Неудобное наследие (Inconvenient Heritage)

      Детектив-инспектор Лестрейд оглядел переполненную комнату и задался вопросом, зачем он здесь.              Когда старший суперинтендант вызвал его к себе в кабинет, чтобы рассказать о новой инициативе по борьбе с преступностью, он был удивлен — и, по правде говоря, настроен скептически. Он проводил свои дни на улицах, а не в конференц-залах. В конце концов, это была его работа как инспектора в отделе тяжких преступлений. Он знал, что люди могут сделать друг с другом, и никакая новая инициатива, какой бы она ни была, в ближайшее время этого не изменит. Лучшее, на что они могли надеяться, — это более быстрая текучесть кадров в раскрытых делах — ничто и никогда не помешает людям быть ужасными друг с другом.              Однако он посчитал лестным, что его включили. Небольшая дополнительная реклама — особенно хорошая реклама — конечно, Ярду никогда не повредит. Было бы хорошо, если бы люди увидели, что Новый Скотланд-Ярд посвятил себя поиску новых способов предотвращения и раскрытия преступлений, а если какой-то высокопоставленный мерзавец захотел поддержать это своими собственными деньгами? Еще лучше. На благо команды он мог просидеть скучную встречу или две.              Лестейд потягивал чай, осматривая комнату в поисках знакомых лиц, и мельком увидел знакомый профиль. Это был?..              — Привет, Грег, — раздался дружелюбный голос за его плечом.              — Джон, — сказал он удивленно. — Я не ожидал вас. Это Шерлока я только что видел?              — Да, — отозвался Джон с усмешкой. — Я сказал ему, что он не может постоянно жаловаться на неумелость полиции, если не хочет что-то предпринять, чтобы сделать их лучше. По сути, он здесь по принуждению, но… он здесь.              — Он не похож на человека, который подходит для собраний и комитетов, — сказал Грег, наблюдая за аристократическим поведением Шерлока, когда тот стоял в углу и хмурился.              — Боже, нет, вы можете себе представить? Он, вероятно, никогда не придет на другое подобное мероприятие, но, по крайней мере, у него есть куда направить некоторые из своих... предложений.              — Раньше у него никогда не было проблем с тем, чтобы их направлять, — сказал Грег со смехом, взглянув на Джона. — Вы сегодня потрясающе выглядите. Не думаю, что я когда-либо раньше видел вас в костюме.              Джон пожал плечами: — Это показалось мне более подходящим, чем форма. Я бы предпочел быть в джинсах, но, вероятно, позже будут фотографии, и я не хотел ставить себя в неловкое положение.              Грег улыбнулся, задаваясь вопросом, ожидал ли Джон какого-то группового фото, как, например, для класса в школе, но ничего не сказал. Джон был хорошим парнем, и он не хотел его обескураживать: — Значит, Шерлок притащил вас за собой?              — Это было скорее взаимно, — сказал Джон, взглянув на него с внезапной остротой во взгляде. — Что вы вообще знаете об этой программе?              — Что какой-то лорд или кто-то еще решил заняться борьбой с преступностью бог знает по какой причине, — сказал Грег, подавляя вздох. — Он запускает эту программу, чтобы, я не знаю, финансировать расследования или что-то в этом роде. Выкладывает часть своего личного состояния на более странные, запутанные головоломки, для решения которых требуются дополнительные человеческие силы и время. Я полагаю, если подумать, неудивительно, что Шерлок вовлечен. Это как раз то, что ему понравилось бы...              Его голос затих. Это ведь действительно было областью Шерлока, правда? Копание в более сложных загадках было по вкусу именно ему, и… как он никогда не думал?.. Шерлок, очевидно, происходил из богатой семьи. Посмотрите на костюмы, которые он носил, на его пальто. Его акцент также громко (и часто пронзительно) говорил о высшем образовании и классе. Лестрейд гадал, был ли граф, стоящий за всем этим, связан с Шерлоком. Кстати, когда был день рождения Шерлока?              Затем подошла Донован, коротко кивнув Джону: — Когда же это начнется, — проворчала она, — у меня на столе горы бумаг.              — Быть здесь — это честь и привилегия, Донован, — твердо сказал ей Грег. — И если мне приходится с этим мириться, то и вам тоже.              — Тоже мне, привилегия, — сказала она, фыркнув, — еще больше работать с Фриком. Полагаю, Уотсон, вы здесь именно поэтому?              