Переоценен

Раннее утро, чувство голода, томно нависшая сися над моим лицом. Так я встретил новый день. Но мало того что факт осознания принятия внутрь человеческого молока регулярно давил на остатки чувства собственного достоинства, так еще сегодня в этот коктейль извращений и материнского пищевого куколдизма добавилось сильное чувство тревоги, из за которого молочная кухня всякий раз, порционно попадая напрямую в мою гортань, но порой просачиваясь на вкусовые рецепторы и опускаясь по короткому пищеводу прямо в желудок, поднималась назад из за спазмов все того же детского, еще не привыкшему к стрессу желудочка, в результате чего в процессе молокоотсасывания приходилось делать короткие перерывы, позволяя отдохнуть ротовому компрессору и давая как следует отработать горлу, сглатывая возвращенное отправителю теплое молоко уже второй раз, благо в таком возрасте кислотная среда желудка почти никакая, но поверь, ощущения все равно не из приятных, особенно когда мой сосательный рефлекс, приобретенный с рождения, угас на фоне отрицания этого процесса, что не позволяет больше на автомате сосать и глотать, благо хоть через силу, но входит и выходит крайне легко и бесполезно для наблюдающего, главное глазами не пересекаться, что бы подозрения минимизировать. И при всем этом нужно было изображать перед маханей, что со мной все супер гуд, а мое нестандартное поведение - это всего лишь внеплановые балушки экстравагантного малыша, а не прогрессирующая параноидальная шазофрения или какая нибудь патология, в результате которой я откинусь как четыре моих предшественника. Так что, если мать хоть немного заподозрит, что у меня хотя бы в теории имеются хоть какие-нибудь болячки, все, пиздец, мне светит интимная встреча с епарховским хиллером, чего я на фоне того самого события очень хотел бы избежать, иначе все мои приготовления и самоуспокоение окажутся напрасными, а исход в такой ситуации будет не предсказуемый, а возможно печальный на столько что мой пиструн калибра 22 лонг райфл, будет казаться мне 50 бмг, бронебойно ненетрирующим на фоне того, что меня будет поджидать. Поэтому музыку громче глаза закрыты, это я делаю вид, что засыпая начинаю забывать проглотить, работая горлом как опытная водительница мерседеса. В общем поступательно возвратное и снова поступательное в нужное русло кормление закончилось, меня вернули в кровать где я раскинув руки-щипцы, лег, тупо пялясь в потолок, а потом закрыл глаза и быстро уснул...по мнению окружающих. На самом деле я решил успокоиться и досчитать до 10, а в итоге мой мозг начал вспоминать самые постыдные моменты моей новой непрошенной жизни и решать, что же было самым пиздецовым. На первом месте была текущая трапеза, на втором слова Слейвы "Сейчас я как следует припудрю малыша этого малыша, ой-ёй-ёй, как пенечек после снегопада, рядом пройдешь и не заметишь", а на третьем сразупослеродовой обсер водой на глазах десятка людей и все это под аккомпанемент в исполнении матери. Кароче, уснуть я не мог, поэтому тяжело вздохнув и на этом закрыв тему конкурса позорных моментов, начал заниматься тем, в чем уже знатно преуспел, и уже давно сделал вывод: Даже если ты пездюк, который ходит только под себя, ты все равно можешь повлиять на ход дел, все зависит только от твоей фантазии и наблюдательности, остальное мозг сам обработает и сопоставит, тебе в итоге останется рассчитать риски, последствия, а в конце концов согласиться на план или нет, в силу совести и моральных принципов. У меня кстати не осталось ни того, ни другого, из за чего я готов в любой момент и любой ценой использовать все заготовки, подгоняя их под разные сценарии, и да, я все ж решил, что береженного бог бережет, а я как бы жить хочу и свою судьбу решу сам, в меру возможностей, а у меня их очень много, кстати возможно скоро я внепланово обосрусь, так как жкт сейчас работает не стабильно. Если кто так и не понял, что я имею ввиду выдав этот поток мыслей - я решил порассуждать и освежить память, прокрутив в голове все, что смог придумать и запомнить, как отче наш. Но грубо говоря, я готов к крестинам и даже к крещению, надеюсь меня не утопят в большой чаше со святой водой, в которую накануне для освящения окунули кусочек пальца бывшего, хоть как-то относящегося к духовенству рандомного старика, посмертно признанного святым, за приставание к мальчикам. Или как тут происходит вся церемония? Я, кстати, так и не понял до конца, времени на сбор инфы было с гулькин нос, а утром информаторы еще не приходили, а если и придут думаю сегодня они будут молчать из трусов торчать, хотя обычно тихо пиздят без умолку. Срань господня, что за подстава. В общем с такими мыслями я пролежал какое-то время, после чего организм соответственно отреагировал на перегрузки и отключился, давая механизму под названием тело отработать расходный материал и восстановиться после шоковой терапии и умственной деятельности юного теоретика. Кстати, внеплановой дристы я поддал, но виду не подал, хотя грязную бомбу все равно вычислили по густому смраду. Вычислили, обработали, вымыли, запудрили и положили дальше откисать. Но настало утро, предпраздничная подготовка, и суета началась. Я открыл глаза и приготовился кушоть так, как еще никогда не кушол, в таких объемах, в каких еще не потреблял пищу. В процессе трапезы я решительно разминал конечности вызывая на лице махани неподдельный интерес к такой активности, но это мелочи и первый прецедент за все время, естественный для детей моего возраста, поэтому не должен