it is forbidden.

      Ибо сорвался с места, бросив все свои дела. При этом понимая, что таким своим поступком он подводит свою мать ничего не мог с собой поделать. Сейчас самое главное было не это.       Не работа, не приносящая ему ни капли радости, а Сяо Чжань. Тот, кто вправил ему мозги всего лишь одним телефонным звонком.       Он пулей вылетел из кабинета, который выделили специального для него и чуть не сбил с ног своего коллегу, когда пробегал мимо.       Он не просто бежал, а буквально летел на крыльях счастья и любви. — Молодой Господин Ибо, куда вы…? — не успели спросить девушки на ресепшне, как он уже покинул здание.       Он не собирался никого слушать и останавливаться. Было страшно. До жути страшно, что если он остановится сейчас, то так и будет стоять всю жизнь, и та сила воли, которую он по крупицам копил в себе всё это время в один миг иссякнет.       Внутри всё пылало огнем. Обжигало. Этот огонь способствовал тому, чтобы он не стоял на месте, а бежал, словно топливо.       Не было времени, чтобы думать о чём либо. Нужно было просто действовать. Он сел в свой мотоцикл и поехал в кафе.       Не ожидая от себя такой воодушевлённости, не замечая скачок курсора показывающий скорость он гнал по трассе с высокой скоростью. В голове было лишь то, что он как можно быстрее должен увидеть Сяо Чжаня. Настолько быстро, насколько это было возможно. С каждой прибавленной скоростью эта возможность близилась еще на один миг.       Стоило бы остановиться, когда он чуть не влетел со всей скоростью в фуру ехавшую на встречной полосе, но он даже не собирался сбавлять темп. Ловко увернувшись от неминуемой опасности, он проехал дальше. Машинист громко ругался, но Ибо будто и не слышал.

***

      Ван Ибо влетел в кафе с парадного входа, чуть ли не выбив дверь с ноги. Все присутствующие в кафе обернулись на громкий звук со стороны входа и молча пялились. Под их взглядом Ибо стало немного неловко, он извинился и прошел к барной стойке, за которой его уже ждал Сяо Чжань.       Он громко дышал, с каждым вдохом стараясь набрать в легкие как можно больше воздуха. Видно было, что он спешил.       Спешил, чтобы поскорее встретиться с Сяо Чжанем и сейчас глядя на него по щенячьи радостно, словно дурачок, он всем своим видом показывал, что для него это воссоединение значит очень много.       Но, сейчас солнечный Сяо Чжань не выглядел счастливо при виде Ибо, на что он и надеялся, и радости Ибо не разделял. Ожидания оказались обманчивы и первое, что сказал Чжань при виде Ибо это не радостное «Хорошо, что ты пришел» или «Я скучал», а злое: — Жив, всё-таки? Немедленно переодевайся. Будешь обслуживать седьмой и одиннадцатые столики. Не показывайся мне на глаза, если хочешь остаться целым сегодня, Ибо, — он процедил это сквозь зубы, выговаривая каждое слово по отдельности, что звучало еще страшнее. Сяо Чжань в гневе пугает, Ибо чуть не наделал в свои классические брюки, но возражать ничего не смел.       Вот теперь он начинает понимать, какую ошибку совершил, когда решил сбежать. Плохая была идея…       Рабочий день близился к концу. В зале оставалось всего несколько человек, и те должны были уже уходить. До закрытия осталось всего ничего. — Ибо, остаешься вылизать всё кафе с верха до низа и выполнять те обязанности, которые ты не выполнял во время своего отсутствия по непонятной мне причине. Остальные свободны, — обратился ко всем работникам Сяо Чжань и пронзил острым, словно кинжал взглядом Ибо. Сегодня на Ибо иначе он не смотрел. — Что? Это нечест… Понял, — Ибо хотел было что-то возразить, но усмиренный одним только взглядом Чжаня замолчал и принял это наказание.       Остальные весело загалдели и пожимая плечи Ибо ушли радостно переодеваться. Сегодня им удалось освободиться пораньше и всё благодаря безответственному подходу Ибо. В глазах остальных он выглядел героем. Ну, что же… Могло быть и хуже.       