Алый сад твоей любви

Утро уже давно вступило в свои права, и время приближалось к полудню. Только сейчас полусонный Вэй Усянь сполз с кровати. Так до конца и не разлепив глаза, он наскоро оделся и умылся, благо слуги принесли воду. Только после этого он почувствовал в себе силы высунуть нос на улицу. Солнечные лучи освещали тёмную черепицу крыш. День был безветренным, поэтому флаги и стяги со знамёнами ордена висели без движения. Лишь изредка налетал небольшой порыв с реки, заставляя их чуть всколыхнуться. Вэй Усянь решил отправится добыть себе еды. Вчера он разузнал, где находится кухня. Поэтому сейчас юноша решил проявить свои дипломатические способности. С деревьев доносился радостный щебет птиц. Вэй Ин задумался о вчерашнем разговоре. Воспоминания поднимали печаль. Но, на удивление, светлую. За все эти годы он смирился со смертью родителей. Он был рад узнать о своём отце и о том, что в этом мире ещё кто-то его искал. Но все же, фигура отца все это время была для него лишь фигурой. Он знал его имя и скупую информацию, известную Баошань. Возможно она и не говорила часть, в духе Вэй Ина было бы убежать проверять всех знакомых. Да, он непременно так и поступил бы. Но сейчас, слушая слова человека, которому был дорог Вэй Чанцзе, его фигура словно ожила. Теперь он тоже живой человек, со своими мечтами, идеями и характером. Со своей жизнью и судьбой. Вэй Ин помнил, как по ночам плакал из-за историй о матери, которые рассказывала Баошань. Как иногда смеялся, когда она рассказывала о ее проступках. Со временем он смирился. Да, сейчас ему предстояло пройти это ещё раз, но он стал старше. Вэй Усянь остановился и вздохнул. Вода в прудах ярко искрилась, словно пытаясь поддержать его. Это надо просто пережить. Он больше не маленький одинокий мальчик. У него есть дяди Хуа Чэн и Се Лянь, Лань-лаоши, Баошань и друзья. Он больше не один. Он дорог кому-то. И от этого глаза слегка защипало. В этот момент живот призывно заурчал, и Вэй Ин отбросил лишние мысли, вспоминая ориентиры, которые ему объяснил Цзян Ваньинь. Вот небольшой склад, около которого растёт приметная раскидистая акация. Дальше вытянутый пруд, в котором плавали кои. Интересно, они вкусные? «Плохая мысль.» — Сразу же понял Вэй Ин. После он прошёл мимо тренировочного поля, в углу которого заметил несколько адептов. Сейчас они сидели на траве спиной к нему и, кажется, отдыхали. По пути он также встретил несколько слуг, у которых уточнил маршрут. Вскоре он добрался до кухни. В следующий раз это займёт всего минут пять, дорогу он запомнил. И проверил на своём опыте, куда сворачивать не стоит как минимум для экономии времени. Уже на подходе до него донёсся дразнящий аппетит запах мяса и свежих фруктов. Когда Вэй Ин зашёл в открытую дверь, его обдало более тёплым воздухом, и он оказался в просторном помещении. Там находились печи и столы, по стенам стояли шкафы со всякой утварью и кухонными принадлежностями. Несколько дверей вели в другие помещения. Первой он встретил женщину среднего возраста. Она была уже не молода, но глубокие морщины лишь немного коснулись ее лица. — Доброе утро! — Он сразу уважительно поклонился ей. — Уважаемая госпожа, я вас не отвлекаю? — Он приметил, что руки у неё не были заняты. — Нет… — Кажется, такое обращение ввело ее в ступор, она отряхнула руки о фартук, завязанный на поясе. — Я очень извиняюсь! — Он не дал ей договорить перебивая. — Но вы понимаете, я очень проголодался. А завтрак я пропустил. Уважаемая госпожа, я понимаю, что это может быть обременительно для вас, но могу ли я смиренно попросить миску каши? — Он состроил самое смущенное и умоляющее лицо, на которое был способен. — Да, молодой господин, конечно… — Женщина была ещё более шокирована. Адепты часто забегали к ним, но такого она никогда не слышала в свой адрес. — Мне… Не сложно. Видишь ту девушку? — Она указала на молодую девчушку, ловко нарезающую какую-то