Изучение художницы

В тот день вы ещё немного поговорили, и он ушёл, оставив тебя с чувством осуществлённой долгожданной мечты. До самой ночи ты танцевала и ощущала внутри небывалую лёгкость во всём теле. Того, что случилось, просто не могло быть. И всё же, оно произошло. Невозможная встреча. Невозможный разговор. Мечта, ставшая реальностью. Кому рассказать — не поверят. Собрав свои картины и прочие вещи, ты закрыла торговый стенд и направилась в сторону дома, твёрдо решив выйти торговать и завтра, несмотря на то, что обычно в этот день ты устраивала себе выходной. А вдруг он снова придёт? В это ты, конечно, не верила, но надежда слабой бабочкой всё же трепыхалась где-то глубоко в душе, и ты охотно ей следовала. Наутро, едва проснувшись, ты вспомнила о событиях минувшего дня, однако тебе начало казаться, будто эта встреча была лишь сном. Грустно, тяжело усмехнувшись, ты медленно, не торопясь поднялась с кровати, но тут наткнулась взглядом на пустующий мольберт, на котором ещё вчера был его портрет, и именно в этот момент тебя словно пронзило молнией осознания. Нет, это был не сон. Определённо не сон. Ты едва не рухнула на месте, ноги подкосились, и ты упёрлась рукой в стену, чтобы удержаться. Немного отдышавшись, ты в реактивном темпе помчалась в душ, затем с той же скоростью оделась, собрала всё необходимое и уже через полчаса подбегала к своему стенду на аллее художников. Остановившись буквально в паре метров, ты замерла на месте: ОН уже был там и явно ожидал твоего появления. Ты поблагодарила всех богов за то, что ещё вчера решила выйти в свой выходной. Чуть переведя дух, дабы не «упасть в грязь лицом», ты уже спокойно пошла к своему рабочему месту и поклонилась кумиру в корейской традиции. -Здравствуй. Не ожидала увидеть тебя сегодня. Он слегка поклонился тебе в ответ. -Я и сам не планировал приходить, но отчего-то решил, что это неплохая идея. Тем более, я здесь никого не знаю, а ты могла бы мне помочь. -Помочь? С чем? — ты, чтобы не показывать своего волнения, принялась открывать стенд, расставляя и развешивая картины по местам. -Я приехал сюда ради исследования вашей культуры и традиций, это нужно для нашего нового альбома. Мы уже проводили изучение несколько лет назад, но тогда только теоретическое, а сейчас мне представилась возможность приехать и увидеть всё своими глазами. Я специально сделал это один, можно сказать, инкогнито, чтобы суметь погрузиться в вашу атмосферу, как обычный человек. -Но без провожатого из местных это не так уж и просто сделать, да? -Именно. Поэтому мне показалось, что обратиться к тебе за помощью — не самая плохая идея. Ты ненадолго замолчала, прокручивая в голове перспективы такой помощи. Исследование явно займёт не один день, и всё это время ты сможешь наслаждаться обществом своего биаса, и при этом будешь ему полезной. Взвесив все «за» и «против» — второго, ты, впрочем, не обнаружила — согласно кивнула. -Хорошо. Я с удовольствием помогу тебе. Но днём мне нужно быть здесь. Работа, сам понимаешь. А вот после закрытия я вся твоя, — едва ты закончила фразу, как осознала её двусмысленность, и тут же покраснела до кончиков ушей. Хорошо, что ты стояла к Крису спиной, всё ещё занимаясь картинами. Айдол же на твою «оговорку по Фрейду» отреагировал многозначительной улыбкой, которую ты, впрочем, не увидела. -Это не проблема. Главное, что ты можешь отвечать на мои вопросы. А ночью, если будет нужно, буду красть тебя. Едва не подавившись от такого ответа, ты с трудом всё же сумела закончить с подготовкой рабочего пространства. Кивнула Бан Чану, приглашая его за стенд, где разложила два туристических стула, на которых вы и устроились друг напротив друга. -Если ты не против, я буду дальше работать, а ты спрашивай всё, что тебя интересует, — и не дожидаясь ответа, ты поставила на колени небольшой переносной мольберт, на котором тут же оказался холст, и принялась карандашом намечать нужные тебе линии. Бан Чан только улыбнулся и кивнул, поняв твой манёвр и