Перезагрузка

— И потом Тайлер просто говорит: «Не стоит грубить инвесторам, которые до сих пор не получили отчета о том, как продвигается дело в шестом блоке»! — взахлеб рассказывал Ящер, потрясая бутылкой пива и грозя вылить половину на новый нежно-розовый топ устроившейся рядом Сирен. — Этот докторишка растерялся, как мелкий пиздюк! Рико еще раз взглянул на записи, сделанные резким, наклонным почерком Мерфи, и на его зарисовки и откинулся на спинку дивана. Выглядел Рико все еще взвинченным из-за неизрасходованного пыла, который надеялся вылить в порту, но при этом неслабо впечатленным результатами сегодняшней вылазки. Тайлер испытывал противоречивые чувства, находясь в центре всеобщего внимания. С опозданием его догнало колоссальное облегчение оттого, что импровизация на местности сработала, они раздобыли достаточно сведений, и никто не пострадал. Одновременно ему льстило, что даже Рико оставил в стороне критический настрой и сдержанно оценил его работу. Что уж говорить про Хьюго и Хлои, которые пришли в неописуемый восторг, узнав про его силы. Но в то же время Тайлер казался себе самозванцем, не заслужившим и половину хвалебных комментариев за общим столом. Если бы Мерфи не подхватил план на лету, не сбил вовремя папку, предоставив Тайлеру доступ к мыслям Адамса, не выдал себя так ловко за капризного требовательного богача, привыкшего получать все по первому требованию, кто знает, спустились бы они вообще в шестой блок — или застряли бы в вестибюле со второго, третьего прыжка? Мерфи не спешил принимать почести. Быстро и молча поужинав и забрав из холодильника бутылку виски, он поднялся наверх и больше не показывался на первом этаже бывшей мастерской. Сирен разок поднялась к нему, но очень быстро вернулась, и Тайлер не решился, хоть его и терзало любопытство, спросить про Мерфи при всех. — Нет, с ума сойти! — не унимался Хьюго. Он тушил круговым движением пальца покосившиеся свечи на столе, которые с тем же рвением наперекор ему зажигала по щелчку пальцев Хлои. Хьюго оторвался от поединка, чтобы кинуть на Тайлера оценивающий взгляд, будто собирался написать его портрет по памяти, и спросил с претензией: — Почему ты не сказал нам, что умеешь читать мысли? — Он не читает мысли, — включился вдруг Рико, окунув палец в подтаявший воск одной из свечей. — Точнее, это не все, что он умеет делать… — Рико спросил вкрадчиво: — Я же прав? Все как по команде снова уставились на Тайлера. — Откуда ты знаешь? — удивился тот. — Моя родня помешана на изучении паранормов и морфов… — Рико скатал воск в комочек и кивнул не глядя на плазму, на экране которой в беззвучном режиме крутился свежий новостной репортаж. Алонзо Колуччи, сияя белоснежной улыбкой, как раз поднял в воздух ножницы, воспользовавшись телекинезом, и заставил их разрезать ленту на входе в новую школу для детей со сверхспособностями. В кадр попала рукоплещущая толпа. На взгляд Тайлера, идея создания отдельной школы для детей-паранормов попахивала насильственной сегрегацией. Учитывая, что инициатива проистекала от Колуччи — не в пользу обычных людей. Рико продолжал, лениво растягивая звуки и тоном недвусмысленно намекая, что ему глубоко противна собственная династия: — Сверхспособности и морфизм для них — сфера, полная возможностей заработать. Отец заставлял нас штудировать от и до каждую книгу в секции библиотеки, посвященной силам. Дар Тайлера редкий — последний известный чтец, поставленный на учет, умер в конце прошлого века. — Рико сказал, подняв на Тайлера глаза: — Понимаю, почему ты предпочитаешь скрываться. Знай о тебе моя семейка, ты бы сидел в их лаборатории или по правую руку от них. По своему желанию или нет. — Спасибо, — произнес Тайлер тихо в повисшей тишине. Он не надеялся получить поддержку от Рико и не ожидал, что его понимание окажется таким приятным. — И что еще ты умеешь? — оживилась Хлои. — Читать шифры, — ответил Тайлер, — вроде как… читать… положение вещей в пространстве, — припомнил он их разговор с Мерфи в их стрельбище в подвале соседнего здания, — но это неосознанно и не зависит от моей воли. Еще… Тайлер