12 или 27?

Мы приехали в больницу и Дракена отвезли в операционную. Врач: — Рана глубокая, но несерьёзная. Внутренние органы не повреждены, — сказал врач перед тем, как зайти в операционную. Я пытался успокоить Хину и Эму. Если с Хиной всё просто, то с Эмой возникли проблемки. Через некоторое время пришли Майки и Мицуя. — Как он? — обеспокоено спросил сиреневолосый. — Рана глубокая, но несерьёзная. Внутренние органы не повреждены. Майки: — Он будет жить. Кенчик обещал, что не умрёт на больничной койке. Верьте в Кен-чика). — Ну ты как всегда спокоен. Хина, может слезешь с меня? — дело в том, что она повисла на мне, как коала на дереве. Хина: — Нет! Ты бы знал, как я переживала! А когда тебе руку проткнули, я вообще чуть в обморок не упала от волнения, — сжимая меня ещё крепче, сказала она. — Ох, я понимаю что ты переживала, но я же в порядке. Со мной всё хорошо. Я сейчас стою перед тобой, жив, здоров, — сказал я, подняв её личико и вытерев накопившиеся слёзы большими пальцами. Хина: — М-мг. *Всхлип* Мицуя: — Мило. Майки: — Ага. Из операционной вышел тот же врач. — Жизни вашего друга ничего не угрожает, — сказал врач, снимая перчатки. Мы вышли из больницы с хорошей новостью и оповестили всю Тосву. После все порадовались и разъехались по домам, а я пошел искать Майки. Нашёл его за углом больницы, он скатился по стене на землю, а из глаз пошли слёзы. Я подошёл к нему и присел напротив на корточки, поднял его голову за подбородок. Он смотрел на меня заплаканными, удивлённым глазами, из которых лились слёзы без остановки. Я мило улыбнулся и сказал: — Ну чего ты? С ним же всё хорошо). Майки: — Такемучи, *всхлип* я так переживал *всхлип*, — он обнял меня, а я его в ответ. — Ну-ну, все мы переживали. Ты отлично держался, — нежно сказал я, поглаживая его по спине. Майки: — Я думал *всхлип* больше не увижу Кен-чика. *Всхлип* Спасибо огромное, Такемучи, ты его спас! *Всхлип*. — Всё хорошо, всё уже позади. Ты молодец. Не плачь, — я продолжал его успокаивать, пока он обнимал меня. Он так силен физически, но так слаб морально. Сложно представить что он чувствовал во время смертей его друзей и брата. Вскоре он так и уснул в моих объятиях. Я посадил его на спину и пошёл в сторону его байка. Посадил его туда и поехал в сторону его дома. Через короткое время мы были уже там. Я постучался в дверь и её мне открыл мужчина пожилых лет, скорее всего это его дедушка. Я его в прошлой временной не видел. Мансаку: — Майки, засранец, где тебя носит? Эма и Шиничиро уже давно… — он остановился, когда увидел сопящего Майки, свернувшегося в клубок у меня на руках, — *Мило*. — Я тут это… спящую красавицу принес. Мансаку: — Я уже понял, проходи, — он отошёл, давая мне пройти. Я отнёс его в комнату-гараж и уложил в кровать, накрыв одеялом, затем вышел на улицу и там меня ждал Мансаку-сан. Мансаку: — Так, а ты кто? — Такемичи Ханагаки, друг Майки, Шиничиро и Эмы. Мансаку: — О, Такемичи? Про тебя Шин чуть ли не каждый день трындит. Мол: «Какой он крутой» и всё такое. Ты же его от смерти спас, да? — А...ну, да. Было дело, хе-хе., — я неловко почесал затылок. Не привык я, что б меня хвалили. Мансаку: — Спасибо большое! Уже 2 года прошло, но я с тобой только сегодня познакомился. Я их дедушка, Мансаку Сано. — Приятно познакомится, — я поклонился в качестве уважения. Мансаку: — Не стоит. А почему не Дракен его принёс? Обычно это он делает. — Тут такая неприятная ситуация вышла. Дракена ранили на битве с Мёбиусом и он в больнице, но с ним всё хорошо. Шин: — И всё благодаря Такемичи. Он защитил Дракена, — обнимая меня сзади, сказал Шиничиро. — Боже-Господи! Шиничиро, сколько просил! Не делай так! — я влепил ему подзатыльника. Шин: — Такемучи, ты злой(. — И ты туда же? Я просто устал. Мансаку: — Вот оно как. Ну, пусть выздоравливает. Вижу, вы с Шином хорошие друзья. Шин: — Да! Мы 2 года дружим! — Угу, ладно, я пойду. Мне ещё за байком вернуться нужно. Если что, байк Майки около дома стоит. Мансаку: — Ты сам пойдешь? Шин: — Не-не-не, я с тобой! А если на тебя нападут? — А от тебя мне какая польза? Мансаку: — Пха. — Ты драться не умеешь. Так что иди спи. Ночь на дворе. Шин: — И всё же ты злой. — Пока! До свидания, Мансаку-сан! Мансаку, Шин: — Пока!