Однако прежде чем Джон смог ответить, на трибуну поднялся старший суперинтендант и призвал к вниманию. Грег был удивлен, когда Джон начал пробираться сквозь толпу, но предположил, что тот хотел лучше видеть. Иногда было легко забыть, что он не был высоким человеком.              — Спасибо всем, что пришли, — говорил босс Грега, — и добро пожаловать на запуск Инициативы Андершоу. Как вы все слишком хорошо знаете, несмотря на все наши усилия, мы иногда сталкиваемся с преступлениями, которые являются сложными и громоздкими. Преступлениями, требующими больше ресурсов, чем мы можем разумно выделить на их решение. Эта инициатива направлена на раскрытие именно таких преступлений. Но вы слушаете меня каждый день. Это же вы должны услышать от самого человека.              Грег вежливо похлопал, когда люди в передней части зала сдвинулись, и почти затаил дыхание, когда увидел знакомую голову Шерлока, приближающуюся к трибуне. Нет, это было невозможно. У него был старший брат, ведь верно? Он не мог быть графом... правда? Но нет, суперинтендант говорил о преданности графа общественному благу, проявленной во время его службы в армии, и о том, что его интерес появился только после возвращения домой с войны.              Ха. Он задавался вопросом, пересекался ли когда-либо путь графа с Джоном... а затем все почти осеклись, когда старший суперинтендант отступил в сторону, и к микрофону подошел сам Джон Уотсон.              — Привет, — сказал он со своей вежливой улыбкой, похоже, наслаждаясь ошеломленной тишиной. — Я уже знаю некоторых из вас, но не думаю, что нас должным образом представляли. Меня зовут Джон Хэмиш Уотсон Брэндон, и да, я — граф Андершоу.              Грег уставился на мужчину, совершенно ошеломленный. Джон? Джон Уотсон был графом? Он взглянул на Донован и испытал лишь небольшое облегчение, увидев, что она выглядела еще более ошеломленной, чем он себя чувствовал. В передней части комнаты он разглядел Шерлока со сложенными за спиной руками, который ухмылялся шокированным лицам, несомненно, мысленно ругая их всех за то, что они не были более наблюдательными.              Подождав немного, пока новость уляжется в головах, Джон продолжил: — Как я говорил, я уже знаю некоторых из вас, потому что, как сообщил старший суперинтендант Филч, я заинтересовался раскрытием преступлений — не в последнюю очередь потому, что живу в одной квартире с Шерлоком Холмсом. Я думаю, это была своего рода счастливая случайность. Я провел последние пятнадцать лет, служа в армии Ее Величества в КАМК в качестве хирурга, и видел много страданий — не все они были вызваны армиями или террористами. Я не думаю, что когда-либо полностью осознавал, сколько таких же преступлений, таких же зверств происходило здесь, дома, — пока я не начал помогать Шерлоку и Новому Скотланд-Ярду в некоторых их делах.              — Я совершенно ясно видел, что мужчины и женщины, раскрывающие преступления, умны и преданы общему благу, — Грег услышал со стороны Шерлока тихое фырканье. — Однако, как и все мы, они бывают перегружены. Слишком много дел, слишком много преступлений. Некоторые из них могут быть довольно простыми, но более сложные, связанные... Ну, они часто требуют больше ресурсов, больше времени, чем позволяет количество дел, что подводит нас к инициативе Андершоу.              Теперь Грег слушал внимательно. Знание того, что за всем этим стоит Джон Уотсон — человек, которого он уважал, — изменило ситуацию. Это был не просто какой-то титулованный придурок, пытающийся найти способы потратить свое время и деньги, как светская дама, творящая добрые дела. Это был человек, который в буквальном смысле был в окопах, рискуя своей жизнью ради общего блага. Он также не мог не согласиться с оценкой Джона. Сложные дела отнимали время у простых, и Грег часто расстраивался, если дело закрывалось, когда он почти чувствовал, что решение было прямо здесь, в пределах досягаемости, но их ресурсы были нужны в другом месте.              Это была одна из причин, по которой он вообще приглашал Шерлока на место преступления — любовь этого человека к головоломкам и его внимание к деталям помогали быстро и эффективно решить некоторые из этих сложных задач. Однако тот был всего лишь одним человеком, так что новая инициатива, которая бросила бы немного денег и ресурсов на труднораскрываемые дела? Честно говоря, это было бы облегчением, потому что Грег был в этой сфере деятельности главным образом для того, чтобы обеспечить закрытие и решения для тех, кто столкнулся с внезапным, жестоким, смертельным преступлением.              