Addictive Lies

      Сердце Чана ускорилось и стучало, как зловещие барабаны, пока он расхаживал по комнате, задаваясь вопросом, куда мог исчезнуть Минхо. Прошло два часа с тех пор, как он видел его в последний раз. Он не хотел беспокоить миссис Ли, поэтому держался от неё подальше. Он вернулся в их номер, проверил бар, позвонил ему несколько раз, а затем решил немного подождать. И вот, прошло два часа, а от его парня всё ещё не было никаких известий. Чан направлялся к озеру, чтобы прочистить мозги, но снова увидел Сынмина и Чанбина и поспешил к ним.       — Сынмин, — Чан тяжело дышал. — Пожалуйста, может Минхо хотя бы намекнул тебе, куда он собирается пойти?       Сынмин поднял на него глаза, выражение его лица изменилось, брови озабоченно нахмурились. Он выглядел так, как будто собирался рассказать что-то важное, но передумал и ответил:       — Нет, мне жаль, Чан.       Чанбин взглянул на Сынмина и положил руку на Чана, пытаясь успокоить своего лучшего друга.       — Он, наверное, срочно куда-то ушёл и вернётся… Ты ему звонил?       — Звонок перевёлся на голосовую почту, — голос был полон паники, — и я искал его повсюду! — закончил Бан, издав стон.       — Когда ты в последний раз видел его? — спросил Чанбин, нежно сжимая плечо Чана.       — После свадьбы он подошёл ко мне, и он выглядел очень уставшим и встревоженным, — Чан глубоко вздохнул. — Я знал, что что-то случилось, но я не ожидал, что он просто… уйдёт.       — Уверен, он должен быть где-то здесь, — попытался успокоить его Со. — Ты проверил номер в отеле?       — Нет, Бинни… — Чан недоверчиво посмотрел на него. — Мой парень пропал, и я не проверил наиболее вероятное место, где он мог быть.       — Рад видеть, что твой сарказм никуда не делся, — пробормотал Чанбин.       — Куда, чёрт возьми, он делся? — Чан закричал, глаза стали дикими. — Думаю, я его напугал.       — Напугал? — Чанбин выглядел сбитым с толку.       — Всё из-за этого брака… Наверное, я что-то сказал и… думаю, я его отпугнул, — объяснил Чан, голос слегка сорвался. — Я просто хочу, чтобы он вернулся сейчас.       Чан выглядел таким несчастным и маленьким, и Чанбину действительно было больно видеть своего лучшего друга таким. Он снова взглянул на Сынмина, чьи глаза устремились на Чана, нахмуренные от беспокойства, словно он что-то скрывал.       Сынмин открыл рот, чтобы ответить, но слова затихли, когда его взгляд кое-что словил. Он просто указал назад, и Чан быстро развернулся.       Минхо стоял неподалёку, застенчиво глядя на него, и Чан немедленно направился к нему.       — Где ты ходил? — Чан завыл, сильно ткнув Минхо кулаком в грудь.       — Ой, — Минхо выдохнул. — Эм… Чан… мы можем поговорить?       Баново лицо вытянулось, его сердце болезненно забилось, когда он увидел, насколько серьёзным выглядел Минхо.       — Хорошо, — прошептал он, страшась этого момента. Минхо был в стрессе в прошлом месяце, Минхо говорил о ненависти к бракам, Минхо выглядел таким напуганным после того, как увидел, как его мать выходит замуж, и Минхо исчез на доброе количество часов… всё это приводило только к одному финалу, и Чан не хотел думать об этом.       Минхо развернулся, и Чан последовал за ним, его разум был пуст.       Они пробрались сквозь толпу и направились к озеру в задней части, где было тише и меньше людей.       Когда они подошли к озеру, Минхо остановился и повернулся к Чану, заметив, как лунный свет освещает его лицо, подчеркивая черты. Он почувствовал, что беспокойство снова закрадывается в его кровь.       — Минхо… что случилось? — нервно спросил Чан.       — Чанни… — медленно начал Минхо, — я любил тебя долгое время.       Должно быть, в его голосе было что-то, из-за чего краска быстро сошла с лица Чана, и Бан посмотрел на него в шоке:       — Ты бросаешь меня?       