His Light

– Всё будет хорошо, не беспокойся. Прибывший ещё ранним утром, Хосок машет на прощанье, запирая дверь изнутри. По дороге к работе Тэхёну вечно чудится, что он что-то забыл: то ключи, то тетради, то телефон. И пусть всё сразу же находится на месте, меньше тревожиться он не начинает. Тэхён выдыхает, когда недовольные лица студентов покидают его кабинет. Юнги крепко стискивает его в объятья, стоит переступить порог квартиры, чего сам Тэхён никак не мог ожидать. Хосок отчитывается, как какой-то разведчик: что делали, что смотрели и о чём говорили. – Пост сдал, – смеётся он, встав как по команде "смирно". – Пост принял, – подхватывает Тэхён. – Знаешь, кажется, он уже привык к тебе. Когда ты ушёл, он искал тебя. Обдумывая слова Хосока ещё раз, когда тот уже покидает квартиру друга, он расплывается в улыбке и ощущает румянец на щеках. Раскраснелся как мальчишка, а всё из-за чего? Юнги сидит рядом, подобрав ноги к груди, смотрит что-то по телевизору. Тэхён уверен, что тому интересен не столько сюжет, сколько наличие ярких цветов в сценах со взрывами. Юнги замечает чужое пристальное внимание и поворачивается к нему лицом. Усталость от рабочего дня не в силах помешать нежному порыву, Тэхён тянет руку и самыми кончиками пальцев касается чужих волос. Он накручивает прядку на указательный, после заправляя ту за ухо. Оглаживает скулы и поддаётся немного вперёд, но внезапно теряется. – Извини... – хочет отстраниться и уйти поскорее из комнаты, но его останавливают. Юнги оставляет мокрый след на щеке, а после перебирается к Тэхёну на колени, продолжая покрывать его лицо поцелуями. Кожа звезды неизменно прохладная, только спина отдавала чуть жгучим теплом. Тэхён осторожно оглаживал ту, боясь навредить. Юнги будто мурлыкает, прижимаясь сильнее, а стоит Тэхёну коснуться губами чужой шеи, как он чувствует вибрацию. Медленно расстёгивая пуговицы на рубашке, он уходит поцелуями вниз. Юнги чуть выгибается и Тэхён готов поклясться, что слышал стон. А ещё скрежет, как от стекла. Нежные ласки набирают обороты, всё больше походя на что-то хаотичное и страстное. Цепляясь друг за друга, они перебираются на мягкий ковёр. Тэхён отбрасывает рубашку в рубчик, перепачканную пылью и спешит снять свою. Но не успевает, настойчивый звонок мобильного прерывает. Тэхён хочет игнорировать, но замечает на засветившемся экране «Хо» и понимает, что не поинтересовался у друга, добрался ли тот домой? Тэхён сотню раз извиняется, берёт телефон и отвечает, ожидая услышать весёлый голос друга. Но слышит лишь перепуганного мужчину, что явно находился в истерике. – Я сбил его. Тэхён вжимает педаль в пол, спешит так быстро, на сколько это возможно. Сердце бешено колотится в груди и Тэхён готов закричать. Он приезжает быстрее скорой помощи. Толпа уже начала собираться, он пробирается вперёд и видит тело. Он просто лежит в черной луже, что ловит блики огней. Тэхён не помнит, как смог подобраться так близко, как затащил Хосока на колени, прижимая к себе. Тот дышал, как в агонии, а может и действительно был в ней. Кто-то кричал, что его нельзя трогать, что нужно дождаться помощи, но Тэхён не слышал, он просто смотрел в небо и просил Всевышнего о помощи. Тэхён прижимает к себе тело друга и не может поверить. Не хочет верить, что так всё закончится для того. Он закрывает глаза, утыкаясь в чужую грудь. – Хо, пожалуйста. Пожалуйста. Он раскачивается взад-вперед, будто укачивая себя и друга. Слёзы просто есть и их не остановить, как и просьб о помощи. Вдруг он ощущает тепло и лёгкий ветерок, поднимает взгляд и видит его. Звёздный юноша, что сияет ярче обычного, сидит напротив. Тёмные пряди спадают на обнаженные плечи, он перед ним такой же, как и в момент первой встречи. Разве что – не такой уязвимый. – Юнги? – Тэхён заикается, неуверенно тянет руку к чужом лицу. – Ты можешь помочь? Он улыбается, обнажая верхнюю десну и трётся щекою о чужую ладонь. Его глаза такие глубокие, что можно утонуть, но Тэхён знает, что лично для него в этом океане отведен остров. Место, в котором он чувствует себя, пусть