беспокоить маханю в плохом смысле, а наоборот обрадовать и свести все подозрения на нет. Откушав, я продолжил тренировки, цнс работала как часы, как песочные, но часы, анус сокращался в беглых попытках подготовки к сдерживанию жидкого детского кала вызванным молочной диетой и не до конца отточенным желудочно-кишечным трактом, знаете ли, против естества трудно пойти. Я на данный момент располагал следующей информацией: Мои крестины должны пройти утром, вскоре после кормления, именно поэтому маханя была заблаговременно готова. Такое время выбрали не спроста, его подгоняли под режим малых по типу меня, хотя обычно детей крестили в первый же месяц, а там режимчик кормления и дристы по плотнее, поэтому мне скажем, даже повезло с таймингами, я вряд ли выдам подливу раньше времени, но плотный, требуемый для подстраховки завтрак, все же сокращал мой кул даун, но по идее все должно закончится раньше, чем к воротом моего ануса вплотную подойдут фекальные войска. Кстати, режим подгоняли не только для удобства будущего крестника, а так же и для светлейших, что бы не опорочить их чистоту биологическими жидкостями и нечистотами, в непосредственной близости, к ним грешники испытывали фанатическое чувство уважения и складывали руки, улюлюкая при любом упоминании. В общем пожрать - чек, разминка и стрейчинг - чек. Щас будет тренировка по отработке болевых. В комнате, залитой утренним, еще прохладным солнцем, сидела Клиодна в праздничном платье цвета морской волны, украшения, являющиеся обыденными аксесуарами любых представителей "вторых", отсутствовали и только, что то напоминающее крест висело на скромной, но чисто белой верёвочке, уходя вглубь полностью закрытого голубой, кружевной тканью бюста. Взгляд Клиодны был безмятежным, с нотками предвкушения предстоящего, большого, для всей семьи и особенно для нее события. Она очень долго ждала этого дня, год за годом она падала в пучины отчаяния, искреннее борясь с внутренней, постоянной тревогой, стараясь не падать в слезах из за неутешительных прогнозов лекарей и епархии, абсолютно не желая верить в суровую реальность, уповая только на бога, регулярно, изо дня в день обращаясь к всевышнему в мольбах о чуде, демонстрируя небесам свое невероятное терпенье и силу духа. Во время ее пятой беременности надежда на успешные роды все так же теплилась в ее груди, каждое утро, читая божью книгу "Библию" она неустанно отвешивала ритуальные поклоны, вставала на колени касаясь пола лбом, складывала руки в молитвенных жестах даже не смотря на все растущий живот, который в такт со лбом касался пола. На столько Клиодна хотела стать матерью, это была ее заветная мечта и цель, прежде чем и после того как она стала женой Годелевы, так как их чувства расцвели еще за долго до свадьбы, которую смог выбить ее возлюбленный не смотря на все преграды и теоретическую невозможность этого. Но ее желание не исполнялось, ее тревоги накапливались. Но когда настал день родов и Клиодна поняла, что воды отошли, в доме началось действо. Заранее, Годелева пригласил и обеспечил всем необходимым целый разношерстный штат профессионалов своего дела. В их составе была лучшая повитуха королевства, на половину Гном, Слейва, святой лекарь, Иерей Митур, представитель епархии, второй святой лекарь большего калибра, такой же представитель Епархии, но уже поцелованный святейшим, протопресвитер Пантелеймон, назначенный самим патриархом на пост за свои добрые, полезные дела и божественный дар исцеления и созидания, трое лекарей травников из расы Эльфов, и пять ассистентов, готовых прийти на помощь любому из вышеназванных, хотя нет, был еще один, мужчина с вытянутым, нечитаемым лицом, кожа на котором как будто была натянута на череп, с двумя черными точками на лбу, напоминающих рога, но к его услугам было решено прибегнуть только в крайнем случае. Вот на столько был решительно настроен ее Муж, герцог Годелева поцелованный святейшим, в народе известный как Кремень. Но к удивлению Клиодны, роды шли совершенно иначе, нежели в предыдущий раз, не было излишней боли, не было кровотечения, ребенок появлялся в свет ровно так, как и рассказывала ей Слейва в предыдущие дни, все шло на столько предсказуемо и естественно, что в сердце матери четырех мертвецов родился страх, а что если ребенок уже мертв? И вот Пантелеймон объявил во все услышаны, что ребенок рожден, держа его в своих грубых руках, всем на обозрение. Клиодна была как будто в трансе, с момента как страх сковал ее, она не проронила и слова, да что уж там, даже стонов почти не было, она даже не заметила как ребенок был рожден, а слова человека в рясе: -Это мальчик. В исполнении Пантелемона, вырвали ее из фантомного мирка с остановившимся временем (в тот момент держал Отец, Пантелемон свидетельствовал). И в этот момент она поняла, что ребенок абсолютно не движется и не издает ни единого звука. Клиодна сфокусировала взгляд в направлении новорожденного, ее мозг осознал, что с ребенком что-то не так, ее руки вытянулись и крик раздался по всей комнате, пробежав резкими колебаниями по ушным перепонкам персонала. -Что с ребенком, почему он не плачет?! Покажите мне его! Отдайте мне моего мальчика! Годелева, почему ему никто не поможет?! Ну хоть кто ни будь, почему вы просто смотрите?! Но во время истошного материнского крика, обращенного ко всем и ни к кому, она заметила нечто, что не могла рассмотреть изначально. Все спокойны не просто так, ребенок, что молчал, широко открыл глаза и смотрел на все окружения резко переводя взгляд