Особенный сосед или в поисках Истинного!

             Винсент очнулся от сосущего чувства голода. Кожу будто обожгло огнём, и он резко распахнул веки. Он не с ходу признал потолок собственной спальни, а когда пришло осознание, его лицо вытянулось. Однако Винсент быстро взял себя в руки и, сев, поставил ноги на пол. У него даже толики сомнения не возникло, что перенёс его на постель Лукас. Сам бы Винсент точно не добрался. Не в том состоянии. А раз так, значит, парень видел его прелести. И вибраторы. В каком омерзительном состоянии он был найден! Винсенту захотелось провалиться сквозь землю. И ведь не стыдно. Вроде бы.       Поднявшись, Винсент напялил мешковатую футболку — плечо тут же показалось из широкого ворота — и выплыл — иначе не сказать — из комнаты. Сидящий за столом на кухне Лукас тут же подскочил и открыл рот для приветствия, но уловив опасные нотки в тяжёлом взгляде вампира, медленно сел обратно, попутно закрывая рот.       Винсент призраком доплыл до кухни, достал с полки стакан для смешивания коктейлей, заполнил его водкой из холодильника, добавил четверть томатного сока и ложку с горкой соли. Закрутив крышку, он усиленно потряс, затем открыл и присосался, не отрываясь до тех пор, пока всё не выпил. А затем он таким взглядом уставился на Лукаса, что у того волосы попытались встать дыбом, однако тело одеревенело и не слушалось — так бы сбежал.       Обойдя стойку, Винсент подхватил с неё нож, мастерски крутя его в руках. Подойдя к парню, он сел к нему на колени и, приблизив лицо к его лицу, замогильным голосом — пугая до усрачки — прошептал:       — Скажешь хоть кому о том, что видел, порешу!       — Так ты поэтому только отсасываешь? — Осторожно шёпотом спросил Лукас. — Потому что боишься, что за это над тобой буду издеваться?       — Не все готовы принимать подобные странности, — вздохнул Винсент, пересаживаясь напротив и рассматривая тарелки на столе.       — Я еды заказал, — кашлянул Лукас.       — Это я вижу, — Винсент взял вилку и подцепил большую креветку из салата. — Неплохо, — пожал он плечами.       — Там ещё лапша в коробочке есть.       — Сам ты лапша в коробочке, — Винсент устало потёр глаза пальцами.       — Я никому ни слова не скажу о том, что видел! — Заверил Лукас.       — О том, что видел? — Эхом переспросил Винсент, повернувшись к икнувшему с испугу парню. — И как же много ты видел, пока я был в отключке? Всё успел рассмотреть? До мельчайших подробностей?       — Ничего я так не рассматривал! — От всей души возмутился Лукас, отчего вампиру даже смешно стало. — Я её просто заметил! И всё, что я сделал — перенёс тебя на постель! Всё! Честно! Она просто оказалась очень мокрой! И твои игрушки я помыл и поставил в коробку на тумбу! — Весь такой из себя недовольный, Лукас откусил половину большого куска пиццы и ну жевать, недовольно пыря на скептически смотрящего на него вампира. — Фто? — Буркнул он, нахохлившись недовольным воробушком.       — А игрушки мои зачем мыл? — Винсент, не зная, что спросить, спросил первое, что пришло в голову.       — Так за ними ухаживать надо, — Лукас просто пожал плечами.       — Да что ты, — со знанием дела протянул Винсент.       — А вообще ты должен знать, что такими делами в душе заниматься опасно! Особенно когда там жарко! Неудивительно, что тебя вырубило! Взрослый ведь уже!       Смотря на неперестающего отчитывать его человеческого юнца, Винсент захотел лапши в коробочке. Знал бы Лукас, насколько он прав относительно возраста сидящего напротив него альбиноса! Но… говори ни говори, всё равно не поверит. По истечению стольких лет люди забыли, что помимо них в мире существуют другие расы, а не только национальности. И любое «отклонение», например как в случае Винсента, принято считать болезнью. Смешные людишки. Людишки с их приземлёнными желаниями и потребностями. Такими же, как у остальных рас, так же со временем привыкших жить скрытно. И лишь иногда озадачивающих людей странными убийствами или смертями в целом. Лично Винсент до сих пор ржал с момента, когда нашли мёртвого двуглавого пса из породы церберов, приписав это мерзким экспериментам над животными! А ведь когда-то люди всецело отдавали себе отчёт в том, что есть отличные от них существа. А что сейчас? А сейчас они как всё ещё ворчащий Лукас: уходят с головой в фантастические сериалы, фильмы, книги, игры и тому подобное, удивляясь фантазии авторов. Конечно, не без выдуманных рас, но всё-таки… Винсенту иногда за себя любимого становилось обидно.       — Да прекрати бухтеть, — проворчал Винсент, заглядывая в каждую коробку с лапшой, остановившись на «стеклянной» лапше с соусом, кунжутом и большими креветками.       — Глупости говоришь, — проворчал Лукас, запивая сухомятку малиновым чаем. — А тебе вообще как сейчас? — Его взгляд стал заинтересованно-взволнованным.       — Ты о чём? — Не понял Винсент, наматывая лапшу на вилку.       — Просто ты водяры так жахнул… Тебе норм?       — Ты же видишь, что норм.       — Как так можно её пить?       — Меня она успокаивает!       — Фу-у…       — Я тебе нож сейчас в глаз воткну, — пригрозил Винсент.       Лукас угрозе внял и сжал губы в одну линию. Правда ненадолго, потому что ему самому хотелось есть: сначала переживал, что Винсенту плохо, и хлопотал вокруг него, а потом засел на несколько часов за стримы.       Лукасу… вид влажной женской промежности между ног в целом мужественного парня… понравился. Для него это первая встреча с гермафродитом и отчего-то он думал, что они какие-то не такие. Да даже Мэгг выглядел женственнее, чем Винсент с его утончённой аристократичной внешностью и длиннющими волосами. А тут вон чего! Будь Лукас посмелее, он бы порассматривал вагину, воспользовавшись тем, что Винсент в отключке, но совесть шепнула, что это не правильно, и он просто, толком не глядя, обтёр вампира полотенцем и спрятал под одеяло в комнате. Но как же это волнительно! По Винсенту и не скажешь, что он с такой особенностью! Знал бы Лукас, что на данный момент никакого женского полового органа у Винсента нет, совсем бы ахренел. При желании и старании Винсент мог от самого себя родить. От этого Лукас бы вообще в обморок брякнулся.       Винсент мысли парня читал легче, чем строки в открытой книге. И его нисколько не удивляла его заинтересованность в подобном вопросе. Лукаса так и распирали тысячи однотипных вопросов по этому поводу. У него в целом любопытство на моське написано.       — Спрашивай, — разрешил Винсент и сунул в рот креветку.       — А у тебя что, мужчины никогда не было? — Не думая ни секунды спросил Лукас.       — Были у меня мужчины. Я не девственник. Во всех смыслах. Везде!       — Неужели не нашёлся тот, с кем бы ты завязал отношения?       — Как видишь, — Винсент развёл руками, не спеша напоминать, что буквально вчера он спрашивал по поводу отношений друг с другом, а парень будто забыл. Или скорее не хотел об этом говорить-вспоминать из-за неопределённости в отношениях с Мэгг. — А сам-то ты бы стал с таким, как я, встречаться? — Полюбопытствовал Винсент, внимательно разглядывая уткнувшегося в стакан с чаем парня. Ответ его удручил.       — У меня Мэгг есть.       Винсент скептически глянул на Лукаса, но ничего говорить не стал. Ох уж эти люди с их странным стремлением страдать! Винсенту всего одного урока за столь продолжительную жизнь хватило, чтобы понять — любить надо осторожно, и в основном себя. Лишь однажды он влюбился в представителя той же расы, что и он сам — вампира, и позволил использовать себя как вещь. Винсент не цеплялся за прошлое, просто у вампиров в целом память феноменальная: любой день захоти и вспомнится всё в мельчайших подробностях.       — А как ты рассказывал о своей особенности? — Спросил Лукас и опять, столкнувшись со сталью во взгляде вампира, сжал губы в одну линию.       — Чё там с Мэгг? — Винсент, отодвинув коробку с недоеденной лапшой, поднялся. — Со стола за собой убрать не забудь.       Лукас молча кивнул, искоса поглядывая, как Винсент скрывается сначала в комнате, а потом, с охапкой чистых вещей, уходит в душ. Лукасу стало стыдно. Но ничего поделать он не мог. Одна его часть всё ещё тянулась к бывшему, а вторая навязчиво нашёптывала, что Винсент в разы лучше. Своими переживаниями он даже поделился во вчерашнем стриме. И люди в чате разделились! Кто-то неистово требовал возвращения к Мэгг, а кто-то не особо навязчиво советовал сойтись с новым парнем, потому что, судя по рассказам самого Лукаса — Винсент на тысячи ступеней выше бывшего. Дилемма! И вроде бы Винсента он знает всего-то ничего, а появилось странное очень приятное ощущение домашнего уюта. А вот с Мэгг он часто подпрыгивал, не понимая, что сделал не так. Винсент его не осуждает…       Винсент неистово намывался. Его распирало недовольство от самого себя. Он ведь должен привенчать парня к себе! Подкупать его всяким-разным! А не устраивать не пойми что! Но он успокаивал себя тем, что он не бездушная кукла, делающая всё, что ей скажут, поэтому имел полное право на срыв. На ревность! Особенно когда так бесят! Это же надо между ним и какой-то потаскухой выбрать потаскуху! Винсент даже задумался: а сам-то он кто с таким поведением? Набросился на мальца со своим минетом. Поведение желает оставлять лучшего. Поэтому к концу помывки Винсент решил: больше парня трогать не будет. А сожрать он может кого-нибудь другого. В конце концов, кровь пока никто не отменял.       