Kaveh's lament

«Аль-Хайтам чрезвычайно умён, не отрицаю. Прискорбно только, что человек такого таланта сосредоточился сугубо на истине, обделив вниманием всех, кто его окружает. Быть может, источник всех этих проблем — его непостижимый индивидуализм. Взять, к примеру, полное отсутствие уважения к старшим… Это я, конечно же, не о себе лично.»

Кавех

Вспоминаю как я впервые увидел его. Он был ещё совсем мальчишкой, но уже таким серьезным и неприступным, с пронзающим до костей взглядом. Несколько Харавататцев рядом оживленно спорили, но он отстраненно листал книгу и очевидно не хотел участвовать в их дискуссии. Я, дурак, было решил что у него какие-то проблемы, и как старшекурсник, поспешил ему на помощь. Тогда мы впервые заговорили. Жизнь в Академии была беззаботной. Я целые дни просиживал в библиотеке, создавая невероятные эскизы, не думая о бюджете и реальности воплощения. И единственное, что омрачало моё существование — зеленоглазый первокурсник Хараватата который ничего не знает в искусстве. Как человек абсолютно не понимающий сути и свободы творчества, со своими слишком приземленными идеями он то и дело критиковал мои чертежи. Как бы ни было прискорбно признавать, он иногда, в очень редких случаях, был прав, и я, возможно, даже прислушивался к нему. Но это было очень редко. Практически никогда. Конечно это не значило что Я избегал его. Вовсе нет. Наоборот, мне хотелось услышать его мнение даже если оно не было правильным. Проблемы начались в конце моего третьего курса. Вернее сказать, одна единственная проблема — совместный проект. С самого начала у нас ничего не заладилось. Он всё настаивал на своей идее и критиковал любые правки которые я вносил. Вот же: проект совместный, а работает он один. Для меня было важно участвовать — мне нравился предмет да и это была прекрасная возможность показать свои умения. В конце концов, Аль-Хайтам согласился оставить часть написанную мной. Наврал, скотина. В день сдачи, сидя перед профессором я увидел что всего того ради чего я гнул спину и не спал насколько недель, просто-напросто нет. Он убрал мою часть. Он убрал мою часть из конечного проекта! Ну а мне ничего не оставалось, кроме как продолжить улыбаться и не подавать виду. Устрой я сцену погибла бы репутация не только этого подонка, но и моя. Выйдя за дверь, я еле сдерживая слёзы взглянул в глаза Аль-Хайтама. Всё такие же холодные и безразличные. Я замахнулся. Красный след остался на бледной щеке, он не сопротивлялся. Резко развернувшись я ушёл, и поклялся больше никогда не связываться с этим лгуном. «Наш» труд высоко оценили мудрецы, да на столько что в качестве награды выделили целый дом вблизи Академии. Что ж, от своей доли я отказался. Почему? Всё просто: она, как и проект, не была моей. Спустя несколько лет, стоя на пороге того самого жилища от которого я отказался и смотря на уже повзрослевшего бывшего друга, я думал о том не попутал ли я случайно адрес. Кто же знал что человек, который откликнется на моё объявления о поиске аренды будет именно им. В первые секунды, я хотел отказаться и по-быстрому убежать. Аль-Хайтам с порога выставил мне требования и условия, а также сроки оплаты. Честно, я был не в восторге узнав что теперь домашние обязанности в большей мере будут висеть на мне, но очень низкая цена и Дом Даэны буквально в двух шагах были очень заманчивыми. Да и выбора то не было. После того как я попал в долги, особо перебирать с условиями жизни не приходилось. Те несколько дней которые я провёл на улице были сущим кошмаром, и возвращаться к жизни такой я не был намерен. Сон в мягкой постели, куда более привлекал меня, чем спальный мешок. Впрочем, ко всему можно привыкнуть, верно? Так вот, черта с два! Если его колкости я ещё мог с адским усилием игнорировать, то его вкус в мебели я терпеть просто отказывался. Резная статуя посреди гостиной? А почему бы и нет? Шелковый пурпурный диван с золотыми кружевами? О да, прекрасный декор для кухни! Боже, ну