не давая зеленым глазам задержаться на чем то дольше чем на пару секунд, его брови поднимались все выше, уголки губ опускались в низ, а щеки, подергивались, она надрывала горло, полностью игнорируя иерея, что начал исцелять ее уставшее тело, наполняя через прикосновение теплом, восстанавливая как уставший организм в целом, так и разум(тут у Гомоса был шот от зрелища сужения пилотки). Для младенца такое удивленное и одновременно выразительное лицо было необычно, а сам факт что он не плакал, как это положено, вызывал тревогу, но так же материнский глаз увидел нечто, что любой другой не смог бы заметить, на секунду ей показалось что Гомос, осознает свое рождение и спустя мгновения после появления на свет, начинает жадно изучать окружение, переведя свой мнительный взгляд на нее и заворожено наблюдая за матерью (смотря на сужение пилотки!) и тут ее крик начал сходить на нет, ее голос становился все тише и спокойней, а требования превратились в теплые просьбы, отдать ей чадо на руки, как неожиданно, лицо сына как будто отпустило все нити натянутых эмоций, глаза потеряли блеск и не издав ни единого звука, его глаза закрылись, паника матери вспыхнула с новой силой. Но Понтелей был неумолим, возложив одну руку на Гомоса, другую вознеся вверх, прикрыв глаза он изрек священный текст на древнем языке и комнату озарил теплый ослепляющий свет, что успокаивал мать. -Все хорошо, Клиодна, твой ребенок жив, его сердце бьется, волей бога он родился здоровым. Священная мантра была излишней, но надеюсь так, я все же смог немного успокоить всех здесь присутствующих. -Н...но он даже не плакал, как вы можете быть уверены?! -Клиодна, дорогая, все хорошо, он цел, Гомос цел и жив, протопресвитер чувствует жизнь и бог свидетель, все действительно прошло как положено, самое страшное позади. Ребенок тем временем уже был в руках Слейвы, пуповина уже была перерезана, а малыш Гомос подмыт, та небольшая оказия, которую поправила Повитуха (паническая дриста ничем) все же была замечена матерью, что так же возвращало душевное спокойствие, а взяв на руки сына и ощутив его тепло, осознав что долгожданный первенец жив, сердце матери испытало облегчение, правда позже, все же появилась тревога. Каждый раз, во время кормления, она замечала, что Гомосу, как будто некомфортно, в его больших зеленых детских глазах проглядывалась непонятная неприязнь, но со временем выражение лица сына и взгляд его зачастую внимательных глаз смягчались, как будто смиряясь с той жизнью, которая его заждалась. Но все же, у Клиодны после каждой трапезы Гомоса, оставалось чувство, как будто сын теряет с каждым днем то, что называется достоинством, смиряясь с тем, что противоречит его пониманиям о достойных поступках. Да, обычно выражение лица и взгляд маленького сына непреклонны и бескомпромиссно, все как говорила Слейва, мать не может такое не заметить, он как вылитый Герцог Годелева, но стоит ей показать грудь, как Гомос тяжело вздыхает, опускает прямые брови и отводит взгляд принимая молоко. Как хорошо, что сегодня у него очень здоровый аппетит, хотя в первое его пробуждение так не показалось. Но даже не смотря на все произошедшее, наш малыш явно не прост, он уже чутко наблюдая за всеми вокруг, ведет себя с каждым по особому, и хоть может показаться, что я не попадаю под его милость, на самом деле все не так, как и Годелева, я тоже удостоена особого отношения, ведь только на меня, мой дорогой сын не смотрит прожигающим взглядом, как будто видит на сквозь, явно чувствуя, что мне можно доверять. Я рада такому отношению, хотя еще большее счастье, что Гомос здоров, а сегодня его крестины, ах, кажется это Годелева. Дверь в комнату открылась с легким нетерпеньем и тихим металлическим шелестом, на пороге стоят одетый в парадный, пышный но строгий костюм Годелева, с мягкой улыбкой на лице. Он подошел к жене, сделав пару широких, но невесомых шагов, деловито и легко поцеловал ее, и сократил расстояние до моей кровати за свои полшага, обдав легким ветром, а затем полез нарушать мое личное пространство считая это игрой, хотя я предпочитаю называть такое тренировкой, сегодня по плану треним предплечья и кисти. Как только его щетинистое лицо приблизилось ко мне, затягивая за собой запах цветочного мыла и тонкий парфюм, я начал ворочать поведением отца, как манипулятор с опытом. Мне всего лишь и нужно было шамарнуть ему ладонью по месту, где раньше были усы, лызгнуть по протянутым для моего развлечения пальцам в другом направлении, спровоцировав того защекотать меня щетинистыми щеками, я времени зря не теряя и понимая, что повторная провокация займет столько же драгоценного времени, схватился каждой рукой за длинные волосы в районе висков. В это время глаза отца выпучились, и кажется я увидел в них флешбеки, где такие же руки выдергивают с корнем ус, а тут все же голова, волосы мягче и мене плотно сидят луковицами в коже головы, которая явно суше чем необходимо из-за мыла. Да да, именно поэтому двумя руками не за одну копну, а сразу за две. Я назвал это упражнение дублетом и дернул, игнорируя отцовские попытки схватить меня за ручонки и потянуть причитая "Нет нет нет нет". Как говорил мой дед, дергай, но что б с корнями. В итоге тренировки я понял, левая рука явно сильнее, хотя я правша и отчетливо это чувствую. А может это тело или точнее я сам теперь амбидекстр? Хмм, в общем, в моей левой, был целый клок волос с корешками, а в правой парочка обломанных, но я не жестокий человек и протянул рассаду назад отцу разжав руку. Жаль тому было уже не до моей доброты, капли крови явно проступили на виске, где зияла светлая кожа, правый глаз стал влажным, а отец...