Шерлок Холмс в Мультивселенной Безумия

      Осенняя меланхолия, опустившаяся на Лондон, полностью преобразила Бейкер-стрит. Еще неделю назад здесь царило лето с его солнечными лучами и теплым приятным ветерком, а теперь им на смену пришли ранние, немного мрачноватые сумерки и частые дожди. Такая погода как нельзя лучше соответствовала настроению знаменитого обитателя дома номер 221-б.       — О Боже, как мне скучно! — Шерлок Холмс, облаченный в черный сюртук и белоснежную рубашку, мерял гостиную широкими шагами, то и дело возводя к потолку свой слишком гениальный лоб. — Ни одного порядочного дела за целый месяц, ни одного! Это просто возмутительно! Еще один день подобного безделья, и я окончательно захирею! — он театрально взмахнул рукой и опустился в свое кресло, предварительно эффектно взмахнув фалдами своего сюртука.       Добросердечный доктор Ватсон, в этой гостиной неизменно сливавшийся с мебелью, вздохнул, складывая пополам утреннюю газету.       — Не переживайте, Холмс, — кротко промолвил он. — Я уверен, скоро вам обязательно подвернется какое-нибудь замечательно дело.       — Ой, да вы-то откуда можете это знать!.. — высокопарно отмахнулся от подобной попытки его утешить Холмс, после чего, словно только что осознав, откуда исходит звук, пристально на него посмотрел. — А вы вообще кто?       — Помилуйте, Холмс, — проговорил его собеседник. — Я ведь доктор Ватсон.       — Неужели? — детектив смерил его подозрительным взглядом. — Вчера вы выглядели иначе.       — Вполне возможно, — смиренно допустил доктор Ватсон.       В дверь постучали.       — Войдите! — взмахнул рукой Холмс, всем своим видом демонстрируя глубочайшую скорбь.       — Мистер Холмс, — обратилась к нему появившаяся на пороге миссис Хадсон, — к вам миссис Фигг. По срочному делу.       — Миссис Фигг? — Холмс вскинул голову, и в его демонических глазах мелькнула искра интереса. — Просите!       Пока миссис Фигг, сухонькая старушка лет восьмидесяти, шаркая, проходила в комнату и здоровалась с Ватсоном, Холмс уселся на спинку кресла, поставив на него ноги, и теперь стал похож на черного ворона, терпеливо ожидающего, когда с лотка пекаря упадет заветная булка. Как только миссис Фигг со всеми возможными удобствами устроилась на диване, он соединил вместе кончики пальцев и вперил в нее свой пронизывающий взгляд.       — Итак, миссис Фигг, — с безупречной вежливостью обратился он к пожилой даме. — Чем могу быть вам полезен?       — Ох, мистер Холмс, — маленькие глаза почтенной старушки заслезились, и она затеребила в своих высохших пальцах батистовый платочек. — Мистер Холмс, это все мистер Лапка — мой бедный котик!       Несколько секунд Холмс просто смотрел на нее, не меняя позы, после чего в отчаянии всплеснул руками:       — Нет, это воистину чья-то изощренная пытка! — он спрыгнул с кресла и, в один присест преодолев несколько метров, очутился у двери и рывком ее распахнул. — Миссис Фигг, не сочтите за дерзость, но я прошу вас покинуть мой дом! Я не занимаюсь розысками домашних питомцев!       От такого поворота событий миссис Фигг едва не расплакалась, поэтому ей на выручку пришел участливый доктор Ватсон.       — Холмс, я думаю, ваше решение слишком поспешно, — мягко заметил он. — Я уверен, что это дело обязательно вас заинтересует, если вы выслушаете рассказ миссис Фигг.       Холмс смерил его подозрительным взглядом, словно прикидывая, насколько велика вероятность того, что почтенная старушка вступила в сговор с его верным помощником. Видимо, отбросив эту гипотезу как несостоятельную, он вновь взмахнул фалдами своего сюртука и уселся в кресло — на сей раз вполне традиционным способом.       — Что ж, миссис Фигг, — торжественно изрек он, — я вас слушаю.       