зелень. — Попроси у неё. — Премного благодарен, уважаемая госпожа! — Он вновь поклонился и направился в указанном направлении, оставляя шокированную женщину за собой. — Ну какие молодые люди пошли, побольше бы таких. — На ее губах расцвела скромная улыбка. А тем временем, лавируя между людьми и мебелью, Вэй Усянь добрался до другой стороны комнаты. — Молодая госпожа! — Он приветливо улыбнулся, когда девушка обернулась. — Та женщина сказала, что я могу попросить у вас еды. — Ох, госпожа Чжу… — Взглянув на неё, девушка засуетилась. — Да, конечно, секунду. Она прошла чуть в сторону, находя пиалу. Все это время она бросала украдкой взгляды на гостя. — Вот, вы можете пройти в ту комнату и взять что-нибудь. — Спасибо, молодая госпожа! — Вэй Ин принял тарелку из рук слегка зардевшейся девушки и с довольным лицом пошёл за едой. Победоносно выходя из здания с добычей, он приметил имеющийся рядом столик с навесом. Сев за него, он принялся есть. Близость воды холодила кожу. Почему-то мысли вновь вернулись к произошедшем в пещере с черепахой Сюань У. «Может, если бы не мой план, мы бы выбрались раньше. Тогда бы Лань Чжань был бы уже в Облачных Глубинах, со своими родственниками. Он, наверное, переживает о них, но как обычно не показывает это. Винит ли он меня? Ну, тут он в своём праве, хоть воспитание и не даёт ему меня обругать.» От большей влажности воздуха волосы Вэй Ина начали виться, становясь более непослушными, поэтому он часто поправлял лезущие в рот пряди. За этой борьбой его и застал Цзян Ваньинь. — Доброе утро. — Первым поприветствовано он. — О, Цзян Ваньинь! Доброе, доброе. — Вэй Ин улыбнулся ему. — Что тут делаешь? — Вообще я искал тебя, потому что в комнате никого не было. Хотел сказать, что к нашей вечерней прогулке присоединяться четверо моих шиди. Ты не против? — Он опустился на скамейку напротив. — Нет, конечно, нет! Чем больше человек, тем лучше! — Сложив палочки на пустую тарелку, он глотнул воду. — А, ну я не поэтому вообще. Когда я зашёл, разъяренная госпожа Лу тебя искала. — Вэй Усянь поперхнулся и закашлялся. — Поэтому тебе стоит вернуться. Прикинув несколько планов действия, Вэй Ин понял, что лучше вернуться, и угрюмо угукнул. Быстро доев и отдав посуду, он попрощался со спешащим на тренировку Цзян Чэном и направился назад. Мир почему-то больше не казался таким радостным и солнечным.

***

Когда Цзян Ваньинь зашёл за Вэй Усянем, то застал того лежащего поперёк кровати. Юноша свесил голову вниз и зло пялился на стену, как будто она ему что-то сделала. В стороне с флегматичным видом читал книгу Лань Ванцзи, который повернулся и поприветствовал зашедшего. Наследник ордена кивнул ему в ответ. — Эй. — Вэй Ин на это никак не шелохнулся. — Вэй Усянь! — Все ещё никакой реакции. — Ты чего? — Спроси у этого предателя. — Юноша пробубнил это, продолжая глядеть на стену. В растерянности Цзян Чэн повернулся ко Второму Нефриту, но тот тоже ничего не ответил. Наследник ордена Цзян подошёл к Вэй Усяню, нависая над ним, на что тот только сморщился и сполз на пол целиком, поднимаясь. — Он выдал госпоже Лу, что я пошёл на кухню за нормальным обедом! — Он ткнул пальцем на Лань Ванцзи. — Но она сказала, что вместо еды тебе стоит принять настойку. — Ровно ответил обвиняемый, не отрывая взгляда от страниц. — Но я чувствую себя хорошо! Это профилактика, Лань Чжань! — Цзян Ваньинь стоял забытый между ними. — Про-фи-лак-ти-ка! — По слогам сказал Вэй Ин для большей значимости. — Но… — Никаких но, Лань Чжань, из-за тебя я весь день сидел голодный! — Обнял себя руками и чуть склонился, показывая свои страдания. — Я чуть не умер! Из-за тебя! И поэтому ты мне должен! — Лань Ванцзи поднял на него взгляд, и, кажется, задумался. — И поэтому ты обязан идти с нами! Ты мне должен! Это мой приказ. — Напоследок выдал Вэй Усянь, поворачиваясь к Цзян Ваньиню, смотрящему на него с огромной долей скептицизма. — Ладно. — Лань Ванцзи тут же