я так и не понял, он то ли смеялся, то ли смеется до сих пор? Срать мне в жопу, он мазохист? -Вот это сила, вот молодец....жаль только больно, ну ничего, это лишь для меня и таким я могу лишь восхититься, развитием сынишки не по годам, да Гомос? Расти активным и сильным, чтобы своими крепкими руками, держать меч и защищать честь семьи на турнирах! Ох как же я жду твоего триумфа, оо да, это зрелище будут обязаны разделить все! Клиодна, ты только посмотри на этого юного силача! -Конечно, конечно, я же сегодня еще не лицезрела Гомоса, этот соня лишь сейчас вышел из своих покоев лениво потягиваясь, опаздывая на завтрак. Сказала Клиодна ехидно улыбаясь, прищуривая глаза и склоняя голову немного в сторону, явно давая понять, что провела все утро с сыном в отличии от отца и гордится этим ничуть не меньше, чем муж проплешиной на виске. -Кстати срочно зови цирюльника, твое непотребство нужно хоть немного, да замаскировать. Нельзя же тебе показаться на людях в таком виде и дать святейшим усомниться в твоем воспитании и титуле, а на будущее, заигрывай с сыном в положенное время, так больше шансов сохранить твое достоинство в глазах окружающих, а то вместо Кремня, тебя за глаза назовут ....Перелесок, с твоими темпами потери волос на голове и лице. -В крайнем случае скажу, что лицом к лицу столкнулся с диким медведем, лапы которого крепки как булава, а когти ему пришлось вырвать с корнем, но он начал щипаться. Ну все, я быстро, а вы готовьтесь, ирей Митур уже в церкви, готовится встречать светлейших, нельзя опоздать к их снисхождению с небес. Так что собирайтесь и идите к церкви, там вас явно всегда ждут. -Хорошо, дорогой, считай мы готовы, одежды уже надеты, щечки Гомосоа розовые. Кстати, ты не забыл про подарок на крестины? Предлагаю тебе вновь отрастить усы, думаю сын оценит старания и мужество отца, как и усы. Снова хихикая, сказала Клиодна, она явно была остра на язык, особенно с мужем осыпая сарказмом и невинными шутками недоумевающего, но довольного Годелеву. -Уж не переживай на этот счет, мой подарок ждать не заставит и будет соответствовать Гомосу. В итоге отец ушел, задорно суетясь с радостью на лице и плешью на правом виске, который служил доказательством моих неустанных тренировок, кстати забавно вышло, мне понравилось, хотя не понимаю почему, в своей прошлой жизни я бы визжал как сука произойди такое со мной. Ну ладно, главное все довольны, а я полностью готов. Но когда мать натянула на меня чепчик, я понял, что к такому жизнь меня не готовила. -Потерпи дорогуша, так уж положено на крестинах, обычно детишки проходят через такое чуть раньше твоего и им чепчик к лицу, а тебе к лицу улыбка. Ну ничего, это ненадолго. Таким вот образом, с полным желудком, крепким анусом, в белых одеждах, я и покинул, в украшенной цветами корзине второй родной дом, с чепчиком на голове который теперь стал моим временным расходником. Погнали посмотрим на святейших и оценим свои шансы. ***** Церковь была как...церковь? Запах такой же как я прекрасно помню в храмах родной Земли, повсюду иконы как в лучших христианских традициях, нет только распятия, одни лишь лики с нимбами в теплых тонах красуются на деревянных пластах, каменных стенах и на полукруглом потолке, стекла из мозаики, с изображением ангелов, снизошедших к людям в поднятыми руками, на других же окнах те же ангелы, но в огне, эмм, непонятки конечно, потом выясню, а запах напоминающий ладан и пыль витающая в зале, абсолютно не вызывали негативной реакции моего организма, едрыть я крепкий и имею резист к раздражителям. В общем это из себя и представляет церковь, а мне лишь остается коротать время выслушивая разговоры Иерея Митура с матерью о том, как они оба рады этому дню. Кстати, Митур, это вообще кадр тот еще, это он пилотку моей мамки сужал, ибо Понтелеймон на родах нужен был для моей реанимации, а Митур выступал в роли гинеколога, проктолога, уролога, в общем нужен был как дежурный хиллер, который ни разу ко мне даже не прикоснулся, такое чувство, что он меня избегает, что ли. В основном Митур, жил в на территории большого храма в нашем герцогстве, но на период до моих крестин, по плану пахани, был приглашен пожить в особняке, для присмотра за маханей - официальная версия, а по умыслу папаши для того, что бы через регулярные отчеты Митура, епархия убедилась в моем благополучии. Таким вот образом в местной церкви был временно подвинут Протодьякон, заправляющей ею, и грубо говоря переквалифицирован на время крестин в обычного Дьякона, став помощником Иерея. Сам по себе Митур, как бы так по мягче...вафля..вафлер...