замялся. Ему было неловко признаваться, что он понимал все диалоги Рико и Хьюго на итальянском и японском, и Рико с Ящером — на итальянском, хотя последнему объективно недоставало точности. И все же скрывать эту часть своих сил и дальше не имело никакого смысла. — Еще? — подбодрил Хьюго, не донеся горлышко бутылки до губ. — Понимаю на слух и при чтении все существующие языки, — признался Тайлер шепотом, как в страшном преступлении. Пиво пошло у Хлои носом. Она закашлялась и засмеялась в голос, увидев, как вытянулось лицо Рико. — Ублюдок! — выдохнул тот на японском, усиленно делая вид, что смертельно обиделся, но Тайлер заметил, как подрагивают уголки его губ от рвущейся наружу улыбки. — От ублюдка слышу, — сказал Тайлер по-английски в тон ему. Он обратился уже к Хлои, которая выглядела озадаченной: — То, что я понимаю, вовсе не значит, что умею говорить на этих языках. Я… — он попытался подобрать верную формулировку, — не совсем слышу, что говорит Рико. Мой дар включается раньше, чем я успеваю прислушаться к произношению и словам, предоставляя мне… только смысл. Поэтому мне пришлось бы учиться, как любому другому, чтобы поддержать беседу с иностранцем. — Вот и баг в твоей крутости, — хихикнула Хлои и потянулась через заваленный коробками из-под пиццы стол, чтобы ударить своей бутылкой пива о его. — За неидеального Тайлера! — За Тайлера! — поддержали тост остальные, вновь пробудив в Тайлере мысль, что не он один постарался сегодня. — За командную работу, — поправил Тайлер, отхлебнув из бутылки. Сирен ничего не произнесла вслух, но ее нежная улыбка подсказала — новый тост пришелся ей по душе. «Ты тоже думаешь о Мерфи?» И вновь Тайлер не решился бы спросить за общим столом, а незаметным касанием красть ее мысли — что раньше, что теперь, — казалось ему верхом мерзости. — А я ведь был прав, — довольно заключил Хьюго, развалившись на диване и пристроив ладонь на колене Рико, — Тайлер прочитал мои мысли, когда взял меня за руку! — Когда это он брал тебя за руку?! — Рико возмущенно дернул коленом и сбросил его ладонь. Хьюго полез к нему с шутливыми извинениями, вытягивая губы и требуя поцелуя, Рико на японском зашипел, чтобы тот отвалил, при этом позволив притянуть себя ближе. Сирен закатила глаза, а Хлои принялась напевать зловещий мотив, поигрывая пальцами, как на невидимом фортепиано: пламя свечей задрожало, то взлетая ввысь, то опадая до фитилей. Воспользовавшись тем, что все забыли про него временно, Тайлер улизнул из-за стола и отошел к кухонному закутку. Оставил почти не тронутую бутылку пива у раковины и во внезапном порыве дернул дверцу ящика с медикаментами. Во флаконе на полке Мерфи по-прежнему лежала последняя таблетка, которую он так и не выпил. Значит, его мигрени не возвращались больше и не вернулись сегодня. Силы Тайлера оказалось достаточно, чтобы навсегда избавить его от боли после прыжков? Или боль, что терзала его, стала расплатой за единственный — самый длинный? Забравший с собой так много событий, что их эхо догоняло Мерфи сквозь «коридор»? — Один тут отдыхаешь? — раздался вопрос, произнесенный знакомым низким голосом на итальянском — паршивом итальянском, потому что силам Тайлера, что он понял лишь недавно, приходилось заполнять пробелы, чтобы передать смысл. Тайлер от неожиданности дернулся и чуть не прищемил пальцы, резко захлопнув дверцу. Ящер, прислонившись к холодильнику плечом, обезоруживающе улыбнулся. На зубы его морфизм не распространялся: лишь клыки выступали сильнее обычного, придавая его улыбке пугающее, но притягательное очарование. — Ты хреново говоришь по-итальянски, — попенял Тайлер со смешком. — Да? — Ящер задумался. — И что ты услышал? — Тайлер подсказал. Ящер смущенно почесал в затылке. — Черт. Собирался спросить: «Решил побыть один?» — Не люблю, — сказал Тайлер серьезно, обернувшись мимолетно к гостиной, где Хлои и Хьюго подбивали Сирен и Рико сыграть в покер на раздевание, — быть в центре внимания. — Скромный герой, — произнес Ящер. — Я не… — начал было Тайлер, но увидел, как заблестели его глаза, вспомнил, как сам Ящер отказывался