Их всегда было двое…

      Светлана сидела в ногах кровати, с тревогой всматриваясь в бледное лицо ещё не пришедшей в себя Дианы, и тихонько спорила с доктором Левиным:       — Моисей Абрамович, ну, как же она здорова, если в обморок грохнулась?       — Тю! И шо с того? — поправил очки эскулап. — Гипотония небольшая присутствует. Давление у дамочки рухнуло. И всего делов!       — У здорового человека давление не скачет! — парировала Света. — Уж мне-то не рассказывайте сказки, я сама врач, между прочим.       — Таки зачем же, голубушка, ви меня сюда позвали? — вскинул седые брови медик. — Шо молчите? А я сам скажу вам за это! Просто ви хорошо знаете, шо Моисей Абрамович много пожил и опыта нажил, а потому знает лучше, нежели некая, хорошо известная нам обоим молодая фифа, шо щитает себя опытным врачевателем, а сама не имеет стажу и пары лет!       — Я три года врачом работала! — смутилась Светлана.       — Тю! И шо? Это много?       — Ну…       — Шо ну? Этого достаточно разве шоб уколы ставить научиться! А ви, дорогая, с моё поврачевайте, вот тогда мы с вами за жизнь и поговорим, ясно?       — Да, — пискнула пристыженная Светлана.       — Вот и славненько, а подруге вашей бриллиантовой разве шо один только диагноз поставить можно, — вздохнул врач.       Света мигом побледнела, губы едва слышно выдохнули:       — Какой?       — Какой, какой… «Пе́репил» называется. Шо? Таки не знаете шо сие есть?       Гинзбург поспешно отвела глаза. О, да, она очень хорошо знала этот диагноз!       — По-моему, милочка, сегодня его и вам можно смело ставить. Шо молчите? Таки я прав?       — Неужели только в этом дело? — покраснев и тем полностью сдавая себя, спросила женщина.       — Ой, да здорова она, здорова! Аки корова! — выдал медик, и Диана не выдержала больше притворяться, обидевшись:       — Сами вы!..       — О! Уже пришли в себя? — довольно заулыбался Моисей Абрамович. — Как ви себя чувствуете? Шо такое? Не надо хмурить своё прекрасное личико, я не хотел вас обидеть, шо ви! Корова — это всего лишь женсчина быка! Я имел в виду, шо ви здоровы, шо это прелестное животное…       После такого заявления не выдержали и засмеялись обе девушки.       — Ну, раз с ней всё в порядке, не смею вас больше задерживать, Моисей Абрамович! — сквозь приступы смеха кое-как выговорила Света.— Прошу прощения за беспокойство.       — Ой, шо ви, дорогая, какое беспокойство за ваши бабки? — врач встал, обнялся со Светой, кивнул Диане и направился к двери.       — Всего доброго, — попрощалась Светлана.       — И вам не хворать!       — Как ты? — Света мгновенно придвинулась ближе и схватила Диану за руку.       — Хорошо, — расплылась в улыбке до ушей Арбенина. — Теперь уже точно хорошо… — она с такой силой стиснула родную ладошку, будто боялась, что Светка исчезнет, как какой-нибудь морок или банальный сон!       — Свет… Светка… — прошептала она. — Это ты? Правда ты?       — Я… — улыбалась Светлана. — Правда я. А вот тебя совсем не узнать. Куда ты подевала ту милую большеглазую девочку с косичками, а?       — Нет её больше, Свет. Давно уже нет… А косы вообще отрезала через год после того, как ты улетела, — сморщилась от близких слёз Диана.       — Господи, девочка моя… — Света наклонилась и обняла девушку. — Почему…       — Некому заплетать было, а меня они… бесили! О тебе напоминали потому что… — глухо, едва сдерживаясь, чтобы позорно не разреветься, ответила Арбенина, но уткнувшаяся в плечо Светлана замотала головой.       — Да пофигу на них, — женщина приподнялась немного, теперь их лица были напротив в считанных сантиметрах друг от друга. — Не дождалась меня почему? Я же обещала, что заберу тебя.       — Как это?.. — заморгала Диана. — Я ждала! Год целый ждала… А потом, после твоего совершеннолетия, каждый день на космодром бегала! Ни одного корабля не пропустила! А тебя всё не было и не было… Не прилетала ты! Врёшь! — последние фразы она уже выкрикивала, оттолкнув от себя предательницу Светку.       