лох, сиськастый жирный лох. Он очень робок, излишне набожен и даже в глаза моей мамке не смотрит после лицезрения ее вагиная и сисек. Он, кстати, уже дядька в возрасте, но у него нет жены, детей и вообще, кажется, девственность давно обволокла его одеялом из суходрочки по памяти. Грубо говоря этот человек, прямой как палка, дает себя читать, по характеру трус, мямля и во всем уповает на бога, ну что ж, доуповался, это пока он тут гостит, у него своя собственная спальня, еда на выбор, служанки лебезящие вокруг него, женского пола, окна кстати в спальне есть, причем большие, в отличии от его родного дома, выделенного патриархатом, для скромного, ввиду характера, существования. Но, к слову говоря, сегодня Вафел какой то нервозный, он старается не подавать виду, но потливость, ломаный голос, зачастую вопросительная неуверенная интонация и излишние движения, выдают в нем средней тяжести страх, это не нервный срыв и не паническая атака, а просто добротный стресс, уровня 11 класника перед ЕГЭ. А так быть не должно, это мои кристины, а не его, дело явно смердит говной. Сука! Ну теперь из ща него и я начинаю нервничать, ебанный стадный инстинкт и паранойя, ладно я малолетнее ссыкло, но ты престарелый самострел, за кой хер ты так нагнетаешь?! Но если успокоиться и здраво рассудить, хоть его нервозность может и быть логично обоснована, я явно готов к крестинам. Кстати, вокруг церкви, рядом с которой стояли мы трое, стал робко стягиваться местный люд, лица у них конечно мое почтение, стоит хоть кому то улыбнуться и я могу распознать пародонтоз, скученность зубов и свое желание попросить их закрыть рты, а то мебель поцарапают. Но вдруг толпа по направлению дома, стала раздвигаться, на горизонте появилась колонна людей, во главе которой был подстриженный и выбритый в районе висков Годелева, смотрелось это конечно странно, но прилично, молодец паханя, в следующий раз поработаю с его сросшейся бровью, нужно приучать родителя к человеческому внешнему виду, а пальцы – вытворять всякое разное, в будущем явно понадобится для поиска болевых точек, ну или точки G. Сопровождение, в праздных одеждах светлых тонов, остановилось рядом с местными аборигенами и рассосалось равномерно во круг церкви, смешиваясь с первыми рядами зевак с корзинами цветов. Мы втроем вышли и встали у входа в церковь, у самых ее первых ступеней, которых было 10, ну вот понимаешь мое состояние? Я уже, мать ее ети, ступени считаю. Значит церемония на столько официальна, что нужно войти и выйти, и снова войти? Это такая метафора на коитус? К нам в то время подошел довольный Годелева. Отец и мать держали ручку корзинки, в которой чилил я, отец левой, мать правой, Иерей стоял перед нами, лицом к церкви, спиной к нам. Наступила тишина, никто не рисковал говорить хоть что то, все молчали, боясь нарушить серенаду летнего, теплого ветра и щебетание птиц. И так прошло минут пять, я от скуки решил заняться делом и открыв рот дав принять губам круглую форму стал постукивать по щекам плотными ладонями, даруя челяди искусство битбокса, надеюсь запомнят.. как вдруг понял, начитается. Там, на небе появился плотный луч света, упавший на макушку белой фигуристой церкви, который начал падать с причудливой крыши под углом вниз к нам троим, перекрывая собой лестницу ниспадая рассыпающимся пыльным светом у наших ног. Свет начал отливать золотом, в воздухе за пестрился причудливый аромат, неслышимый мной никогда прежде, его даже по моему мнению, можно было смело назвать приятным, хотя местные дикари назвали его просто «святое благовоние». И не успел я за смаковать момент, подсознательно сравнивая картину с залами Архиепископа города Кастодия, как появились они, и все вокруг, кроме нашей тройки упали на колени. Кто-то склонил головы к полу, кто то вознёс руки в небо, после чего отвешивал поклон за поклоном касаясь земли лбом, не боясь быть чумазым, кто то сложил руки вместе и просто склонил голову. Но лично я охуел и понял, все, пиздец, тут нужно бить на опережение, их невозможно переиграть пассивным стоянием АФК. Существа снисходящие к простым смертным имели крылья, мало того имели, у них было по две пары статичных крыльев, белых как снег с оттенками золота, с серебряными кончиками, их размах достигал метров 6-8 если я не преуменьшаю, они явно как то давали возможность парить телам к которым были прикреплены в районе широчайших мышц спины. Они планировали вниз в вертикальном положении, лишь их головы были склонены в нашу сторону, а глаза внимательно изучали окружение. Тела этих существ, были точь-в-точь как у человека, их лица были красивы, но на мой взгляд это фарфоровая красота, которая пугает своим напускным притворством. Но была проблема, их тела...были в полтора раза больше, чем у обычного человека! Да они меня нахуй руками надвое переломают! Даже та ангелша слева! Если так подумать ее вес без крыльев будет под 100 кг! А рост больше 2 метров! Нахуй оно надо, это не моя весовая категория! А тот, что справа, мужчина в гладко выбритым лицом, нет, на его лице нет и намека на щетину, с мягкими чертами, сука он тоже пугает! Ну тут извините, я явно должен воплотить первую заготовку в жизнь, ибо если они захотят, точно перебьют тут всех, а меня вообще через соломинку вставленную в жопу надуют. Страх снова разгорелся у меня в груди, падая в желудок шипастым моргенштерном. Тем временем от лица Годелевы: Я с Клиодной, держал корзину и второй раз в жизни лицезрел этих святейших, это и мои крестные родители, сомнений нет, Метаторон и Габриель. Я их не помню, но участвую, что мы уже встречались, именно Габриель даровала мне поцелуй и закрепила мое положение на всегда. Поворачивая голову, я вижу, как Клиодна роняет слезинки с уголков глаз прижимая руку к груди, а второй рукой она уже хочет поднять корзинку. Потерпи любимая, всему свое время, к тому же, ты пока не сможешь это сделать, даже если захочешь. Эхх, так вот какого оно, когда встречаешься лицом к лицу с святейшими, действительно, перед их расой, без их на то воли даже с рукой не пошевелить, хотя Гомос, даже не стал бы пытаться, зная этого сорванца, он и голову не повернет к другим, да и боковым зрением я могу наблюдать, как он мирно лежит в своем одеяльце лишь моргая умными глазками, снова крепко держась лишь за край одеялка. Митор:-Все мы, собравшиеся