Сонный паралич

Это успокаивало, ради этого он терпел. Казалось, что ему переломали всё, невыносимо больно, он уже не контролирует ситуацию, просто терпит. Мужчины забрали всё, что находилось в карманах и разошлись, когда поняли, что Лёша без сознания. Боль не давала встать, абсолютно все мысли отпали, хотелось лишь, чтоб кто-нибудь помог прийти в себя. Брюнет встал, сдавленно простонал и пошёл на самую оживленную улицу. Каждый шаг давался с трудом, но он терпел. На витрине магазина стояло заркало, он украдкой глянул туда, но свет от фонаря почти ничего не дал, видны были лишь порванные штаны. Бочкарёв огляделся, на лавке сидели парень и девушка, молодые, кажется, они могут помочь — Здравствуйте, можете пожалуйста дать телефон позвонить, тут просто ситуация неприятная произошла.., - голос был хриплый, девушка ужаснулась, а парень встал с лавки, помог шатену сесть — Чувак, это кто тебя так? - он потёр нос, в этот же момент он увидел каплю крови, которая упала на штаны — Может скорую вызвать? Ты совсем как-то не очень, - но младший лишь отрицательно покрутил головой — Можете дать телефон позвонить, и.. скажите пожалуйста, какая эта улица, - Лёша продиктовал номер, ему дали телефон, трубку взяли почти сразу же, раздалось сонное «алло». От этого голоса сразу потекли слезы, а Мильковский услышал всхлип сразу понял, что произошло что-то ужасное, что он виноват в этом — Женя, приедь к парку, прошу, забери меня, прошу, я всё объясню, - он разрыдался в голос, пара нервно переглядывалась, а людей стало значительно меньше. Молчание - оно убивало, — Женя! - Лёша старался успокоиться, но кажется, что порез открылся, заставляя младшего сжимать руку — Еду, через пять минут буду, — было слышно, как он одевает своё пальто, как бежит по лестнице. Парень беззвучно плакал, не скидывал трубку, просто сидел не говоря ни слова. Слёзы буквально душили. Прошло всего три недели, а он уже убил себя. *** Проснулся он на родной кровати, с перевязанной рукой, обработанными ссадинами, более менее чистый. Лёша морщится, но не может открыть глаза. Рядом прогнулся матрас, а голос был обычным, как раньше — Лёша, что с тобой стало? Лёшенька мой, - Бочкарёв услышал, как старший плачет, даже не сдерживается, — Мальчик мой, что я сделал? Почему я тебя никогда не слушаю? - шатен всё-таки открыл глаза, но не хотел говорить, рассказывать, что произошло. Он не простил, — Прости, я был не прав, я всё осознал, - продолжает негодовать Мильковский, словно не заметив, что Лёша наконец-то открыл глаза. Шатен молча слушал этот монолог, а когда ему это надоело и даже стало бесить, как ни странно, тот шикнул на старшего. — Голова болит жутко, пожалуйста, помолчи.. - хрипло и слабо говорит младший, а Женя быстро принёс таблетку с водой. — Лёш, где ты был всё это время?.. Что с тобой было? Расскажи, пожалуйста, я же переживаю. — Нет. Тебе не нужно знать об этом, ладно? - было видно, что доверие к бывшему возлюбленному значительно пошатнулось, и теперь Лёша навряд ли доверил бы ему хоть какую-то тайну, даже самую незначительную для него. Блондин это понял, от чего стало невыносимо больно и обидно, но внешне он только кивнул. — Может.. Поговорим о той ситуации с Тимошенко? Думаю, тебе есть, что сказать, - задумчиво говорит Мильковский, на что Лёша усмехается, сам не зная, от чего именно. Хотелось показать свой сучий характер, но сейчас парень понимал, что есть шанс вернуть любимого человека, а потому отказываться от разговора он не стал. — Ну давай поговорим о той ситуации с Тимошенко. Да, мне есть что сказать, - как можно увереннее заявляет шатен, на что Мильковский только кивнул, явно давая возлюбленному высказаться. Лёша, поняв это, продолжил, — Кирилл сам полез ко мне, понимаешь? Я вытирал доску, а этот придурок ебаный полез ко мне. Даже силу применил, чтобы я хоть как-то ответил. Я не сам, понимаешь? Хотя, думаю, уже нет смысла.. Я пойду, - после Бочкарёв встаёт и собирается уйти, но ноги становятся ватными, он падает на колени, а Женя быстро встал и уложил его обратно. — Лежи, тебе нужен отдых. Знаешь, я тебе верю, хорошо.. — И чё это значит? - Бочкарёв не слушал старшего, просто сел и понял, что его начинает ломать — Я хочу, чтобы всё вернулось на круги своя, понимаешь? Мне без тебя сложно, Лёш, я люблю тебя, - Лёша кинул одобрительный взгляд в сторону мужчины и открыл окно на распашку, стараясь заглотнуть хоть немного воздуха. Больно и физически, и морально, сил разговаривать нет. В горле неприятный ком, который мешает глотать, а порезанная рука