Ещё одна бессонная ночь.

Майская ночь, окутанная прохладным ветерком придаёт желание жить, в отличии от жаркого дня. На тёмном небе можно было бы увидеть очертание звёзд, но их закрывает дорога из облаков, плавно переходящая в пустоту. На небе не видно даже луны, не говоря о звёздах. На пустых улицах ни души, лишь проезжающие мимо машины проплывают в известное только им направление. Куда они едут и зачем? Может быть в долгожданный дом, где их и никто не ждёт. Поздно. Все живое уже спит. Но как и везде бывают исключения. Май, а именно его конец - разгар суматохи у тех же выпускников, например, последний звонок, горькое расставание с прежним коллективом. Экзамены, на которые либо уже забили с самого начала года, списав всё на ответы, кои-х иногда могут слить. А кто-то кряхтит над подготовкой второй год, а в мыслях лишь о неудачи на экзамене, " Я не сдам". Тебе может и повезёт с вариантом, где темы будут тобою усвоены, в них ты словно "рыба в воде", а может и нет, что ты " рыба на суше". В подобные ночи сна нет ни в одном глазу. Голову заполоняют мысли о предстоящем будущем. Что со мной будет дальше? А может я и не проснусь вообще. Но в конечном счёте ты уснёшь под утро, или же нет? Новая пачка сигарет и сворованная зажигалка из пятёрочки были частым спутником подобных ночей. Балкон, соединенный с комнатой, излюбленное место у Кавеха в подобные моменты. Да, выходить на улицу в столь тёмное время суток, если честно, было страшно. Хоть на улице и нет никого, кто мог бы навредить, а на улицах развешаны камеры, это всё равно никак не помогало. Днём он словно единственный лучших солнца, пробирающий из-за тучь после продолжительного ливня, что давалось ему с трудом. Да, он любил общаться, как-то контактировать с людьми, но давалось действительно сложно. Моральное состояние парня давало надежды желать лучшего, но оно как раздавленное сердце Данко, всё же, угасало. После смерти отца весь мир словно перевернулся с ног на голову, он пытался сдержать себя по осколкам прошлого, не потерям ни одного. А вот уже после окончательного переезда матери в Фонтейн всё рухнуло. Он не сможет самостоятельно собрать по малейшим осколках прошлого себя, словно пахл из тысячи деталей. Прошлое тяготит. Нет, оно душит, вытаскивает всё внутринности из собственного тела без наркоза. Открытое окно, щелчок зажигалки и зажжение очередной сигареты. Новая затяжка, по горлу бьёт своеобразный вкус сигарет, не самых отвратных, на подобии "Пётр первый", но и не "Chapman", нечто среднее между ними. Выдох. Взгляд устремляется на небо, в надежде увидеть хоть что-нибудь, напоминающее ориентир. " И снова оно пустое, "- очередная затяжка. Выдох. " Сегодня я остался абсолютно пустым для что их грёз"- разочарованный вздох -"опять... " Глаза жжёт от дыма, они снова будут красным, но уже не из-за ужасно-печального количества сна, с от едкого дыма. А может, и не дыма вообще? Кавех не может позволить себе плакать, не смотря на всю плачевность ситуации. Он должен оставаться сильным, не смотря ни на какие невзгоды, ведь стоит лишь пропустить малейшую слабость, так мир выкинет тебя за борт, , ловно ты ненужный груз. Но нет ничего вечного. Всё, что уже существует в мире - забытое старое. Ты не можешь изобрести тот же велосипед, если его изобрели уже давным-давно. Как и твои суждения не вечны. Они словно фонтан твоих домыслов в маниакальной фазе, но стоит впустить депрессивную - мир кажется не таким то и ярким, как казалось ранее. Это раздражает. Это невыносимо. Кавех, как человек искусства, застрял в своей боли этого мира. Естественно, у него есть и знакомые, коих можно даже назвать "друзья"! Но, так ли легко себе в этом признаться? Если друзья по своему определению - группа людей, схожих между собой по интересам. Они проводят время друг с другом, помогают друг другу, когда это нужно и так далее. А что есть у Кавеха? Правильно, душевные терзания, которые он пытается подавить среди чёртового алкоголя с искусством! Может, да, есть ещё сосед, максимально погружённый в книги и редко удаляющий внимание окружающих его людей. Таких как он называют нелюдимыми. Кавех же напротив, ещё как "людим". У него море знакомых, " друзей" по интересам, да даже партнёры были! Но вот, они и внимания на деле не стоят. Они все одинаковые, в них нет той