здесь по воле и заветам господа, приветствуем святейших Метаторона и Габриель и скромно просим воздать долгожданному чаду Годелевы и Клиодны Делонги, божественную благодать и принять Гомоса Делонги, как своего крестника, на большее мы не рассчитываем и смиренно склоняем головы. Выдал Митур, внезапно сильным, но бегающим по разным октавам, голосом. В этот момент Иерей упал на колени и ударил лбом о каменные ступени церкви, озаренной светом, с глухим шлепком, все вокруг повторили действие, а мы с Клиодной держа корзину уже двумя руками, лишь бы та не коснулась земли, уже стояли на коленях на сырой земле, не осознавая когда только успели. -Встаньте, и дайте взглянуть на вашего первенца, произнес эфемерный голос. Я так и не понял кто из святейших это сказал, ведь эту фразу как будто пропел целый хор. Мы с Клиодной встали и подняли корзинку вверх, гордо протягивая ее к небу, что бы святейшие взглянули по ближе на нашего малыша. Глаза жены уже не могли сдержать эмоций и грузные слезы радости уже лились ручьями вниз, а руки праздно подрагивали. В корзинке с цветами, прикрытый одеялком и в чепчике лежал мой любимый сын, моя гордость. Святейщие склонились над ним, приближая свои лица к корзинке, щедро награждая вниманием ребенка. Когда длинные светящиеся золотом волосы и лик Габриель уже нависли над корзиной, касаясь одеяльца, когда Метаторон уже протягивал руки к крестику, послышалось робкое детское хихиканье, которое переросло в заливающийся звонкий смех, и из корзинки показались крохотные ручки, цепкие и ювелирные, которые уже по хозяйски ухватились за ниспадающие локоны святейшей. И тут Годелева вспомнил, похожую ситуацию которая происходила с ним довольно часто, жутко напоминая утреннюю сцену, что привела к неожиданным последствиям, озноб прошиб его до костей, а пот лился градом, скатываясь большими каплями со спины в меж ягодичное пространство, но он уже ничего не мог сделать, даже шевелиться ему было не разрешено, святейшие на то и приближенная к богу раса, что они несут его волю и наделены его силой, все, что оставалось Годелеве - это со страхом наблюдать, переведя взгляд в сторону он увидел как Клиодна побелела и задрожала. От лица Гомоса: Ну че народ? Погнали нахуй? Ебанарот! Корзинку со мной задрали над головами родители, ангелы приближались ко мне все ближе, но впереди все же была та леди с фарфоровым лицом и бездонными глазами, блеск которых напоминал отполированный лак, переливающийся на свету. И мои внутренний таймер показал 0. Ярик, хуярь, сказал я себе и скрипт был активирован. Суть этого действия была в том, чтобы на корню развеять все подозрения какие только могли быть у ангелов, и я врубил режим радующегося родственникам, личинки весельчака, совершенно обычной, которая ведет себя ну чисто по детски, только на людях уже не срется. Чем ближе она наклонялась, выставляя свои крылья мне на показ, тем больше я выдавливал их себя хихиканек, а в момент когда волосы ее были в зоне действия моих корявок, я схватил своими руками кончики волос Габриель и чуть по инерции не дернул нахуй, ох уж эта мышечная память и дикие детские рефлексы. Волосы оказались мягкими, шелковистыми, она явно использует шампунь Жумайсынба. В этот момент, мало того, что я мог подглядеть и увидеть основание ее приличного размера сисяндр, выглядывающих в отделе декольте из за ее свисающих ангельских белых одежд, похожих на тогу, я мог видеть ее лицо и посмотрев в него понял, вот щас, щас буит мясо. На ее лице было неописуемое, в плохом смысле удивление с примесью брезгливости. Ее глаза широко открыты, брови подняты, а рот уже готов раскрыться с криком презрения, но она смотря на мои детские заигрывания, просто застыла, а я продолжил давить, кончики ее волос прыгали с моими руками, пока я не разжал пальцы и не начал подбрасывать их ладошками, ее горло двинулось в еле заметном глотке, словно сдавливая готовые вырваться слова, давая рту приоткрыться в бровям чуть упасть вниз, а я продолжил, направив руки к ее лицу. Ну все сука, ты огребаешь по своему ебальнику размером почти с меня! Щас я буду твоим Икингом, а ты моим Беззубиком, давай паскуда, прикоснись своим лицом к моим рукам! Думал я, но она не шелохнулась, ее глаза пристально изучали меня, и все произошло наоборот, она немного отдернулась, это было движение, явно заметное только с моего ракурса, ее подбородок поднялся, а глаза смотрели уже в положении снизу вверх при чуть задранной вверх голове, и до меня дошло. Тут явно творится хуйня, но я был неумолим, в ход пошел план под названием, "самый лучший день, режиссерская версия, акт под названием ЛАДНО, ПРОЩАААЮ!". Я СО СМЕХОМ завалился на бок, наклонился вперед и на карачках, пополз в краю корзины опираясь руками об одеяло, не забывая выдавливать смех и имитировать лицом счастье и интерес, по дурацки подергивая ебанным чепчиком, ставшим внезапно полезным, как эглет в анусе. И как только моя рука потянулась к лицу Габриель и коснулась его, рот ее приоткрылся и послышался нервный вздох, ее брови задрожали, глаза затряслись ища помощи в стороне недвижимого Метаторона, глаза которого выражали весь спектр охуевания. Моя рука лежала на бархатной, внезапно горячей щеке Габриель, и с каждой секундой ее взгляд менялся и становился все более брезгливым, презрительным. И вот зрелище, я на полу карачках с откляченной сракой, на коленочках, первый раз в жизни, в свои сраные пол года отроду, пополз в чепчике, приложил руку к лицу ангела, аона смотрит на меня как на говно, а даже родители