Сердце Чана ёкнуло в груди, нервный выдох прервал его дыхание.       — Что? — воскликнул Минхо в замешательстве. — Нет, Чан, пожалуйста, послушай.       Чан выглядел явно встревоженным, но он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и жестом велел Минхо продолжать.       Ли проглотил ужас в горле, когда начал снова:       — Чанни, — его голос звучал твёрже, чем в прошлый раз, и он продолжил, — разве это не странно, что мы вместе? Типа реально вместе.       — Что ты имеешь в виду, Минхо?       — Странно, что мы вместе. Я имею в виду, что мы даже не были вместе в начале. Мы всего лишь притворялись, но каким-то образом мы влюбились друг в друга, и после всех трудностей мы… вместе. Как так получилось вообще?       Минхо знал, что он слишком болтает. Лицо Чана стало ещё более бледным, и Ли захотелось пнуть себя за недостаток смысла в его словах. Однако, он не был таким поэтичным, как Чан, и это расстраивало. Он прижал ладони к глазам и изо всех сил старался унять биение своего сердца, похожего на биение крыльев колибри.       — Мы два разных человека, Чанни… но каким-то образом мы нашли друг друга, и нам так хорошо вместе, — Минхо начал снова, потянувшись, чтобы взять Чана за руку, нежно поглаживая её. — Я много думал о нас в эти дни… ты тот, с кем я хочу провести оставшиеся годы, — он сглотнул. — Это просто кажется нереальным… но это реально, и я хочу сделать это ещё более реальным.       Некоторая настороженность исчезла с лица Чана, его плечи опустились.       — Что это значит?       — Это значит… — Минхо медленно вдохнул. — Это значит, что я люблю тебя, Чанни, и я не хочу переставать любить тебя, я не хочу когда-либо отпускать тебя.       Эмоции раздувались в его груди, как воздушный шар, давили на лёгкие так, что становилось трудно дышать, глаза слезились. Минхо редко плакал, но перед Чаном все его эмоции выходили наружу.       — Минхо… — голос Чана звучал крайне обеспокоенно. — Скажи мне, что не так.       Минхо прочистил горло, делая ещё один вдох, чтобы успокоиться, но, похоже, от этого нервозность только усилилась.       Ли достал что-то из своего пиджака, похожее на крошечную бархатную коробочку, и опустился на одно колено.       Лицо Чана исказилось от замешательства, неверия, пока понимание не озарило его, как восход солнца; он стоял прикованным к месту.       — Минхо?       Минхо попытался унять дрожащие руки, когда открывал коробку, показывая мерцающую серебряную полоску, и протянул её.       — Чанни… ты выйдешь за меня замуж?       Лицо Чана полностью изменилось, просветлело, пока не засияло с силой тысячи горящих звёзд, кончики его ушей покраснели. Обе его руки поднялись, чтобы прикрыть рот, когда он ахнул, и, прежде чем он осознал всё, слёзы потекли по его лицу.       — Минхо… — он выдохнул и тоже упал на колени, его взгляд остановился на блестящем кольце, маленьком бриллианте, вделанном в металл и ярко сверкающем в лунном свете. — Минхо… ты не должен был этого делать.       — Я хотел этого, Чан, — произнёс Ли. — Я никогда раньше не был в чём-то так уверен. Я хочу, чтобы ты был моим официально. Я хочу пообещать тебе вечную любовь, я хочу состариться вместе с тобой. Я хочу выйти замуж за тебя и хочу, чтобы мир знал, что ты мой.       Чан посмотрел в глаза Минхо, и он мог бы просто умереть здесь счастливым, увидев любовь, сияющую на лице парня.       — О боже, Минхо… — Чан всхлипнул, вытирая слёзы с глаз. — Да. Конечно, я выйду за тебя замуж. Да, да, да.       Минхо почувствовал, как у него перехватило дыхание, он нежно взял руку Чана, запечатлев поцелуй на всех его пальцах.       — Я не знаю, подойдёт ли размер, — задумался Минхо, доставая кольцо из коробки.       Чан рассмеялся и закатил глаза:       — Просто надень его, Минхо.       