Реабилитация

До самого утра Майкл и Джоанна искали Кристиана. Сначала обыскали их дом вдоль и поперёк — даже под ванну несколько раз заглянули, — потом очередь дошла до сада и гаража, но увы, их и здесь ждала неудача. Затем Макйл предложил поискать Кристиана у них дома.       — Разве он знает где вы с Ким живёте? — удивилась Джоанна.       — Знает, — кивнул Майкл. — Кимберли призналась, что когда я пару раз уезжал из города, а она ещё окончательно не забрала Кристиана из «Беллфлауэр», то привозила его к нам домой.       — Хорошо, пошли посмотрим. Парочка отправилась в дом Кимберли и Майкла, хотя Джоанна почему-то была уверена, что его там нет, но для очистки совести тщательно осмотрела все комнаты. Всё-таки ей нравился этот дом, было здесь что-то такое, очень приятное, как будто в воздухе разлили спокойствие и немного радости. Пока смотрела одну из гостевых спален, то её как магнитом тянуло прилечь на кровать, а внутренний голос коварно шептал: «Полежи и отдохни — ты это заслужила». В какой-то момент она поддалась искушению и прилегла, но едва прикрыв глаза, услышала голос Майкла. Джоанна недовольно встала с постели, с сожалением смотря на кровать, всё-таки, вышла в гостиную. Она отчаянно хотела спать, несмотря на весь сегодняшний шоковый день. Зато Майкл выглядел бодрым и нервным.       — Его здесь нет, — с досадой констатировал он. — Ну и куда этот овощ мог подеваться?       — Не знаю, — вяло пожала плечами Джоанна. Майкл удивлённо посмотрел на неё, и она это заметила, моментально изменившись в лице. Джоанна постаралась натянуть на себя маску беспокойства, хотя хотела только одного — спать.       — Меня от нервного перенапряжения частенько клонит в сон, — пояснила она. — Может поищем его на пляже?       — Тоже про это подумал, но сначала стоит позвонить Нику, а вдруг он забрал Кристиана с собой? — предположил Майкл.       — Но зачем ему это? — логично поинтересовалась Джоанна.       — Я не знаю, что у него в голове. Это же твой друг, вот ты и ответить, — проворчал он.       — Нико бы так не поступил, но ладно, я позвоню для успокоения совести, а потом может быть он вызовется помочь нам поискать Кристиана. Джоанна взялась за телефон. В трубке долго звучали длинные гудки — Николя не спешил ответить. «Может спит?» — подумала она и набрала снова его номер. Опять безуспешно. После четвёртой попытки, бросила это неблагодарное дело.       — Он не берёт трубку, — вздохнула Джоанна. — Наверное, крепко спит.       — Железные же у него нервы, — заметил Майкл. — Я бы вряд ли уснул после новости об убийстве моей любимой женщины. Майкл обратил внимание, как изменилось лицо Джоанны в этот момент. Этакая смесь боли, гнева и раздражения. «Да ты ревнуешь», — догадался он. «Хотя это теперь не должно быть важно, ведь конкурентка мертва».       — Лучше пошли на пляж, — буркнула Джоанна. Ни один из них так и не вызвал полицию для поисков Кристиана, вместо этого они вдвоём прочёсывали пляж. Между тем была ещё одна проблема: они не знали, как давно Кристиан ушёл из дома? У Майкла было подозрение, что скорее всего утром, как раз, когда они втроём обсуждали новость об Элен. Между тем погода ухудшилась, и как обычно зимой, потянул ледяной, пронизывающий ветер с океана. Волны возмущённо рокотали, разбиваясь о береговую линию. На только что чистое звёздное небо набежали косматые тучи, и ещё повезло, что не зарядил дождь. Помимо пляжа Джоанна и Майкл постучались в несколько ближайших домов и поспрашивали о Кристиане, описав его внешность и психические особенности, мол умственно-отсталый и не говорит. К сожалению, мужчину с таким описанием никто не видел. Под утро оба вымотались так, что было только одно желание — упасть куда-нибудь и спать, спать и снова спать. При этом Майкл не мог позволить себе такую роскошь — ему нужно было ехать в больницу, а потом как-то сообщить новость Кимберли о пропаже её горе-муженька. В какой-то момент в голову Майкла закралась крамольная мысль, что если с Кристианом что-то случилось серьёзное, и он исчез навсегда, то она свободна. Джоанна почти ни о чём не могла думать. Эта бессонная ночь не лучшим образом сказалась на её самочувствии. Голова кружилась, а руки мелко дрожали. Она думала, что ей просто нужно немного отдохнуть, а ещё пора принимать свои ежедневные таблетки. В какой-то момент, когда они с Майклом шли в сторону дома Джоанны и Кристиана, у неё усилилось головокружение, и она упала на песок, неловко вывернув руку. Ощущение тахикардии и стоящего в горле комка нарастали подобно снежной лавине. Помимо учащенного сердцебиения, ритм стал рваный, сердце то колотилось, как бешенное, то затихало.       — Джоанна, что с тобой?! — подскочил к ней Майкл.       — Голова кружиться, — язык еле ворочался. Майкл пощупал её пульс и удивился. Сердцебиение явно зашкаливало, да и кожа была ледяная и влажная, а на лбу выступили бисеринки пота. Он помог ей подняться и довёл до машины.       — Я сейчас вызову скорую, — заговорил он.       — Мне не так уж и плохо, — запротестовала она.       — А вот твой вид и пульс говорят об обратном. У Джоанны не было сил, чтобы с ним спорить. Она привалилась к дверце машины, прикрыв глаза. В голове то и дело вспыхивали разные образы, один из которых был особенно силён. Сероглазая женщина с ухмылкой на губах. Она манила и дразнила, обещая все блага мира. Джоанна резко открыла глаза.       — Мне нужно увидеть Кимберли, — заявила она.       — Увидишься попозже, — ответил Майкл.       — Нет, ты не понимаешь, — покачала головой Джоанна. — Как можно быстрее. Она одна может мне помочь.       — У тебя, что снова начинается приступ? — на всякий случай отодвинулся от неё Майкл.       — Вроде того, — обтекаемо ответила она. Джоанну госпитализировали, а Майкл зашёл к Кимберли в палату — её сегодня выписывали. Ко всему прочему, ему нужно было рассказать ей о пропаже Кристиана и о снова поехавшей крыше Джоанны. Всё так сразу снова навалилось, причём все эти проблемы, кроме сотрясения Ким, его в принципе не касались.       — Ты уже оделась, — с улыбкой заметил, глядя на то, как она одевает пиджак.       — Ага, не люблю лежать в больнице, — ответила Кимберли. — У меня и так было много месяцев, проведённых на больничных койках.       — Главное, что тебе лучше…       — Что случилось, Майкл? — спросила она, глядя ему прямо в глаза. — Только не ври! Я же тебя знаю, как облупленного.       — У Джоанны обострение, — ответил он.       — О, боже! Её забрали в психушку?       — Пока нет. Она здесь, в «Уилшир Мемориал», ей утром плохо стало, — пояснил Майкл. — Её сейчас обследуют — у Джоанны проблемы с сердцем.       — Час от часу нелегче, — вздохнула Кимберли. — Знаю, что без результатов анализов и обследований ты не можешь дать заключение, но всё же, как думаешь, там действительно так серьёзно?       — Похоже на то, — подтвердил он. — У неё сначала началась просто тахикардия, а потом и аритмия присоединилась, сама понимаешь, насколько это может быть серьёзно. На фоне новостей о пропаже Кристиана и проблемах с сердцем у Джоанны, Кимберли почувствовала, как к затылку подкатывает тянущая, ноющая боль. Она села на кровать, потерев затылок.       — Кимми, всё нормально? — обеспокоенно спросил Майкл, усаживаясь рядом с ней.       — Да, но я очень расстроена, — ответила она. — Вы не заявляли в полицию о пропаже Кристиана?       — Нет, мы думали, что он где-то недалеко, а потом Джоанне стало плохо, — ответил он.       — Ладно, я тогда сама поеду и подам заявление, — встала она с кровати. — Всё-таки, он совершенно недееспособен. Надеюсь, что ничего плохого с ним не произошло.       — Я тоже надеюсь, — поднялся Майкл вслед за ней. — Мне пора на обход. Звони, если будут какие-то новости.       — Обязательно, — кивнула она. Майкл вышел из палаты. Кимберли чуть замешкалась, и головная боль снова вспыхнула, гораздо сильнее, чем до этого. У неё было ощущение, как будто кто-то забивает раскалённые гвозди сначала в затылок, а потом и виски. Боль была настолько сильной, что она рухнула в кровать. В следующий раз, когда Кимберли смогла подняться с постели — её глаза были плотно затянуты чёрной пеленой. И она знала, что нужно делать и кого навестить в этот утренний час. Женщина пошарилась в своей сумочке и достала оттуда тёмные очки, с которыми практически не расставалась и надела их, скрыв цвет глаз. Ей были ни к чем ненужные расспросы, а тем более лишние жертвы в данный момент. И голова у неё совершенно не болела. Она чувствовала себя просто прекрасно. «По-другому и быть и не может, ведь теперь я настоящая», — подумала Кимберли и улыбнулась.