Ещё одна бессонная ночь.

Кухня - место частых перепалок между людьми, близкими людьми. На кухне собираются родственники, приехавшие на какой-либо праздник. На застолье звучит тост с искренними пожелания о твоём и без того прекрасном будущем. Завершить школу только на золотую медаль, поступить на востребованную профессию, например на того же адвоката или врача, как дочь условной тёти Маши из соседнего двора. Или вот, посмотри какой чудесный парень или девушка растёт у твоей тёти! Вы непременно должны познакомиться, начать встречаться, выйти замуж и нарожать как можно больше детей. Муж будет работать на трёх работах, как у всех, а ты – нянчиться с детьми. Они уж точно будут лучше, чем ты. На них вся надежда, а так, пустое место. Зачастую такие перепалки, если их можно таковыми назвать, заканчиваются молчанием со стороны человека, кому летят такие «душевные» пожелания. Но вот начни ты говорить слова протеста, так всё, «ты что, из этих?». У меня было так, у твоей матери так, а у тебя и подавно. Ты же «нормальный человек». Да, бывают и нормальные родственники, что не несут сей бред, а это уже большая удача. Кухня – место обсуждения, место для битой посуды и тёплых, а может и не очень разговоров. Разговоры о власти частый посетитель. Нет места подходящего, чем кухня для обсуждения «важных переговоров». Кухня- место, где сейчас на старом и потрёпанном столе стоит давно остывший чай, к которому даже не притронулись. Он уже холодный, как погода в январскую ночь. «Я не хочу начинать пытаться всё изменить с себя- голова опускается на стол – зачем мне всё это, Хайтам, если меня и так всё устраивает? Я действительно не понимаю, почему ты сидишь и слушаешь весь мой «бред сумасшедшего», если нас с тобой да даже просто друзьями не назовешь? Было бы это разговор чуть раньше... - переход на еле слышимый шёпот- я бы признался тебе во всём, но мы не достаточно близки..» «Я хочу тебе помочь, мне невыносимо смотреть на тебя в настолько подавленном состоянии.» Он хочет прикоснуться к нему, обнять или как-то утешить, но только не словами. Это не его конёк. Почти невозможно найти человека начитаннее, чем он. Но всё портит пониженная эмпатия и полное отсутствие интонации в голосе. Всё, что он скажет или не скажет – как лекция самого нудного преподавателя в душном помещении в начале утра. Тянет в сон. Она, лекция, ничем не цепляет, а попытки внедриться в суть слов резко стирается в монотонности. Действия – единственная возможность взаимодействовать с людьми для Аль-Хайтама. Слова не его, а вот действия – ещё как. Словами горю не помочь, но действиями – уже можно что-либо изменить. Зачем говорить, когда тебя не слушают или не воспринимают всерьёз? Незачем, только время теряешь. А время – вещь исчерпаемая. Не успеешь оглянуться, вот тебе напасть, уже конец августа, когда только что вроде бы был декабрь. Рука машинально тянется к собеседнику. Он почти что невесомо дотрагиваться до очень сухой кожи руки, как-никак частые перекуры и мало-мальски сон позволяют себя проявить. Она холодная, даже слишком. Она обжигает горячие руки и гладкие руки. Кавех уже на подходе, скоро выключится. Желание начать новую перепалку не появилось. Не каждый день его сосед проявляет и капли внимания. Он мог бы того даже подъебнуть из списка «я для тебя новая книжонка, что ты ко мне свои ручонки потянул?» , но не сегодня, только не сейчас. Архитектору сейчас просто необходимо находиться с кем, будь им хоть трижды проклятый его сосед. Нужно было закрыть «пробкой бутылку с вином, чтоб оно не выветрилось». «Останься ещё на пять минут, пожалуйста – дальше речь становиться не совсем внятной-мне слишком одиноко...» «Будь добр, спи сегодня спокойно Хайтам поднимается со своего места. Его сосед не был тяжёлым человеком на подъём. Не составило труда поднять Кавеха на руки и отнести в их общую комнату. Одна