Волчья ягода

День был ужасен. Джерри не хотел отпускать тётю Молли, но остановить её он не мог. Единственное, что он мог, так это наблюдать, как машина увозит дорогого для него человека. Беспомощность — самое ужасное чувство в мире. Ему пришлось взять за руку недружелюбного вида женщину и пойти с ней в приют. Рука на ощупь оказалась сухой и холодной. Они переступили порог, их со всех сторон облепили дети. Стоял невыносимый галдеж. Казалось, каждому ребёнку в этом чертовом доме не терпелось узнать его имя. Это раздражало не только Джерри, но и даму рядом с ним. Она рявкнула: «Молчать всем!» — и наступила тишина. Гуща детей расступилась перед ними, как вода перед Моисеем, и они двинулись дальше. Теперь можно было оглядеться. Дом был стар, обои на стенах слегка потрепаны, пол в черно — белую клетку. Пахло сушеными тряпками и рисовой кашей, кажется рядом была столовая. Они ступали по длинному коридору из комнат, пока дама не остановилась у самой последней двери и не отворила её ключём. Помещение оказалось небольшим, туда едва вмещалась кровать, рабочий стол, заваленный бумагами, и старый платяной шкаф. — Садись, пожалуйста, — сказала неизвестная женщина, а потом добавила, — можешь звать меня миссис Коул. Джерри послушно уселся на указанный стул. Сама она села напротив. — Теперь послушай, Джерри. Тебя ведь так зовут? Отныне ты воспитанник приюта Вула. В твои обязанности входит хорошее поведение, посещение воскресной школы, а также дежурство. Ты меня понял? —… , — — Драки и отлынивание от работы здесь не приветствуются и строго наказываются, — продолжила она, не дожидаясь ответа. Миссис Коул взглянула на поникшего ребёнка на стуле и взгляд её смягчился. — Я знаю, тебе тяжело сейчас, но постарайся поладить с остальными ребятами, хорошо, милый? Джерри неуверенно кивнул. Хотя ладить с кем-то — последнее, чего ему хотелось. Все, что он хотел, так это чтобы от него отстали. Тогда в одиночестве он смог бы как следует прореветься. Сделать это он хотел и сейчас, но почему-то от мысли, что эта женщина начнёт его жалеть на душе становилось тошно. * * * Старость здания была не единственной проблемой. Комнаты оказались битком набиты детьми, некоторые так вообще ютились по шесть человек в каждой. И тем не менее, она перебирала бумаги на столе, размышляя, к кому подселить мальчика. Управляющая бегло осмотрела ребёнка из-под страниц. Тот был светловолосым, тощим и молчаливым. Ребята постарше не оставят такого без внимания. Для Миссис Коул не было секретом, что сильные дети обижают слабых. Она хотела повлиять на это, но уследить за всеми подряд было не в её силах. На секунду она задумалась, и в голове её всплыл образ чудовища. Из всех причин для мигрени именно эта занимала первое почётное место. Каким-то образом этот маленький проходимец мстил своим обидчикам не оставляя следов. Ей припомнился случай, когда на одного из старших ребят упал кирпич. И не просто упал, а, как утверждали очевидцы, пропарил по воздуху несколько метров, прежде чем свалиться на беднягу. И она знала, кто был к этому причастен. Знала, ведь за день до этого на щеке чудовища расцвёл синяк. По просьбам других ребят бесноватого пришлось отселить. И не абы куда, а в отдельную комнату, что для приюта является непозволительной роскошью. Миссис Коул прикинула примерный размер помещения и пришла к выводам, что туда бы могла вместиться вторая кровать. Не убьёт же его Том, в самом деле. * * * Как только голова коснулась подушки, Джерри провалился в глубокий сон. Тьма кутала его плотным покрывалом, забиралась под самые веки и дарила такое приятное и необходимое забытье. Создавалось обманчивое впечатление, будто это всё кошмар, и стоит только протереть глаза, как рассеются безобразные стены приюта, сменятся на до боли знакомый и родной интерьер маленькой квартирки, а с кухни на завтрак позовёт тётя. Он почти забыл, что говорила управляющая по дороге в его новую комнату. Но разве должен ли он запоминать такой откровенный бред? Несчастная женщина со всей серьезностью утверждала, якобы его сосед одержим дьяволом, не посещает церкви и жжëтся об распятие. Но зловещий сосед видимо отлучился по своим зловещим делам и оставил комнату пустой, к огромному облегчению для Джерри и Миссис Коул. Сквозь толщу сна ему послышалось, что хлопнула входная дверь. Он пытался разлепить веки, но всё, на что хватило сил, так это пробубнить приветствие и перевалиться на другой бок. В следующий раз он проснулся не от хлопка двери, а от панического страха. Ему казалось, будто кто-то неизвестный душит его. Тело сковало судорогой, он мог только беспомощно открывать рот, пытаясь набрать воздуха. Темнота обступила со всех сторон, она больше не несла блаженного забвения, а пугала своей неизвестностью, всматривалась в самую душу тлеющими огнями глаз. Джерри вдруг осознал — ещё секунда и он умрёт. Но внезапно всё кончилось. Мальчик резко сел на кровати, пытаясь отдышаться. Вокруг действительно было темно, но это всего-лишь ночь. Если приглядеться, то можно было рассмотреть очертания его нового дома. Веки снова налились свинцом. Он заснул, так и не заметив бешеного взгляда, направленного в его сторону.