поднялся, убирая книгу в рукав. Вэй Ин не ожидал этого и тут же повернулся обратно. Ему показалось, что лицо Лань Ванцзи выражало некое раскаяние. «Кажется, он правда в это поверил. Я немного перегнул.» — Проснулась в юноше совесть, привитая приемной матерью. Она делала это крайне редко, но все же бывало. — Все? Вы довыясняли отношения? — Не будь таким хмурым, Цзян-сюн! — Вэй Ин уже с совершенно веселым выражением лица развернулся к нему и закинул одну руку ему на плечо. — Кто бы говорил. Пошлите, нас ждут. За пределами комнаты стояло четверо адептов в фиолетовых мантиях ордена Цзян. Поприветствовав друг друга и познакомившись, они направились к главному выходу. В этом месте Вэй Усянь был только раз, вчера вечером, и поэтому с живым интересом осматривал окружающие его постройки и дворики при дневном свете. — Сегодня мадам Юй прямо прицепилась ко мне, чем я так прогневал Небеса?! — Седьмой шиди пнул ближайший камень. — Не думаю, что Небеса могут быть ответственны за что-то такое. — В ответ на это седьмой шиди склонился к Вэй Усяню и приложил руку ко рту, но все всё равно слышали его шёпот. — Ты просто не видел ее. Она пострашнее любого демона будет! — Теперь я ещё больше хочу ее встреть. Она должна быть очень выдающейся женщиной! — Вэй Усянь попробовал представить Хуа Чэна в женском обличии и в фиолетовых одеяниях и хихикнул. — Бойся своих желаний! И, ты, — Девятый шиди ткнул пальцем седьмому. — Прекрати винить во всем небеса, ты сам каждый раз нарываешься. В этот раз мадам Юй была совершенно справедлива. — Видишь, в этот раз! А в прошлый! Ты вообще… — Прекратите оба! Вы все ещё говорите о моей матери! — Оборвал из перепалку Цзян Ваньинь. — Прости, Цзян Чэн… — Два голоса нестройно извинились. — Да, кстати, мы обязаны зайти что-нибудь поесть. Я жутко голодный. — Выделив последнее слово, Вэй Усянь закинул руки за голову, продолжая идти так, и покосился на Лань Ванцзи. Тот поймал взгляд и, прищурившись, отвернулся. Вэй Ин усмехнулся. — Я знаю одно прекрасное место! — Восьмой шиди вскинулся. — Не потому ли, что там работает та девушка? — Снова попытался поддеть кого-то девятый шиди. Он, по совместительству, был самым младшим в компании. Так, непринуждённости болтая на отвлеченные темы, они дошли до выхода из обители ордена и, минуя главные ворота и охрану, компания вошла в город. Столичная суета захватила их, увлекая в поток спешащих людей. Солнце ещё не село, и Юньмэн готовился к шумному вечеру. По улицам бегали компашки ребят: кто-то помогал отцам, кто-то гонял мяч. Иногда из дверей домов высовывались женщины, окликаясь своих детей, торговцы предлагали свой товар, выкрикивая из магазинов и лавочек. Они шли по главной улице Пристани Лотоса, которая плавно перетекала в торговый квартал, заканчивающийся пристанью, поэтому тут можно было найти все, что душе угодно, даже самому привередливому покупателю. Вэй Ин почти не бывал в больших городах, но такая атмосфера ему нравилась. Местная архитектура отличалась от Призрачного города: не было той вычурности, в строениях преобладали светлые цвета. По углам крыш висели колокольчики, но их перезвон терялся в шуме людей. Да и в отличии от резиденции Собирателя Цветов, тут росли деревья и кусты в большом количестве. Дороги были мощены камнем, и по ним ездили повозки, заставляя людей идти по краям дороги, иногда ругаясь с нерадивыми извозчиками. — Лань Чжань, ты раньше бывал тут? — Вэй Ин заметил, что Лань Ванцзи практически не смотрит по сторонам. — Мгм. На собраниях орденов. Вэй Усянь не понял, в какой момент что-то пошло не так. В опасных ситуация наше подсознание порой реагирует быстрее, чем мы сами понимаем, что произошло. Юноша ощутил сильный страх и заозирался по сторонам. Только тогда он понял, что привлекло его внимание: лай нескольких собак. У него ушла всего секунда, чтобы осознать ситуацию, ещё одна, чтобы найти взглядом трёх животных и бегущих за ними