молчат! Вообще, блять, все молчат! Да этот прием и был рассчитан на то, что предков порвет нахуй и они с истеричным криком будут улюлюкать, что это чудо божье, а ангелы на это поведутся и не посрамят имя бога, называемое всеми вокруг, говоря проще, после такого твиста я явно буду жив здоров! А все, еще раз повторю, тупо стоят и пялятся, даже не двигаются, единственное у родителей руки трясутся, так чего ж вы втыкаете, а не восхваляете свое чадо, прикрывая его от злющих ангелов?! Я из этой корзинки всех вас вижу, куколды! Но пути назад уже нет, третий план разыгрывать - это усугубить ситуацию, если мой триумф не сдвинул с места, хоть кого-нибудь, то испуганный плачь явно не возымеет эффекта или наоборот, вызовет всеобщее мнение о моем страхе перед святейшими ангелочками, а значит, в таком случае мне вообще котак! Назовут еще демоном или богохульником, и ходить мне всю жизнь в молчании, ибо это епитимия моя! Но тут Габриель пришла в движение, ее лицо успокоилось во время моего анализа ситуации, оно вернулось в прежнее безмятежное выражение, а склонившаяся голова, с ниспадающими вниз ко мне волосами, медленно поднялась. Метаторон, тоже отлип и выпрямился, приняв достойную позу. Оба ангела сложили руки, и Габриель издала звук похожий на хор голосов: -Да благословит вас всех господь. И кинув напоследок взгляд на меня, залезающего под одеяло, типо вообще я тут ни при чем и даже не вылазил, вознеслась вместе со вторым по золотому свечению вверх, пока не растворилась в лучах солнца, отливающего благородным теплым золотишком и только тогда послышался легкий шум толпы, перерастающий в шумное ликование, корзина затряслась еще сильнее. От лица Клиодны: Гомос смеется? Правда смеется? Как он вообще может? Вернее, почему? Ведь перед святейшими ни кто, кроме высших чинов епархии не может и слово сказать без воли на то вознесенных. ЧТООООООО? Только не волосы, Гоми, родной, это не папа, только не дергай!! *Сын встал и пополз на карачках* Это ли не чудо? Я могу только смотреть, а мой мальчик, любимый сын смотрит в лицо божьим вестникам и прикасается к ним как к иконе. Да будет благословлен этот день. Каждый присутствующих здесь и сейчас разделял мысли Клиодны, это был, то ли скандал, то ли прецедент мирового масштаба, никогда прежде, простой смертный не проявлял такой дерзости, будь то младенец, мужчина или старик, все дело в том, что он(рандом) просто не мог, такова власть Святейших, они абсолютны как законы божьи, именно он создал их по своему образу и подобью и отдал часть своих сил, что бы те были проводниками людей в этом темном мире, а прикоснувшись к Ним, значит прикоснуться к богу. В этот день все свидетели и слышавшие про произошедшее, через десятые уста, восхваляли этот день, восхваляли Гомоса Делонги, мальчика, который по своему желанию смог коснуться Святейшего, и хоть крестины и не закончились, а скомкано оборвались, а Габриель и Метаторон не благословили первенца Семьи Делонги, в привычном понимании церемонии, одарив либо касанием, либо поцелуем, озвучив его Людское имя и не подарив Крестное, на ангельском наречье, тем самым закрепив его право на власть, именем бога и ушли, озвучив общее благословление всех присутствующих, ни кто не смел даже подумать, что крестины закончились провалом. После такого все думали, что раз ребенок сам прикоснулся, значит он задал новые традиции крестин, или открыл еще один из вариантов исхода, невиданный доселе, за что в народе стал известен в возрасте 6 месяцев, как Делонги Гомос Нетрадиционный. Но был один человек, чье сердце бешено колотилось, Иоан Митур. Произошедшее сегодня, в его понимании чудовищный нонсенс, это же чистое богохульство! Митур написал срочное письмо в епархию и использовал аварийный способ доставки с помощью свитка, дарованного самим Патриархом, как раз для подобных случаев, так и исчезло в никуда, с яркой вспышкой, срочное донесение. Да, по его мнению, странно было все, с самого рождения мальчика, продолжилось его поведением, а как кульминация - сорванные крестины. Но новость о божественном чуде, уже как чума разносилась гонцами герцога по всему герцогству, объявляя всем о чуде, давая ребенку всеобщую известность. От лица Гомоса: Гомос Нетрадиционный...мда, лучше бы ты мне хуй оторвал господи! Что за приколы?! Да и кто вообще мог знать, что обычные люди не могут даже пернуть перед ангелами?!?!?! Почему про это никто даже не заикнулся?! Почему они стали обсуждать это постфактум!? Да если бы я знал, что все мои планы это чистой воды самораскрытие перед ангелами, которые явно поняли или уже догадываются о моем естестве иссекайца или богохульника.... да и еще церковь, которая стоит во главе всего....сука, я в жизни так не обсирался. Ладно, хотя был грешок, но все равно радует, что сейчас у меня период жесткой протекции народом, пока епархия не выступила с публичным обвинением меня в ереси или богохульстве, а все вокруг просто уверены, что я убер крутой ангело-пикапер, на прямую моей жизни ни что не угрожает и в запасе есть еще сколько-нибудь времени, пока ангелы и епархия заколабятся и решат, что со мной сделать. Так что снова, снова нужно готовиться, или готовить попу к заселению. Вот с такими мыслями я сегодня очень быстро уснул, ибо стресс вытрахал все мои нервные клетки и нейроны мозга до степени въетнамской проститутки. Но пока я спал, деловитое шуршание перерастало в нечто большее, в епархии уже давно проходило собрание с обсуждением крестин, на котором решали мою судьбу. **** Самый конец собрания в Матери