться красотами океанического мира. Каждый раз он находил что-то новое, будь то растение или водный житель. Как и сейчас, проплывая мимо кораллов, похожих на высокие деревья с розовыми листьями. Чем-то это растение напомнило ему родные деревья в лесу. Лучи солнца красиво рассеивались сквозь воду, падая на нежные полупрозрачные листья. Проплывая между ними, Нетейам коснулся их пальцами, чувствуя склизкую шершавую поверхность. Посмотрев на спину Ао’нунга, юноша увидел, как тот подплывает к непреодолимой, кроме как сверху скале. Так думал Нетейам, до того момента, как Ао’нунг не нырнул вглубь одного из углублений. Помедлив пару секунд, Нетейам ничего не оставалось кроме как поплыть следом. Держась за илу, Нетейам то и дело уклонялся от острых камней, огибая их. Увидев, наконец, свет в конце, юноша выплыл, тут же выныривая. Часто дыша, он огляделся и удивился, когда понял, что они далеко за рифом.       — Это один из туннелей, что ведут за риф, — ответил Ао’нунг, выныривая рядом.       — Зачем нужно уплывать так далеко?       — Нам нужна глубина и не нужны лишние любопытные глаза. Отплывем чуть дальше, чем нужно, — смотря за спину Нетейама. — Нас не хватятся.       — Это ведь под запретом, даже для тебя, — усмехнувшись, проговорил Нетейам не сводя взгляд с прищуренных глаз Ао’нунга, который оглядывал территорию на наличие посторонних лиц. — Без разрешения…       — Теперь ты понимаешь, почему раздражал меня? Слишком правильные…       — Раздражают, — перебивая. — Я помню. Но ты видимо забыл, что я без спроса уже заплывал за риф.       — Да. На мое удивление отец не сказал об этом твоим родителям, — встретившись глазами с золотыми. — И мне велел молчать.       — Я так и не понял почему, — отводя в стыде взгляд в сторону.       — Потому что его восхитила твоя отвага. Он уважает сильных нави, как и любой другой нави. Я с ним согласен.       — Согласен? В отношении меня?.. — пораженно. — Что-то сомневаюсь, — усмехаясь.       — Кто сказал, что я тебя не уважаю? — хитро улыбнувшись. — Если я об этом молчу и никак не показываю, не значит, что этого нет. Поплыли, — уходя под воду.       Пораженный словами Ао’нунга, Нетейам последовал за ним. Рифовый его уважал? Было странно об этом думать и уж тем более признавать, как правду. Доплыв до дальних скал окруженными плоскими валунами вокруг, Ао’нунг отпустил илу, сказав это сделать и Нетейаму. Присев на валун, рифовый начал с обычных дыхательных упражнений, чтобы сильнее разработать легкие. И Нетейам удивился технике по которой он тренировался… точнее, ее не было. Ао’нунг легко вобрав в легкие воздух, закрыл глаза, не дыша. Делая упражнения, сидя рядом, которым их обучала Цирея, Нетейам разглядывал нави перед собой, подмечая, что с расслабленным выражением лица он выглядел непривычно. Ао’нунг никогда не распускал волосы из пучка, как делали если не все, то очень большое количество рифовых нави. Разглядывая того от волос к подбородку, Нетейам вдруг заметил шрам. Он шел от мочки уха и уходил дальше к затылку. Шрам был еле заметный, если не приглядываться, но свежий. Ему не дашь и трех месяцев. Нетейам знал это, поскольку неоднократно видел раненных нави после битвы с людьми, то, как заживали их раны, если, конечно… те выживали. Рана Ао’нунга была рваная, но ровная, словно от когтя… или скорее зуба. Ао’нунг резко открыл глаза, заставляя Нетейама часто заморгать от неожиданности.       — Готов? — спросил сын оло’эйктана.       — Да.       Ао’нунг перевел взгляд на грудь лесного, недоверчиво скривив губы.       — Вдохни-ка, — сказал меткайинец, наклоняясь и кладя одну руку под ребрами Нетейама, а другую в районе сердца. Слегка вздрогнув от неожиданности, отчего по коже пробежали мурашки, юноша сделал, как было сказано. Глубоко вдохнув, он закрыл глаза. — Не закрывай глаза, — прозвучал строгий голос Ао’нунга. — Давай еще раз.       Не понимая, какая разница, Нетейам не закрывая глаз, вдумчиво вдохнул, и медленно выдохнул, чувствуя, как холодная рука слегка надавливает на кожу у живота.       — Ты делаешь правильно, — встречаясь с золотыми глазами. — Но все равно недостаточно вбираешь воздуха, — до сих пор не прекращая телесный контакт. Почему он не уберет руки? Объяснять можно и на расстоянии. Тяжело сглотнув, Нетейам думал, что, если этот рифовый не отстранится от него… — Сердце твое не спокойно. Упражнения делай с открытыми глазами, — убрав руки, Ао’нунг встал, а Нетейам наконец смог спокойно выдохнуть. — Плывем?       Стоило Нетейаму кивнуть, и они нырнули в воду. Плывя, уверенно двигая руками вниз, юноша удивлялся… глубине. Нетейаму казалось они уходили вглубь слишком долго! Вдруг Ао’нунг остановился, беря Нетейама за плечи, чтобы сровняться. Он поднял одну руку вверх, а после опустил вниз, показывая, чтобы тот успокоил сердцебиение. Нетейам так и сделал, после чего они поплыли дальше. Наблюдая за рифовым, чтобы немного отвлечься от беспокойных мыслей, что начали разъедать голову, Нетейам по-доброму завидовал его спокойствию. Увидев наконец песок, юноша подплыл к нему, беря со дна первую попавшуюся ракушку. Сжав ее в ладони, Нетейам посмотрел наверх и подавился, чувствуя, как немного воды попало в рот, а горло свел спазм. Ужас, всепоглощающий страх сковал тело. Он не доплывет! Оттолкнувшись ногами о песок, Нетейам поплыл наверх, чувствуя, как дыхания не хватает, а сердце стучит в ушах. Но вдруг его кто-то схватил за руку, что еще больше напугало нави. Однако, когда Нетейам увидел Ао’нунга, о котором совершенно забыл, почувствовав страх, ему стало чуть спокойнее. Тот и правда был на подстраховке в случае чего.       