мальчишек, находящимся уже в нескольких шагах от них, и в последнюю он заскочил за ближайшее укрытие. Этим укрытием оказался стоящий рядом Лань Ванцзи. Остальные адепты обернулись на его крики, и увидели, как смеявшийся и всячески развлекавшийся до этого Вэй Усянь чуть ли не лезет на Лань Ванцзи, крича и прося спасти его. — Лань Чжань!!! Спаси меня!!! Цзянь Ваньинь, сделай что-нибудь!!! Помогите!!! — Сегодня судьба была не на его стороне, ведь вместо того, чтобы пройти мимо, собаки заинтересовались источником шума и окружили его. Только очередные крики юноши вывели остальных из оцепенения, и они поняли, что виной всему животные, которые решили обнюхать вопящего юношу, который тщетно пытался отогнать их ногой. — Спасибо, ещё бы немного, и меня сожрали. — Вэй Усянь был спасён почти сразу, но все ещё слегка дрожжах, прижимаясь к стене дома. — Ты не говорил, что боишься собак. — Цзян Ваньинь, первым пришедший на помощь, сейчас вынужден был вместе со всеми ловить странные взгляды окружающих. — Да как-то не к слову было… — Вэй Ин замялся. Да, он считал свой страх недостойным, но стоило заметить хотя бы одного представителя этого вида животных, как его способность связно мыслить улетучивалась. — Просто, — Цзян Ваньинь прочесал макушку, раздумывая, стоит ли говорить ему. — В Пристани Лотоса живет очень много собак. — Разрешил его дилемму Лань Ванцзи, не привыкший ходить вокруг да около. — Что?! — Волосы на затылке у Вэй Усяня зашевелились. Сколько раз он мог проходить мимо них?! — Ну, и как бы… Псарня находится очень близко к лечебному крылу. Ты правда ни разу не наткнулся на собак? — Вэй Усянь очень быстро замотал головой, что выглядело истерично. — Я что, спал по соседству с СОБАКАМИ?! — Вэй Усянь. — Можно и так сказать. — Цзян Ваньинь. — Я туда не вернусь! — Вэй Усянь. — Но тебе больше некуда пойти. — Лань Ванцзи. — Нет! Я лучше умру тут! — Вэй Усянь. — Но они не такие и страшные. — Цзян Ваньинь. — Может мы уже пойдём дальше? — Седьмой шиди.

***

— Вот мы и пришли! — Восьмой шиди остановился. В самом начале плотных торговых рядов стоял довольно простой, но добротный домик. О наличии еды здесь сигнализировали вывески и витающий вокруг аромат. — Да тут людно! — Вэй Усянь заметил большое количество людей через окно заведения. — Не бойся, владелец — старый знакомый моей семьи, столик найдётся! — Седьмой шиди первым направился к двери, и остальные последовали за ним. Внутри и правда были заняты почти все места, но компания нашла свободное в самом углу. Вскоре к ним подошёл старый мужчина в простой одежде и волосами с проседью. — Ох, малыш а-Дао, ты сегодня с друзьями. — Он улыбнулся. — Что будете заказывать? — Так, посоветуйте мне что-нибудь, я не разбираюсь в местной кухне. — Вэй Усянь обратился к адептам Цзян. Немного посовещавшись, они взяли острой курицы на всех, а Вэй Ин попросил двойную порцию перца на своей запеченной рыбе. Лань Ванцзи же настаивал не добавлять ему специей вовсе, чем вызвал удивление не знающих о режиме Гусу адептов. Пока еду не принесли, седьмой шиди вновь пожаловался. — Сегодня была такая толпа, что же к закату будет. А ведь сезон цветения лотосов уже закончился! С каждым годом тут становится все больше и больше людей! — Он откинулся к стене и страдальчески вздохнул. — Пятый шиди, сделай уже что-нибудь! — Девятый шиди вскинул руки в сторону своего собрата. — У меня уши в трубочку от его стенаний! — Его просьба была проигнорированная привыкшим старшим. — Цзян Ваньинь, о чем они? — Не обращая внимания на начинающуюся перепалку, Вэй Ин задумчиво нахмурился. — Лотосы в Юньмэне — вторая рыба. — Сказав известную поговорку, он наткнулся на непонимающий взгляд и пояснил. — В том смысле, что из них много что производят. От съедобного до разных косметических средств и украшений. И тогда начинаются традиционные летние фестивали. — Тогда я обязан приехать сюда в это время в следующем году! Цзян Ваньинь, я