passions

Статный мужчина лет двадцати шести в аккуратном темном костюме неспеша подошёл к панорамным окнам высотки, кладя руки в карманы брюк. Взглядом гуляя по городу, что был освящён яркими красками ночи, Чонгук играл желваками, пытаясь успокоиться. В центре Сеула, кажется, суета столицы никогда не заканчивалась, будь то день, то ночь. Город активный постоянно, не заставляет скучать людей. Но несмотря на это, Чона подобное не отвлекало нисколько. Накануне, утром этого же дня, он поругался со своим парнем из-за его импульсивности и своей несдержанной вовремя агрессии. Даже на обед не вернулся домой, дабы утихомирить бушующие эмоции, что мешали работе. Целый день мужчина потратил зазря, ничего дельного не получилось. Время близилось к восьми часам вечера, когда Чонгук ехал в общую квартиру, надеясь, что его возлюбленный успел успокоить свой нрав и уже ждёт его. Какое же было разочарование, когда в их очаге не оказалось никого, а звонки и сообщения старшего благополучно игнорировались одним красноволосым юношей, что пропадает черт знает где. Злость, которая пылала в груди на протяжении дня, снова взяла свое, и Чонгук ударив ладонью по стеклу, которая не показала никакой реакции, напряжённой походкой подошёл к дивану, небрежно садясь на него. Ещё один не принятый звонок. После последнего отправленного сообщения, его кинули в черный список. Неприятный сгусток эмоций рос с каждой минутой всё больше. Прикрыв глаза и раздумывая над чем-то своим, мужчина томно вздохнул. В темной, оглушительной тишине комнаты раздался короткий звук уведомления и зажегся экран, освещая частичку потолка на долю секунды. Устало поднимая веки, Чон взял в руки свой мобильный телефон и разблокировал его. Шторка уведомлений показала, что ему отправили фото с закреплённым сообщением, но сам номер не опознался – неизвестный. Вписывая четыре цифры в виде важной даты, Чон зашёл в новый чат и начал хмуриться ещё больше. Не благоприятное настроение, начало ухудшаться сильнее, только к злости добавились нотки ревности. — Недавно покрашенный в огненно-красный цвет юноша, выглядел как разъярённая фурия. Причем чувствовал он себя также. Не успел Тэхен начать есть, как слово за словом, началась ругань с Чонгуком, в конце которой тот хлопнул дверью и ушел на работу. Как только обеих возлюбленных отделила стена, из недр дома громко зазвонил телефон младшего. Так и ни разу не притронувшись к еде, он встал со своего места, раздражённо ища мобильник. Когда он перестал пиликать, парень шикнул, ведь теперь поиски усложнились вдвое. Попыхтев и найдя нужную вещь под одеялом, что покоилась на кровати, Ким разблокировал вещь с помощью фэйс-айди и нажал кнопку перезвонить, ожидая, когда ему ответят. — Тэхен! Ты что, спишь? - крикнули сходу по ту сторону экрана. Но похоже, отвечать никто не спешил и когда пауза затянулась, абонент продолжил: — Сегодня день дебюта у Юнги, в честь этого хотим в клуб пойти, ты с нами? - голос с негодования резко сменился весельем, а младший в какой раз сокрушился на себя, понимая, что забыл про знаменательный день парня своего лучшего друга. — Да, конечно с вами. Напишешь подробности сообщением позже, ладно? - и не дождавшись ответа, сбросил звонок, откидывая телефон. Голова начала болеть от шума сутра и парень не нашел ничего лучше, чем снова укутаться и уснуть, дабы гнетущие эмоции сошли на нет. — Время было ближе к шести, когда из-за трезвона рядом, юноша, резко встав с места, поморщился, хватаясь за голову. Проспать столько часов, отнюдь, не лучшая идея. Кое-как поднявшись с кровати, не удосуживаясь даже застелить ее, Ким прошел в ванную и быстро умылся, доставая аптечку. У него было времени всего ничего, если судить по сообщению Чимина, поэтому быстро закинувшись таблетками от головы, Тэхен побрел выбирать себе одежду на сегодняшний вечер. Хмурым взглядом оглядывая большой гардероб, рыжий придирчиво отбирал наряды, остановившись на темной футболке без рисунков, черных кожаных штанах и такого же цвета косухе. Второпях надевая всё выбранное на себя, дополнил подходящим ремнем, что сочетался с цветом образа. Подходя к зеркалу с специальным столиком и освещением для прихорашивания, Ким выбрал не слишком заметные белые бусы из мелкого жемчуга и похожее изделие в виде кольца. Осматривая себя, он решил использовать подводку, что б подчеркнуть глаза и готовый, улыбнулся самому себе. По дороге к двери беря всё самое необходимое, в виде телефона, ключей и налички, он растасовал их по карманам, обувшись в темного цвета лоферы, вышел из дома, закрывая дверь. Лифт прибыл быстро и на такой же скорости спустил его на первый этаж. Улица встретила вечерней прохладой, лицо приятно обдало ветерком, и он направился к парковке, где уже ждал такси. — На фотке был изображён изрядно пьяный Тэхен в темной футболке, что обнимался с Джуном — другом первого — и положил свою голову на его плечи. Оба улыбались и сфотографировал явно кто-то другой. Разглядывая присланное детально, он