должностной изюминки, если так можно сказать, цепляющей детали. Так будет уместнее. Они одноразовые. Но так нельзя было сказать об Аль-Хайтаме. Действительно, человек он, скажем так, простой по своей натуре. Он нелюдим, люди его редко интересуют, книги куда интереснее, в них есть должное "разнообразие". И Кавех был одним из немногих, кто отличался от серой массы. Он привлёк его внимание. За ним интересно наблюдать, изучать. Кавех для Аль-Хайтама словно новая книга, предстоящая к дальнейшему изучению и поиску всяческого рода несостыковок и малейших деталей. Глаза предательски мокнут. "Блять! "- ругается блондин, он всё же не выдерживает. Он делает долгую затяжку, опускает руку с сигаретой, а та лишь, как последняя его надежда вылетает из рук. Он тяжело выдыхает, с удивлением смотрит на пустую руку. " Ахах, даже так! "- будущий архитектур отходит от окна, попутно закрывая его, но открыть форточки всё же необходимо. Комната пропахла мерзким запахом приторного табака, а от блондина им прям посёт. Оперевшись об край подоконника и вытерев слёзы тыльной стороны ладони, он надеется, что они вот-вот перестанут идти. Взгляд опускает на пол, он не в силах и головы поднять, не то, чтобы себя с колен, на которые он себя и поставил. "Сука, да хватит! - его прорвало на эмоции, слёзы бьют по его плану " Не проявлять свою слабость "- остановитесь, не сейчас же! ". Медленно проскальзывает на холодный пол, даёт себе пощёчины, чтоб успокоиться, перевести дух на физическую боль с моральной. Слышится звук открывающейся двери в их общую комнату, однушка как никак. Включается тусклый свет одной из трёх лампочек, их более месяца никто не хочет заменить. Комната средних габаритов была обставлена скромной, советской мебелью и с ободранными местами обоями. В ней требовался полноценный ремонт, да вот удовольствие "ремонта" не самое дешёвое. Денег с трудом хватает на проживание, а никак не на роскошную жизнь. "Кавех, мать твою, опять накурил! Я понимаю, зависимость и все дела, но не в квартире же! " - Хайтам был явно недовольным таким стечением обстоятельств. После тяжёлого учебного и послерабочего дня, так ещё он как самый последний неудачник пропустил последний транспорт у себя перед носом и ему пришлось идти несколько километров пешком, желал прийти домой и лечь спать. "Кавех, солнце Кшахревара, удостойся лечь поспать хотя бы сегодня! "- он подходит к балкону, отодвигает шторы. На лице Аль-Хайтама промелькивает доля удивления, ведь не каждый день же твой сосед будет захлёбываться в своих же слезах, при чём до этого как-то державшего себя в руках. " Кави, что с тобой? - он незамедлительно подсаживается к соседу и убирает его руки от лица - посмотри на меня. " Архитектор, делая вид, мол "да всё в порядке, ты чо, у меня всё под ебейшим контролем!, пытается сотворить кривое подобие улыбки- дурачка , а-ка, " Не понимаю притензий! " : " Всё нормально! , тебе просто показалось. " В ответ получает оплеуху с ярким недовольством второго, но ещё с явным беспокойством :" Не обманывай хотя бы себя! Я не собираюсь слушать столь наглый пиздёшь." Данный трюк не плохо озадачил Кавеха, "за что? " Не покидает его мыслей, "что я сделал не так и почему ты злишься, опять?... " Хайтам берёт лицо Кавеха в свои руки, протирая место удара :" Нам надо поговорить, тебе сейчас необходимо высказать всё, ты слишком много терпел." " Аль, всё правда в порядке, я просто немного устал, не стоит бесп... - фраза обрывается, он не в силах врать, выдержать взгляда соседа, когда тот всё прекрасно всё понимал и видел. Это было не чёртова небольшая усталость, это был груз его бремени, который он нёс и нёс на своём хребте, но не выдержал. Он был неподъёмным. - не смотри на меня так, пожалуйста. " Заминка. Набрав в лёгкие воздух, он принимается "излить часть своей души единственному близкому человеку". С новой порцией слёз, с выдоха:" Я не понимаю себя, я как-будто потерялся в удушающий раздумиях о будущем, но о прошлом тем более. Я-я,Я не могу его отпустить никак!" Он хватается за ткань рубашки "друга? " , предварительно убрав руки того от лица, и вжавшись в грудь аппонента, продолжил :" Я хочу перестать чувствовать что-либо и просто забыться в... Небытие наверное, но точно не сдесь и не сейчас. Я устал, мои руки опустились ниже чего-либо ."