от громкого титула, и восхищенно выдохнул: — Вот черт! Подловил. Ящер подковырнул ногтем магнит в виде ангела на дверце холодильника, покатал на раскрытой ладони, погруженный в собственные мысли, и вернул обратно. — Мерфи вытащил нас с Сирен из центра распределения, — наконец заговорил он тихо, — где меня из-за крови группы М-5 и ее из-за редкости морфизма собирались направить в лабораторию… сегодняшнюю или подобную. Он нашел Рико, хотя тот неплохо скрывался. Вышел на Хьюго и Хлои после пожара, в котором погибли их родители — и который повесили на них… — Ящер вздохнул тяжело. — Мерфи объединил нас вокруг себя. А ты придаешь его плану движение. Он не просто так захотел тебя в команду… какие бы причины выступать за нас у тебя ни были. Сегодня ты достал нам важную информацию. Ты заслужил быть в центре внимания. — Однажды, — пообещал Тайлер хрипло, впечатленный его речью, — я расскажу тебе. Ящер улыбнулся. — Хорошо, — отозвался он легко, как будто этого туманного обещания было достаточно. — Сыграем в приставку, когда все разойдутся? Тайлер вновь повернулся к гостиной, где Хлои, высоко подняв бутылку, провозгласила «А теперь за Мерфи Маллена!». «За босса!» — подхватили весело остальные. — Думаешь, они разойдутся до утра? — спросил Тайлер насмешливо. — Прогоню их минут через сорок. — Ящер коснулся его локтя над закатанным рукавом толстовки. — А пока я тебя прикрою. От внимания. Ящер подмигнул и вышел из кухонного закутка, помахивая хвостом. — Никки, — позвал Тайлер, не зная, как Ящер отзовется на настоящее свое имя, случайно подслушанное в разговоре Мерфи и Сирен. Ящер обернулся через плечо. Если и был удивлен, виду он не подал, лишь вопросительно качнул головой. — Тебя никто не запрет в лаборатории. Мы уничтожим их все. Ящер ничего не ответил. Подарив Тайлеру еще одну улыбку, он ушел к остальным и перемахнул через диван, плюхнувшись рядом с Хлои. Тайлер направился к лестнице и, стараясь ступать потише, поднялся наверх. Он не собирался нарушать одиночество Мерфи. Но дверь в его спальню, пустующую, кажется, с самого утра, оказалась распахнута настежь, а дверца люка, ведущего на крышу, в другом конце коридора, куда Тайлер тотчас интуитивно взглянул, — приоткрыта на треть. Ноги сами понесли Тайлера к узкой металлической лестнице. Он поднялся по ступеням-перекладинам, открыл люк и выбрался на крышу. Налетевший ветер омыл лицо приятной прохладой и растрепал волосы, но практически сразу стих в кронах старых деревьев близ соседнего дома. Отсюда, с плоской площадки на крыше бывшей мастерской, не открывалось шикарного вида: на несколько километров вокруг простиралась однотипная малоэтажная застройка, длинные и унылые фасады, лишь кое-где очерченные светом фонарей, складских помещений и промышленных зданий. Вдалеке, едва различимые в дымке поднятого с дневной жарой и еще не опавшего смога, брезжили вместо звезд на фоне тусклого темного неба огни даунтауна, тонкая полоса, напоминающая занимающуюся на горизонте зарю. Мерфи сидел спиной к Тайлеру на широком парапете крыши, скрестив ноги по-турецки. В той же черной джинсовке, с растрепавшимися от недавнего ветра русыми волосами. Рядом стояла початая бутылка виски, составляющая единственную его компанию. Было что-то невыразимо одинокое в этой картине. Тайлер впервые задумался, что Мерфи успело стукнуть двадцать в той прошлой и ужасающе долгой ветке событий, которую он схлопнул. И вот он снова вернулся к своим девятнадцати. Тайлер не придумал ничего лучше, чем подойти и молча сесть рядом на парапете, свесив ноги с края и уперевшись подошвами кроссовок в объемную букву «А», уцелевшую на старой вывеске. Могло показаться, Мерфи вовсе не заметил его, мыслями пребывая далеко. Но спустя минуту затишья он заговорил, по-прежнему глядя поверх крыш и будто продолжая прерванный разговор: — Дата на доске Пател. В прошлый раз они презентовали новый продукт за неделю до этой даты. У нас не было никаких сведений о том, что творилось в лабораториях, но я думаю, Уилсон и Дуглас давили, требуя сократить сроки, и из-за спешки многое пошло не по плану. — Мерфи