заметил вывеску сзади и узнал знаменитый клуб, немедленно направляясь туда. Темные чувства захлестнули мужчину полностью и бесповоротно. За пару минут спускаясь и буквально выбегая к парковочному месту, где была оставлена его машина, Чон завел ее на расстоянии с помощью пульта и нетерпеливо сел за руль. Тихо ругаясь под нос, он ожидал чего-то непонятного. Может ждал, что Ким позвонит? Не в его стиле было уходить и обжиматься с кем-то в клубе. Он вообще не любил ходить куда-то без старшего, но похоже сегодня всё изменилось. Поднимая взор на дорогу, мужчина выехал с места и едва ли, не нарушая правила дорожного движения, помчался в нужную сторону. — — Ну же, Тэхен-и, выпей ещё, а? За Юнги! - не отставал Чимин от своего лучшего друга, подсовывая ему рюмку текилы. — Джина споил, думаешь, меня сможешь? - еле волоча языком, он поднялся с места, желая подвигаться. Они столько времени сидели на одном кресле, выпивая и не видя границ, что тело Кима затекло. Сокджин уже спал, видя десятый сон в царстве Морфея после столького количества алкоголя. Сам именинник сидел в углу ярко красного кресла, сцепив руки на груди и устало наблюдал за своим горе-парнем, что мучил всю компанию. — Эй, Намджун! А как же ты? Совсем не пьешь! - рыжий снова недоверчиво разглядывая широкого мужчину лет тридцати, совсем не понимал, чего он весь вечер пьет одни лимонады. Впрочем, эта мысль у него быстро выветрилась, и он походкой больного пошел в толпу, где был разгар танца. Кучка неизвестных ему людей приняла радушно и подстраиваясь под ритм песни, Ким двигался, чувствуя, что его по-настоящему торкает и ловит кайф. Сзади кто-то подходит и обнимает, сцепив руки на талии и прижимается. — Чонгук? - единственное, что произнес младший и продолжил танцевать в обнимку с непонятно кем. Туманный разум не принимал реальность, главное, что была популярная песня, словленный ритм и крепкая грудь сзади. Уши заложило, будто юношу окунули в воду с головой, а когда отпустило, Ким заметил толпу пищащих девушек и отступивших парней. Соизволив повернуться всем корпусом назад, взору представился сидящий на полу мужчина, что зажимал то ли нос, то ли рот и скривленный недовольством Чон. На этом конфликт не закончился, потому что темноволосый обойдя толпу, ударил уже Джуна, что, не заметив надвигающейся бури, уронил стакан, разбивая его же о пол клуба. Кажется, в непривычной тишине толпы, послышался тихий треск и с носа резко потекла кровь. — Ещё раз, блять, увижу, носа будет мало! - пригрозила низким голосом «буря». Отвечать, кажется, никто не собирался, а Намджун молча наблюдал, понимая, что такое случилось бы и вовсе не злился на агрессивность знакомого. — Что..., - не успев договорить, Тэхёна схватили за запястье и потянули к выходу из клуба, где толпа пьянчуг снова собралась и начала пританцовывать, забывая небольшую потасовку. Не успевая догонять мужчину, что широким шагом шел к автомобилю, рыжеволосый еле плелся, спотыкаясь о неровную поверхность асфальта. — Да стой же ты! - собирая все мысли воедино с некоторыми трудностями, прикрикнул младший и почувствовал, что хватка на запястье ослабилась и он упал, потеряв точку опоры. — Что ты творишь? — А ты что творишь? Раз поругались, так уже в клубе с каким-то левым человеком обжиматься надо? - слова сочились, словно яд у змеи и хотел было продолжить Чонгук, но прикусил язык, ожидая оправданий. — Чего молчишь? — Я не обжимался ни с кем, не выдумывай, Чон. — Чего ж ты тогда по барам шляешься? — Шляюсь?! У Юнги вообще-то праздник, мы пришли сюда повеселиться! — Судя по вашей компании, весело было только тебе. Обнимаешься с одним, прижимаешься с другим, - стиснув зубы, мужчина скрестил руки на груди и пытался успокоить бушующий ураган внутри. — Не смей так делать больше. Ты меня понял, Тэхен? Без меня никаких клубов и новых знакомств, я не собираюсь бегать по городу и искать тебя в компании кого-то., - пытаясь расслабиться, складки на лбу расправились и взгляд старшего стал без былой пелены злости. — Я, - снова несказанное предложение было прервано резким: — Ты мой, Тэхен. Я не хочу делить тебя даже с твоими друзьями, не то, что с незнакомцами, просто пойми., - вдыхая через нос похолодевший летний воздух, Чон наклонился, цепляя своего парня, что бы тот наконец-то поднялся. Больше не было слов, лишних движений. Оба сели в машину и поехали в тишине. В такой неприятной, тягучей, в которой минуты до дома текли как вечность. Младший виновато отпустил голову, рассматривая свои руки, что покоились на коленях. Внутри неприятно жгло, в горле стал ком и неожиданно с лица стекла капля одинокой слезинки. Стало плохо, так плохо, что душа хотела выть, но не понимала от чего. Чонгук словно специально игнорировал состояние своего парня, но на самом деле он внутри пытался оправдать возлюбленного рыжеволосого тем, что тот был пьян и такое больше не повторится. В напряжённом молчании ехали две частички чего-то единого, чувствуя себя разбитыми на тысячи осколок.