Старушка промокнула платком свои мокрые глаза и начала свой рассказ:       — Мистер Холмс, три года назад я овдовела, и моя племянница подарила мне мистера Лапку, когда тот еще был котенком. Мы с ним сразу же подружились — я никогда прежде не встречала таких ласковых и заботливых котов. Я живу одна в большом доме, так что у мистера Лапки всегда было довольно места для игр, однако я никогда не ограничивала его свободу, поэтому он часто отправляется гулять по лондонским крышам. Так произошло и вчера. Я дала ему молока на завтрак, он все выпил и пошел на прогулку, но так и не вернулся! — тут ее потускневшие от старости глаза вновь наполнились слезами. — Но я без него не могу, мистер Холмс! Вы должны мне помочь, умоляю!       Холмс снова соединил вместе кончики пальцев и внимательно посмотрел на клиентку.       — Скажите, миссис Фигг, как давно ваш сын перестал с вами общаться?       И Ватсон, и почтенная леди воззрились на него с крайним изумлением.       — Но я… — пробормотала миссис Фигг.       — Бросьте, это ведь очевидно, — Холмс сделал изящный жест ладонью, отметая ненужное удивление. — На шее вы носите медальон, в котором люди обычно держат изображения своих близких. Да, вы упомянули о своем вдовстве, но медальон слишком новый — его явно изготовили совсем недавно. К тому же, в память о почившем супруге вы носите его обручальное кольцо. Значит, речь идет о ребенке, причем мужского пола — ради девочки вы бы не стали так сентиментальничать. Вы сказали, что живете в большом доме — значит, вы богаты. Однако кота вам подарила племянница, из чего можно сделать вывод, что вы одиноки и не поддерживаете отношений со своим сыном. Судя по вашему характеру, вы вряд ли стали бы инициатором разрыва, а значит, им был ваш сын — я прав?       Миссис Фигг судорожно закивала и, не выдержав нервного напряжения, разрыдалась. Холмс посмотрел на нее со снисходительной улыбкой и подождал, пока Ватсон даст ей успокоительное. Когда рыдания чуть стихли, детектив изрек:       — Что ж, миссис Фигг, дело можно считать закрытым. Я совершенно уверен в том, что мистер Лапка у вашего сына.       — Но почему? — охнула старушка. Ватсон, казалось, тоже ничего не понимал.       — Но разве это не очевидно? — в голосе Холмса послышалось легкое раздражение. — Если то, что вы сказали, правда, с вашим котом вряд ли приключилась беда — я думаю, он неплохо умеет за себя постоять. Чужим людям его воровать не к чему, а значит, его похитил ваш сын. Я думаю, ему нужны деньги, и он решил прибегнуть к шантажу, чтобы увеличить свои шансы. Мне жаль, миссис Фигг, но больше я ничем не могу вам помочь, — он сочувственно улыбнулся ей и, столь порывисто поднявшись с кресла, что его сюртук едва не создал в гостиной ураган, взял скрипку и смычок и принялся наигрывать какую-то мелодию. Ватсону же не оставалось ничего другого, как проводить несчастную миссис Фигг и вернуться к своей газете.

***

      На следующее утро изнывающий от безделья Холмс еще даже не снял своего халата, как Ватсон, уже успевший позавтракать, снова уселся в кресло со свежим выпуском «Таймс».       — Кстати, Холмс, — сказал он через несколько минут. — По всей видимости, вы все-таки оказались неправы.       Подавив зевоту, детектив откинул со лба прядь нечесаных волос и, нахмурившись, уставился на своего компаньона.       — О чем вы, Ватсон? — пробурчал он. — В чем я оказался не прав?       — В том деле миссис Фигг, — пояснил доктор, не отрываясь от газеты. — Я сегодня утром нанес ей визит. Оказывается, мистер Лапка вернулся. И не один, а в компании… миссис Лапки. Сын миссис Фигг ни в чем не виноват — просто коту захотелось обзавестись семьей.       Холмс несколько секунд буравил Ватсона своим пронизывающим взглядом.       — Ну и дурак, — мрачно констатировал он, возвращаясь к своей меланхолии.