Демоны Трэвиса Хэкетта

Утро встретило Трэвиса Хэкетта угрызениями совести. Он прекрасно и в мельчайших подробностях помнил события прошедшей ночи. Со вздохом он скосил глаза на Рейчел. Она лежала рядом, тихо посапывая во сне. Такая милая пока спит... И как же тепло и уютно рядом с ней. Трэвис подумал, что практически никогда не испытывал ничего подобного. Нет, в его жизни были женщины, и не так уж мало. Но все романы были скоротечны и бесперспективны, по одной простой причине - ма никогда их не одобряла. Удивительно, ведь Трэвис никогда не чувствовал от матери любви. Ни в детстве, когда все окрики и тычки доставались ему за двоих - за себя и младшего брата. "Ты старше, Трэвис, и должен быть ответственным". Ни в молодости, когда мать под любыми предлогами держала его в зоне видимости. Какие могут быть романы, если в любой час дня и ночи он мог сорваться и уехать по первому звонку. А Констанс будто обладала какой-то сверхъестественной чуйкой - объявлялась на горизонте каждый раз, едва у него хоть что-то начинало складываться, и требовала немедленного внимания. Кому понравится, когда твой парень убегает из твоей постели к матери? В последние годы она стала проявлять меньше активности на этом поприще. Может решила, что Трэвис слишком стар для женитьбы, и от этого успокоилась, кто его знает. По крайней мере, звонить среди ночи она перестала. Шериф вздохнул, утомленный тяжёлыми мыслями. Сейчас следовало подумать о делах насущных. Первое - все пошло наперекосяк. Он чувствовал, что теряет контроль над ситуацией. Рейчел выглядела такой искренней в своих эмоциях, что это невольно подкупало. Сложно не ответить на чувства, когда сам так жаждешь их испытывать. Но что она на самом деле чувствует к нему? Не может же она... любить его? Это просто абсурд. А что он сам? Девушка сонно зашевелилась, нежась в полудреме, и обхватила его ещё крепче. Неожиданно Трэвис почувствовал, что в его плечо впились зубы. - Ты что, укусила меня? - не смог сдержать изумления он. Она согласно покачала головой, не разжимая челюсть. Трэвис не выдержал и рассмеялся, но быстро осекся. Звук собственного смеха показался ему странным и каким-то... чужим. Он со вздохом посмотрел на Рейчел. - Я совсем тебя не понимаю. И это пугает меня. Никогда не могу предсказать твой следующий шаг, - задумчиво, будто сам с собой, проговорил он. - Этим я тебе и нравлюсь, - она широко улыбнулась. - Скромности тебе не занимать, - парировал он. Доля правды в ее словах была. Она не была похожа ни на одну из тех девушек, с которыми он встречался. Они все были себе на уме, и будто вели какие-то игры, которые он видел насквозь, но принимал их условия. Рейчел же была настолько непосредственна, что этим сбивала его с толку. - Рейчел, я запутался, - он провел рукой по спутанным рубиновым волосам, - что мы делаем? - Мммм... дай подумать, - она притворно задумалась - отлично проводим время? Я бы даже сказала, что с большим удовольствием. - Я не об этом, - он отвёл взгляд, разглядывая потолок, - зачем тебе все это? Я ещё не выжил из ума, и прекрасно осознаю, насколько... не подхожу тебе. Рейчел громко вздохнула, а затем приподнялась и поймала руками его лицо, пристально глядя в глаза, будто стараясь разглядеть саму его суть. - А может, все просто? - решительно сказала она, - может я просто теб... - Остановись! Трэвис вырвался из ее объятий, едва не упав с дивана. Сердце гулко стучало в груди. Ее взгляд... Он не смог выдержать этот пронизывающий до самой души взгляд. Она будто видела его насквозь, и даже больше . И все равно хотела сказать ему это... - Ты... ты не должна говорить мне таких вещей, - он быстро взял себя в руки, исподлобья глядя на нее, - заварю кофе. - Но почему? Ты что, мне не веришь? Почти бегом он направился в ванную. Там остановился у раковины, судорожно проведя рукой по волосам, и уставился в зеркало. Он давно не питал никаких иллюзий на свой счёт. Прекрасно видел все глубокие морщины, избороздившие его лицо, особенно за последние шесть лет. Видел редеющие волосы и темные мешки под глазами. А вот чего он давно уже не видел, так это каких-либо перспектив в своей жизни. Нет, в целом он был доволен, стать шерифом и уважаемым человеком - тоже немало. И, если все сложится удачно, он даже сохранит репутацию, и уйдет на заслуженный отдых. Да, сейчас он ещё не старик, сил хоть и не так много, как раньше, но они есть. Но что будет через десять лет? Неужели