Тот факт, что за всем этим стоял Джон Уотсон... каким-то образом это заставляло почувствовать, что это сработает, а не исчезнет, как в прошлом подобное случалось с другими благотворительными программами. Джон Уотсон (Джон Брэндон?) был человеком, который выполнял свои обязательства.              Джон закончил говорить, и на этот раз Грег с большим энтузиазмом присоединился к аплодисментам, а затем повернулся лицом к Донован.               — Что только что произошло? — спросила она.              — Джон Уотсон только что преподнес нам продвинутое раскрытие преступлений на тарелочке с голубой каемочкой, — тупо сказал он.              — Для вас — граф Андершоу, — послышался знакомый, слегка поддразнивающий баритон Шерлока. — Закройте рот, Донован. Вы похожи на выброшенную на берег рыбу.              — Ты знал об этом, Фрик? — потребовала Донован.              — О достойной уважения инициативе Джона по борьбе с преступностью? Конечно. Хотя, прежде чем вы спросите, нет, я его на подобное не подбивал. Это была полностью его идея.              — Нет, я имею в виду, история с графом. Ты знал?              Он наклонил голову, приподняв одну бровь: — Сначала нет. Поначалу он скрывался.              — Скрывался? — повторил Грег. — Как граф может скрываться?              — Использование девичьей фамилии твоей матери помогает, — сказал Джон, подходя к группе. — Мне нужно было время, чтобы... отдохнуть... от армии, прежде чем приступить к своим обязанностям. Я никому не сказал, что вернулся в Лондон. Skype очень полезен, вы знаете? — Он оглянулся на толпу у трибуны. — Ладно, как я справился? Прошло много времени с тех пор, как я публично выступал.              — Ты был вполне адекватен, Джон, — сказал Шерлок, когда Донован выпалила: — Вы граф? По-настоящему?              Джон вздохнул: — Если бы я им не был, как вы думаете, я бы объявил об этом в целой комнате сотрудников правоохранительных органов? Но да, Салли, титул восходит к первому графу — тоже Джону, — который приплыл с Ричардом Львиное Сердце. Мой отец умер, когда я все еще был в Афганистане, но я был полон решимости завершить срок службы, поэтому дистанционно справлялся со своими обязанностями. Когда я вернулся... ну, пока не встал на ноги, я просто никому не говорил, что досрочно вернулся домой.              — В любом случае… все прошло хорошо, Джон. Или, э-э, как мне теперь к вам обращаться?              — Джон вполне подойдет, Грег. Титулы имеют свое место, но мне не больше нравится называться «милордом», чем слышать, чтобы ко мне все время обращались «доктор». Но, ладно. Я нервничал.              — Но я думал, что у вас нет семьи? Кроме сестры?              Джон пожал плечами: — О, поверьте, семья есть. Они просто... ну, они не знали, что я был в армии, что ходил с тростью и все такое… Я не совсем знал, как им сказать, так что... как сказал Шерлок: я скрывался.              — Но теперь-то они знают, верно? — спросил Грег, представляя легионы кузенов, выясняющих прошлое Джона, когда они откроют завтрашнюю утреннюю газету, чтобы увидеть его фотографию с запуска инициативы Андершоу. Он мог только представить себе огненную бурю, которая последовала бы за этим откровением.              К его облегчению, Джон кивнул: — Пару недель назад я столкнулся со своим кузеном Дэвидом и ходил в дом достаточно часто, так что, да, я признался. Все они были в ужасе, узнав, что я почти два десятилетия прослужил в армии, а никто из них этого не заметил. Шерлок был потрясен их недостаточной наблюдательностью. Ежегодная рождественская вечеринка обещает быть... интересной. — Он ухмыльнулся своему соседу по квартире.              — Подождите, — сказала Салли. — У вас есть дом? В Лондоне? И... вы переехали к нему?              — Под «ним» вы подразумеваете Шерлока? Да, Салли, я так и сделал. Знаю, шокирует, что я хочу провести время со своим лучшим другом, но это так. — Его губы сжались, когда он скользнул взглядом мимо Донован, игнорируя ее.              — Верно. Итак, что заставило вас это сделать, Джон? — спросил его Грег. — Я имею в виду, это звучит почти так, словно вы воплощаете в жизнь одну из грез Шерлока, но этого не может быть. Я не могу поверить, что вы хотите таким образом привлечь к себе внимание, только чтобы сделать Шерлока счастливым.              