Не могло. Точно не могло!       Ибо действительно пришлось убираться в кафе от начала и до конца. Одному. Протирать пыль в тех местах, куда влажная тряпка, скорее всего, не добиралась очень давно. Сяо Чжань заставил его вымыть даже потолок и был полностью удовлетворен результатом только тогда, когда Ибо сделал это два раза. Свисающие камни люстры тоже пришлось протереть несколько раз. — Чжань-гэ, пощади, умоляю…       Весь потный и уставший Ибо уже начал умолять Сяо Чжаня, чтобы тот дал ему отдохнуть.       Чжань оказался жестоким в гневе, Ибо это прекрасно понял и уже наобещал себе никогда в жизни больше не позволять себе злить Сяо Чжаня. Он осознавал, что сильно обидел своего любимого человека эгоистичным поступком.       Поставив себя на место Чжаня, Ибо наконец-то проникнулся состоянием Чжаня и теперь был готов извиняться хоть на коленях.       Может быть уборка в кафе это единственное, что он может сделать сейчас для Сяо Чжаня, что в действительности его обрадует, но сил уже не оставалось и на это. — Чжань-гэ… Я был не прав… — чуть ли не плакал Ибо, когда ему пришлось вытирать покрытые пылью листы искусственных цветков, которых в заведение было хоть отбавляй. — Ибо, — обратился к нему Сяо Чжань спустя много часов молчания или злых упреков, — скажи, пожалуйста, почему ты так сделал? Тебе было обязательно меня так пугать? Ты хоть представляешь как я волновался? — …       Ибо молчал. Он не знал что и сказать. Сказать Сяо Чжаню, что он испугался и просто решил сбежать под родительское крыло, как самый последний трус?       Чжань выглядел таким уставшим. На лице его не было и намёка на радость, хотя все думают, что счастливое выражение лица единственное присущее Сяо Чжаню. Сейчас глядя на него, Ибо понимает как облажался. Сяо Чжань выглядит… несчастным? Всё это по вине Ван придурка Ибо. — Ты ведь даже не дал мне сказать в тот раз, что думаю на счет этого Я. Хм… Говоришь, что знаешь о моих мыслях и чувствах? Так почему тогда сбежал?       Ван Ибо не понимал о чём говорит сейчас Сяо Чжань. Единственное, что он разобрал это то, что в тот день несколько недель назад он совершил самую глупую ошибку за последнее время.       Чжань говорил запинаясь, глотая воздух, чтобы хоть немного успокоится. Видимо, проигрывать в голове события того дня ему давалось сложно. Проживая испытанные в тот раз эмоции снова, на глаза автоматически наворачивались слёзы, хотя он очень старался их подавлять. — Я столько раз писал тебе в тот день… Надеялся, что ты ответишь на мои сообщения. Прочитаешь, дашь знать, что с тобой всё хорошо. Я думал, что ты где-то разбился по дороге домой! Ты каждый раз доставляешь меня домой в целости и сохранности и убедившись, что со мной всё в порядке возвращаешься к себе… А что насчёт меня? Может быть я тоже о тебе беспокоюсь?       Ибо всё еще молчал. Но, смотреть на то, как сейчас надрывается Сяо Чжань объясняя все свои опасения, ему стало так совестно. Он ощутил себя маленьким ребенком из своего детства, который слушает как его ругает мама за разбитую футбольным мячом любимую вазу.       Силой сдерживаемые слезы которых так старался не показывать Сяо Чжань предательски покатились по щекам стоило ему раз моргнуть.       Он проморгал еще несколько раз и отвёл взгляд от Ибо надеясь, что тот не успел заметить блестящие от влаги глаза. Но, было поздно. Конечно Ибо заметил, ведь он смотрел прямо на него. Внимательно, как никто другой.       Увидев слёзы, Ибо не выдержал. Сердце болело от того, что за его поступки приходится отвечать другим. Особенно это касалось Сяо Чжаня. Он не был готов увидеть слёзы любимого человека. Еще сильнее ему не хотелось быть причиной этих слёз. Но, он стал этой причиной и сейчас Сяо Чжань плачет из-за него.       