желание скрыться от его взгляда. Он начал задавать множество вопросов, на которые ты с лёгкостью отвечала. Что-то он записывал, а что-то старался запомнить. Иногда ваш разговор затихал и тогда ты, на мгновение прерывая свою работу, бросала на него украдкой взгляд, как и прежде не веря собственным глазам. После очередной такой паузы, он, наконец, произнёс: -Пожалуй, ещё меня интересует ваш менталитет. -Менталитет? Ох… Так сразу и не скажешь ничего… Хотя… — ты прикусила губу и ненадолго замерла, отведя взгляд от холста вбок. — Мы не слишком приветливые к незнакомцам. Не очень улыбчивые, не умеем доверять. Очень закрытый народ, который не любит делиться сокровенным с посторонними. И другом мы назовём далеко не каждого. Для нас друг это тот, кто прошёл с нами огонь, воду и… -Огонь, воду? В каком смысле? — перебил он тебя. -Ой, это выражение такое: «Пройти вместе огонь, воду и медные трубы». Значит пережить вместе очень много приключений, трудностей, счастья и горя. -Я понял. Продолжай. Ты мельком взглянула на него, и тут же продолжила рисовать и рассказывать. -Так вот… Друзьями мы называем только тех, кто был с нами во все времена, кто знает нас целиком и полностью, но не потому, что мы им рассказали, а потому что они видели нас в разных ситуациях и состояниях. Обычно друзья — это те, кого мы знаем многие годы. С остальными же мы не слишком приветливы и дружелюбны. -Что-то я этого не заметил вчера, когда ты на меня чуть ли не набросилась, — хохотнул Бан Чан, на что ты моментально покраснела, и только порадовалась, что твоё лицо скрыто за мольбертом. -Ты — другое дело. Я знаю тебя много лет, пусть и не лично. Ты поддерживал меня, мотивировал, не позволял опустить руки. То, что я имею и могу сейчас — всё благодаря тебе и Stray Kids, — ты проговорила это тихо, как самое страшное и личное признание, но он услышал. -Да… Прости. Наверное, мне не стоило этого говорить. Я рад, что мы с ребятами смогли помочь тебе. -Нет-нет! Не извиняйся! — Ты всполошилась и подскочила с места, едва не опрокинув мольберт, с трудом успев перехватить его рукой. — Я просто хотела сказать, что для меня ты не чужой! Крис, завидев твою порывистость, расхохотался, а ты, настолько не ожидавшая такой реакции, всё же выронила мольберт, и парень, отсмеявшись, смог увидеть твой набросок. -Так значит, Т/И, ты снова рисуешь меня? Он наклонился и поднял мольберт вместе с холстом, внимательно разглядывая изображение. Ты же недовольно поджала губы, отводя глаза: показывать свои незаконченные работы ты очень не любила, тем более, если учесть, кто смотрел и кого ты рисовала. -Т/И, почему ты снова рисуешь меня? — Бан Чан явно не собирался мириться с твоим молчанием, его голос стал несколько более требовательным, в нём явственно ощущался нажим. Ты не могла не подчиниться. -Потому что хочу запечатлеть момент, который больше никогда не повториться, — глухо отозвалась ты, сжимая кулаки и стоя с максимально ровной спиной. Голова отвёрнута, ты намеренно избегала его взгляда, который уже буквально вонзался в твоё лицо, заставляя его пылать. Мужчина явно хотел спросить что-то ещё, невысказанные вопросы о твоих чувствах и ощущениях отражались в его глазах, однако он мудро решил промолчать, ограничившись многозначительным «Хммм…», после чего поднялся, положил мольберт с холстом на твоё кресло и встал рядом с тобой по правую руку. -Если ты ещё готова помогать мне, я приду сюда завтра, а пока… — и он мягко подул на твою щёку, словно обозначая невесомый поцелуй и тем самым прося прощения за то, что влез в душу. Не дожидаясь твоей реакции, он развернулся и пошагал прочь, а ты была столь зла и растеряна, что не успела прийти в себя до того, как он скрылся из виду. Ты обречённо рухнула в освободившееся кресло, с ужасом понимая, что именно сейчас ты, возможно, оттолкнула его навсегда, и вопреки словам, он больше не вернётся. Свернувшись калачиком на том месте, где только что сидел твой любимый человек, ты обречённо пыталась уловить следы его аромата.