Шерлок снова ухмыльнулся: — Очень хорошо, Лестрейд. Так почему же тогда?              Грег посмотрел на Джона, лицо которого внезапно стало бесстрастным, как будто он приготовился к беде: — Я не... что-то… Что-то случилось, верно? Что это было?              Последовала пауза, когда челюсти Джона сжались, как будто он пытался решить, стоит ли что-то говорить. Наконец, он просто сказал: — Пятый звуковой сигнал, — но этого было достаточно, чтобы на одно долгое мгновение заставить Грега замереть, когда Донован встала рядом с ним.              — Господи, я же советовала вам заняться рыбалкой? — сказала она.              Джон бросил на нее свирепый взгляд: — Это не было виной Шерлока, Донован, и, в итоге, все обернулось удачно. Просто... это заставило меня подумать, что было бы неплохо убедиться, что у наших криминалистов имеется больше ресурсов для остановки подобных вещей, и вот итог. Мне кажется, что, если бы мы тратили меньше времени на нападения друг на друга, возможно, некоторые из нас были бы открыты для новых идей и делали бы все немного эффективнее. Знаете, Донован, вы — хороший офицер, но вы позволяете вашим собственным предрассудкам мешать. Я знаю, что вы с Шерлоком не ладите, и он делает все возможное — потому что ты делаешь, Шерлок, — но, может быть, у него есть что-то, чему он мог бы научить вас в наблюдении за вещами? И, возможно, он лучше научился бы профессионально общаться с людьми, если бы вы изначально проявили к нему некоторую профессиональную вежливость? Я много лет прослужил в армии и, поверьте мне, знаю о ребяческом поведении. Но я также понимаю ценность командной работы.              — Пятнадцать лет в армии, и вы — граф, — сказал Грег. — Это все еще не имеет смысла, Джон.              — Что? Пэру не позволено служить? — поинтересовался Джон с легкой усмешкой.              — Конечно, но разве они обычно не сидят в безопасности за столами? Не там, где их могут подстрелить… Господи, вы — граф, и в вас стреляли. Знают ли газеты?              Джон моргнул: — Боже, надеюсь, что нет. Говоря о привлечении внимания к неправильным деталям! И я вовсе не первый. В конце концов, мой пра-пра-прадед был убит в Первой мировой войне, а Брэндоны служат в армии… ну, столетия. Я просто решил использовать другую фамилию, вот и все. Я подумал, что смогу добиться большего, если буду вести себя сдержанно.              — Недостаточно сдержанно, если в тебя стреляли, — поддразнил Шерлок. (Шерлок дразнит?)              — Я был в составе конвоя, на который напали, — поправил его Джон. — Это не значит, что я был на передовой. И я лечил раненого солдата, когда в него попала пуля — это было важнее, чем уклониться.              — Я бы не сказал, что это так...              — Оставь это, Шерлок. Просто будь благодарен, что это отправило меня домой пораньше, чтобы встретиться с Майком, хорошо? Важно то, что это — опасный мир, где бы вы ни находились — или где бы вы ни работали. Я просто хочу дать хорошим парням побольше шансов, вот и все.              Грег с удивлением наблюдал, как эти двое подшучивали, а затем увидел, как расширились глаза Джона. Он обернулся, чтобы посмотреть через плечо, и чуть не рассмеялся. Казалось, что все офицеры из НСЯ прижались к стеклянной стене, тараща на Джона глаза: — Думаю, новость распространилась, — сказал он Джону. — Больше никакой тайной личности.              — Полагаю, это было неизбежно. Жаль только, что я не смог увидеть лицо Андерсона, когда он услышал эту новость, — он похлопал Грега по плечу и сказал: — Ладно, есть люди, с которыми мне, вероятно, следует поговорить. На самом деле, на этом этапе мы не планировали перерыв, но Шерлок настоял, что потребуется время, чтобы осознать новости о моей, э-э, тайной личности. Но, думаю, еще несколько минут. Нас ждет работа.               Грег наблюдал, как он растворяется в толпе, думая о наследии Джона, его военном прошлом, его работе с Шерлоком — и, боже, Джон был пятым звуковым сигналом? Он надеялся, что когда-нибудь услышит эту историю, но пока кивнул Донован: — Вот именно. Работа, которую нужно сделать, верно?              Она смотрела вслед Джону, наблюдая, как он проскользнул к важным шишкам возле подиума, как будто там и было его место. Ее глаза широко распахнулись, пока она, очевидно, мысленно переквалифицировала армейского доктора. — Верно, босс, — это было все, что она сказала, но Грег так же хорошо, как и она, знал — это была совершенно новая игра.