же могу потом ещё погостить у вас? — Я думаю, отец не будет против. И, да, — Он немного замялся. — Просто Цзян Чэн, хватит этого официоза. — Как скажешь, Цзян Чэн! — Нарушителю приличий это было даже в радость. — Тогда и господин Цзян должен называть меня Вэй Ином! — Собеседник закатил глаза. — Эх, местные всерьёз принимают меня за адепта вашего ордена, торговцы даже скидки предлагали заклинателям Цзян! Надо будет сохранить форму к следующему визиту. — Если твой наставник отпустит тебя. — Поспешил опустить с небес на землю сидящий рядом Лань Ванцзи. Посмотрев на него, Вэй Ин наткнулся на недовольный взгляд. И чего он? — Конечно, у меня уже даже пару аргументов есть. — Разумеется, доказывать он это будет не мифическому наставнику Се, а Баошань Саньжэнь и Лань Аню, и вот это будет посложнее. Вэй Усянь хотел было взять с Лань Ванцзи обещание, что тот тоже приедет, но вспомнил о произошедшем в Гусу и в целом о напряженной ситуации в мире. Ведь он заставил его таскаться с ними по городу, вместо того, чтобы быстрее поправиться и вернуться к семье. К тому же, у него пропал брат. Хотя, по словам Второго Нефрита, с ним должно быть все нормально, но говорил он это как-то неуверенно. И Лань Чжань не разу даже не напомнил об этом. Да, он определённо имеет все причины ненавидеть его, но просто слишком хорошо воспитан. Он ведь даже его другом не согласился стать. Все потому, что Вэй Усянь постоянно все портит. Он определённо заслуживает такого отношения. Но почему ему тогда все ещё больно от этого? И те слова, сказанные в пещере… Горячка. Точно. Он такой эгоист. Лань Чжань и правда должен ненавидеть его. — Еда подана! — Молодая девушка поставила поднос на стол и перекинулась парочкой слов с седьмым шиди. Это вывело юношу из состояния оцепенения, и он переключился на пищу. — Ммм! — Вэй Усянь откусил рыбу, и, прожевав, воскликнул. — Остро! — Ещё бы, Вэй-сюн. — Восьмой шиди подмигнул. — Ты в Юньмэне! — И покачал пиалой с чаем. Вино им запретил брать Цзян Ваньинь, аргументируя это тем, что отвечает за них, да ещё и один из них завтра с самого утра должен будет отбывать наказание. Под веселую болтовню Вэй Ин краем глаза смотрел, как Лань Ванцзи флегматично есть своё пресное блюдо. В его голове созрел гениальный план. Ещё хуже он же не может относиться к нему, правда? Может и получится чуть загладить вину. Со своими правилами Гусу совсем же не получишь удовольствие от жизни. — Лань Чжань! — Не очень громко позвал он его. Тот повернулся. — Не хочешь рыбки? Вэй Усянь протягивал кусочек от своей порции Второму Нефриту, у которого вытянулось лицо. — Ну, не отказывайся! На попытку приблизить еду к его лицу тот отодвинулся назад. Но долго это делать у него не получилось, так как выбранное место у стены подвело его, и не было пути к отходу. На губах Вэй Усяня была милая и доброжелательная улыбка, а Лань Ванцзи гипнотизировал палочки взглядом. — Лань Чжань, помнишь, ты все ещё мне должен. — Решил давить на жалость он. — Да ладно тебе, я даже перец стряхнул! Попробуй. — — Вэй… — Вэй Усянь решил, что Второй Нефрит не опустится до того, чтобы выплюнуть еду, и поэтому решил просто пихнуть её ему. Лань Ванцзи явно не думал о таком развитии событий и недооценил его наглость, и поэтому, когда кусок оказался у него во рту, двое на секунду замерли. Один все ещё держал руку с палочками во рту у второго, который ошарашено смотрел на него. Но мгновение оборвалось, когда Лань Ванцзи закашлялся и попытался проглотить рыбу, но сделал только хуже. Вэй Усянь метнулся за водой, и только когда сунул ее в руки Второму Нефриту, понял свою ошибку и то, что острое не стоит запивать ей. Их метания заметили остальные, наблюдая за извиняющимся Вэй Усянем, пытающимся что-то сделать, и на отмахивающегося от этого недовольного Второго Нефрита, у которого слезились глаза. Он спрятал покрасневшие уши за волосами. Когда они вышли из таверны, на улице ещё