Вырви своё каменное сердце, Ибо, и вручи его в тёплые руки Сяо Чжаня, которого ты не достоин. Умоляй его простить тебя стоя коленями на раскаленных углях. Подари ему луну и звёзды и может быть тогда Сяо Чжань простит тебя.       Ибо подбежал к Сяо Чжаню и заключил в свои крепкие объятия. Обнимая нежно, бережно проводя ладонью правой руки по спине Чжаня, он утешал и извинялся одновременно. — Прости меня, Чжань-гэ, я был не прав. Прошу, прости меня.       Сяо Чжань не обнимал в ответ и на ласку не отвечал. Но и не отталкивал. Позволял себя гладить по спине, заводить длинные пальцы в волосы и играть с длинными прядями, вытирать подушечкой большого пальца слезы на щеках. Он Молчал какое-то время, затем тяжело сглотнув произнес тихо, но отчетливо: — Повтори то, что ты сказал в тот день. — … — Ибо понял о чём он говорит, но смелости не хватало вновь произнести те слова, которые ввели их в подобное состояние. Он долго не решался. — Ладно, — не дождавшись ответа от Ибо, Чжань начал вырываться из объятий, но Ибо не позволил. Он еще крепче прижал Сяо Чжаня к своей груди позволяя почувствовать своё бешеное сердцебиение и сказал: — Люблю тебя.       Замер Сяо Чжань, Ван Ибо и впридачу весь белый свет. Только сердце колотилось, словно вот-вот полезет наружу. Ему одному можно было двигаться в том темпе, который он сам себе задал.       Сказал. Быстро и нерешительно. Во второй раз посмелее: — Я люблю тебя. Чжань-гэ, Я очень тебя люблю. Очень.       В конце он перешёл на шепот. Тихий-тихий. Но этого было достаточно. — Я тоже тебя.       Верить своим ушам или нет? Что это только что было? Сяо Чжань любит кого? Ибо?       Чжань оторвался из объятия и глядя прямо в не верящие глаза Ибо, медленно приблизившись к губам — поцеловал.       Нежно, чувственно, как это умел только Сяо Чжань.       Ибо потерялся. Не мог понять сон это или явь. Что происходит и как на это реагировать? Об этом он подумает потом, ведь сейчас на раздумья не было сил. Голова кружилась от этой ласки и единственное, что он сейчас ощущал это горячее дыхание Сяо Чжаня.       Подхватив Чжаня одной рукой за талию Ибо удивился тому, насколько она тонкая. Сквозь ткань чёрной футболки, которая является их обязательной формой, Ибо полностью ощущал все изгибы и рельефы выступающих косточек. Сумасшествие. Другой рукой взявшись за шею, поцелуй углубился.       Нежный и чувственный поцелуй превратился в страстный и желанный. Всё то, что Ибо пришлось подавлять с их первой встречи теперь вырвалось наружу. Получив персональное разрешение Сяо Чжаня, Ибо начал действовать смелее.       Чжань прервал поцелуй и начал глотать ртом воздух. Откинувшись спиной на один из круглых столов стоящих позади, Чжань соблазнительно облизал верхнюю губу кончиком языка, при этом не разрывая зрительного контакта. Настолько сексуально, что при одном только взгляде на него, Ибо уже готов был взорваться. Чёртов суккуб.       Конечно же не имея стойкости к этому соблазну, Ибо поддался вперед и накрыв своим телом Чжаня продолжил поцелуй.       Прижавшись пах к паху они ощущали желание друг-друга. От этого крышу срывало еще больше.       Никто не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Весь мир должен был ждать, пока они наслаждаются друг-другом. — Ты не представляешь, как мне хотелось сделать так раньше, — прошептал Чжань указывая на их нынешнюю позу. — Ты не представляешь, я тоже.       Поцелуй длился долго и мог бы длиться еще дольше, если бы была возможность, но воздуха катастрофически не хватало. Отдышавшись, они посмотрели друг на друга и начали смеяться. Настолько они забавно сейчас выглядели. — Я могу считать, что ты меня простил? — спрашивает Ибо. — Я тебя еще не простил вообще-то. Но, я могу подумать, если ты еще раз скажешь, что любишь меня. — Чжань-гэ, диди любит тебя.