Ли улыбнулся, надевая кольцо на тонкий палец Чана, и вздохнул с облегчением, поняв, что оно идеально подходит и прекрасно смотрится.       Бан пискнул, ослепительная улыбка украсила его лицо, когда он с удивлением посмотрел на свой палец, и через несколько секунд Минхо притянул его к себе и поцеловал.       Сильные руки потянулись, чтобы поднять Чана за талию, закружили его, заставив разразиться приступом хихиканья.       Звук смеха Чана был подобен пению ангелов для ушей Минхо, и он молча поклялся себе, что сделает всё, что в его силах, чтобы слышать такой смех Чана каждую минуту.       — Я не могу в это поверить, — Чан шмыгнул носом, вытирая слёзы о рубашку Минхо. — Я никогда не думал, что обручусь с тобой.       Минхо рассмеялся, крепко прижимая Чана к себе.       — Что ж… тогда тебе лучше поверить в это сейчас.       — Я так сильно люблю тебя, Минхо, — Чан посмотрел на Ли, сморгнув слёзы.       — Я тоже тебя люблю, Чанни, — Минхо вздохнул, чувствуя, что растворяется в аромате старшего.       Чан услышал громкие аплодисменты позади себя и, обернувшись, увидел, как Чанбин и Сынмин кричат и машут кулаками в воздухе. Он оторвался от Минхо и раскинул руки, приглашая их в объятия. Он почувствовал, что ему стало тяжело, когда Чанбин врезался в него, крепко обнимая.       — Я помолвлен, Бинни, — Чан наполовину рыдал, наполовину смеялся.       — Я так счастлив, — Чанбин поперхнулся и отстранился, чтобы посмотреть на своего лучшего друга. Чан был удивлён, увидев слёзы, навернувшиеся на глаза Чанбина. За все годы, что Чан знал его, Со никогда не плакал.       Позади него Сынмин обнимал Минхо, похлопывая его по спине:       — Ну что, кольцо подошло?       — Да, к счастью, — рассмеялся Минхо. — Спасибо тебе, Минни, за то, что подкинул мне идеи и помог с выбором в такой короткий срок.       После свадьбы, когда Минхо осознал, что хочет сделать предложение Чану, он немедленно разыскал своего лучшего друга, попросив поговорить с ним наедине.       — Минни, — начал Минхо, его разум начал путаться, беспокойство нахлынуло, как перекрученный кран. Если он уже так нервничал, как он собирался сделать это?       Сынмин, казалось, заметил, каким нервным был Минхо, и толкнул его локтём.       — Ты в порядке?       Минхо кивнул:       — Да, я просто понял, что хочу сделать предложение Чану, ничего особенного.       Ким некоторое время смотрел на него, неверие затуманило его глаза, а рот медленно приоткрылся.       — Минхо… ты серьезно?       — Да… Да, очень серьёзно.       — Боже мой, Минхо… вы, ребята, собираетесь обручиться?       — Я не знаю наверняка, скажет ли он «да», — Минхо попытался пошутить, но получилось немного сдавленно, и внутри него зародилась скрытая неуверенность, страх испортить момент. Он отвернулся, чтобы посмотреть на Чана с Чанбином, они оба разговаривали по видеосвязи с Хёнджином и Чонином.       Сынмин, будучи хорошим другом, притворился, что не заметил легкого колебания голоса Ли:       — Хорошо, скажи мне, чего ты хочешь, чтобы я сделал.       После этого Минхо дал Сынмину указание никому, даже Чанбину, не рассказывать о своём плане и держать всё подальше от Чана, пока он направляется в ювелирный магазин, который он видел, когда они ехали сюда.       — Честно говоря, было сложно держать это в секрете от Чана, — признался Сынмин. — Он так волновался, что ты сбежал.       — Что ж… ему больше никогда не придётся беспокоиться об этом, — пообещал Ли, в его глазах играла улыбка, он с любовью смотрел на Чана, который теперь обнимал Чанбина так крепко, что парень, вероятно, задыхался.       Чан вырвался и подошёл к Минхо с сияющими глазами:       — Мы должны рассказать всем, вот прямо сейчас!       Минхо посмеялся над энтузиазмом старшего, но позволил утащить себя, чтобы начать многочисленные видеозвонки и чтобы Чан мог показать свое кольцо.

