Волчья ягода

Мальчика разбудили лучи света, бьющие из окна. Он потянулся до хруста в пояснице и протяжно зевнул. Утро было слишком добрым для поздней осени.Остались последние тёплые деньки, после которых придёт холод и серость. Ужас, пережитый ночью, забылся. Воспоминания о нём не вызывали дрожи. Если бы не саднящая боль в горле, то он и не вспомнил бы об этом. Под одеялом было тепло и уютно, а за его пределами — нет. Было бы здорово остаться там навечно, но так можно пропустить завтрак. Он вспомнил, что находится в комнате не один. — О, так ты проснулся, — послышалось с соседней кровати. Джерри показалось, или у этой реплики была разочарованная интонация? Наконец-то он мог разглядеть соседа во всей красе. Тот сидел, взобравшись на кровать с ногами и совсем не смотрел на него. На коленях была раскрыта объёмная книга с потрепанной обложкой. Судя по оставшимся страницам ему осталось совсем немного до конца. Мальчик был худ и бледен. На фарфоровом лице ярко выделялись чёрные глаза и волосы. —А, ой… — Джерри совсем растерялся. Хоть лицо новоявленного соседа ничего не выражало, и без того стало понятно, что ему не рады. — Я уснул и не успел поздороваться, — он неуклюже поднялся и преодолел расстояние до соседней кровати в четыре шага, после чего протянул руку, — моё имя Джерри, а тебя…? — Том, — от одного произнесённого слова температура и так в прохладной комнате упала ещё на два градуса. Протянутая рука не осталась проигнорированной, Том оторвался от чтения и ответил на рукопожатие. А тот вообще пожалел, что встал с кровати. Рука Тома была по — мертвецки холодной, такой-же бледной, как и его лицо, с короткими бледно-розовыми ногтями. Пожалуй, он лучше бы согласился подержаться за ручку с миссис Коул, чем хоть пальцем ещё раз тронуть Тома. — Я думал, управляющая сообщила тебе моё имя, неужели ты имеешь такую короткую память, что не в силах запомнить три буквы? — Управляющая много чего о тебе сообщила, — буркнул под нос Джерри и поëжился. Отвечать на грубость не было настроения, он вырвал свою ладонь из холодных тисков и развернулся, чтобы переодеться в комплект приютской одежды. Обувшись, он вышел за дверь, оставив Тома в одиночестве. * * * Горло продолжало болеть, и только подойдя к умывальнику и осмотрев своё отражение, Джерри понял причину и ужаснулся. Шею украшало ожерелье из сизых, желтоватых и лиловых синяков. Теперь ясно, почему на него все так пялились. Возможность завести друзей в этом унылом месте таяла на глазах. Ужас сменился гневом. Ночью в комнате был только он и Том. Мигом забыв про завтрак, Джерри задрал ворот рубашки и помчался обратно в комнату. Влетев за порог он еле сдержался, чтобы сразу не влупить по этой высокомерной физиономии. — Псих! Так это ты пытался удавить меня ночью! Том медленно перевёл глаза от страниц на разъярённого мальчика. Уголок его рта немного дёрнулся, выдавая эмоцию отвращения. — Я бы побрезговал марать об тебя руки. — Тогда кто, если не ты? Нас в комнате двое, видишь кого-то третьего? Медленно выдохнув, Том с громким хлопком закрыл книгу. Обманчиво елейным голосом он произнёс, — Бедный, бедный Джерри! Как жаль, что старуха, которая сдала тебя в детдом, оказывается ещё тебя и душила. Но не волнуйся, здесь ты не одинок в своём горе и полностью в безопасности. Больше она тебя и пальцем не тронет! Образ улыбающегося морщинистого лица тёти Молли возник перед глазами Джерри. Этот говнюк не в праве так отзываться о ней. В мгновении ока он оказался возле постели Тома и влепил ему мощную затрещину. Тот не заставил себя ждать, и вот уже они катаются по полу маленькой комнатки, раздавая тумаки на право и налево. Когда силы обоих иссякли, они расселись по углам комнаты, пытаясь отдышаться. Наступила тишина, Том и Джерри обменивались злобными взглядами. — Ты говоришь, что не делал этого, — Джерри оттянул ворот рубашки, — тогда кто? На твоём месте я бы придумал что-нибудь убедительное. А то я в шаге от того, чтобы побежать к миссис Коул докладывать на тебя. Том громко всхрапнул и сплюнул кровавый сгусток на пол. — Скажи мне, Джерри, ты веришь в приведений? — Приведений? Не можешь придумать чего получше? — Я говорю серьёзно. Джерри осмотрел сидящего напротив парня. Да, на шутника тот был совсем не похож. — Тогда почему призрак не тронул тебя? — Потому что ты сейчас уязвимее, как никто. Беззащитный и одинокий, некому за тебя заступиться. Можешь бежать и стучать на меня, мне всё равно. Но оно закончит начатое, а когда тебя не станет, то я даже станцую от радости. От слов Тома по спине пробежался холодок. — Я не хочу умирать, помоги мне. — Какая мне выгода от твоего спасения? —Том, миссис Коул не верит в приведений. Как только она увидит синяки, то даже не станет сомневаться, что это сделал ты. На лице Тома появилась еле различимая эмоция замешательства. — А ещё она говорила, что если ты сделаешь мне гадость, то тебя переселят обратно. Том взвесил всё за и против, после чего пришёл к выводу, что терпеть одного невыносимого сопляка лучше, чем десять. — Хорошо, — он быстро поднялся с пола и отряхнул одежду, — я помогу спасти твою никчёмную жизнь. Но для начала нужно сделать что-то с твоей шеей. Он распахнул двери шкафа и начал копаться внутри. Достав, что нужно, Том протянул предмет Джерри. — Это… шарф? — Обмотай его вокруг горла. Если будут задавать вопросы, то скажи, что простудился. — Он девчачий… После его реплики Том метнул в него такой взгляд, что у Джерри, кажется, поседела прядь на голове. Он быстро накрутил колючий кусок ткани на шею, чтобы не злить Тома ещё больше. — Отлично, а теперь на завтрак.