***

На следующий день ты не спешила на работу. Ты плелась, едва переставляя ноги. Руки оттягивали чехлы с картинами и мольберт, а на плечи давил рюкзак. Твой взгляд был серым, потухшим, и ты ни минуты не сомневалась, что таким же будет и день. Добредя до своего места, ты не торопясь раскрыла стенд, расставила и развесила картины, а после спряталась за ними, всё же выставив оба стула, как укор самой себе. Рисовать не хотелось, и потому ты просто сидела, упершись руками в колени и не мигая смотрела на пустующее место, которое ещё вчера занимал ОН. Сколько так прошло времени? Ты не знала. Возможно подходили покупатели, но ты на них не обращала ни малейшего внимания, так как все твои мысли были заняты совершенно другим, особенным человеком. Если судить по солнцу, уже скоро должен был наступить вечер. Однако не успело дневное светило ударить в твои глаза своими золотыми лучами, как кто-то, неслышно подойдя со спины, закрыл тебе глаза ладонью. Ты вздрогнула, едва подавив в себе желание взвизгнуть. Попыталась наощупь определить, кто же так над тобой шутит, но по твоим пальцам тут же осуждающе шлёпнули другой рукой. Пришлось думать. Так… Руки явно были мужскими: слишком грубые для женских, хотя и ухоженные. Да и по размеру всё-таки больше. Кто?.. Неужели?.. -Крис? — спросила ты на выдохе, и ладонь тут же убрали от твоего лица, позволяя тебе увидеть беззаботно улыбающегося кумира, который уже обошёл кресло и стоял перед тобой. — Крис!!! Ты подскочила со своего места и заключила его в объятиях, повиснув на его шее. Такого поворота событий он явно не ожидал, потому слегка покачнулся, ловя равновесие, и лишь после этого осторожно приобнял тебя в ответ. -Я тоже рад тебя видеть, — он был явно доволен произведённым эффектом. — Ты больше не злишься на меня? -Шутишь?! Я тебя убить готова! Я думала… Думала, ты больше не придёшь… — на твои глаза тут же навернулись слёзы. -Хей, но я же сказал, что приду. Разве я когда-нибудь не держал слово? -Нет… — ты шмыгнула носом. -А я когда-нибудь врал? -Нет… — ты уже почти успокоилась. -Ну тогда к чему были все эти переживания? Всё, улыбнись. Улыбнииииись. Он чуть отстранился, показывая тебе, как надо улыбаться. Конечно же, сейчас он это делал абсолютно комично, отчего ты не выдержала и счастливо засмеялась. -Вот так. У тебя классный смех, не прячь его от меня больше. Тебе пришлось дать обещание. Весь оставшийся вечер вы болтали, смеялись, обсуждали традиции твоей страны, блюда и людей. А когда пришло время закрываться, Бан Чан помог тебе собрать картины и прочие принадлежности и запереть всё в стенде так, что тебе остался только заметно полегчавший рюкзак. Вот что значит истинный перфекционист: положит всё так, чтоб всё влезло и ещё место осталось. -Ну… Вот и всё на сегодня… Тебя завтра ждать? -А мы что, уже прощаемся? Ты спешишь? — он явно непонимающе на тебя посмотрел. -мммм… Есть другие предложения? -Помнится, я обещал красть тебя и по ночам, так что сегодня планирую этим воспользоваться. Устрой мне экскурсию, — он чуть вздёрнул подбородок и задорно улыбнулся, словно проказник, радующийся своей выходке. -С удовольствием, Чани, — ты намеренно интонацией выделила его имя. — Как ты меня назвала?! — он возмущённо уставился на тебя. -Чани. Мне нравится, когда ты себя так называешь. По-моему, мило, тебе так не кажется? -Не знаю, насчёт мило, но непривычно, когда это делаешь ты. Но я готов потерпеть, если ты всё-таки составишь мне компанию этой ночью. -Ты приглашаешь меня на свидание? — игриво, полушутя поинтересовалась ты. -Для этого ещё рановато, но приятная прогулка точно скрасит эту ночь. Обещаю, потом провожу тебя до дома. -Эх… Разбиваешь ты моё сердце. Ну ладно, но только если и правда потом проводишь. И вы, весело шутя и регулярно подкалывая друг друга, отправились бродить по засыпающему городу. Вы танцевали под музыку у какого-то кафе, смеялись над ежом, мелькнувшим в траве, Крис помог тебе пройти по бордюру, а после сам, запрыгнув на парапет, спел тебе свою партию в одной из песен. Время медленно, но неотвратимо приближалось к утру. Как и обещал, Бан Чан проводил тебя до дома и, приобняв напоследок, принялся наставлять: -Сейчас зайдёшь, обязательно прими горячий душ, а потом быстро-быстро спать. И чтоб пока не выспишься, на работу не приходила. Встретимся там, хорошо? -Но если ты будешь меня там ждать, как же мне высыпаться? Я проснусь рано-рано и побегу к тебе. -Ну что ты, как ребёнок? Никуда я не денусь, обещаю. Дождусь тебя. -Действительно… Я тебя столько лет ждала, думаю, ты можешь подождать пару часов. Он только усмехнулся и, потрепав твои волосы, развернул за плечи лицом к двери. -Иди давай. Хихикнув, ты юркнула за дверь и помчалась к себе, уже предвкушая следующий день.