она этого не понимает? Что она будет молода и прекрасна, а он с каждым годом увядать всё больше. Она хочет запереть себя со стариком? Потратить молодость в пыльной квартире со старой мебелью? Конечно нет, хоть сама этого сейчас и не понимает. Молодость слепа, и в этом ее прелесть. Сейчас ей кажется, что она влюблена, но это пройдет так же быстро, как и началось. Лучше не ввязываться во все это, молодое сердце быстро исцелится от любой боли, а вот старое может не выдержать новых шрамов. Трэвис выдохнул и наскоро умылся ледяной водой. Приведя себя в относительный порядок, он прошел на кухню. Рейчел сидела там на стуле, все так же одетая в его футболку, подтянув под себя босые ноги. - Надень тапочки, пол холодный, - он, не глядя на нее, подошёл к кофеварке. Краем глаза он видел, что она встала, а потом почувствовал, как его обхватили тонкие руки, а голова прижалась к его лопаткам. Он сначала напрягся, но потом невольно расслабился, прикрыв глаза от приятных ощущений. - Не отталкивай меня, - прошептала она. В этом шепоте было столько отчаяния и одиночества, что у Трэвиса перехватило дыхание. Он вспомнил ее демонов, таких одиноких и рыдающих, будто не видевших никогда ни капли любви и ласки. А ведь демоны - это она. Вот что у нее на душе, только холод и страх. Он порывисто обернулся и прижал ее к себе, как всегда, ужасно холодную. Потом подхватил на руки, отмечая, что она почти невесомая, и отнес на диван. Там он накрыл их обоих одеялом и сжал ее в объятиях, будто пытался отогреть и хоть ненадолго спасти от ее демонов, от нее самой. Как она пыталась спасти его. О том, что будет дальше, решено было подумать потом. *** Дни полетели один за другим. Ещё с первой ночи стало понятно, что держать дистанцию не выйдет. Когда он был дома, Рейчел липла к нему, не отходя буквально ни на шаг. Она провожала его на работу, а вечером ждала с неизменно горячим ужином, который явно готовила сама. Кроме того, она быстро расправилась с пылью, и вообще начала приводить в порядок наиболее запущенные части квартиры. Было видно, что ей нечасто приходилось работать по хозяйству, но, вооружившись советами из интернета, она неплохо справлялась. Хоть Трэвис и пытался ее остановить, ведь она не обязана была ничего этого делать. Ночевали они вместе в спальне. Занимались любовью, а потом засыпали под тихое бормотание телевизора. Трэвис быстро понял, что малейшие попытки отстраниться терпят провал, прежде всего по двум причинам. Во-первых, любой намек на холод Рейчел воспринимала слишком болезненно, тут же паникуя и прикладывая максимум усилий, чтобы вернуть его внимание. В такие моменты она особенно настойчиво соблазняла его по вечерам, порой им даже приходилось пренебречь ужином. Во-вторых, ему действительно было хорошо с ней, и от этого сложно адекватно мыслить. Впервые в его жизни появился человек, который был к нему привязан, и он просто не мог не отвечать на это чувство. Ему нравилось, как она ест, как читает, свернувшись калачиком под пледом в его объятиях. Нравилось обсуждать с ней прочитанное, ведь она довольно неплохо анализировала то, что читала. Нравилось, как смеётся над комедийной передачей по телевизору, хоть сама она уверяла, что ее смех похож на предсмертный крик чайки. Вместе с тем, Трэвис не мог не замечать определенные особенности ее поведения, прежде всего - перепады настроения. В один момент она была веселой и контактной, а в другой - нервозной и замкнутой, но в обоих случаях жалась к нему, вследствие чего он не принимал эти метаморфозы на свой счёт, хоть и был сбит с толку. Шериф не поднимал тему того, кем они теперь являлись друг для друга, хоть и думал об этом. Они жили просто как... семья. Наверное, об этом он мечтал, о тихой семейной жизни. Вроде ничего сверхъестественного, но почему-то не сложилось. Ему вдруг стало интересно, есть ли семья у Рейчел. Ведь он, в сущности, ничего о ней не знал, да и сама она никогда не спрашивала о его жизни и не рассказывала о своей, будто совсем не интересовалась подобными вещами. Даже больше - старалась перевести тему, словно подобные разговоры были ей неприятны. Как бы то ни было, в один из вечеров он предпринял очередную попытку. - Семья? - она удивлённо уставилась на него, жуя спагетти с соусом. - Да, у тебя же есть... кто-то? - Трэвис немного удивился ее реакции на такой простой вопрос. - Ну да. Правда, я редко их вижу. Мама живет с бабушкой в пригороде Чикаго. Так себе