Сурганова, теперь уже Гинзбург, наверное, с минуту ошалело хлопала глазами. Она-то прекрасно помнила, каких немыслимых усилий стоило ей — молодому специалисту, только-только закончившему академию — насобирать денег на перелёт до Майна и аж на два билета обратно до Хауса. Да она уже начиная с третьего курса и потом, вместо подготовки диплома, пахала в две смены и хваталась за любую подработку! Ела одни макароны и носила штопанную-перештопанную одежду, лишь бы не потратить лишнего…       Потому что обещала! Потому что на Майне её ждала Динька! Вернее, Света думала, что она ждала. А на деле оказалось, что глупая девчонка ещё год назад сбежала оттуда…       …Светлана даже передёрнулась от воспоминаний о том, как её ломало идти в дом к Кулаченко, как долго она стояла и собиралась с духом перед дверью, пока не выглянула какая-то дотошная соседка. Только тогда она решилась наконец нажать на кнопку обычного дверного звонка, которых нигде, кроме Майна, уже и не осталось.       Противная дребезжащая трель заставила вздрогнуть и подобраться, а чуть шаркающая, тяжёлая ещё со времён юности поступь Галины замереть сердце в груди испуганной пташкой…       — Ты?.. — зло прошипела заметно постаревшая Галина Кулаченко, по второму мужу Федченко. — Как ты посмела заявиться на порог этого дома после того, что натворила?!       — Я ничего не… — Светлана резко оборвала себя и сжала зубы. Она не смогла оправдаться тогда, чего уж теперь? Эта женщина, кажется, слышит только саму себя. И вообще, как говорит Валерка Тхай: «Нечего метать бисер перед свиньями!»       — Мне Диана нужна. Позовите её! — сухо, не то попросила, не то приказала она таким тоном, что Галина даже растерялась, правда ненадолго.       — Ох, ты! Ишь, какая стала! — кривая ухмылка исказила лицо женщины. — Нету её.       — Когда будет? — Света поверила. За все годы, что она провела в их доме, Сурганова неплохо научилась определять, когда мать Дианы врёт.       — Думаю, никогда, — равнодушно пожала плечом Кулаченко и, видя, что девчонка собирается что-то возразить, быстро добавила: — И нечего на меня так пялиться! Сбежала твоя Динка ещё год назад!       — Что?! Как… сбежала?.. — Сурганова растерянно заморгала, не в силах осознать сказанное.       — Как, как… Влюбилась в мудака одного и с ним сбежала, — объяснила Галина. — Зачем ей о матери и брате подумать? Гормоны заиграли, вот и усвистала, дрянь неблагодарная! Я её растила, кормила, воспитывала, а она!.. Тварь!..       — Понятно, — Света резко развернулась и зашагала прочь. Кулаченко не врала, это факт, а выслушивать оскорбления в адрес Диньки ей не хотелось. Делать на Майне было больше нечего…       Антон нагнал Светлану почти у космопорта.       — С… Света! — мальчишка цепко ухватил её за руку. — Подожди, Света!       — Отстань! — Сурганова машинально вырвала ладонь, вывалившись из своих мыслей и не сразу сообразив, кто это. Порядком испугавшись, она сперва отскочила и только потом наконец узнала.       — Господи, Тошка! Ты? — выдохнула она. — Как ты меня напугал…       — Я, — заулыбался паренёк.       — А вырос-то как! — Светлана пришла в себя и сжала мальчика в объятиях.       — Я так боялся, что не успею тебя догнать! — парень вдруг всхлипнул у неё на плече. — Сперва ты улетела, потом Динка убежала… А я…один тут… Знаешь, каково это? Детей больше ведь нет, взрослым никому не до меня…       — Тише, милый, тише… — нежно погладила его по спине Света. — Пойдём, в здании космопорта есть кафе, посидим там. Ближайший рейс на Хаус только завтра, у нас куча времени.       — Хорошо! Только… Где ты будешь ночевать? — заволновался мальчик. — Боюсь, к нам мать не пустит.       — Пф! Я туда сама ни за что не пойду, — фыркнула девушка. — Пойдём, попьём чаю с чем-нибудь вкусным, а потом я тебе кое-что покажу!       — Что? — глаза Антона загорелись.       — Динка не водила тебя небо смотреть? — хитро прищурилась Света.       — Небо? Где смотреть? Как это? — сделал круглые глаза пацан.       — Ооо… Увидишь! Пойдём, перекусим и поболтаем, — рассмеялась Сурганова.       В кафе они просидели до самой ночи. Казалось, Свету интересовало абсолютно всё, что рассказывал Антошка: и как он живёт; как старается самостоятельно учиться, хоть ему и очень трудно; как почти бесконечно орёт на него вечно всем недовольная мать…       — Знаешь, я очень даже понимаю Динку, — совсем по-взрослому сообщил десятилетний мальчик. — Пока она была тут, в основном ей доставалась, а теперь я один за двоих получаю…       — Солнышко моё, — Света потрепала его по макушке. — Ты уж потерпи. Я никак не смогу тебя сейчас забрать. Если мы убежим, твои родители в полицию пойдут. Нас найдут, меня посадят, а тебя всё равно вернут домой, понимаешь?       — Понимаю, я же не Динка, — чуть не плача, кивнул мальчик.       — Но я могу звонить тебе, хочешь? — пацан просиял. — Ежедневно не смогу конечно, межпланетка жутко дорогая! Но постараюсь почаще, хорошо? — Антон закивал. — Ты напишешь мне, когда никого не будет дома, и я наберу, если смогу, ладно?       — Да! Честно-честно? — не верил своим ушам довольный мальчик.       — Честно! — засмеялась Сурганова. — Видишь, я обещала Диане и прилетела.       — Вижу, — кивнул тот. — А она — дура!       — Не надо так о ней, Тошка…       — Нет, а что, умная, что ли? Променять тебя на этого дебила!       — Какого дебила? — нахмурилась Сурганова.       — Ну, в которого она втюрилась!       — Так это… правда? — сердце девушки болезненно сжалось. — Я думала, твоя мама это специально сказала, чтобы мне больно сделать…       — Правда, — кивнул Антон. — Появился тут один красавчик, — скривился мальчишка. — Два метра ростом, кудрявый, бицухи во! — развёл он руки в стороны, конечно явно преувеличивая, но впечатление всё равно произвёл. — Ну, эта дура и не устояла!       — Понятно, — поджала губы Светлана.       Она понимала, что это нормально — её девочка выросла, влюбилась…       Это ведь для неё, Светы, Динька стала гораздо больше, чем младшая сестрёнка, больше, чем просто подружка…       Ой, да ладно, чего уж! Если совсем честно, Светлана лет в двенадцать уже поняла, что хочет когда-нибудь, когда Динька вырастет, разумеется, жить с Дианой вместе и да, да — во всех смыслах этого слова!..       Но увы… Некого тут винить! Мозгом она это очень хорошо понимала, но всё равно было больно и до чёртиков обидно.       — И знаешь, что самое смешное?       Света выпала из своих невесёлых мыслей.       — Что? — она-то ничего смешного вообще не видела!       — Динка утверждала, что Глебушка, это она его так называла, — состроил рожицу Антон. — …похож на тебя! А мне при этом даже имя твоё запрещала произносить…       — Похож на меня? — Света растерялась и машинально глянула в большое зеркало, что висело на противоположной стене кафе. Высоченный, брутального вида красавчик и она?! Динь что, спятила?       — Ага, представь! Где ты и где этот дебил?! — практически озвучил её мысли Антон, правда в его глазах она явно выигрывала у этого неведомого Глеба. — Я сказал ей, что она слепая дура, а она…       — Что она?       — Ничего, — надулся мальчишка. — Подзатыльник мне дала, зараза такая!       — Перестань ругать её. Диана взрослая стала, логично, что она влюбилась. Любить — это хорошо, Тошка, в этом нет ничего плохого, понимаешь? — искренне пыталась быть объективной Светлана. Получалось откровенно плохо.       В тот момент, да и потом Свете до колик в животе, до боли в висках очень хотелось найти сбежавшую Динку и… Сказать, как и Тошка, какая же она дура! А ещё, разумеется, пожелать ей счастья и не забыть сообщить, что она ей совершенно безразлична! Вот, то есть, абсолютно!       Света вспоминала, как едва сдержалась тогда, чтобы тупо не разреветься прямо при Антоне. Как немыслимым усилием воли ей всё-таки удалось взять себя в руки, ведь младший брат Динки ни в чём не виноват, особенно в том, что его сестра выбрала не её…       Света тогда быстро перевела тему, Диану они больше не вспоминали, зато влёгкую проболтали ещё часа два, а потом, уже ночью, она повела Тошку на самый высокий на Майне холм — смотреть небо…