***

Так шло время. Днём вы встречались на аллее художников, где он расспрашивал тебя обо всём на свете: о стране, о людях, об истории, о твоих друзьях, о тебе. А ты рисовала его портрет, уверенная в том, что это будет шедевр. -Почему ты так считаешь? — как-то раз спросил тебя Крис. -Потому что сейчас ты здесь, и я рисую с натуры с истинными эмоциями, — ответила ему ты. Вечером он помогал тебе закрывать стенд, и вы шли гулять, постепенно всё чаще гуляя за руки, а то и вовсе обнявшись. Ваши отношения с каждым днём становились всё теплее, вы оба раскрывались друг другу, становясь ближе, роднее. Но в один из вечеров он на середине вашего весёлого хохота вдруг замолчал, задумался, словно вспомнил о чём-то очень грустном, и вдруг произнёс: -Завтра рано утром я улетаю. Ты вздрогнула, словно от пощёчины, но не отвела глаз от практически законченной картины. Сглотнула, заставляя голос звучать ровно. -Так скоро? -Благодаря тебе я закончил своё исследование гораздо раньше, чем планировал… Но смог остаться ещё на несколько дней. -Зачем? — глухо, ровно, безэмоционально. -Хотел подольше побыть с тобой. И сейчас хочу. Поэтому… Т/И, — он поднялся со своего кресла, подошёл к тебе, забирая из ослабевших рук мольберт с холстом и отставляя их в сторону. — Т/И, позволь мне пригласить тебя на свидание. Твоё сердце с его словами сделало кульбит и рухнуло куда-то в пятки, уже там застучав с неимоверной силой. Ты резко подняла глаза на Бан Чана, убеждаясь, нет, не шутит. -Я… Да… Да, конечно. Он тепло улыбнулся тебе и, взяв за руки, немного потянул на себя, призывая тебя подняться, что ты охотно и сделала. --Тогда давай ты сегодня закроешься пораньше, и мы пойдём и насладимся оставшимся у нас временем? Вместо ответа ты только кивнула, а Чан уже собирал твои вещи, раскладывая их по одному ему известным местам в каком-то исключительно его порядке. Вскоре с этим было закончено, и он повёл тебя в парк, в самую его глубину, где было темно и немноголюдно. Ты не боялась, ты доверяла ему целиком и полностью. Наконец, впереди забрезжил свет, и ты поняла, что Крис ведёт тебя именно к нему. А через некоторое время вы вышли на поляну, и перед тобой предстало настоящее чудо: он для тебя устроил ночной пикник. Плед, подушки, корзина с фруктами, напитки… А главное — десятки, если не сотни, фонариков свисали с деревьев, создавая уютное ощущение сказки. -Крис!.. Это… Спасибо! — ты не смогла сдержать эмоций и бросилась в его объятия, расцеловывая его щёки. Он в ответ только довольно засмеялся, отцепляя тебя от себя и помогая поудобнее расположиться на пледе. Сам же сел рядом с тобой и принялся ухаживать. Вот нальёт в стакан сок, а вот виноградинку вложит прямо в твои губы, заставляя тебя краснеть до кончиков ушей, что приводило его в восторг. Весь вечер и всю ночь вы веселились, обсуждая какие-то совершенно неважные мелочи. Когда стало прохладней, он достал из сумки второй плед и укутал твои плечи, обняв и больше не отпустив. Вы оба были счастливы. Но вот на горизонте забрезжил рассвет, рассеивая вашу сказку. Как-то неожиданно стихли разговоры, закончился смех. Бан Чан тихо вздохнул. -Т/И, спасибо тебе за всё… -Крис, не надо… -Надо, — сказал он твёрдо, заставив тебя замолчать. — Спасибо тебе за эти дни. Несмотря на то, что ты Стэй, ты позволила мне почувствовать себя обычным, забыть о том, что я айдол. Я ценю это, правда. И ещё очень ценю время, что смог провести с тобой, потому что я действительно давно не был так счастлив. Он повернулся к тебе, мягко коснулся кончиками пальцев твоего лица, скользнул от щеки к подбородку, беря его двумя пальцами и поглаживая большим твои губы. -Мне невыносимо жаль, что я должен уехать… — он наклонился ближе к тебе, выдохнув в твои губы: — Ты позволишь?.. -Да… И в этот момент он мягко, но всё же настойчиво прильнул к твоим губам, постепенно углубляя поцелуй. Он не спешил, не давил. Этот поцелуй не был нежным или страстным. Он был изучающим и говорящим обо всём, что не было сказано вслух. Вы целовались долго, забыв о времени и обо всём мире, что стремился вас разлучить. По твоим щекам текли слёзы.