больше стемнело, и кое-где уже начали зажигать бумажные фонарики. Компания продолжила идти вдоль торговых рядов, иногда заваливаясь в самые интересные лавки, слушая продавцов, расхваливающих свой товар. Вэй Ин не располагал большими финансами, поэтому воздержался от покупок. Из-за постоянных отклонений от курса до пристани они добрались, когда солнце начало заползать за горизонт. В этот момент другая группа молодых людей окликнула их. — Эй, Ху Чжэй и кто там с тобой! — Пятеро молодых людей приблизилась к ним. Одеты они были в тёмные одеяния ордена Оуян, располагавшегося неподалёку и являющегося союзниками ордена Цзян. Их людей можно было часто увидеть в Юньмэне. Они оказались знакомыми седьмого и восьмого шиди, поэтому присоединились к их компании. Вэй Усянь заметил, что Лань Ванцзи сразу стал гораздо отстраненней, а когда те заговорили о дальнейших планах на ночь, то подошёл к Цзян Ваньиню. — Цзян Чэн, мы, наверное, вернёмся в Пристань Лотоса. — Что? — Он остановился, чуть отделяясь от разгулявшийся и шумящей компании. — Я и Лань Чжань все-таки ещё ранены, да и его режим Гусу… Смотри, он сейчас заснёт прямо тут. Как хороший друг не могу же я его бросить. — Он и так сделал в последнее время много чего неправильно. Не стоит продолжать заставлять Лань Ванцзи находится рядом с ним. — Но… — Наследник ордена Цзян замялся, не зная, как поступить. — Они же под твоей ответственностью, поэтому иди с ними. Мы сделаем небольшой крюк и вернёмся в обитель. Уж точно не потеряемся! — Бодро закончил он. Вэй Усянь видел, что Цзян Ваньинь не хотел возвращаться сейчас же, поэтому решил оставить его тут и очистить его совесть. — Ммм… Ну ладно. Тогда, до завтра? — Ага! — Подошедший Лань Ванцзи тоже попрощался. Цзян Чэн развернулся и начал нагонять толпу. От неё послышались грустные выкрики, и, попрощавшись, они разошлись в разные стороны. Адепты двух орденов направились обратно в город, а Вэй Усянь уговорил Второго Нефрита пройтись по пристани перед возвращением. Все фонарики уже зажглись, напоминая Вэй Усяню Призрачный город и особенно храм Тысячи Фонарей. От этих воспоминаний потеплело на душе. — Лань Чжань, Лань Чжань! — Вэй Усянь приметил киоск с закусками. — Пошли туда! — Лань Ванцзи ничего не ответил, но направление своё изменил. И теперь он шёл вдоль берега Большого озера, хрустя жареной рыбой на палочке. На воде горели блики от фонариков в городе, покрывая прибрежные воды огненными всполохами . Водная гладь уходила вдаль — это озеро не зря было так названо. На месте впадения могучей реки в него и раскинулся город, это была словно тихая заводь, куда по водным путям стекалось множество людей и товаров. Ночь была тихая, на небо взбиралась луна, даря миру под ней свой холодный звездный свет. Сейчас молодые люди удалялись от города, и его шум стихал, вместо которого появился стрекот сверчков и едва заметный шум плескавшейся рядом воды. Лодки тихо покачивались, и доски под ногами слегка скрипели. Влажный и прохладный воздух, пахнущий лотосами, пьянил разум. В освободившуюся голову Вэй Усяня лезли разные мысли, сменяя одна другую, но его внимание сильно не цеплялось за них, и они ускользали дальше, обещая вернуться потом. — Лань Чжань, в Цайи ведь тоже течёт река? — Вэй Ин много раз собирался туда, но так и не добрался, поэтому не мог судить о городе, раскинувшегося рядом с Гусу, по своему опыту. — Да. Но она более мелкая и холодная. И в одном озере есть бездонный омут. — Лань Ванцзи смотрел не на него, а в даль. Взгляд Вэй Усяня остановился на его профиле, подсвеченном слабым светом луны и огней. Эта картина настолько заворожила Вэй Усяня, что ему сразу же захотелось изобразить это на листе. Скорее всего, это и правда одержимость, потому что Усянь не мог отвести взгляда от Ванцзи. Все это наталкивало его на мысль, что он лишь потянет Нефрита на дно за собой. Он не питал надежд изменить свою судьбу, во что верила Баошань