кровать на твоих – не самое лучшее для удобства, но квартирка была дешёвая, а факт достаточного близкого расположения к их институтам только рисовало плюсы, да и соседей было не слышно, так что, можно и потерпеть данную «близость». Комната успела проветриться и приторный и тошнотворный запах табака успел выветриться. Можно теперь дышать вполне спокойно, не мучаясь из-за ранее описанному запаху. Кавеха укладывают кровать лицом к стенке и накрывают пледом. Ну не одеялом же, на улице май. Ночь холодна, но под утро, часов к четырём, дышать уже невозможно. Аль не стал отходить далеко. Но ему нужно было доделать курсач, там буквально последние пять страниц, а уже потом можно тоже лечь спать спокойно. ***** Время приближается к отметке на часах к семи. Аль не смог лечь, хотя того же несчастного Кавеха он корил из-за вечного отсутствия сна. Плевать, ему можно, единичные случаи никому хуже не сделают. Главное, что курсач был готов и идти сегодня никуда не надо. Он не ляжет спать. Уже поздно ложиться, он не хочет сбить режим и пытаться его наладить тем более. В квартире была только одна комната, где был сделан ремонт – это ванная комната. Она буквально была как «картина маслом». То была комната в классическом стиле и в светлых тонах. Мраморная плитка окутала старые, дряблые стены помещения, а каменная, но всё такая светлая плитка дополняла мраморную. Позолоченная лепнина на потолке представляла под собой незамысловатые узоры цветов и листьев, грамотно вписываемую к деревянной мебели без всяких лишних изысков. Немаленькое зеркало распорядилось на месте рядом с раковиной приглушённо-коричневого цвета. Сантехника чистого белого цвета, на ней не было ни намёка на «инородные» цвета. Мытьё комнаты проводилось строго хотя бы раз в неделю или как можно быстрее, если её условно тот же горе-художник ненароком зальёт краской в надежде помыть кисти от неё же, ибо нельзя оставлять кисти немытыми, а хорошие новые принадлежности будут стоять немалую сумму денег. Рядом с ванной находился небольшой коврик сделанный мозаикой в разных оттенках золотого и бронзового. Шторка для ванной, крепившаяся за кронштейн, сделана из металла и пластика в коричневом цвете с узорами цветов. Приглушённый, тёплый свет озарил комнату. Единственное, чего хотел Аль – это принять душ как можно на затяжной момент. Это единственное, что может отвлечь от мыслей и от не особо приятных ощущений. К тому же, желание спать должно, исчезнуть. Грязная одежда летит в стиральную машину, радует, что все вещи чёрные, не нежно зато будет вещи перебирать по цветам. Вода настроенная, слегка горячая. Хах, давление поднимается точно. Вода смывает мысли. Она даёт возможность очистить голову, как историю браузера. Пустая голова и отсутствие «пустых» мыслей помогает расслабиться и избежать реального мира на какое-то время. ***** Как и ожидалось, давление ударило в голову. Нормально дышать стало сложнее, а действия - медлительными и неуклюжими. С трудом получилось одеться в предварительно приготовленную и чистую одежду. Дверь открывается, Аль выползает из ванной, опираясь об, стены. " Я переборщил с кипятком уж точно, отвратительно. " Кровать была мятая, некоторые подушки откровенно. валялись на полу, а плед хоть и укутывал его владельца, но был уже наполовину скинут. Держась одной рукой за голову, Аль тихо ругается на соседа, поднимает опавшие подушки: "блять, подвинься. Кровать не только твоя! " Хайтам падает мимо поднятых подушек на матрас рядом с лицом соседа. "Потрясно, словно уронить стопку твоих эксклюзивных комиксов по "Marvel" на себя. Тяжело и больно. " Глаза слипаются, подавая который по счёту признак о необходимости организму сну. А вот раньше же, в школьные времена получалось не спать и по трое суток спокойно, а сейчас даже после одной такой ночки невозможно не желать о сне, хотя бы о кратковременном...