Уверенно кивнув, Винсент вышел из душевой кабинки, замирая перед зеркалом и задумчиво себя рассматривая. Ну чем не красавчик? Тело в порядке. Мордашка миленькая. Волосы ухоженные. А глаза? Взгляда не отвести! В общем, бери и замуж бери! Винсент на самого себя глянул как на идиота.       К тому моменту, когда Винсент вышел из ванной, Лукас только-только поднимался из-за стола, закончив трапезу. Он тут же застыл истуканом, ожидая реакции хозяина квартиры. Вдруг ругать будет, что до сих пор со стола не убрано. Но Винсент мельком на него глянул и ушёл к себе: надо с волосами разобраться.       Потоптавшись на месте, Лукас всё-таки переставил несъеденное в холодильник, а посуду в посудомойку.       — Винсент? — Тихо позвал Лукас, постучав в дверь его комнаты. — Можно?       — Открыто, — отозвался тот, вопросительно изгибая брови, когда парень вошёл в комнату.       — Честно, я никому ничего не скажу!       — Спасибо за честность! — Закатил глаза Винсент. — Что-то ещё?       — Я… ну… в общем, Ви, не злись, пожалуйста, но я не могу так просто выкинуть Мэгг из головы. Честно! Я пытался! Не выходит…       — Честный какой, — фыркнул Винсент. — Что-то ещё?       — Ты же не выгонишь меня?       Подумав, что ослышался, Винсент перестал расчёсывать волосы, выпрямился и полностью развернулся к переминающемуся скромняжкой парню. У Винсента родилось столько вопросов, но вместо того чтобы закидать ими несчастного юнца, ответил:       — Не выгоню.       — С-спасибо! — Солнцем в небе просиял Лукас.       Винсента удивило, когда юнец, нет, чтобы свалить, подошёл к нему и заключил в медвежьи объятия. Вот уж действительно — силушка богатырская! Недаром же в качалку частенько бегает. Когда не ест, не спит и, самое главное, не сидит за компьютером. Компьютер Винсенту захотелось спалить… А там же всякие программы, игры, купленные за огромные деньги, ещё какие-то штуки нужные для стримеров. Вот была бы потеха. Лукас бы точно расплакался от такой несправедливости. Мировой несправедливости! Ровно такой же, как по отношению к Винсенту: Истинный найден, а морду воротит. И что вот делать? Страдать! Когда в прошлый раз Винсента обидел предполагаемый Истинный — он его убил.       — Мне уже дышать нечем, — прохрипел Винсент. Не то чтобы он уж так нуждался в воздухе, но паренёк сильнее сжимал объятия, будто хотел ему хребет сломать. Тоже сомнительно, но мало ли. Вдруг у него в роду оборотни были? Или кто ещё похуже. Псины! Винсент даже носик сморщил.       — Ой! — Лукас даже отскочил, а потом с потешно важным видом и подняв палец вверх произнёс: — Обнимашки лечат от всего!       — Да прям уж, — рассмеялся Винсент. — Какой ты идиот всё-таки, — подойдя к парню, Винсент сам прижался к его торсу, довольно жмурясь от крепко обхвативших его сильных рук.       — Это правда! — Понизив голос, заявил Лукас.       Винсент поднял голову, заглядывая в глаза Лукаса. Взгляды зацепились друг за друга, оба смотрели так, словно искали что-то, что помогло бы им прояснить ситуацию. Словно искали своё спасение. И если Лукас в своих чувствах честен, то Винсент умело играл на этом. Влюбляться он не спешил — хватило прошлого раза. Даже несмотря на то, что перед ним Истинный. Надо просто его заполучить! А потом, когда настанет момент «действительно вместе навсегда», тогда можно будет позволить себе и влюбиться.       Обманувшись поведением Винсента, Лукас, надеясь, что дойдёт до чего-то большего, потянулся за поцелуем, но наткнулся на поставленную между ними ладонь.       — Сначала со своим Мэггом разберись, а уже потом приставай. А до тех пор: ни ласк, ни поцелуев, ни минета. Ну и если уж ты решишь к нему вернуться, и он тебя пустит, свалишь из квартиры. Ясно?       — Ясно…       — Вот и ладненько! — Довольно улыбнулся Винсент, вырываясь из объятий. — Ну, раз мы всё обсудили, думаю, можно возвращаться к своим делам! Как считаешь?       Лукас обиженно поджал губы и развернувшись не проронив ни звука вышел. Винсент покачал головой: он ему не обещал, что будет легко. К тому же Винсента поведение Истинного бесило. Почему нельзя определиться, с кем быть?!