***

      — Динь… Какой год? Ты о чём? — никак не могла понять Светлана, жадно разглядывая такую взрослую и по-прежнему такую глупую Диньку.       — О чём? — Диана резко села, отчего тут же закружилась голова. Пришлось с глухим стоном откинуться обратно на подушки. Сглотнув противный комок тошноты, подступивший к горлу, она прохрипела: — Ты же обещала! А я… Я верила тебе!       — Динь, глупенькая, я обещала забрать тебя, когда тебе… Слышишь? Тебе шестнадцать будет! — качнула головой Светлана, выделив интонацией слово «тебе». — А через год… Во-первых, я тогда как раз только паспорт получила, экзамены школьные сдала и учиться поступила в академию. Денег вообще почти не было. Нет, я подрабатывала конечно вечерами, но этого едва на жизнь хватало. Куда ж тебя забирать? Да и… Динечка, ты хоть подумала, как бы я тебя забрала? Даже если и появились бы вдруг деньги? Вот как? Украла, что ли?..       Диана растерянно замерла. Боже, она столько лет люто ненавидела Светку за предательство, а надо было просто немножко подумать головой! Прав был Антошка, вечно твердивший, что она — дура! Надо же, молодец какая! Сбежала в пятнадцать из дома и не дождалась какой-то сраный год из-за собственной глупости, а ведь могло всё сложиться совсем по-другому…       От этих мыслей стало совсем плохо. Арбенина перевернулась на бок, скрючилась калачиком и всё-таки разревелась. Картинки прошлого помимо воли так отчётливо всплывали в голове, будто это случилось только вчера…       …Недели две она вообще не вставала с кровати. Светкиной кровати… Отвернулась к стенке и так лежала.       Ничего не помогало: ни вопли матери, от которых, кажется, лопались барабанные перепонки; ни противное нытьё Тошки, ни уговоры отца. Диана никого и ничего не слушала, ни на что не реагировала. А потом как-то утром вдруг резко встала, сходила в душ и приготовила всем завтрак. Мама и тятя смотрели тем утром на неё с тревогой, но больше всех такую сосредоточенную и решительную сестру испугался Антон.       И не зря. Когда родители отправились на работу (да, да, Галине всё же пришлось устроиться в ту злополучную столовку, где она, якобы, и до этого помогала, потому что иначе подорвавший здоровье в шахтах супруг пригрозил разводом), утащила Антона в комнату и усадила за уроки.       — Занимайся давай! Света приедет, и что мы ей скажем? — Антон неопределенно пожал плечом. Он-то откуда мог это знать? — Вооот! Поэтому давай учиться, чтобы она не расстроилась!       Справедливости ради, стоит сказать, что и сама Динка уселась за учебники. За один тот год усердной зубрёжки им удалось одолеть программу аж трёх классов! Артём устал и начал потихоньку бунтовать, да и сама Диана через год вдруг резко остыла к учёбе и стала сутками пропадать на космодроме.       — Зачем ты ходишь туда? — спросил как-то брат. Ответ буквально убил его:       — Встречаю Свету!       — Свету? Ты спятила? Год ведь только прошёл, — удивился умненький и развитый мальчик. — Ей же учиться надо, работу найти. Как она может прилететь?       — Она обещала мне! — отрезала Диана. Как — это её не интересовало.       — Ей шестнадцать исполнилось, значит она теперь взрослая и может меня забрать!       — Дин, ты — дура! — не сдержавшись, выпалил Антон. Сестра отвесила ему подзатыльник и посоветовала заткнуться. Тошка лишь покачал головой и спорить не стал. Ну её, эту идиотку! Боялся только, что ничем хорошим эти встречания не закончатся. Так и вышло в итоге…       Полгода спустя Диана как-то утром не встала с кровати, снова уткнувшись лицом в стену. Мать попробовала привычно поорать, но отец увёл её, приказав оставить дочь в покое. Антон решил забить на уроки и убежал в один из баров смотреть какой-то важный матч по футболу. Вернулся мальчишка ближе к обеду и… нашёл сестру в луже крови на полу…       Потом Диана не раз благодарила судьбу за то, что у неё есть такой смышлёный младший брат! Мелкий не растерялся и рванул за фельдшером. А судьба и правда, кажется, была в тот день на её стороне, потому что тот оказался в кои-то веки трезв и сумел оказать помощь!..       