Ухватив Нетейама крепче за плечи, Ао’нунг вытащил его на камни, где они ранее сидели. Лесной часто кашлял, выплевывая изо рта воду и потирая глаза.       — Ты хорошо двигаешься под водой, задерживаешь дыхание… — сказал Ао’нунг, сидя рядом, наблюдая за Нетейамом у которого даже губы стали более белыми, чем обычно. — Но этот ужас… Есть предположения откуда мог взяться страх?       — Не знаю… — откашливаясь. — Может все дело в крушении.       — В крушении?       — Как-то раз, когда я и моя семья летели на шатле…       — На чем? Шатле? — не понял Ао’нунг.       Посмотрев на рифового нави, Нетейам подумал, что он над ним издевается? Но вдруг понял, что тот действительно не знает человеческой техники и устройств.       — Это… большая летающая человеческая машина.       — Похожая на тех, что плавают в океане? — спросил Ао’нунг, сжав руки в кулаки.       — Думаю, да, — кивая.       — Я понял… и что? Что произошло?       — Машина была неисправна после боя, и она упала в океан. Мы чудом выжили. Я помню, как упал в воду, как пошел ко дну. Меня вытащил и откачал отец. Я чуть не утонул…       — Как можно утонуть? — недоуменно, однако стоило Ао’нунгу поймать скептичный взгляд золотых глаз, замолчал. — Возможно и можно, — нервно откашлявшись.       — Но я не помню ничего толком, — пожимая плечами. — Поэтому откуда может быть страх, я не знаю.       Помолчав какое-то время, видно обдумывая слова Нетейама, Ао’нунг вдруг спросил.       — А может это не страх?       — Что же, если не он?       — Недоверие. Ты не доверяешь морю, не хочешь принимать его в себя, стать единым с ним, — смотря на Нетейама говорил Ао’нунг. Тяжело вздохнув, рифовый нави сел напротив лесного, практически вплотную, что заставило последнего слегка замяться от столь резкой смены расстояния между ними. — С самого действа нас учат не только дыханию и плаванию, — касаясь кончиками пальцев себя между ребер. — Я не знаю говорила ли вам это уже Цирея, но послушай… — сказал тот размеренным, спокойным голосом. — Путь воды не имеет ни начала, ни конца. Море вокруг тебя и в тебе, — кладя ладонь в районе сердца Нетейама. — Море твой дом, до рождения и после смерти. Наши сердца бьются в утробе мира, — его голос проникал куда-то глубоко, задевая струны души и сердца. Смотря в лазурные глаза, Нетейам словно погружался в море, исследуя его глубины. -Наше дыхание горит в тени глубин… Море дает и море забирает. Вода все соединяет. Жизнь со смертью. Тьму со светом, — убирая теплую ладонь. — Это чувствует и понимает каждый из нас.       — Это прекрасно, — бесспорно согласился Нетейам, улыбнувшись. — Я тоже чувствую эту глубокую связь, привязанность… к лесу. Я помню, как сейчас, — касаясь груди, закрывая глаза, — потоки энергии, текущие через всех живых существ. Начиная от камня и заканчивая кончиком лепестка дерева. Мы берем эту энергию взаймы… — открывая глаза. — И однажды ее придется вернуть. Мы… из леса и вы из воды также похожи, как и отличаемся.       Вздохнув, Ао’нунг опустил взгляд, качая головой.       — Ты никогда не станешь одним из нас, — снова вернув глаза к Нетейаму. — Ты отказываешься… противишься.       — Когда-нибудь, я надеюсь вернуться домой, — прошептал Нетейам, сжав руки в кулаки. — И не оставляю эту надежду.       Нетейам замолчал, а Ао’нунг не знал, что сказать.       — В таком случае я не вижу смысла тебе помогать, — вдруг тихо проговорил Ао’нунг, вставая.       — Что? Почему?       — Ты не хочешь здесь жить, ты отрицаешь мой дом, как свой. Ты даже не стараешься увидеть, — слегка зло. — Ты видишь только лес. Моих собратьев на суше и в воде ты не хочешь увидеть.       — Я… — тяжело вздыхая.       — Узнав причину твоей проблемы, я не понимаю… почему ты не остался там? Дома?       — Я никогда бы не оставил свою семью, — не размышляя и секунды ответил Нетейам, поднимаясь. — Думаю, также, как и ты.       Смотря друг другу в глаза, первым разорвал контакт Ао’нунг, посмотрев в сторону деревни.       — Возвращаемся, — подзывая илу, прищелкнув языком. — Как я и сказал, не вижу смысла тебе помогать, — ныряя в воду, увидев, что илу проплывает рядом.       Тяжело вздохнув, Нетейам окрикнул илу. Нырнув, заметив животное, юноша схватился за него, плывя к рифу. Они вернулись обратно к лагуне через тот же туннель и сразу направились к месту, где была Цирея с остальными на обучении. Это место представляло собой несколько десятков бассейнов, которые соединялись между собой. Помимо них, там были еще рифовые нави.       