раскрутил крышку и прервался, чтобы сделать глоток прямо из бутылки. Поморщился и произнес глухо: — Никто из обеих контрольных групп не остался в живых, и они набрали третью… Мерфи протянул ему бутылку. Тайлер взял, не задумываясь, и тоже сделал глоток. Крепкий алкоголь ошпарил рот. Тайлер прочувствовал собственный пищевод вплоть до желудка и передернулся, едва удержав бутылку в руках. — Мы боремся с симптомами, а не с самой болезнью, — произнес он сдавленно и поставил бутылку обратно на парапет. — Есть центры распределения… — вспомнил Тайлер о словах Ящера, — есть и другие лаборатории. Но если мы предотвратим то, что может случиться в Ленноксе, если обнародуем правду об их опытах… — Общественный резонанс свяжет их по рукам и ногам, — согласился Мерфи под кивок. — Они тупо не смогут выпустить продукт так, чтобы их не сожрали с потрохами в СМИ. Колуччи придется спустить собак на Пател и Адамса, выдав шестой блок за их затею, и прикрыть остальные лаборатории от греха подальше… Все равно движемся в правильном направлении. — Отлично справились сегодня, правда? — спросил Тайлер после паузы, не удержавшись от подколки. Он думал, Мерфи закатит глаза или скажет хмуро, что основной план сработал бы не хуже, но тот откликнулся: — Ага… — на глазах у изумленного Тайлера приложился в очередной раз к бутылке. — Твое наследие возвращается к тебе. — В каком смысле? — Тайлер отнял у него бутылку. Второй глоток пошел легче первого, и Тайлер тотчас сделал третий и четвертый. — Ты был нашим лидером и боссом, — сказал Мерфи, наконец обернувшись на него. Серые глаза поблескивали. Не то так бликовал свет ближайшего уличного фонаря, не то Мерфи успело расслабить от виски достаточно, чтобы взгляд его потерял в привычном холоде. На губах Мерфи заиграла беззаботная улыбка, придавшая его лицу новое выражение — и в то же время до боли, до нервно-резкого удара сердца знакомое. Тайлер не сразу, изучая его лицо и пытаясь запечатлеть запросто улыбающегося Мерфи в памяти, вдумался в смысл его слов. — Ты нашел нас всех… но в прошлый раз это случилось позже. Критически позже. И перед прыжком мы решили подстраховаться — с тем, чтобы я собрал прежнюю команду сам и только тогда начал искать тебя. — Мерфи рассмеялся хрипло, сделал еще глоток из предложенной машинально бутылки и задрал голову к небу, пробормотав: — Мы с тобой знали, что из меня хуевый, просто отвратительный лидер! Хотя ты пытался меня подбодрить. Еще бы — я отправлялся в неизвестное-хуй-пойми-что и должен был провести тут один два месяца. Два месяца! — Мерфи рассмеялся еще звонче. — Без твоих ценных мотивирующих речей. Ты был в ужасе. — Ты умеешь за собой вести, — возразил Тайлер с долей накрученной ударившим в голову алкоголем пылкости. Он не думал в этот момент, каким был — и что толкнуло его на создание собственной команды. Он думал о Мерфи, который с ног на голову перевернул свою жизнь ради них всех. И даже ради него. — Тебя слушают. Ты, черт побери, можешь отдавать приказы Рико — и за тобой не гоняются по воздуху ножи и диванные подушки! — Тайлер припечатал убежденно: — Ты отличный лидер. — И он снова пытается меня мотивировать! — Мерфи уступил бутылку без боя, наблюдая с кривой ухмылкой, как Тайлер набирает виски в рот и, морщась, силится проглотить. Дождавшись, когда Тайлер справится, Мерфи пробормотал с четко прозвучавшим облегчением: — Я рад, что все постепенно возвращается на круги своя… Хочу быть снова… — Мерфи уперся ладонями в край парапета за спиной, — …просто по правую руку от тебя. Тайлер закрутил крышку и, наклонившись, нетвердо поставил бутылку на площадку. Пожалуй, с них было достаточно на сегодня. Они впервые столь расслабленно болтали с Мерфи, но Тайлер хотел бы, чтобы подобные моменты случались впредь без участия алкоголя. Они долго сидели в молчании, считая редкие в этом районе автомобили, проезжающие по дороге за территорией мастерской. Тайлер лишь теперь полностью отпустил нервное напряжение, охватившее его после клиники в Ленноксе. Мысли о прошлом будущем совсем, как ни странно, не занимали его голову. Куда более