почему?! И всё это он покупал и ставил так, чтобы я обязательно это заметил. Дело не только в оскорблении моего тонкого чувства стиля, но и в хвастовстве. Всё то недоразумение, которое он ласково называл «изюминками интерьера», стоило баснословных денег. Он покупал такие вещи просто потому что мог. Я же не был в состоянии себе такого позволить. Ну и что? Все равно Я на это не потратил бы ни гроша! Так, вот, о чём это я… Он остался таким же, каким я его запомнил с Академии. Остроумный, саркастичный, с явно выраженной социопатией. Всё такой же жуткий. А вот что касается внешности… Он стал выше. Очень даже выше. В какой момент он меня перерос?! Черты лица стали острее. Глаза остались прежними. Даже возможно ещё более, пустыми и холодными. Прям как у мёртвой рыбы (не люблю рыбу). Но вот что меня удивляет: несмотря на весьма… неординарный вкус в интерьере, одевался он не плохо. Как эстет я подметил, но сказать ему об этом было бы просто преступлением. Он бы вспоминал мне это до конца своих дней, и этого я уж никак не хотел. Хотя… Знаете, перспектива остаться с ним навсегда не была настолько ужасной. Нет-нет, он всё ещё был той ещё гнидой, но… Даже не знаю. Мне стоило забыть о нём. Но я не мог. Не мог, понимаете?! Не мог забыть о том как он укрывал меня своим плащём, когда я засыпал прямо за столом, работая над очередным проектом. Не мог забыть о том как он тащил меня поздно ночью с таверны. Не мог забыть вкус его губ… Да, той ночью я перебрал с вином и он пришёл, чтобы забрать меня домой. Святые архонты, я все ещё помню его холодные руки на моей талии, когда он придерживал меня, помогая идти. Я все ещё помню, как он усадил меня на диван и как он поддался, когда я потянулся за поцелуем… О, прошу, не смотрите на меня так. Близость по пьяне, что в этом особенного. Но всё же… Как он смотрел на меня тогда… Иначе. В нём не было той надменности, той характерной ему льдинки. И я был готов на всё чтобы он посмотрел на меня так же, хотя бы ещё один раз. Признаться, это было чистой воды глупостью. Такой человек как он не способен-… Такой человек как он не способен на что-то мягкое. На что-то искреннее и чувственное. Он не способен на любовь. Не удивительно что когда у меня всё начало налаживаться… Мне попался очень интересный проект: довольно объемный, и что самое главное, мне дали над ним полный контроль. Свободный полёт фантазии! Предоплата была внушительной, финансирование обещали стабильное, и заказчик был проверенным. Мечта для любого творца! Я был вне себя от счастья. Вот он — мой шанс! Подписав контракт, я направнаправился домой, по пути купив продуктов, на свои деньги. Вечер обещал быть поистине особенным. Я почти закончил приготовление ужина когда входная дверь отворилась. Обернувшись, я, как и всегда увидел своего соседа. Мягко улыбнувшись, я вернулся к нарезанию овощей и, не оборачиваясь, сообщил Аль-Хайтаму о новом проекте, слушая как он снимает плащ и направляется к кухне. «И что?». Эта фраза заставила меня замереть. «Ты и правда собираешься за него взяться? Не неси чушь». Мое сердце пропустило удар. «Кавех, я тебя умоляю, ты опять ввяжешься в долги, как и много раз до этого». Я услышал, как он берёт бутылку вина со стола и наливает себе бокал. «Ты всегда ведёшься, на такие безумства, и только глубже закапываешь себя. Только подумай, кто в здравом уме будет обращаться к кому-то как ты?». Мои руки продолжали механически резать морковь. «Стань наконец-то реалистом, Кавех». Я резко обернулся. Всего несколько шагов разделяли нас. Несколько ничтожных метров. Как? Как можно быть таким бесчеловечным? Как можно быть таким монстром?! Я поймал его надменный взгляд, сокращая расстояние и… —… И тогда вы нанесли ему восемнадцать ножевых ранений? Алые глаза сверкнули под светом люминесцентные лампы. Светловолосый парень, в изящно подобранной одежде украшенной брызгами бурой крови выпрямился и посмотрел на человека перед собой. Он улыбнулся. — Так точно, офицер.