Матерей(головной храм): Еще не известный: -Святейшие не отвечают на зов, а ждать и медлить нельзя! Если сам бог ему благоволит, он не умрет, а если он антихрист, нужно убить эту мерзость в зародыше! Сказал старик в забавной шляпе, называемой митрой, добавив - отдай поручение Митору, пусть завтра же завершит дело и сразу же уезжает с той проклятой земли! ***** На следующее утро: Очередное, но уже спокойное раннее утро, первое кормление и спокойное возвращение в сон, вопреки моей обычной деятельности, я вчера очень разнервничался, поэтому сегодня объявляю детокс. Кстати, раз я еще не уснул, пару слов про мать с отцом. Они вчера, как и собственно все живые свидетели, наблюдали рукотворное выгибание устоев в обратную сторону, из за чего были под особым впечатлением, мягко говоря мне было сложно уснуть, потому что родителям не спалось и они не нашли ничего умнее, чем вертеться вокруг моей кровати, любвеобильно вздыхать, и десятки раз подряд обсуждать крестины, каждый раз шёпотом эмоционируя как в первый раз, порой повышая голос. -Знаешь, когда он схватил за волосы Габриель, я так перепугался, думал Гомос, нашел себе новую любимицу на смену папке, оставляя меня позади как надоевшую игрушку. У меня на секунду вспыхнула такая зависть, но, когда он отпустил локоны и стал играться с ними, аж от сердца отлегло. У меня так засела мысль в голове, что такие игры у сына только со мной...ох и проказник наш крепыш. -может Гомос с ниспослан нам самим богом, за нашу веру и неумолимые попытки заиметь ребенка? За нашу взаимную верность и соблюдение законов божьих? Иначе я никак не могу объяснить, почему Божественная сила святейших не смогла остановить его, когда все вокруг и мы могли только дрожать. -Да, он и вправду необычный ребенок, но все же, крестины прошли не так, епархия явно этим заинтересуется, но бог свидетель, если у них хотя бы в мыслях будет навредить Гомосу, я пущу все силы, но защищу нашу семью! Ведь только мои усы и волосы, ни чьи больше, может дергать мой ребенок! Клиодна, дорогая, спасибо тебе за такой подарок. -Спасибо и тебе. Ну а пока, давай вместе смотреть, как результат нашей любви, растет. И спустя еще час подобных разговоров, тихого коитуса, они наконец дали мне уснуть, официально присвоив мне статус куколда, спасибо блять, мало мне потрясений за сутки, так и теперь я еще опущен по карьерной лестнице до вонючего японского задрота. Ну а теперь уже утро, время кушоц сиську, это конечно не тортик, но стресс в моем возрасте можно только заедать, в этот раз, пожалуй, покушою как вчера, побольше, это действительно помогает расслабить и занять организм, да и в таком случае, у меня всегда есть возможность применить крайне сомнительный, но в зависимости от ситуации, крайне эффективный прием. Так что, ну давай сиська ебаная, иди суда, щас я тебя отхуярю. После кормления я снова прилег и уже по хозяйски закинул руки себе за голову, что б удобней было, в это время уже по старинке пришел Иерей, лечить многострадальные сиси моей мамки, сегодня он такой же нервный как вчера, но это уже его проблемы, стоило мне так подумать как после лечения уставших сосцов, Митор попросил о встрече с обоими родителями. Зная, что отец сейчас занят и даже слугам не позволено отрывать его от дел, чтобы отработать запланированное в срок и ни на минуту не опоздать на свидание к семье. Я пожелал Митуру удачи, попутного ветра и кадило в анус. Но мать не разделяла моего мнения, для нее Иерей, стал своего рода, частью семьи, так как прошел через крестины вместе с нами и он явно не спроста просит о встрече с родителями мальчика, сразу после событий вчерашнего утра, и мать с отцом явно ждали реакцию духовенства и видимо дождались. В итоге, Клиодна попросила, пока нет Слейвы, буквально пару минут понаблюдать за мной нервного Иерея, чьи движения становились все дерганей, но не прекращались, эта дрожащая пакость явно была готова идти до конца, ну или ждать, вот зассанец какой, на вид хуй с горы, а по действиям абсолютная противоположность. Тот кривовато согласился, отчеканив путающимся языком слово "Разумется", на чем Клиодна откланялась и ушла. В это время, Митор, бросил на меня взгляд, быстро подошёл ко мне и постоянно оглядываясь вынул из под рясы мензурку и что то золотого цвета, вылил часть содержимого в церковную ритуальную длинную ложечку, как стало понятно по факту и сунул мне в рот. И ебись оно все трехфазным током, я это не просто проглотил, я еще и засмаковал пошлепывая языком внутри беззубого рта! Ебучий детский организм, он готов принять в свое чрево на чистых рефлексах все что приятно ощущается на языке и не выглядит как хозяйская сиська моей матери, блядский глотательно-сосательный рефлекс, спустя столько времени вернулся, а неизвестная поебистика была сладковатой и кажется до меня начало доходить, что это такое. Митор быстро спрятал инструменты и стал убаюкивать меня, делая вид ,что произошло ровным счетом нихуя, не понимая, что мой взгляд смотрит вдаль не потому, что я ловлю кайфулю от церковных напеваний, а потому что процесс мыслительной деятельности полетел, ибо эта тварь дрожащая хуй меня так просто сольет. Ну нихуя себе, дяденька, такой лох на вид, а по факту гондон! И тут наконец, я вспомнил....Ох Борис Анатольевич, едрить твои стреляющие колени, мой учитель ОБЖ рассказывал нам, как действовать в случае подозрения на отравление, храни господь его этиловую душу, надеюсь он не помрет, а всего лишь ослепнет, когда вьебет в одну харю литрушку этиловой подпольной спиртяги.