***

      Ещё через несколько часов Минхо и Чан решили уйти. Их гостиничный номер был пустой тратой времени, поскольку ни один из них не проводил в нём много времени, в этот момент им хотелось побыть наедине с собой, поэтому они решили вернуться в свою квартиру. Ранее они сообщили миссис Ли о помолвке, и она взвизгнула и заключила их обоих в тёплые объятия.       Чан не переставал восхищаться кольцом всю дорогу домой. Он продолжал вертеть запястье то так, то этак и ворковать над тем, как бриллиант сиял при тусклом освещении.       Это слегка отвлекало, и Минхо ворчал себе под нос, особенно когда Чан полностью проигнорировал его вопрос о том, что они будут есть на следующий день.       Затем Бан оторвал взгляд от кольца, сверкнув своими прекрасными ямочками, и улыбнулся:       — Извини, Минхо, это просто так прекрасно! Мы на самом деле собираемся пожениться.       Счастье на лице Чана было таким заразительным, и это определенно положило конец любым разочарованиям или аргументам, которые Минхо мог бы привести.       Когда они наконец добрались до своего дома, Минхо припарковал свою машину и положил руку на колено Чана, останавливая его, пока тот не вышел.       Бан повернулся посмотреть на него, вопросительно приподняв бровь. Минхо глубоко вздохнул, его сердце было готово разорваться от всех эмоций, которые он испытывал.       Он сделал ещё один глубокий вдох, чувствуя, что шторм, бушевавший последние несколько недель, наконец-то растворяется в спокойных волнах моря.       Минхо никогда по-настоящему не верил в браки, чёрт возьми, он даже не верил в любовь. Он не знал, что его жизнь изменится в тот день, когда симпатичный сосед объявил своему бывшему, что он его пара. В то время он не понимал, почему так быстро согласился, почему он вообще предложил сыграть роль фальшивого парня. Оглядываясь назад, он осознал, что с первого дня влюбился в парня, но его разум был слишком затуманен. Даже тогда он не представлял, что однажды окажется здесь, сидя рядом с тем же парнем с кольцом на его пальце, на выбор которого Минхо потратил два часа. И все же, вот где он был; любовь всей его жизни выжидающе смотрела на него. Чан научил его быть лучшим человеком, дал ему смысл жить. Минхо улыбнулся, положив руку ему на затылок и нежно притянув к себе для поцелуя.       — Я люблю тебя, — Минхо выдохнул в губы Чана, отстраняясь. — Я так сильно люблю тебя.       Чан посмотрел в глаза Минхо, такие тёмные и красивые, проникающие прямо в его душу.       Он думал, что покончил с любовью после своего первого разбитого сердца. Он всё ещё имел бы дело со своими самыми тёмными демонами неуверенности и страхов, но Минхо каким-то образом вошёл в его жизнь и навсегда занял место в его сердце. Он не ожидал, что однажды будет помолвлен с человеком, которого бы любил всем сердцем и который отвечал бы ему взаимностью и каждый день показывал ему, что это значит. Минхо научил его исцеляться и любить. Исчезли его неуверенность и страхи, сменившись лишь вечным покоем и безмятежностью; он наклонился и снова поцеловал Минхо, коротко и сладко. Ложь вызывала привыкание, но любовь вызывала зависимость.       — Я тоже люблю тебя, Ли Минхо… мой будущий муж.