Потом… Ну, что потом? Мать привычно орала, тятя только вздыхал, а Тошка… О, Антон высказал ей всё, когда они остались наедине.       — Идиотка безмозглая! — так похоже на мать верещал мальчишка. — Эгоистка! Только о себе и думаешь! А я? Что бы я тут без тебя делал?       — А ты-то сейчас о ком думаешь? — равнодушно хмыкнула Диана.       — О нас. Обоих! — выкрикнул мальчишка. — А ты! Что скажет Света, когда приед…       Договорить Антон не успел, получив такую затрещину, что даже закружилась голова. Сестра схватила его за ворот свитера, прижала к стене и зло, едва не плюясь слюной, выдохнула:       — Никогда! Ты слышишь? Никогда больше не произноси при мне её имя!       — П… почему? — ошалело прохрипел мальчик.       — Потому что она — предатель! Никогда она не приедет. Бросила нас, понимаешь? Смирись уже!       — Но…       — Нет никаких но! — рявкнула ему в лицо Динка.       — Услышу это имя — убью нахер, понял?! — Сестра хорошенько встряхнула Антона. — Понял, я спросила?!       Больно стукнувшийся головой мальчишка смог лишь кивнуть. Кто бы только знал, что этот разговор он действительно запомнит на всю жизнь и…       Диана жалобно всхлипнула, только сейчас сообразив, что это ведь Антон отправил её сюда! Получается, брат отлично помнил и пронёс ту её нелепую угрозу через всё своё детство. Более того, ничего не сказал о том, что Светка тоже будет на этом лайнере! А ведь наверняка знал! Не мог не знать…       Перед мысленным взором сразу же возник быстро опущенный взгляд Антона, когда около года назад, вернувшись на Майн, как-то в разговоре она спросила его, как это он смог сам выбраться из этой дыры и закончить академию? Тошка тогда сильно смутился и бросил что-то типа «мир не без добрых людей, знакомые помогли»… А этими «знакомыми» наверняка была Светка! Он-то молодец, он-то её дождался!       Значит, получается, Тошка не смог сказать прямо, а просто отправил её сюда — навстречу Судьбе, разбираться со своими демонами и обидами…       — Динь… Динечка… Ну, ты чего? — осторожно погладила её по спине Света. — Что было, то было! Главное — теперь мы вместе, так ведь?       Ответить Диана не успела, потому что в комнату ворвались два ураганчика.       — Ма! А мы завтракать пойдём? — спросила Марта.       — Ага, жрать охота, — более грубо поддакнул Артём.       — Тёма! Что за выражения? — вздохнула Светлана. — Сколько раз объяснять, что…       — … Так говорить некультурно… — закончил за неё сын. — Мам, дело в том, что есть я хотел два часа назад, а сейчас я уже хочу именно жрать!       Света закатила глаза. Вот и попробуй поспорь с ним!       — Ой, ма, а это кто? — бесцеремонно ткнула пальцем в Диану Марта и, скривившись, нахально заявила: — Твоя подружка? Мамой её звать не буду!       — И я! — кивнул брат. — Жрать пошли, а!       Света замерла на секунду, опешив от наглых слов дочери. Можно подумать, она хоть когда-нибудь приводила кого-то в дом! Потом скосила взгляд на Диану, но та во все глаза таращилась на детей и, кажется, толком не соображала, что те говорят.       — Макс! Отведи их на завтрак! — рявкнула она своему охраннику.       Максим возник буквально из ниоткуда, подхватил возмутившихся было детей под руки и увёл их из комнаты.       — Динь…       — А? — очнулась Диана.       — Ты как?       — Нормально… Свет, они… Дети в смысле… они… — мысли не связывались в слова, но Светка и так поняла её.       — Да.       — Да?       Гинзбург закатила глаза.       — Да, это твои дети, Диан, — кивнула Света. — Только не спрашивай меня сейчас, как они ко мне попали. Это долгая история! Нам с тобой пока что и без этого хватит о чём поговорить…