Поднявшись на камни, Ао’нунг подвел их к одному из свободных бассейнов. Опустившись в воду, рифовый нави положил сетку в воду. Дно было гладким, там росли кораллы, не похожие на те, что были на дне моря. Они были намного тверже и прочнее. Ао’нунг достал нож, объясняя, что помимо ловли рыбы, которую иногда будет заносить в эту область, ему надо будет аккуратно собрать моллюсков, открепив ножом от поверхности коралла. Объясняя нюансы Нетейам чувствовал, что Ао’нунг делает это холодно, поверхностно. Это отличалось от того, когда он рассказывал про Каул, про патруль для защиты илу… То, с какой любовью и воодушевлением он говорил о их связи с морем буквально пару минут назад. Неужели мои слова так задели его? — размышлял Нетейам больше смотря на рифового нави, чем на то, что он делает.       — Все понял? — обращая взгляд на Нетейама, спросил Ао’нунг.       — Да, понял.       — Тогда занимай эту область, я буду рядом, — кивая на ложу чуть ниже. — Если в чем-то сомневаешься, лучше сначала спроси.       Оставив свою сетку Нетейаму, Ао’нунг попросил себе еще одну у соклановца, который с улыбкой на лице передал ее. Достав свой нож, Нетейам приступил аккуратно отцеплять маленьких моллюсков, размером с ноготь и кидать в сетку. Делать это действительно было трудно, довольно кропотливая работа. Из мыслей никак не хотел выходить их разговор. Нетейам чувствовал вину и стыд за столь, как оказалось, пренебрежительное отношение к морским существам. Раньше он об этом не задумывался. То как думает, как смотрит на их новый… дом. Конечно, ему нравились морские обитатели, их разнообразие, Нетейам любил познавать что-то новое. Но он чувствовал себя гостем…       — Нетейам! — вдруг услышал юноша детский радостный голос позади. Не успел он обернутся, как к нему на шею прыгнула Тук, обнимая. — Смотри, сколько я собрала! — показывая брату сетку с маленькими моллюсками.       — Ты большая молодец, Тук, — разглядывая перламутровые двухстворчатые раковины, а также ракушки в виде загогулин, которые сестра собрала, видно посчитав их красивыми. — Что ты так далеко делаешь? Разве ты не должна быть с сестрой и братом? — забеспокоился Нетейам, оглядываясь. Отыскав Лоака с Кири среди других, это оказалось не так трудно из-за их окраса, юноша успокоился. Они сидели в одном из бассейнов, делали то же, что и другие.       — Цирея решила проведать, как у вас дела. Она говорит, что внутренности моллюсков мы отдадим тсахик, а раковины можем забрать себе, чтобы сделать украшения, — улыбалась та, показывая каждую брату.       Смотря на радостную сестру, Нетейам не мог сдержать улыбку. Помня, какая она была в самом начале грустная, скучала по дому, юноше было отрадно видеть ее сейчас счастливой.       — У тебя все хорошо, Тук? — не отрываясь от работы, решил тихо задать вопрос Нетейам. — Никто не обижает?       — Нет, — присев рядом с братом, мотая головой. — Все очень хорошие… я играла с другими нави вчера. Они веселые. Мне так нравятся илу! Они добрые и ласковые.       — Это хорошо.       — Я пойду, надо побольше собрать раковин! — убегая в сторону Циреи.       Услышав всплеск под ногами, Нетейам опустил взгляд на воду и заметил… Каул! Вот же удивительно. Аккуратно взяв рыбу, юноша опустил ее в сетку. Ощупав живот, Нетейам понял, что это самка. Да еще и… было ощущение, что с икрой. Обернувшись, юноша увидел, как Ао’нунг с другим нави рассматривают рыбу под водой. Их выражения лиц были очень озадачеными. Но Каул не может жить на мелководье… Не став беспокоить сына оло’эйктана, Нетейам отпустил Каул обратно. Ао’нунг и Цирея говорили, что им хватит и ранее пойманной, потому в ней не было нужды.       — Ао’нунг! — вдруг услышал Нетейам голос оло’эйктана. — Нетейам! — свое имя он не ожидал услышать.       Оставив работу, юноша подошел к вождю, рядом с ним встал и Ао’нунг. Посмотрев за спину оло’эйктана, Нетейам увидел еще охотников. Они плывут на охоту?       — Я узнал, что вы сегодня в ночном дозоре. И раз так, то вам следует отдохнуть.       — В этом нет необходимости, — ответил Ао’нунг.       — У тебя, возможно, нет, но Нетейам впервые идет в дозор ночью, — переведя взгляд на юношу. — Возвращайся в маруи. Как придет время мой сын приплывет за тобой.       Желая возразить, Нетейам не решился это сделать, лишь послушно кивая. Забрав свой «улов», он передал его Ао’нунгу, что еще стоял перед отцом. Кивнув, рифовый принял сетку.       — Вы плывете за риф? — услышал Нетейам голос Ао’нунга, когда уходил к краю камня, чтобы подозвать илу.       — Да.       — Я могу поплыть с вами?       — Нет, — строго ответил Тоновари. — Не сегодня.       Немного обернувшись к сыну вождя, Нетейам видел его недовольное выражение лица, и как другие охотники ободряющего хлопали его по плечу.       — Ты все-таки идешь в ночной дозор? — спросил подошедший Лоак.       — Получается, что так.       — Мне отец не позволил… не понимаю почему.       — Не расстраивайся, братишка, — обнимая его за плечи. — Он просто переживает. Дай ему немного времени.       — Наверное, ты прав… — расстроенно выдыхая.       — Я всегда прав, — смеясь, проговорил Нетейам.       — Да иди ты! — слегка раздраженно отталкивая от себя старшего и уходя обратно к сестрам и Цирее.       