Сансара

      Глянцевый блеск с химозным запахом карамели — на губы, чтобы замаскировать свежие гематомы от инъекций гиалуроновой кислоты. Коралловые румяна не на яблочки щёк, а лёгким движением в область скуловой кости — дабы лицо казалось уже. Подводкой нарисовать стрелки острые и тонкие, способные проткнуть мужское сердце. И блестки, разумеется, как можно больше. Кто-то может сказать, что они вышли из моды, да и пускай: этой ночью хочется сиять.       Ещё и тщательное бритье, укладка, свежий маникюр, тысячи статей в интернете о гламуре позади.       Карин Нельсон, что смотрелась в зеркало, определенно угрожал мощный приступ нарциссизма. — Хэй, ты знала, что с нами ещё Ханна поедет? — где-то позади раздался голос лежащей на кровати подруги. Подруга, ещё и заботливая соседка по квартире — в одном лице.       Карин обернулась резковато, свела брови, да небрежно бросила: — Ну, круто. Будет здорово, если она повеселится.       Наглое враньё. Карин ненавидела свою одногруппницу Ханну. Не то чтобы у них были какие-либо конфликты, нет: они толком не общались даже. Карин невзлюбила Ханну просто так, какой-то сопернической ненавистью-завистью, однако поддержание нужного образа не позволяло Нельсон плеваться ядом публично. А возможно, Карин самой себе просто не хотела признаваться, что завидует. Она ведь понимала, что эта самая Ханна ни в чем не виновата, однако сейчас, когда второй раз взглянула на себя в зеркало, то уже не была так уверена в собственной неотразимости: вопреки старательным сборам, у Карин не было таких пышных белокурых волос, как у Ханны. Не было модельной фигуры, больших томных глаз, идеальной осанки, утонченной формы лица...       Карин никогда не была красивой по общественным стандартам: грубоватая широкая челюсть, маленькие поросячьи глаза, тонкие губы (сейчас этот "недостаток" удачно исправлен гиалуроновыми уколами), ломкие тусклые волосы, и грузная фигура без намека на талию. Не смотря на то, что и "страшной" назвать её было сложно, в школе ту дразнили по-всякому: звали и поросёнком, и мопсом, и квадратом, и бугаем. Позже нападки прекратились, то ли люди вокруг неё повзрослели, то ли Нельсон привыкла настолько, что над ней стало попросту скучно издеваться. В любом случае, все гадости, сказанные ей тогда, ещё в школьном периоде, оставили свой след в сердце нескладного уязвимого подростка. И Карин волочила этот след за собой по сей день, ужасаясь лишь от одной мысли показаться кому-то неидеальной. А иногда даже винила себя за то, что до сих пор обижена на эти глупости, клички.       От подобных воспоминаний девушка лишь сильнее скривилась, тряхнула волосами, сбросив наваждение. Она едет веселиться с друзьями из университета, праздновать успешное окончание первого курса — так к чему зря унывать? Её же на шашлыки пригласили, а не на поминки, в конце-то концов. Все плохое в прошлом. Сейчас Карин даже популярна, правда, только в кругу своей группы, а до покорения всего учебного заведения ещё далеко. Она "сделала" себя сама: стиль, харизма, умение по щелчку пальцев натянуть искреннюю улыбку, а в нужном моменте — подлизать жопу дрогнуть голосом. Поняла, что в обществе важнее казаться уверенной в себе, а не быть. Душа компании, звёздочка с богатыми родителями, амбициями, и перспективным будущим. Так о чем ещё можно мечтать? Разве что, о хороших оценках, но Карин постоянно убеждала себя в том, что она плохо учится не потому что не может, а потому что пока не хочет.       