интересным прямо сейчас ему представлялось еще не открытое. — Можно вопрос? — подал голос Тайлер, рассматривая его профиль в свете уличного фонаря, чуть вздернутый нос и русые пряди, небрежно упавшие на лоб. — М? — отозвался Мерфи. — Вы с Сирен… — начал Тайлер и не сумел продолжить мысль. Но Мерфи догадался и сам, верно? Мерфи ни с кем не заговаривал так часто, как с Сирен, ни с кем не оставался подолгу за запертой дверью кабинета. Не считая самого Тайлера — но его Мерфи ставил в курс дела. Ему мог доверить, пусть пока по кускам, воспоминания о прерванной ветке событий. — Вы же с ней… Мерфи пришлось как следует обдумать ответ, которым стало в итоге короткое и почти озлобленное в противовес недавнему тону: — Нет. — Прости, — мигом раскаялся Тайлер. Он не представлял, зачем вообще затронул эту тему. Мерфи не изменился внешне, но Тайлер почувствовал невидимую стену намеренного отчуждения, которую тот вновь между ними воздвиг после проблеска дружелюбия. Тайлер пробормотал: — Я заметил, что вы… Впрочем, неважно. — Она хорошая подруга, — процедил Мерфи нехотя, зябко поведя плечами и уставившись на крышу соседнего здания. Под его кожей загуляли желваки, и Тайлер трижды проклял себя за то, что ляпнул. — И прекрасная девушка, но… нет, — в голосе Мерфи прозвенел смешанный с растерянностью гнев: — Зачем ты спросил? — Не знаю, — честно шепнул Тайлер. Ответ, похоже, не принес Мерфи никакого облегчения. — Ты разве не должен быть с Никки? — спросил Мерфи резко. Он тер пальцами левой руки по ладони правой, и Тайлер подумал — какими же силами Мерфи отговаривал себя от прыжка на пять-десять минут назад в моменты неуюта и жгучего недовольства ходом разговора? — Он не хотел провести с тобой этот вечер? — Да, но… — Тайлер не нашелся со словами, которые бы сбили градус его внезапного бешенства. — Не лезь ко мне в душу, Тай, — прошипел вдруг Мерфи и быстро слез с парапета. — Даже, блядь, не смей. Вали отсюда. В противовес прозвучавшим словам Мерфи свалил сам: схватил бутылку и слез по лестнице через люк на второй этаж. Тайлер саданул кулаком по кирпичному краю парапета. Костяшки запульсировали, и на секунду-другую боль перебила злость на придурка, который удрал от него, как от огня, услышав всего лишь один неудобный вопрос. Какого хрена? Когда он остыл и спустился вниз, в коридоре второго этажа были захлопнуты все двери, включая дверь в спальню Мерфи. Тайлер услышал, проходя мимо третьей по счету, шепот Рико, скрип матрасных пружин и приглушенный смех Хьюго и немедленно ускорил шаг, сбежав на первый этаж. — Прости, я совсем счет времени потеря… — Тайлер заткнулся, приблизившись к дивану. Ящер уснул сидя перед включенной плазмой с заставкой игры. Джойстик выпал из его руки, хвост нервно подергивался: может, Ящеру снился кошмар? Тайлер выключил плазму, немного прибрал завал, оставшийся после ужина, и осторожно, стараясь не потревожить Ящера, разобрал диван прямо под ним. После подложил ему под голову подушку и сходил за пледом, чтобы укрыть. Когда Тайлер доплелся до душа, умылся и уже возвращался к себе, он заметил, что Ящер вертится во сне и что-то бормочет. Тот никак не мог выпростать хвост из-под пледа, которым Тайлер заботливо подоткнул его со всех сторон. — Черт, Никки, — прыснул Тайлер тихо. Подошел, уперевшись коленом в край разобранного дивана, помог Ящеру высвободить хвост и собирался незаметно уйти, но Ящер схватил вдруг его за запястье и рывком опрокинул за спину, зажав между собой и диванной спинкой. — Окей… — Тайлер помедлил, размышляя, так ли ему хочется мучиться в одиночестве спальни, гоняя в голове дурацкий разговор и гадая, что именно ранило Мерфи вплоть до побега. Тайлер поерзал, устраиваясь удобнее, и, услышав приглушенный рык Ящера сквозь сон, проговорил догадливо с насмешкой: — Спокойно. Я никуда не ухожу. Ящер замер и засопел, подвернув под себя хвост. Тайлер накрыл обоих пледом и опустил голову на край его подушки. Волосы Ящера пахли чем-то приятным и хвойным, и этот запах, тепло его тела и мерный — реже обычного человеческого — пульс незаметно увлекли Тайлера в глубокий сон.