Вернувшись в маруи, мать предложила ему поспать перед патрулем, но сколько бы Нетейам не вертелся из стороны в сторону, не смог заснуть. И дело было не в шуме волн, к которым он уже привык, не в криках детей, что резвились на берегу, не в разговорах взрослых нави, что обсуждали свои дела… из головы не выходила их «ссора» с рифовым. Нетейам не хотел своими словами задеть, обидеть Ао’нунга. Никогда прежде на его слова не реагировали так, как это сделал Ао’нунг. Хватило лишь взгляда и одного предложения «Не вижу смысла тебе помогать». Конечно, Ао’нунг тоже неоднократно обращался к нему по кличке «лесной», или как в тот раз, обзывал и задирал его сестру и брата. Нетейам не должен переживать, что вдруг задел чувства рифового нави. Но… Нетейам, не Ао’нунг. Он никогда бы такого не сделал и уж тем более, никогда бы не поставил ниже по значимости чей-то дом или любимых. Это точно было не в его характере. И видимо именно поэтому его сейчас так мучает совесть.       Патрулирование территории ночью ничем не отличалось от дневного. Было даже спокойнее из-за стоящей вокруг тишины. Благодаря ней можно было услышать мимолетный всплеск, крик птицы или илу. Положив копье перед собой, Нетейам рассматривал светящийся разнообразными яркими красками морской мир. Как же он был похож на его лес… что с приходом сумерек словно заново рождался, приобретая иные, не видные нави при дневном цвете, цвета. Ао’нунг плыл рядом. С самой встречи они молчали. Нетейам хотел как-то разрядить обстановку, но не знал с чего начать разговор. К тому же… он так не хотел разрывать это приятное, умиротворенное молчание… Но все же Нетейам решился это сделать.       — У вас есть определенные периоды, когда на илу нападают чаще, чем обычно?       — Когда прилив. Одно дело, когда хищник целенаправленно плывет к нам за добычей и другое дело, когда его заносит к нам силой моря. И не одного. В этот период мы отгоняем илу ближе к берегу, но за всеми все равно уследить трудно.       — И как часто у вас приливы?       — По-разному. Мы определяем их по перелету большого количества птиц на юг. Если это происходит, то через день или два жди прилива.       Кивнув, Нетейам был рад, что узнал что-то новое.       — Оставайся снаружи, — вдруг сказал Ао’нунг. — Плыви вдоль рифа, смори вокруг. Я погружусь в глубину, проверю там.       Нетейам не успел ничего ответить, поскольку Ао’нунг после сказанного сразу нырнул в воду. Тяжело вздохнув, Нетейам больше так не мог. Нужно извиниться, хотя бы для того, чтобы спокойно заснуть после дежурства. Доплыв до конца рифа, юноша все же на пару секунд погрузился в глубину, но заметив, что Ао’нунг движется наверх с окровавленной рукой и в охапку с детенышем илу, следом плыли трое взрослых, поспешил за ними.       — Что случилось? — выныривая, поинтересовался Нетейам, смотря на руку рифового, в которой явно прослеживались две раны от клыков, выше локтя. Илу рядом стрекоча, издавали низкие звуки.       — Ничего нового, — смывая кровь с кожи, держа при этом детеныша другой рукой. — Напал детеныш акулы. Нужно увести илу ближе к берегу, — сказав это, Ао’нунг передал маленького илу Нетейаму. — Ты впереди, я за вами следом. Держи мелкого, он пока не так быстро плавает.       Кивнув, Нетейам поспешил к берегу, как вдруг сбоку заметил серую тень с острыми плавниками. Илу вскрикнуло. Ухватив детеныша сильнее, Нетейам поплыл глубже, но в противоположную сторону от берега. Не хватало еще акулу привести туда! Обернувшись, Нетейам видел, как Ао’нунг отгоняет илу к берегу, беря в руки копье и направляясь в его сторону. Акула тем временем не сбавляла скорость, из-за чего Нетейаму пришлось свернуть вбок, прячась от захвата зубами за кораллами. И это детеныш акулы?! Он был размером с илу! С ребенком илу в одной руке и держась второй за поводья, юноша не мог обороняться, использовать нож или копье. Надо было что-то придумать. Но вдруг Нетейам слышит протяжный болевой стон позади. Обернувшись, юноша увидел, как Ао’нунг проткнул копьем живот акулы, оставляя его в плоти. Подплыв совсем близко, он достал нож и совершил последний удар под плавник в районе грудины. Держа тушу акулы, Ао’нунг, кивнул Нетейаму, чтобы тот плыл к берегу.       Уже у берега, Нетейам отпустил детеныша, видя, как к нему подплывают взрослые илу. Скатившись с животного, Нетейам помог Ао’нунгу донести к берегу тушу акулы. Тяжело дыша, лесной нави выравнивал дыхание, а Ао’нунг тем временем, коснулся головы хищника, сев на колени, и закрывая глаза от досады.       — Это был еще детеныш… — с горечью прошептал меткайинец, аккуратно вытаскивая копье из тела. — Как тебя сюда занесло, брат? — удивлялся нави.       — Не в приливе дело? — поднимаясь на ноги, спросил Нетейам, подходя к Ао’нунгу.       — Нет, — мотая головой. — Детеныши заплывают к нам очень редко. Но за последнюю неделю это происходит уже пятый раз, — обеспокоенно.       Услышав крики впереди, Нетейам поднял глаза от акулы и понял, что к ним бегут трое охотников.       — Снова детеныш? — выругавшись, сказал один из рифовых нави, опускаясь к акуле. — Это не просто так, такого никогда не было.       — Нужно сообщить отцу, — поднимая глаза на охотника, сказал Ао’нунг.       — Завтра, как встанет солнце. Продолжайте дежурство. Тело хищника мы отнесем в маруи.              Остаток ночи прошел спокойно. Хищники им больше не попадались. Стоило солнцу показаться, Нетейам понял, что их дежурство закончено. В знак этому послышался звук горна, оповещающий о смене нави. Выйдя на сушу рядом с маруи, Нетейам понял, что в принципе не устал. Он привык к подобным вылазкам, когда его семья и племя оборонялись от людей.       — Я думаю, что у Циреи есть на сегодня планы по вашему обучению, — впервые после убийства акулы, заговорил Ао’нунг. — Но решай сам, идти сразу утром или после того, как восстановишь силы, — осмотрев лесного с ног до головы. — Хотя ты выглядишь бодрячком, — усмехаясь, затягивая сильнее водоросли на раненой руке.       — Давай поговорим? — неожиданно для Ао’нунга, предложил Нетейам. — Но не здесь, — оглядываясь. — Где нет посторонних ушей.       Задумавшись на пару секунд, меткайинец кивнул в сторону валунов, что находились чуть поодаль от деревни, там пока никого не было. Придя туда, Нетейам не раздумывая начал.       — Я прошу тебя помочь мне. О чем мы договаривались вчера.       — Лесной… — разражено усмехаясь.       — Опять «лесной»? — слегка разозлился Нетейам, заставляя Ао’нунга посмотреть на него, а после улыбнуться.       — Нетейам, — свободнее и мягче, чем предполагал Нетейам, тот произнес его имя. — Ты сам понимаешь, что тебе этого не надо. Твоя проблема не в страхе, а в не желании принимать новый дом. Ты не хочешь ему довериться, также, как он доверяет тебе, впуская к себе. Поэтому, повторюсь, не вижу в этом никакого смысла.       Ао’нунг развернулся, чтобы уйти, но его остановили, схватив за локоть. Недоуменно посмотрев на руку лесного нави, рифовый перевел взгляд на его лицо, что выражало беспокойство. Отпустив собеседника, Нетейам тяжело вздохнул.       — Я не хотел задеть тебя… — начал Нетейам.       — Ты меня не задел, — зло перебил Ао’нунг, отчего лесной не смог сдержать ребяческой улыбки. Нетейама умиляла горделивость сына вождя и его серьезное выражение лица. Странный у них был разговор. — Улыбка твоя меня раздражает, — снова собираясь уйти, но его опять схватили за локоть, удерживая на месте.       Тяжело смотря, Ао’нунг схватил держащую его руку, а потом и вторую, видно на всякий случай.       — Снова хочешь, чтобы я тебе взбучку устроил? — натянуто улыбнулся Нетейам, чувствуя, как его руки находятся в стальной хватке. Но если что… ноги у него свободны, а грудь противника ничем не защищена. Удар придется прямо в «солнечное сплетение» — как говорил отец.       — Не будь так в этом уверен, — скривившись, отпуская чужие руки. — Мне просто не нужны проблемы, особенно сейчас. Отвали, лес… Нетейам. Я не буду тебе помогать, — разворачиваясь к лесному спиной, чтобы уйти.       — Меня бы это задело, — спокойно произнес Нетейам.       — Что? — наполовину оборачиваясь.       — Меня бы задело, что кто-то не хочет принимать мой дом, попытаться жить в нем, окажись я на твоем месте, — приближаясь к Ао’нунгу, который отвел от него глаза, смотря на море. — Я понял, что… выразился не совсем правильно. Я ценю твою помощь. И я искреннее хочу… прочувствовать то, что мне, кажется, уже чувствуют мои сестры, единение с вашей природой.       — Твое восприятие от меня не зависит, — закатывая в раздражении глаза. — Твои чувства никуда не деть, — тыкнув пальцем собеседнику в грудь и задерживаясь там. — Твое сердце противится. Я не могу это исправить, и даже больше, не знаю, как. Будет проще, если ты просто не будешь заплывать в глубины моря и все. Возможно, со временем ты привыкнешь. Ну… или вернешься домой.       — Я и не прошу тебя исправить меня. Но мне кажется… если пройдет чуть больше времени я пойму то, о чем ты говоришь и что чувствуешь. Мне просто нужно больше времени… — убирая от себя палец. — Так… ты поможешь мне? — протягивая ладонь. — Или ты уже не хочешь коснуться банши? Другой возможности у тебя не будет.       Ао’нунг какое-то время смотрел на протянутую руку, сжав губы в полоску. В его взгляде было сомнение. Он сжал руки в кулаки на мгновение.       — А если у тебя не выйдет?..       — Время покажет. Никому неизвестно будущее.       Замедленно кивнув, Ао’нунг все же вложил свою руку в чужую, сжимая ладонь.       Сын оло’эйктана не стал медлить и уже на следующий день, договариваясь с Циреей о якобы их охоте, увел Нетейама далеко за риф. Они заплывали очень далеко, отчего лесной постоянно думал о последствиях, о чем совершенно не переживал Ао’нунг. Наблюдая за меткайинцем, юноша понимал, что тот знает открытое море, с множеством хищных рыб и растений слишком хорошо. Как часто он сюда плавает один, без дозволения? И с какого возраста начал?       Каждый раз, погружаясь в неизведанную темную глубину, Нетейам не мог отделаться от мысли о свое беспомощности. Медленно работая руками и ногами, чувствуя силу воды, юноша был как будто младенцем, который ничего не может. Сколько раз он погружался вглубь и терял контроль над сердцем? Сколько раз и дней? Нетейам потерял счет, то и дело, вспоминая, как Ао’нунг быстро, буквально за мгновение, вытаскивал его на сушу или ближайший валун.       — Ты точно не хочешь убить меня? — откашливаясь, держась руками за камень, хрипел Нетейам. О нави то и дело бились волны, окатывая водой.       — Если бы хотел, — усмехаясь, придерживая того за плечо и талию, говорил Ао’нунг, — то давно бы уже это сделал.       — Почему обучаться нельзя в пределах ваших вод? — чувствуя себя неловко от столь близкого нахождения Ао’нунга и еще… его руки, что была на талии… — Мне кажется это одно и то же, — уходя от прикосновений.       — Не совсем, — мотая головой. — Здесь ты не знаешь местность, совсем. А значит и волнения и… страха, у тебя в разы больше. Так эффективнее.       — И опаснее, — ударяясь о шершавый камень спиной из-за сильной волны, природа будто подтверждала его слова. — Черт, — скривившись в лице, Нетейам коснулся места, где неприятно зажгло кожу, и увидел следы крови на ладони.       Нахмурившись, Ао’нунг заплыл к лесному за спину.       — Тут небольшие царапины, ничего страшного, — касаясь плеча.       Дернувшись от прикосновения, Нетейам обернулся к нави, встречаясь с недоумением в его глазах. Юноша и сам не знал, отчего так ярко реагирует на его касания, но порой… они слишком смущали.       — Солнце скоро скроется, нужно возвращаться, — разрывая неловкую тишину, проговорил Нетейам, погружаясь в воду. Позвав илу, он схватился за поводья, краем глаза замечая чуть в стороне Ао’нунга.       Проплывая уже знакомые скалы, Нетейам понял, что скоро они будут около деревни. Но вдруг Ао’нунг позвал его за собой, плывя в строну, в ближайшему утесу. Юноше ничего не оставалось, как последовать за ним. Подплывая ближе, Нетейам к своему удивлению увидел, что это были не просто прямые скалы, углубленные в море. Рядом была платформа, позволяющая подняться и, если необходимо, перевести дух. Взобравшись на нее, они отпустили илу. Выжимая волосы от воды, Нетейам следовал за Ао’нунгом, аккуратно ступая ногами по скользкому камню и мху. Меткайинец уверенно прошел к проему между скалами, даже ни разу не поскользнувшись, и вдруг присел у камней, опуская руку в воду. Опустившись рядом, Нетейам не мог понять для чего они сюда приплыли. Посмотрев, куда смотрел Ао’нунг, юноша увидел струящиеся, довольно плотные водоросли ярко желтого цвета. Они чем-то походили на плавники рыбы, лепестки… только не такие тонкие. Достав нож, Ао’нунг срезал небольшое количество, передавая Нетейаму.       — И что это? — нервно усмехнулся Нетейам, рассматривая в своей руке водоросли.       — Попробуй, — кивая, беря в рот один из лепестков.       — А ты точно это проглотил? — пошутив, тихо смеясь, спросил юноша, смотря на собеседника, пока не решаясь повторить его действия.       Ухмыльнувшись, Ао’нунг открыл рот, высовывая язык, чем заставил того пораженно закатить глаза, но улыбнуться. Идиот — подумал Нетейам. Взяв кусок, юноша неуверенно отправил его себе в рот, чувствуя склизковатую, но упругую плоть. На удивление Нетейама во рту стало кисло-сладко и немного вязало язык. Но… это было вкусно! Даже очень вкусно. Ничего подобного здесь Нетейам ни разу не пробовал. Этот вкус чем-то напоминал ему их фрукт, который его племя собирало в лесу. Правда, у них был не такой кислый вкус.       — Не умер? — спросил Ао’нунг, срывая еще водорослей и складывая в сетку с тонким плетением.       — У вас в деревне не растут эти водоросли? Ни разу их не видел и не ел, — отправляя уже третий кусок в рот с блаженством прожевывая.       — Нет, они растут только около скал, за рифом. Мелководье им не нравится.       — Я заметил, все важные водоросли или рыбы у вас не могут жить на мелководье.       — Одна из причин их ценности, — срывая последний лепесток и затягивая сетку. — Срежь себе и своей семье, — кивая на сетку, что была закреплена на бедре Нетейама.       — И как я объясню, откуда у меня водоросли, что растут за рифом?       — Скажи, что я передал или любой другой охотник, что часто бывают за рифом на охоте. Навряд ли твои пойдут искать кто это был, — поднимаясь. — Как закончишь, двинемся в путь. Недалеко осталось.       Достав нож, Нетейам отрезал несколько волокон от растения, отправляя в рот самые мелкие. Он не мог устоять, поскольку слишком давно не ел чего-то привычного по вкусу с родными фруктами. Решив, что хватит, Нетейам подошел к Ао’нунгу, что сидел на краю камня.       — Закончил? — спросил меткайинец, поднимая на того глаза.       — Да, нужно спешить, — посмотрев на солнце. — Скоро будет затмение.       — Но сначала заглянем еще кое-куда, — подзывая животных. — Это недалеко. Для раны на твоей спине, — опускаясь в воду.       — В этом нет необходимости. Это просто царапины…       — За которые я отхвачу от сестры, — закатывая в недовольстве глаза. — Чего бы мне не хотелось. Поплыли, больше трепимся, — ныряя.       