маленьким и беспомощным, но в безопасности. Юнги опускает взгляд на тело Хосока, что иногда выгибался в мучительной судороге. Тэхён понимает, что должен лишь попросить о помощи, всего лишь пара слов, но те встают комом в горле, раздражая и вызывая ещё большее скопление слёз, что становятся пеленою. Юнги, опуская тэхёнову руку на Хосока, терпеливо ждёт. Понимая, что момент может быть упущен, Тэхён всё же шепчет, едва слышно: – Я мог просить тебя о чём угодно. – Слёзы катятся ручьём и только одному Тэхёну известно, что те уже отчасти не из-за Хосока. – И я хотел просить, чтоб ты остался, но сейчас... пожалуйста, помоги. И кажется, Юнги совсем не грустно, ведь это его предназначение. Он понимающе кивает и укладывает ладони на тело пострадавшего. Весь свет его скапливается в ладонях, импульсами переходя в Хосока. Его звёздный мальчик улыбается, тянется вперёд и целует в губы. Тэхён знает, что это не повторится, он пытается поддаться вперёд, но внезапно сознание начинает ускользать от него. Калейдоскоп из огней светофоров, фар машин, мигалок скорой, а после такая успокаивающая темнота. Не слышно биения сердца, он плывёт по течению, не видя пейзажей подсознания. Река сна несёт его стремительно вниз, а после он всплывает уже будучи на белых простынях больницы. Тэхён трёт глаза правой рукой, не в силах поднять левую, пытается привыкнуть к яркому свету. Молоденькая медсестра что-то говорит, но он не сразу понимает что. Замечает, что левая кисть руки привязана, а ближе к сгибу установлена капельница. – Вы слышите меня? – Тэхён заторможенно кивает. – В сознании. Она улыбается, убирая выбившиеся пряди своих волос под чепчик. – Не волнуйтесь, всё хорошо. Вы потеряли сознание, вернее будет сказать, несколько раз теряли его по дороге сюда. – Тэхён щурится на свету и пытается рассмотреть её лицо. – Хочу сказать честно, что ваш друг, он просто в рубашке родился! После такого, – она многозначительно повела головой, – и почти ничего серьёзного. Она проводит рукой по воздуху, как бы разрезая вдоль тот. Но «почти» не устраивает Тэхёна. Он прочищает горло, прежде чем спросить об этом. – Ну, лично Вы отделались лишь не стабильным прибыванием в сознании, а друг Ваш – переломом руки и многочисленными гематомами. Девушка, будто сама себе не верит, постоянно кивает, как китайский болванчик головой и, не дожидаясь какого-либо вопроса или ответа, выходит из палаты. Хосок жив. Хосок в относительном порядке. Сам Тэхён жив и Юнги... Юнги. Этим же днём Тэхён уверяет лечащего врача, что прибывает в полном порядке. Он просится к Хосоку и его впускают. Тот выглядит потрёпанно, но всё так же искренне счастливо, что заставляет выдохнуть спокойно, пусть и не до конца. Намджун приезжает сразу же, как только узнаёт о случившемся. Сначала суетится рядом, а после зачитывает огромную лекцию о правилах безопасности на дороге. Тэхёну позволяют написать расписку о добровольном уходе и отказе от медицинских услуг лишь на следующий день. Но он не ждёт, оставляет номер страховки и несётся к выходу. Запрыгнув в первое же попавшееся такси, он не заводит разговора с настойчивым водителем, не замечает людей на улицах, он просто хочет домой. Хочет к Юнги. Как в бреду он расплачивается, явно оставив больше, чем требовалось, и бежит к дому. Двери лифта разъезжаются, являя взору уже дверь квартиры. Руки трясутся, когда он пытается вставить ключ, благо тот был всего один в связке с брелоком. Тэхён вбегает, забывая, как дышать. Обходит каждую комнату, зовёт, ищет глазами. Пусто. Только еле заметный след золотой пыли на его рубашке, что носил Юнги, привлекал внимание. Ткань одиноко лежала на полу, посреди комнаты, где её и оставили вчера. Тэхён опускается на колени, подползает и ложится рядом, притягивая ту к себе в объятья и, как ребёнок, заходится в рыдании. – А если загадать желание и оно исполнится, то что будет со звёздочкой? Маленький Тэхён закрашивает синим карандашом на листке половину – небо, а после тянется к жёлтому. – Она безболезненно растворится. – Мужчина выдыхает дым. – Безболезненно растворится.