и Лань Ань. Он много обсуждал это с Се Лянем и Хуа Чэном. И хоть ему никогда не говорили напрямую, чего все пытались избежать, но ничего хорошего в его судьбе не было. И если ему будет суждено упасть, он не хочет тянуть этого человека за собой. Никого не хочет. — Что-то случилось, Вэй Ин? — Лань Ванцзи неожиданно обернулся, словно почувствовав взгляд. Вэй Усянь заметил, что смутился, и со вздохом опустился вниз на набережную. Лань Чжань слишком хорошо его понимал, он буквально видел Усяня насквозь, замечая самые маленькие детали, недоступные остальным. Но Вэй Ин был не против, лишь Лань Ванцзи он доверял настолько, что был готов полностью открыться ему. Но не все тайны были его, и он не имел права их разглашать. Хотя иногда так хотелось рассказать Лань Чжаню все, что накопилось в нем за все годы. Казалось, что только он сможет полностью принят Вэй Ина, не пытаясь что-то менять. Он и до этого так делал. Не лез и не задавал вопросы, беззвучно поддерживая. — Ну, знаешь, когда тихо, в голову лезут… Всякие мысли. — Он неопределённо взмахнул руками в воздухе и задумался. Второй Нефрит присел рядом. — Не бери в голову, Лань Чжань. Я не хочу обременять тебя своими проблемами. — Вэй Ин не обременяет. — Вэй Усянь отказывался смотреть на лицо своего друга, сам не зная почему. Может быть, боялся увидеть безразличие в глазах напротив. Но его там не было. — Все нормально, Лань Чжань. Ничего серьезно. Правда. — Он повертел пустую палочку в пальцах и кинул ее в воду, по которой пошли круги, но вскоре утихли. Такой маленький всплеск не мог заставить измениться целое озеро, как не мог один человек повлиять на этот мир и его планы. — Не стоит зацикливаться на прошлом, которое не изменить. Иначе можешь упустить настоящее. — И кто это сказал? — Мой наставник. Неужели так сразу заметно? — Вэй Ин рассмеялся, но вышло слегка нервно. — Лань Чжань, слушай, о том мече и произошедшем в пещере… — Он замялся и не знал, что стоит сказать. В этот момент тишины, казалось, что его сердце не бьется, как будто это зависело от слов Лань Ванцзи. — Вэй Ин. — Он почувствовал себя, словно натянутая тетива лука, готовая распрямиться в любой момент, но удерживаемся чьими-то руками. — Я не откажусь от своих слов, Вэй Ин. По телу разлилось тепло, и Вэй Усянь в порыве какого-то внутреннего желания подался к Лань Ванцзи и обнял. — Даже если пожалеешь о своих словах? — Он продолжал держать в своей хватке окаменевшего Второго Нефрита. — Да. — Его голос был тихим, звучащим словно одновременно снаружи и внутри, и прижавшийся к нему Вэй Ин почувствовал эту вибрацию. По его щеке соскользнула одинокая слеза, а с ней юношу оставили и мучившие душу переживания последних дней. Спустя минуту он пришёл в себя и поспешил отстраниться. — Прости, Лань Чжань, я просто… — Лань Ванцзи лишь покачал головой, жестом говоря не волноваться об этом. Настроение Вэй Ина резко вновь вернулось к планке "отлично", и он поднялся на ноги. Внезапно на ум пришла одна идея, от желания исполнить которую начало покалывать пальцы. Вэй Усянь был не привыкший отказывать себе в безобидных мелочах, поэтому под непонимающий взгляд Лань Ванцзи стал стягивать сапоги с ног. Когда с обувью было покончено, заклинатель подвернул штаны до колена. — Что ты делаешь? — Но ответ на свой вопрос Лань Ванцзи получил тут же, когда Вэй Усянь сел на самый край причала, опуская ноги в воду. — Ты никогда так не делал? — В ответ Лань Ванцзи отрицательно помотал головой. Вэй Усянь задумался. И правда. Наверное, правила Гусу запрещают и это. Но у него все ещё припрятан туз в рукаве. — Ты все ещё мне должен! — Второй Нефрит нахмурился, показывая своё недовольство все этой затеей. — Ну ладно, Лань Чжань, это мое последнее желание! Ну пожалуйста, Лань-гэгэ, это правда весело! Лань Ванцзи оставался недвижимым. Это попадало под запрет сразу же нескольких правил, сковывая юношу. Но при этом он должен был Вэй Усяню. Это