Закрепив сетку на бедре, Нетейам нырнул следом, хватаясь за проплывающего рядом илу. Как оказалось, они доплыли до ближайшего острова с гротом. Выйдя на сушу, Нетейам видел, как Ао’нунг пошел вглубь своеобразной пещеры. Снова посмотрев на солнце, Нетейам сжал руки в кулаки — нужно скорее возвращаться. Поспешив к Ао’нунгу, пробегая над своеобразной каменной аркой, юноша вдруг услышал чужие голоса со стороны, куда ушел Ао’нунг. Вздрогнув, Нетейам спрятался в тени.       — …за риф один?! — послышался гневный крик. Голос показался юноше знакомым. — Сколько раз я тебе говорил не выдвигаться за риф в одиночку? — зло. Точно. Голос оло’эйктана. Осознание этого заставило Нетейама вжаться в камень. Он хотел слиться с ним воедино, только чтобы его не заметили.       — Сейчас мы не далеко от деревни, отец, — произнес стойко Ао’нунг.       — Кому ты сказал, что уплыл за риф?       — Цирее, — не сомневаясь ни секунды ответил тот. — Она знает. Я приплыл сюда ради ’алвэт’яун. Хотел порадовать мать и сестру.       — И Ротхо не с тобой? — с недоверием. — Ты тут, правда, один? Цирея сказала, что ты уплыл, чтобы показывать, как ловить рыбу старшему из Салли.       — Конечно, один.       — Где Нетейам, Ао’нунг? — по голосу было понятно, что Тоновари терял терпение.       — Откуда я знаю, где этот лесной идиот, отец?! Когда я показывал, как ловить рыбу мы поссорились, и он ушел в сторону деревни! — зло негодовал Ао’нунг.       — Закрой рот, хватит этих огрызаний, сын. Им трудно, но они усердно учатся. Прояви уважение.       Между ними поселилось молчание, а Нетейам замер, боясь вздохнуть. Осматривая местность, он понимал, что если оло’эйктан решит пойти в его сторону, то точно его увидит. Тут были одни камни! Ни одного куста или дерева. Если прятаться в воде, то вождь услышит всплеск. Нетейам лишь надеялся, что он поверит сыну и уплывет…       — Вижу ты собрал ’алвэт’яун, плывем обратно.       — Я…       — Ао’нунг. Я не повторяю дважды.       Невольно улыбнувшись последним словам вождя, Нетейам вспомнил отца. Он тоже говорил ему нечто подобное, если не слово в слово. Услышав всплеск, юноша еще какое-то время постоял в тени и только после вышел на пляж. Тяжело вздохнув, он привалился к скале спиной. Что ему теперь делать? Попытаться доплыть самому? Нетейам помнил дорогу, но также он помнил и налютсу… и детеныша акулы, которая была размером с илу. Сейчас поблизости нет других нави, которые хватятся его и спасут. Еще, что волновало Нетейама, что по возвращении в деревню оло’эйктан может начать его искать. Посмотрев в небо, юноша боялся звать Тцаулкэ. Вдруг кто-то увидит, как он летит из вод за рифом? Выругавшись, Нетейам позвал илу и поплыл, что были силы у животного, в сторону деревни. То и дело вглядываясь в глубину или назад, он боялся нарваться на хищника. Намеренно огибая больше коралл или подводных камней, Нетейам надеялся затеряться. И спустя пару минут, слегка вынырнув, он увидел риф. Выдохнув от облегчения, Нетейам проплыл через туннель, замечая, что под водой становится все темнее. Солнце заходит за планету. Увидев конец норы, юноша выплыл попал домой. Выдохнув от облегчения, что все прошло без проблем, Нетейам вынырнул, видя перед собой край деревни и нави, что направлялись по своим маруи.       Доплыв до берега, отпустив илу, юноша вышел из воды, садясь на песок и выдыхая. Он слишком перенервничал, что его не найдут и отец поднимет всех на уши… Вот было бы шума. Массируя виски, из-за долгого нахождения в воде они у него иногда поднывали, Нетейам прокручивал в голове разговор оло’эйктана и Ао’нунга. Цирея знала, что они поплыли за риф, хотя рифовый нави утверждал, что он все держит в секрете? Конечно, тот мог сказать так специально, чтобы успокоить отца, но вдруг это не так? Ао’нунг очень близок с сестрой, он мог ей рассказать. Прикусив губу от досады, Нетейам не смог сдержать разочарованного вздоха.       — Нетейам! — услышал юноша голос Цирее, что бежала к нему. — А мы тебя потеряли, — улыбаясь.       — Я был здесь, — поднимаясь, видя за спиной девушки быстро приближающегося Ао’нунга.       — Я же говорил, что он у валунов, — сказал рифовый, ровняясь с сестрой, окинув взглядом Нетейама с ног до головы.       — А эти водоросли… — обратила внимание Цирея на ’алвэт’яун, что были в сетке у Нетейама. — Откуда?..       — Это я их ему передал, — прервал ее Ао’нунг. — Оставь нас на разговор.       Недоверчиво посмотрев на брата, Цирея все же направилась в сторону деревни. Смотря ей в спину, они ждали, когда девушка скроется из вида. Стоило ей исчезнуть из поля зрения, Нетейам услышал рядом вздох облегчения.       — Я уже собирался плыть за собой… — начал тихо Ао’нунг, — но услышал, как нави сказал, что видел тебя на берегу.       — Твоя сестра, правда знает о наших вылазках за риф? — встречаясь взглядом с бледно-голубыми глазами, спросил Нетейам.       — Откуда бы ей знать об этом? Если бы знала, то не бежала бы сейчас к тебе со словами «мы тебя потеряли», — замолчав на пару секунд. — Я никому ничего не рассказывал.       — Почему оло’эйктан был в тех водах? — садясь на песок, внутренне выдыхая, что Ао’нунг не соврал.       — По просьбе матери он и еще один воин искали для нее важные водоросли для лекарств, — опускаясь рядом. — Я не думал, что они могут заплыть туда. В том районе не растут какие-то редкие растения, — задумчиво проронил тот. — Я сам удивился его появлению.       — Спасибо, — улыбаясь, сказал Нетейам, посмотрев на Ао’нунга.       — За что? — не понимая. — Что оставил тебя там одного? — нервно усмехаясь.       — Что не сказал обо мне оло’эйктану.       — Мне нужно было быть осмотрительнее, выбирая места. Такого больше не повторится. И в следующий раз, если вдруг произойдет что-то подобное, то оставайся на месте, — наклоняясь к собеседнику ближе, практически шепча. — Не плыви один в тех водах. Ты их не знаешь, так как я или другие мои соклановцы. Они опасны не только хищниками, но и водорослями, маленькими рыбами, которые намного опаснее любой налютсы. Нарвешься на такую… — замолчав, бегая глазами по лицу Нетейама. — Плохо будет, — отводя глаза к морю. — Жди меня в таком случае.       — Понял, — кивая. Вспомнив свои руки, покрытыми волдырями от простого касания до водорослей, и как следствие замыленное зрение, это было правда разумное замечание. Море сравни лесу, везде свои опасности.       Почувствовав прикосновение к плечу, Нетейам недоуменно посмотрел на чужую руку, а после на ее владельца.       — Повернись спиной, я обработаю твои царапины, а после тебе надо возвращаться в маруи, — доставая другой рукой черную ракушку из сетки, размером с кулак. — Думаю твоя семья уже волнуется.       — Это будет щипать? — невольно слетело с языка Нетейама, но поняв, что спросил, он почувствовал, как к щекам от стыда приливает кровь.       Увидев приподнятые в удивлении брови Ао’нунга, юноша ждал, когда тот засмеется… Но он просто хмыкнул, но улыбка на лице все же появилась.       — Нет, — не в силах убрать улыбку, ответил Ао’нунг. — Мне нужна твоя спина.       Неуверенно повернувшись, Нетейам замер. Он терпеть не мог все эти лечебные настойки и особенно когда они щиплют. Нетейам предпочитал перетерпеть естественную боль от всяких порезов, нежели терпеть ее от мазей Моат. Только Кири спасала своими новыми видами снадобий. Они никогда не щипали.       Почувствовав, как Ао’нунг коснулся его волос с косой, юноша вздрогнут. Но тот лишь убрал их за плечо, видно открывая царапины. Услышав странный… высасывающий звук, Нетейам не знал, хотел ли знать, что делает Ао’нунг у него за спиной, но…       — Что это было?.. — немного поворачивая голову, все же поинтересовался юноша.       Но ответа не последовало и следующее, что почувствовал Нетейам это холодное касание чужих пальцев до слегка горящей раны. Мурашки пробежали по коже. Ао’нунг наносил… что-то аккуратно, но быстро. Мазь не щипала, наоборот успокаивала, отдавая холодом.       — Ты никогда не расплетаешь волосы? — спросил Ао’нунг, удивляя Нетейама вопросом, отчего он в первые секунды растерялся, не зная, что ответить.       — Это… практично. Волосы не мешаются.       — Понимаю, — проводя пальцами ниже по позвоночнику, заставляя Нетейама слегка выгнуть поясницу из-за щекотки. Но у него не было там царапин! Или были? — Я тоже так думаю, — шепча.       Чувствуя, как сердце забилось чаще, а во рту пересохло, ощущая каждую подушечку пальца, словно тот его обжигал, Нетейам прикусил губу. Увидев, как его хвост нервное задергался, юноша обвил им свою ногу. Почувствовав ладонь на талии, Нетейам не сдержавшись, обернулся, не понимая, что делает этот чертов меткайинец. Но встретив недоуменный взгляд, застопорился.       — Что? — поднимая руки, словно капитулируя.       — Ничего… — «не помню, чтобы у меня были царапины ниже лопаток» — подумал Нетейам, но не решился сказать, видя… либо неподдельное удивление, либо хорошую игру.       — Я закончил, только не ныряй сегодня больше, — поднимаясь и протягивая руку.       Сглотнув ком в горле, Нетейам принял помощь и встал, отряхиваясь от песка. Услышав, что детский голос кричит его имя, юноша сразу узнал в нем Тук. Та бежала от деревни к нему, чуть отставая, следом шел Ло’ак и Кири. Подбежав к брату, Тук сразу обняла его за талию. Погладив сестру по голове, Нетейам улыбнулся.       — Ты где ходишь, бро? — спросил Ло’ак, приблизившись. — Или этот опять нарывается? — посмотрев на Ао’нунга.       Закатив от раздражения глаза, рифовый нави попрощавшись со всеми кроме Ло’ака, пошел в сторону деревни.       — Как же он бесит, — прошептал Ло’ак, смотря вслед сыну вождя.       — Меньше пересекайся с ним и не будет проблем, — посоветовав Нетейам не желая больше причинять отцу неприятностей.       — Не понимаю, как ты с ним общаешься, бро, — следя за Нетейамом, негодовал Ло’ак. — Он же такой кретин.       — Ло’ак, — зло прошипел Нетейам, глянув на брата. — Прекращай уже и следи за языком, — кивнув на Тук.       — Ао’нунг интересно рассказывает, — отозвалась Тук, улыбаясь. — Мне нравится его слушать.       — Мне он, конечно, ничего не рассказывал, — усмехнулась Кири, — но он извинился, поэтому таким дерьмом, как раньше, я его уже не считаю.       Остановившись, Нетейам в шоке посмотрел на сестру, спросив:       — Он извинился? — не веря.       — Ага, — кивая. — На следующий же день.