Карин, на самом деле, много в чем себя убеждала. Постоянно. А ещё давала самой себе самые разнообразные обещания, например, наконец заняться спортом. Или повзрослеть и перестать строить из себя главную героиню какого-нибудь фильма. Прекратить париться по поводу внешнего вида, научиться готовить, найти работу, купить новое постельное белье, найти себе парня, в общем, список бесконечный. — Тебе адрес уже скинули? — девушка закончила делать макияж, а заодно собирать косметичку. Обернулась к подруге, закурив одноразовую электронную сигарету. Такие, кажется, сейчас в моде. Пар с ароматом ягод красиво заструился к потолку. — Ага. На шашлык мы в поедем... В лес, — соседка сделала небольшую паузу, бегло перепроверила адрес, затем сменила свой голос на заговорщический, — я читала статью об этом месте. Поговаривают, — каждое слово сопровождалось жестами рук для усиления эффекта, — в глубинах этого леса раньше был загородный домик, который сдавали отдыхающим туристам. Сейчас он заброшен, проклят, и там обитают призраки. Каждую ночь они выходят охотиться на неосторожных путников... — Опять ты со своей ерундой, — Карин манерно отмахнулась, — то у тебя призраки, то вампиры, то карты эти твои дурацкие.       Она не стала слушать свою соседку. Вымышленные приведения не пугали, только перспектива наткнуться на какого-нибудь наркомана или дикого зверя, но сейчас, пожалуй, Карин больше волновал слегка выпирающий "валик" живота под обтягивающей футболкой. Может, провести небольшую тренировку, которую она обещает себе каждый день, разогнать лимфу перед поездкой?.. — Не думай, — словно прочитав мысли, хохотнула подруга, — наешься шашлыков, напьёшься пива, и к утру всё равно будешь вся в отёках, — гаденько хихикнула опять, — непонятно, для чего вообще так заморачиваться.       "Ну да, тебе не понять. Это не ты родилась с поросячьим лицом. Это не ты похожа на бочку" — с желчью подумалось Нельсон, но вслух она того, разумеется, не сказала. Даже от подруг скрывались все комплексы, покажешь слабину — потеряешь авторитет. Какое-то глупое убеждение, крепко въевшееся в сознание ещё со школы.       Со своей, к слову, лучшей подругой Карин познакомилась в начале этого учебного года. Они вместе посещали театральный кружок, где и сошлись на почве некоторых общих интересов, а после решили снять отдельную от родителей квартиру, о чём не пожалели: не смотря на частые разногласия, жилось им вместе хорошо. Квартира по конституции своей оказалась небольшой, а девочки дружными силами создали в ней райский уголок: развесили плакаты, гирлянды, установили большое настенное зеркало, перед которым и крутилась сейчас героиня. Жаль, кровать одна, но совместный сон не доставлял девушкам особых неприятностей. Они уже как-то привыкли. — А карты у меня не дурацкие, — продолжила соседка, недолго перед этим помолчав, — таро очень точно предсказывают судьбу человека. Хочешь, и тебе погадаю? На любовь, например, могу сделать расклад, или, к примеру, на то, как пройдет наша студенческая ночь?       Нельсон снова гламурно отмахнулась, скептично фыркнула, закатив глаза. Каждое её движение нелепо-наигранное, однако заученное настолько, что кажется естественным.       Потому, подруга решила сделать расклад сама, не дожидаясь окончательного ответа. С монотонным потусторонним гудением стала тасовать колоду, ловко подцепила одну из карт с закрытыми глазами, бросила на кровать, да заговорила: — У тебя тут... Башня. Хм. Карта эта, понимаешь ли, непростая. Многозначная. Может стать вестью как и успеха в каком-либо деле, так и... — драматичная пауза. Соседка, лишь недавно ставшая увлекаться эзотерикой, считывает значение таро с телефона, — аварии, катастрофы, проблемы со здоровьем, резкие перемены в жизни, и, самое интересное: возвращение к истокам. — Конкретнее?.. — Буквально. Возвращение к чему-то, что уже было. Как по кругу.       Карин напряглась. Слова "было", ровно как и "прошлое" с "истоками" ассоциировались у нее только с теми временами, когда она жила забитой серой мышью, выставляющей свои комплексы напоказ. Она ни за что не променяет нынешнюю идеальную, почти как в подростковых сериалах, жизнь, на что-то из того, что "было". — Поехали уже, а то опоздаем, — Нельсон подняла сумку, накинула лёгкую куртку, да направилась к выходу из квартиры, стуча каблуками.

Карта Башни так и осталась лежать на кровати.