Два отца и два сына

      - Ой, какой ты милый!       - Эмм, спасибо.       - Когда смущаешься ты просто ангелочек.       - Угу, - недоуменный хмык.       - Почему ты насупился? Разве я сказала что-то обидное?       - Нет, просто я не понял последнее слово, - недовольство сочилось в фразе. Коннор, который, впрочем, и постигал изучения английского языка под надсмотром своих отца и деда, не знал еще многих слов.       - Оу, так значит, ты плохо знаешь английский?       - Я старался учиться, как мог, но все равно некоторые слова до сих пор не изведаны мной.       Энн посмотрела на стоящего перед ней метиса. Малыш забавно хмурил бровки, чувствуя собственное упущение. А то чувство очень било по самооценке ребенка, привыкшего знать больше.       - Мне уже пора идти, так что расскажу значение этого слова позже.       - Конечно, бабушка Энн, но можно спросить?       - Что милый мой? – Энн уже собиравшаяся встать с кресла, вновь опустилась в него.       - Вы тоже ассасин?       - Нет, увы, я никогда им не была, хоть и прожила в их братстве несколько лет. Я была кем-то вроде информатора. Поставляла информацию и отправляла письма главе Братства, когда на горизонте появлялся тамплиер, что как-то мешал исполнению миссий.       - Так значит, вы сразу отправили письмо, когда появился папа? – малыш округлил глаза, представляя, что будет с его недавно приобретенным отцом.       Хоть Радунхагейду и был мальцом, он знал, что могут сделать враги друг другу. Немало раз его и других детей пугали рассказами об ирокезах. Хоть и могавки являются частью этого некогда могущественного племени, не стоит забывать, что даже внутри племени есть собственные разногласия. Их стало больше, когда «белые» люди начали приходить на их землю. Некоторые племена ирокезов заключили мир с «белыми», другие ведут с ними ужесточенную войну, а такие, как ганьегэха вообще пытаются не ввязываться, держа некий нейтралитет.       - Ваши тоже снимают скальп?       - Что?!       - Снятый скальп – это доказательство того, что ваш противник повержен. И если воин принес много скальпов в племя, его ждут почет и уважение, - произнес Коннор, удивляясь тому, как такой очевидный факт нельзя знать.       - Нет, Коннор, никто из европейцев не занимается таким. Поэтому можешь не бояться, что твоему отцу снимут скальп, - к разговору присоединилась Мэри, которая как раз спустилась в капитанскую каюту.       - Но дедушка сказал, что вы выкинете отца к акулам, если он сделает какое-то подозрительное движение.       - Твой дед слишком много болтает, - раздраженно прошипела Мэри, складывая руки на груди и опираясь спиной о стену.       - А разве это не правда?       - Всякое в жизни бывает, - пожала плечами Рид-Кенуэй и, уже обращаясь к Энн, сказала, - тебе уже пора идти, а то твоя дочь тут скоро «Галку» подожжет. Она вся пошла в тебя, - смешок.       - Ах, да! Что-то я у вас засиделась здесь. Как-нибудь свидимся, Мэри. Пока Коннор, - Энн, махнув рукой на прощание, зашагала в сторону двери.       Спустя полминуты, когда дверь толком не успела закрыться, до Мэри и Коннора долетел возмущенный голос Энн: «…я могу и сама ходить, не такая уж я и старая!» Рид-Кенуэй усмехнулась, представляя свою боевую подругу с не менее боевой дочуркой. Бри была бы замечательной пираткой, если бы жила в те времена, что и они. Но судьба к ней более благосклонна, потому девушке и не пришлось узнать обо всех тех лишениях, что пришлось пережить им с Энн в былые годы.       - Коннор, кстати, я так и не знаю имя твоей матери. Ни твой отец, ни твой дед так и не удосужились просветить меня в эту тайну, - Мэри все-таки решила первой прервать ту неловкую тишину, что наступила после ухода Энн.       - Гадзидзио, - коротко ответил Радунхагейду. Мальчик привык отвечать на заданные вопросы по делу, не добавляя ничего лишнего.       - Гадзидзио, - повторила Мэри, словно пробуя имя на вкус. Имя матери мальчика сразу причисляет его принадлежность к индейцам. Но можно было догадаться и по внешним признакам, но смуглая кожа и другие немногочисленные отличия от Хэйтема еще не говорят, что он причисляется к краснокожим. Рид-Кенуэй бы ни за что не поверила, что ее сын, этакий образцовый джентльмен, к тому же тамплиер может связаться с девушкой из племени индейцев, да к тому завести от нее ребенка. Но так как все доказательства на лицо, зачем гадать и мучить себя?       Из размышлений ее вытянул удивленный взгляд Радунхагейду, который как-то по-другому начал смотреть на свою бабушку.       - Что-то не так?       - Нет, просто я не думал, что кто-то из вас, белых, может так быстро произнести индейское имя. Даже отец не может произнести имя моей матери. Он просто называет ее Дзио.       - Ну, значит не все, - Мэри попыталась проигнорировать реплику мальчика насчет «белых».       - Тогда ты сможешь произнести мое имя?       - У тебя другое имя? Я думала, что тебя зовут Коннор.       - Нет, это имя дали мне, когда дедушка нашел меня. В деревне ганьегэха меня звали Радунхагейду. Но когда я сказал дедушке свое имя, он начал всяко коверкать его. И к концу второго дня нашего знакомства называл меня Ранудахейду. Хотя, он и сейчас зовет меня так.       «Бедный ребенок» - хотела было сказать Мэри, но из-за смеха не могла и слова вымолвить из себя. Поборов смех, Мэри, подойдя к опять надувшемуся мальчику, оскорбленному ее смехом, успокаивающе опустила руку ему на плечо.       - Ты познакомишь меня со своей мамой?       - Да, - чуть оттаяв, согласно кивнул малыш.       - Тогда я с нетерпением жду этой встречи, - мягко улыбнулась ассасинка.