ведь важнее? О причине, почему он должен, юный заклинатель не задумывался. Это давало шанс заключить сделку с совестью, о чем он сам не отдавал себе отчёт. Как он мог признать, что хочет нарушить правила? Гораздо проще думать, что он выполняет более важный завет — «держи совоё слово» — при этом нарушая менее важные. Лань Ванцзи должен Вэй Усяню, и пообещал выполнить его просьбы. Не иначе. Вэй Ин уже успел оставить надежды и насупится, когда услышал шелест снимаемых сапог. Когда он обернулся, Лань Ванцзи уже садился рядом, опуская ноги в воду. Сердце Вэй Усяня забилось чуть быстрее. — Видишь, Лань Чжань, можешь, если захочешь! — Юноша заливисто рассмеялся. «Могу, если захочу» — Отдалось эхом в голове Второго Нефрита. Никакая небесная кара не настигла его в тот же момент. Свобода пьянила лучше любого вина, и он наслаждался этим вечером, давая ветру играться в волосах, запутывая их, а воде холодить кожу ног. Вэй Усянь все это время заполнял пространство вокруг своей болтовней, довольствуясь редкими ответами. Пожалуй, сегодня Лань Ванцзи позволил себе слишком многое. Но думать об этом он решил уже завтра, совершенно непозволительно откладывая все на потом. А сейчас он старался жить в этом моменте, как говорили многие древние мудрецы. Все время пребывания в Пристани Лотоса он не мог избавиться от грызущих его изнутри мыслей о семье и доме. Да, он отсутствовал не очень долго, и все равно не мог бы ничего изменить. Он не владеет искусством врачевания, поэтому не мог бы помочь раненым. Здоровьем его отца и дяди занимаются лучшие лекари. Наверное, пострадавшие от огня постройки уже начали отстраивать, и он бы лишь мешался под ногами. Его брат, сбежавший с бесценными реликвиями и книгами вернётся сам. «Он очень сильный заклинатель и поэтому не пропадёт.» — Говорил ему дядя. Лань Ванцзи понимал, что тот тоже волнуется, и пытается, в первую очередь, такими речами успокоить себя. Поэтому Второй Нефрит лишь кивал. И сейчас ему выпала возможность ненадолго отвлечься ото всех переживаний. Юноша, сидящий рядом, как обычно занимал все пространство. И не только снаружи, активно жестикулируя в такт очередного потока озвучиваемых мыслей, но и внутри его сознания. В животе из своих коконов выползали бабочки, согреваемые рождающимся тёплом. Их маленькие крылышки щекотали изнутри, и в один момент Лань Ванцзи не сдержался и издал смешок. — Лань Чжань, да ты умеешь смеяться! — Вэй Усянь тут же заметил его оплошность. — Бред. — Мне надо отправляться странствовать по миру со своими выступлениями, а на листовках я буду писать: «Неповторимый Вэй Усянь, шутки которого заставляют смеяться даже Нефрита ордена Лань!» — Он развёл руками в разные стороны, как уличный фокусник, едва не задевая Лань Ванцзи, который успел в последний момент увернуться. — Чушь. Ответом на его слабый протест был очередной взрыв смеха, разлившийся по округе. Да, потом Лань Ванцзи будет считать своё поведение недопустимым, как и мысли, а что же в нем такого недопустимого. Но сейчас он лишь наслаждался вечером, перетекающим в ночь, который будет хранить в памяти долгие годы. Но ничего не может длиться вечно. И когда по воде пошли круги, никто не может остановить их, не создав ещё больше, как и не может предугадать, что это всколыхнёт, и какая муть поднимется со дна. Один кинутый камень не сможет побороть течение, и никакие усилия не дадут ему не пойти на дно, где ему суждено оказаться. Но так ли это плохо? Мы не можем сказать, пока не окажемся там и не обернёмся назад. «Помнить то, что другие делают для тебя, а не то, что ты делаешь для других. Только когда люди не хранят так много в своих сердцах, они наконец чувствуют свободу». Вэй Усянь не помнил, кто сказал это, но всегда жил так. Он никогда не забудет, что сделали для него дорогие ему люди, и будет готов идти за ними. На следующее утро в Пристань Лотоса прибыл гонец со срочным письмом из Облачных Глубин.