невероятно ссаднила. Истерика подступала, он понимал, что если Влад, про которого рассказывал Мильковский, реально торчал, то ломки у него были похожие, что Женя может понять всё. И тот понял, видел, что стало с Лёшей за достаточно короткий промежуток времени. Даже мыслить он стал по-другому, будто повзрослел — Жень, дай сигаретку, обнесли вчера всё, нихуя не осталось, - он выглядел подавленно, сильно похудел, это пугало блондина, но тот хотел помочь, снова. *** Весь день он сидел на подоконнике, подавляя чувство тошноты. Третья паническая атака за день, это просто добивало. Хотелось сорваться, побежать к себе домой и забрать остатки наркотиков, но так больше не получится — Лёша, ты в школу ходить не будешь, тебе Паша справку выпишет на две недели, - он буквально увидел Влада, который сидел точно так же за несколько дней до смерти. Он не заметил, как сам пустил слёзы, сел рядом, обнимая и умоляя закончить всё, умоляя не уходить. Бочкарёв хотел поржать от абсурда всей ситуации, но было сложно даже дышать. В дверь позвонили, Женя подорвался, вытер слёзы и открыл дверь с улыбкой на лице — Ты чего зарыданный? - улыбка с лица блондина пропала, он уставше выдохнул — Заходи, - в проходе показался Лёша. Всё тело покрыто синяками, а бинт на руке немного покраснел — Ой, Паша, а ты зачем пришёл, - младший сделал затяжку, улыбнулся и отшатнулся назад, чуть ли не падая — Бля, я че то рублюсь, - мужчина подошёл к Лёше, а тот сразу упал на кровать, морщась от боли. Павел посмотрел на бинт, который стремительно окрашивался в неприятый, бордовый цвет. Он сразу понял, что такое, поэтому повёл юношу в ванную, несмотря на вопросы Мильковского. Помыв руки, тот аккуратно разбинтовал руку, ужаснулся — Женя, принеси бинты и сам иди сюда, - блондин взял нужное, быстро подбежал к мужчине, который старался не испачкаться в крови, — Это не заживёт, а если и заживёт, то будет очень большой шрам. Надо ехать в больницу зашивать. Давай скорую вызовем? - шатен будто бы прозрел, быстро вырвался из хватки Паши и, не удержавшись, упал в ванную — Он бухой? - мужчина посмотрел на Женю, который не хотел говлрить, что на самом деле происходит с возлюбленным. Он просто стоял, сочувствующе смотрел на младшего, который хныкал и держался за руку — Они меня заберут, Женя, они хотят меня забрать, и тебя, - на последнем слове голос будто бы поменялся, Лёша не понимал, что с ним, старался выбраться из этого состояния, но в эту же секунду погрузился в мир грёз — Он не в себе, ничего сейчас не понимает. Позвони в скорую, скажи, что вскрылся. Там зашьют и легче будет ему, - Павел перевязывал руку, сдавливая порез, чтобы хоть немного остановить кровь. — Паш, а вдруг его в дурку заберут за то, что он себя вскрыть пытался? Я боюсь, я не смогу его отпустить туда, - не без слёз говорит Женя, паралелльно набирая номер скорой. Он безумно переживал, что можно было понять по трясущимся рукам, которые не могли найти себе места. Паша выдохнул, а после, продолжая останавливать кровь, ответил: — Не знаю, Жень. Вполне могут и забрать, ты же понимаешь, что это явно не нормально? - спрашивает мужчина, видя, как Женя осел на пол. Теперь он кинулся к нему, пока Лёша ловил непонятные глюки, — Да что ж с вами всеми такое? Женя, соберись! Всё хорошо будет, мы не дадим его закрыть в дурке, - твёрдо и убедительно говорит Паша, на что Женя кивает и в самом деле немного приходит в себя, и теперь оба мужчины наблюдают за мучениями младшего, который звал Женю, хоть тот и стоял совсем рядом. — Женя, умоляю, приди ко мне! Н.. не оставляй меня больше, Женя! Берегись, они за нами скоро придут, Женечка, - рыдая, говорит шатен, на что Мильковский нервно кусает нижнюю губу. Дыхание сбилось, слёзы душили. — Тише, Лёшенька.. Я тут, с тобой, слышишь меня? Всё будет хорошо, - шепчет блондин, осторожно поглаживая вспотевшую макушку возлюбленного, пока тот рыдал и старался установить связь с настоящим миром. Паша тихо наблюдал за этим, нервно дожидаясь скорой. Врачи залетели в квартиру и узнали Павла, который сразу принялся помогать, узнав своих коллег. Мильковский же стоял в стороне, ничего не говоря, он лишь держал в руках телефон, пачку сигарет и Лёшину кофту. Он не одел даже пальто, хотя на улице было достаточно холодно. Голова забита, он почти в отключке, но чувствует, как Паша ведет его за руки, помогает залезть в машину. *** — С ним всё хорошо, но советую отвести его к психиатру, потому что он не в себе, даже сейчас. Швы наложили, надо делать перевязки, ну думаю вы знаете. Можете сходить к