местечко, скажу я тебе. Но бабуле требуется уход, а забрать ее оттуда не получилось. Упёрлась рогом, говорит, что никуда не уедет от своих гортензий. Это у нас семейное, по женской линии. - Любовь в гортензиям? - поднял бровь Трэвис. Рейчел иногда бывала через чур гиперактивной, и он не успевал следить за нитью заговора. - Да нет же, упрямство, - засмеялась она. - То есть, ты живёшь одна? - Да, в Балтиморе - кивнула она, - с шестнадцати лет. Трэвису подумалось, что это зря. Рейчел явно не была пай-девочкой, за такими дочками нужен глаз да глаз. Хотя, откуда ему знать. Единственной девочкой в их семье была Кейли, но она росла тихим и спокойным ребенком, хоть и любознательным. Рейчел же, наверняка, потрепала родителям нервы. Видимо, его мысли отразились на лице, потому что Рейчел шутливо возмутилась: - Я знаю, о чем ты думаешь, но нет! Я не устраивала грандиозных попоек или чего-то в этом роде, - она задорно засмеялась. - И мысли не было, - он улыбнулся и, как бы невзначай, спросил - а что насчёт отца? - Он ушел от нас, когда я была совсем маленькая. Даже не помню его, поэтому не особо расстраиваюсь. Мама не любила о нем говорить, а я и не спрашивала, - она усиленно делала вид, что ее не трогает та тема. Что ж, это объясняло ее склонность к возрастным мужчинам. Все мы родом из детства, ну конечно. Да и предположение об отсутствии у нее любящей семьи, кажется, подтвердилось. Маленький брошенный котенок, готовый пойти за кем угодно, кто предложит кров и капельку тепла. Пожалуй, в этом они были похожи, несмотря на то, что у Трэвиса семья, вроде как, была. *** Вместе с тем, Трэвис отдавал себе отчёт в том, что совсем скоро их идиллии придет конец. Прошло уже почти две недели, и, по правде говоря, ее синяки уже сошли, и можно было бы подумать о возвращении в лагерь. Он не тешил себя иллюзиями и понимал, что это означало разрыв их отношений. Все и так слишком затянулось. Теперь же предстояло вернуть все на круги своя, но так хотелось отодвинуть этот момент хоть немного... Поэтому он снова и снова говорил Крису, что стоит подождать ещё пару дней. По тяжёлому вздоху брата он понял, что у того есть некоторые догадки касательно природы их с Рейчел отношений, и они, похоже, недалеки от истины. Это был чертов замкнутый круг. И мысли о том, что рано или поздно его придется разорвать, сводили Трэвиса с ума. Ему самому не в первой заставлять себя делать что должно, с этим проблем не будет. Он переживет, всегда переживал. Напьется в пятницу вечером в одиночестве, чтобы залить горечь, а утром в понедельник уже будет разгребать завалы бумаг на работе. Больше всего он боялся реакции Рейчел. Вот уже пару дней шериф ломал голову над тем, как преподнести девушке новость о том, что к выходным ей нужно будет вернуться в лагерь. Не придумав ничего лучше, он пригласил ее прогуляться прохладным вечером в среду. Они неторопливо шли по тротуару в сторону центра города. Рейчел что-то увлеченно рассказывала, то и дело заразительно смеясь. Трэвис давно потерял нить повествования, поэтому просто улыбался, глядя на нее. Они шли под руку, хоть это и вызывало косые взгляды, как-никак единственного шерифа большинство горожан знало в лицо, но Трэвис понимал, что убедить девушку соблюдать приличия вряд ли удастся, поэтому даже не пытался. - Эй, земля вызывает Трэвиса, - Рейчел пощелкала пальцами перед его лицом. - Прости, задумался, - Трэвис тряхнул головой. - Что-то случилось? - Рейчел, нам нужно поговорить, - осторожно начал он. Она тут же замерла на месте, испуганно глядя на него. Было ощущение, что она понимала, о чем пойдет речь, и в уголках ее глаз мгновенно начали скапливаться слезы. - Ты же помнишь, что у тебя ещё не закончилась смена в лагере? - как можно мягче спросил Трэвис. - Да, - ее голос прозвучал неестественно высоко. В этот момент он понял, что зря затеял этот разговор на улице. Если под руку с шерифом будет идти рыдающая девушка, то одними взглядами дело не ограничится, какая-нибудь бдительная старушка может и жалобу начальству накатать, потом замучаешься рапорты писать. Мысленно ругая себя на чем свет стоит, он попытался сгладить ситуацию. - Ладно, давай потом это обсудим. Хочешь, зайдём за мороженым? - нарочито бодрым голосом предложил он. - Хочу, - Рейчел немного приободрились, - а ещё хочу домой. - Желание леди - закон, - Трэвис отвесил шутливый поклон, - через пару кварталов будет Баскин Роббинс, купим твое