***

      Хёнджин ликовал. С тех пор как Чан позвонил ему и сказал, или, скорее, кричал, что он помолвлен, он был так счастлив. Счастье, которое излучала душа Чана, наполнило его изнутри теплом, и он был ещё больше тронут, когда парень попросил его быть его шафером.       Он собрался вместе с Чанбином, Сынмином и Чонином, который потащил Феликса с собой, и спланировал самый потрясающий мальчишник в истории.       Это было действительно захватывающе. Планирование свадьбы лучшего друга случалось нечасто, и Хёнджин хотел, чтобы всё прошло идеально и гладко. Были времена, когда Хван чувствовал крошечный укол пустоты, поражавший его, как будто ему не хватало одного кусочка головоломки, но он игнорировал его.       Минхо объявил, что на мальчишнике к ним присоединится ещё один гость, и Хёнджин был полностью согласен с этим. Его мысли переключились на определённого человека, и он задался вопросом, что он делает прямо сейчас и наберётся ли он когда-нибудь смелости пойти и найти его однажды и попросить быть его плюс один.       Когда, наконец, настал день, Хёнджин собрался, надев одну из своих лучших рубашек в паре с узкими джинсами. Он не помнил, когда в последний раз был так взволнован, будучи занят своим исполнением роли менеджера. Но это была особенная ночь, и он был так рад, что его разум позволил ему ощутить волнение.       Он добрался до бара и вошёл внутрь, его приветствовало открытое пространство, заполненное неоновыми украшениями. Глаза Хвана блуждали по бару в поисках его друзей.       Чего он не ожидал, так это увидеть Джисона в баре, смеющегося над чем-то, что сказал Минхо. Он был так смущён, поскольку не думал, что Минхо или Чан будут с ним общаться. Его глаза расширились от шока, он посмотрел на Чана и немедленно направился к нему.       — Чанни! — младший втянул старшего в крепкие объятия. — Поздравляю! Я так рад за тебя.       Чан лучезарно улыбнулся ему и сунул напиток в руку Хёнджина.       — Спасибо, Джинни, я так рад, что ты здесь, — он подошел ближе к нему, чтобы прошептать на ухо Хёнджину. — Он тоже здесь… Я надеюсь, ты не против?       Хёнджин пожал плечами:       — Всё нормально, я только за.       Он чувствовал, что пара глаз смотрит на него, и он знал, кто это, но он не мог заставить себя повернуться и посмотреть на Джисона.       — Может быть, ты сможешь поговорить с ним, — предложил Бан.       Хёнджин слегка кивнул:       — Я попытаюсь.       Хван развернулся, подошёл к бару, где сидел Джисон, и сел рядом с ним. Он слышал, как Минхо поприветствовал его и ушёл, вероятно, оставляя их наедине, но Хёнджин всё ещё не мог смотреть на Джисона.       — Чёрные волосы действительно тебе идут, — наконец, сказал Джисон мягким голосом, и Хёнджин почувствовал острую боль в сердце. О, как он скучал по этому голосу.       Он поднял голову, посмотрел на лицо Хана и опрокинул весь напиток внушительным глотком.       Хван провёл бесчисленное количество дней и ночей с Джисоном, но он никогда не мог смириться с тем, насколько красивым был этот парень. Прошло чуть больше года с их расставания, и прямо сейчас его сердце слишком быстро билось о грудную клетку.       Волосы Джисона были уложены, щёки были такими же пухлые, как ему всегда нравилось, волосы стали тёмно-синего цвета, которые ещё больше подчеркивали его черты. Было так несправедливо, что Хан выглядел настолько сногсшибательно, что лишил Хёнджина дара речи.       С каждым мгновением тишины воздух становился всё гуще и плотнее, что побудило Хёнджина заказать что-нибудь покрепче, чтобы набраться необходимым зарядом уверенности.       — Спасибо, — нарушил тишину, сделав глоток своего нового напитка, и повернулся к Джисону. — Синий тебе тоже идёт.       Джисон улыбнулся ему, слабый румянец выступил на его щеках.       — Никогда не думал, что я снова увижусь с тобой на мальчишнике Минхо и Чана, — он рассмеялся.       