нему, но только в присутствии Павла. Сотый кабинет, - пожилой врач стоял рядом с Пашей, который глазами показывал, что лучше идти прямо сейчас. Так они и сделали. В коридоре витал запах спирта и лекарств, это вызывало худшие воспоминания, связанные с детством. Женя стоял, настраиваясь на эту встречу. Было страшно, он сам не знал почему, просто страшно. Он тихо зашёл, Лёша привстал и сразу же упал обратно — Женя, что было, почему я тут, - он сдавленно простонал, когда его взгляд пал на капельницу — Я же тебе говорил, что ненавижу больницы и все, что с ними связано, зачем ты меня сюда уволок? - Паша подошёл к койке, окинув младшего недовольным взглядом — Потому что твои бинты, которые ты носишь по несколько дней подряд, не помогают, порез не заживает, понимаешь? - тон мужчины был холодным, это немного пугало. Мильковский стоял рядом, держал за руку — Зачем снова, Лёш? Почему ты снова занимаешься этой поеботой? - блондин был огорчён, а Лёша не хотел говорить правду, но на ум ничего не приходило — Я бэд-трип словил, - и вот сейчас воцарилось молчание. Никто, а особенно Паша не мог поверить в то, что это случилось. Женя запустил руку в волосы, нервно перебирая их. Паша выдохнул, а после вывел блондина за руку, дабы сказать ему пару слов. Оставшись тет-а-тет, врач проговорил: — Ты понимаешь, что ему нельзя это делать? Да никому нельзя, а с его проблемами тем более. У него ещё и с психикой проблемы начались, нужно к психиатру, и желательно скорее. Потом это перерастёт во что-то более страшное и ужасное, и в конечном итоге он, не сконтролировав себя, совершит суицид, или пырнёт первого попавшегося ему под руку человека. - тон Паши был максимально серьёзен и холоден, ведь это всё в самом деле было крайне серьёзно и страшно. Женя молча слушал и кивал, чувствуя, как сейчас расплачется. Хоть он на людях сильный и холодный человек, сейчас, когда дело касалось дорогого и любимого ему человека, блондину хотелось плакать от безысходности. — Паш, это я виноват, я позволил ему довести себя до такого.. Что ж мне так не везёт в любви? Все наркоманы, вот честно! - негодует Мильковский, стараясь унять дрожь в пальцах. Паша тут же поспешил успокоить друга. — Жень, да никто не виноват тут, понимаешь? У него своя голова на плечах в свои семнадцать, он должен хоть немного понимать, что это всё плохо. Всё хорошо будет, сходите к психиатру, он вам таблеток выпишет, и наладится всё. — Таблетки от зависимости? Паш, да его закроют же! - не без возмущения говорит Женя, словно не осознавая, что в данной ситуации так будет лучше. Паша устало потёр переносицу. — Доверься мне, хорошо? Мы его вылечим, и всё наладится, - после мужчину окликивает коллега, и он с головой уходит в диалог с ним, пока Женя решил вернуться домой, чтобы на стрессе выспаться и придти в себя. Перед этим он зашёл к Бочкарёву, пообещав ему сходить к психиатру сразу после выписки. — Жень, не уходи, пожалуйста.. Мне всё ещё очень не по себе. Полежи со мной немножко, я с ума сойду без тебя, - жалостливым голоском просит шатен, смотря на блондина, который уже более-менее отошёл от всего стресса, что его настиг в последнее время. Мильковский же не стал церемониться, сел рядом, взял младшего за руку. Им было спокойно вместе, хотелось забыть о всех проблемах, просто быть рядом — Жень, давай уедем за город, где нет никого, - юноша улыбался, так по-детски наивно. Блондин лишь устало посмотрел на Лёшу, который, в свою очередь, сжал руку возлюбленного чуть ли не мёртвой хваткой — Пробьёмся как-нибудь. *** После перевязки Леша сам поехал домой, ведь тревожить Женю лишний раз он не хотел. Единственное, что было с собой, так это ключи от родной квартиры, которые лежали в кармане спортивных штанов. Он направился именно туда, ведь деньги нужны, а анашу можно впарить тому же Кириллу. Сидя в пустом доме, Лёша начал осознавать всю ситуацию, но переосилить себя не мог. В полке лежало пять пакетиков, пачка любимых сигарет и новая зажигалка, которую он купил именно для таких случаев. Бочкарёв быстрым шагом шёл по району, в надежде на то, что по пути не попадётся копов или знакомых. Он выдохнул только тогда, когда поднимался на свой этаж. Звонок не работал, поэтому пришлось стучать. Открыл дверь Мильковский, удивлённо смотря на возлюбленного и стоя в своём пальто — Я только собирался за тобой ехать. Ты не замёрз? Похолодало жесть, - старший наконец-то обнял, Лёша так этого ждал. Он молчал не говоря ни слова, это настораживало, будто что-то скрывает, и Женю это не устраивало, — Ты че молчишь?