любимое мятное и пойдем домой. Настроение было испорчено, девушка шла молча, угрюмо глядя перед собой. Трэвис тоже хранил молчание, погрузившись в раздумья. Его начинала здорово пугать эта ее... привязанность, которая выглядела несколько нездоровой. Он сам виноват, ведь видел, как все складывается. Понимал, к чему идёт. Нужно было пресечь все на корню ещё в самом начале. Тогда она не плакала бы сейчас, когда расставание грозило обернуться катастрофой для них обоих. - Трэвис, смотри! - внезапно закричала Рейчел. Проследив за ее взглядом, Трэвис сначала ничего не увидел, кроме груды сухих листьев, которые дворник сгреб в кучу ещё утром, но так и не убрал в пакеты для вывоза. Но, присмотревшись внимательней, все же разглядел маленький дрожащий комок, который пытался зарыться в листья прямо в центре кучи. Рейчел подбежала ближе и присела на корточки. - Эй, малыш, откуда ты здесь взялся? Это был щенок, совсем маленький, по-детски толстенький, с темной шерсткой и нелепо большими ушами, который отчаянно дрожал на вечернем ветру. Девушка растерянно озиралась по сторонам в поисках хозяина щенка, но вокруг них никого не было. В том числе и дворника, который, возможно, смог бы приоткрыть тайну происхождения их внезапной находки. Рейчел же истолковала ситуацию по-своему. - Трэвис, он тут совсем один и замёрз, - едва не плача, сказала она, - его кто-то бросил. Шериф подошел ближе и склонился над грудой листьев, задумчиво разглядывая щенка, который начал жалобно скулить, заметив внимание к собственной персоне. - С чего ты решила, что его бросили? Может, он бездомный? - Тогда поблизости должна быть его мама, но ее нет. - Наверно, он убежал от нее, - шериф ещё раз оглянулся по сторонам. - Трэвис... - девушка осторожно гладила щенка и жалобно смотрела снизу вверх. - О нет, - он понял к чему идёт, - ты хочешь его забрать? - Но мы не можем его тут оставить. Он такой маленький, и совсем один. Он же просто погибнет. Трэвис тяжело вздохнул. В ее словах было зерно истины, одинокие щенки не живут на улице долго. Он не был черствым сухарем, вовсе нет, мысль о возможной гибели щенка была ему неприятна, хоть он и понимал, что не был бы виноват в этом. Этому маленькому созданию просто не повезло, такое случается. Просто лишние заботы были сейчас совсем некстати. Трэвис чувствовал определенную ответственность за Рейчел, а кроме того, у него еще была пара невольных заключенных в участке, которые досталяли ему больше проблем, чем хотелось бы. И это все не считая самого главного - семьи. Но он смотрел на Рейчел, в глазах которой стояли готовые пролиться слезы, и понимал, что эта битва была проиграна заранее. - Ладно, - поджал он губы, - только убирать за ним будешь сама. - Ура! - она радостно сграбастала питомца на руки, - посмотри, какой он хорошенький! Щенок тяжело сопел в обе дырки, но выглядел вполне довольным. Рейчел опять радостно щебетала, пребывая в полном восторге. Но про мороженое не забыла, поэтому Трэвису пришлось выстоять небольшую очередь в магазине, сквозь окно наблюдая как девушка сидит на скамейке и что-то рассказывает новому питомцу, расположившемуся на ее коленях. Дома Рейчел озадачилась новой проблемой. - Трэвис, э... ему нужно придумать имя. Или ей, - она акцентировала внимание на последнем слове. - И?- не понял тот. - А ты... случайно не умеешь определять пол у собак? - Не приходилось. Ладно, сейчас разберемся, переверни его на спину, - скомандовал Трэвис. - Эй, это как-то по-извращенски. - Ты серьезно? Как по-твоему я должен определить пол собаки, не осмотрев ее гениталии? - его брови скептически взлетели. - Да ладно, я шучу, - рассмеялась она. Спустя пару минут было установлено, что это мальчик, и Рейчел торжественно нарекла его Бастианом. Затем Бастиана тщательно выкупали, что ему не очень-то понравилось, но он быстро утешился кусочками ветчины из холодильника. На протяжении вечера Рейчел без устали играла со щенком, причем оба шумели так, что Трэвис ожидал как минимум звонка от соседей. Наблюдая за счастливой девушкой, у него в груди разливалось приятное тепло. Однако мысль о предстоящей разлуке горячим комом стояла в горле. Скоро все это закончится, как и не бывало. Однако, теперь появилась надежда, что собака поможет Рейчел легче перенести грядущую разлуку. Разговор о возвращение в Хэкеттс Куорри пришлось отложить. Тем более, появился предлог - нужно было отвезти Бастиана в ветклинику, на всякий случай.