Хёнджин кивнул в знак согласия:       — Как дела? Чем ты занимался?       — Я стал ассистентом режиссёра, поэтому принимаю участие во множестве различных проектов, — начал рассказывать Джисон. — Именно там я встретил Минхо, на одном из наших проектов, и мы стали друзьями… и он позвал меня на свадьбу.       — Это здорово… Я так рад видеть тебя, Джисон-а, — Хёнджин говорил это от всего сердца.       Джисон ухмыльнулся ему.       — А… как у тебя дела?       — Хорошо… в прошлом году я провёл время с самим собой и многому научился, — сказал Хёнджин, поймав чужой взгляд. — И боже… я так сильно скучал по тебе. Он потянулся схватить руку Джисона, но на пол пути отступил, увидев, как взгляд парня метнулся туда, где его рука покоилась на столе.       — Я тоже скучал по тебе, Джинни, — Хан вздохнул, печаль затуманила его глаза. — Я также скучал по всем другим нашим друзьям. Я скучал по этому, — он замолчал, оглядываясь на всех, они смеялись над чем-то, что сказал Чонин.       При этих словах взгляд Хёнджина смягчился:       — Не волнуйся, теперь мы будем встречаться чаще. Кажется, теперь всё в порядке.       — Да… Нам было весело, не так ли?       Хёнджин кивнул, когда его мысли вернулись ко всем дням, которые он провёл с Ханом, наполненным блаженством, до того, как все стало слишком сложным. Но сейчас всё было хорошо, верно?       — Знаешь… — Хван выпрямился, посмеиваясь, — я собирался попросить тебя быть моим плюс один, если бы тебя не пригласили, но я думаю, теперь это бессмысленно.       Джисон хихикнул, нахально глядя на Хёнджина:       — Мы всё ещё можем пойти вместе, — он протянул руку и взял руку Хёнджина в свою, нежно поглаживая её.       Лицо парня смягчилось, он начал сиять:       — Джисон… — он сделал паузу на секунду и положил другую руку на руку Джисона.       Ему так сильно хотелось сказать, что он всё ещё любит его, что он всегда будет заботиться о нём и никогда не заставит его плакать, но у него не хватало слов.       — Спасибо, — наконец выдавил он, надеясь, что Хан сможет истолковать внутреннюю борьбу, происходящую в его голове.       Джисон улыбнулся.       — Начнём всё сначала?       — Да, ты бы хотел пойти на свадьбу в качестве моей пары? — спросил Хёнджин, нервно сглотнув.       — Да, однозначно.       Они долго смотрели друг другу в глаза, между ними текли невысказанные слова, но они им и не были нужны. Время и расстояние заставили их понять, как сильно они любят друг друга, и это был второй шанс для них.       Они пришли в себя, когда Феликс громко выкрикнул что-то в адрес Чанбина, заставив их захихикать.       — Должны ли мы вернуться? — спросил Хенджин.       Джисон кивнул:       — Да… у нас всё равно будет больше времени для себя позже, когда ты снова начнешь водить меня на свидания, — он пожал плечами, посмеиваясь над Хёнджином.       Хёнджин лучезарно улыбнулся ему, когда они, взявшись за руки, направились туда, где их ждали друзья. Чан повернулся, чтобы посмотреть на них, его глаза скользнули по их рукам и встретились взглядом с Хёнджином, он одарил его самой искренней ослепительной улыбкой и поднял большой палец вверх.       Хёнджин слегка кивнул ему в знак признательности, повернулся к Джисону и притянул парня ближе к себе, вдыхая его запах.       Хван оглянулся, туда, где веселились их друзья: Минхо теперь прижимал Чана к груди, не обращая внимания на то, что они оба были не у себя в квартире, поскольку медленно раскачивались в быстром темпе поп-песни, Чанбин смешил Сынмина, делая несколько странных движений, Феликс и Чонин выглядели так, как будто вели очень серьёзней разговор, но Хёнджин знал, что они, вероятно, делали ставки; Джисон, стоящий в его объятиях, заставил Хёнджина осознать, что это он был недостающей частью, в которой он нуждался. Все были счастливы, и казалось, что всё наконец встало на свои места.       Да, всё определенно будет хорошо.