Там, где цветёт любовь

      Что такое боль?       Для Эйммии Таргариен болью является всё в её жизни, начиная от её имени и заканчивая внешностью.       Она всегда была обречена быть второй. Она — вторая дочь любимой покойной жены, не «отрада королевства», не всадница с семи лет. Не сын. Даже её имя — не её. Она — тень своей сестры и покойной матери, двойником коей и является. Проклятая, одинокая, обречённая. Вторая после сестры — всегда. Для отца, для мачехи, а теперь уже и для Деймона Таргариена, который обещан ей в мужья по хотению короля.       Эйммия даже не может предположить, о чём думал её отец, когда издал такой приказ. Может, надеялся залечить прошлые раны между ним и своим братом, подложив под него свою среднюю дочь вместо первой, кою когда-то так желал Порочный Принц?       Однако какая разница, не так ли? Она должна выполнить свой долг, которым всегда так пренебрегала её высокомерная и эгоистичная сестра. Рейнире каждый раз давался выбор, в отличие от Эйммии. Рейнира — желанный ребёнок, а Эйммия — ошибка, рождённая без члена между ног.       Не то чтобы её жизнь отвратительна, нет-нет. В последнее время отец всё чаще смотрит на неё с огромной виной, а Эймма — как он пьяно её называет, — пользуясь этим, просит что хочет, и король отдаёт приказы достать это для неё.       Но она всё равно должна выйти за Деймона Таргариена, своего дядю, а также вдовца, потерявшего жену, Лейну Веларион, пять лун назад.       Наверное, единственное, что её радует, — это то, как горько, недовольно и преданно выглядит её наилюбимейшая старшая сестра, когда смотрит на их дядю. Верные фрейлины рассказали Эйммии, что между Деймоном и её сестрой произошёл скандальный разговор в покоях наследницы, после которого Деймон даже не глядит на Рейниру, сходящую с ума от такого пренебрежения к своей персоне.       Сука наконец-то получила то, что заслуживала.       Эйммия презирает свою старшую сестру. Сначала это было простое негодование маленькой девочки, потерявшей мать и ожидавшей, что ей объяснят, почему та не приходит. Но вместо утешительных объятий, мягкий слов и сестринской улыбки она получила яростный взгляд, боль в плечах от хватки четырнадцатилетнего подростка и ядовитую фразу: «Наша мать умерла из-за тебя, потому что ты родилась девчонкой». Потом Рейнира пыталась сгладить углы после такого всплеска агрессии к сестре, но Эйммия никогда не забывала слов этой суки и того, как она переложила всю вину на неё.       Если бы ты, сестрёнка, родилась изначально мальчиком, наш блядский папаша бы не убил бы нашу мать из-за своего блядского сна.       Эйммии шестнадцать лет, и она должна выйти за мужчину, который старше её на двадцать лет, но с эстетической точки зрения она не жалуется.       Деймон Таргариен выглядит как полноценный десерт с вишенкой на верхушке, которая дразнит и мозолит глаз своим великолепием. Он самый красивый мужчина, которого она видела, но, к чести девушки, Эйммия не ощущала какой-то эйфории и трепета от его вида.       До того момента, пока не поговорила с ним.       Деймон, блядь, Таргариен оказался единственным человеком, который смог её понять… Это пугает и возбуждает. Единственный большой подарок, который за многие годы жизни в Красном замке сделал ей отец, — это титул хранительницы Летнего Замка, принадлежащий их Дому долгие десятилетия. На этом пышные подарки Визериса заканчиваются. Никто никогда не пытался увидеть что-то за маской правильной, доброй, милой принцессы, жертвующей еду и одежду для обычного народа, а также прекрасно находящей общий язык с каждым лордом и леди.        А он смог её понять. Деймон знает, каково быть амбициозным вторым ребёнком в семье, которого не слушают, не понимают и не видят. Он слушает, понимает и видит её. Эйммия в полном замешательстве от этого и хочет прогнать глупый румянец из-за мыслей о нём.       Эйммия ненавидит своё имя, потому что она не такая нежная и добросердечная, как её покойная матушка, и уж точно не ведёт себя развязно, беря меч в руки, как бабушка. Из-за того, что имена её матери, Эйммы, и бабки, Алиссы — которую её дед часто называл просто «Алиссия», — были объединены в одно имя для неё, многие наивно полагают, что она похожа на них.       Ха. Её очень смешат все эти люди, в чьё число входили её сука-сестра и идиот-отец.       Эйммия с детства знает, что ей нужно постараться, чтобы заслужить любовь, одобрение, восхищение от людей любого ранга, ведь её репутация должна быть идеальной. Она научилась быть изворотливой, лёгкой на язык и быстро, жёстко разбираться со своими неприятелями. Благо её верные служанки — существа небрезгливые и умные.       Вторая принцесса, прославившаяся как Сердце Королевства, — хитрая змея, яд от которой может мало кого спасти.       Её братья и сестра от Алисенты Хайтауэр, как и сама королева — пока остаётся тихой и полезной, — входят в этот список.       Неожиданно возникшая дружба между Алисентой и Эйммией в своё время осчастливила короля, гниющего заживо и тешущего себя надеждами на мир между «чёрными» и «зелёными», но при этом повергла в шок и презрение его старшую дочь, совсем не обрадовавшуюся этому событию.       Теперь Эйммия понимает, что отношения с сестрой скатились в никуда по большей части от её руки и по её вине, но её семена посеяла сама Рейнира, когда решила повесить свои страхи на восьмилетнюю сестру.       Непонимание переросло в презрение, а презрение переросло в ненависть, когда у дракона попытались отобрать то, что принадлежит ему.

***

      Остаётся несколько дней до свадьбы Эйммии и Деймона, с которым она сблизилась за счёт полётов на драконах, любви к их истории и общим наслаждением «неспециально» выводить Рейниру своим милым общением.       Прекрасно, прекрасно, прекрасно, этим цветам самое место. Там они и должны цвести.       Принцесса прогуливается по саду, окунаясь в свои мысли, совсем не смотря, куда идёт, пока не врезается в чьё-то мускулистое, высокое тело, а чужие холодные руки не хватают её за плечи, дабы помочь с равновесием.       Эйммия, раздражённо вздыхая из-за своей невнимательности, делает шаг назад и рисует на лице отрепетированную улыбку, срабатывающую всегда, когда она замечает, в кого именно врезалась.       Улыбка, к удивлению, получается искренней.       — Дядя, — вторая дочь приподнимает бровь, — не ожидала тебя здесь увидеть. Это… — она обводит взглядом сад, — не похоже на место, в котором ты предпочитаешь проводить свободное время.       Ответная улыбка Деймона заставляет её бедра гореть и на пару секунду потерять дар речи.       Нельзя быть одновременно таким прекрасным и опасным! Чёрт, как можно быть таким горячим?       — Мия, — он никогда не называет её Эйммией, и она благодарна ему за это. — Уже изучила те места, в которых я могу проводить свободное время? — насмешка в его голосе ничуть не трогает девушку, чьи фиолетовые глаза, являющиеся главным показателем её валирийского происхождения, слегка сужаются.       — Конечно. Я должна знать всё про своего будущего мужа.       Деймон слышит в голосе Мии дразнение и не воспринимает её слова всерьёз.       Сердце Королевства смотрит на высокую фигуру своего дяди и может думать лишь о том, как её ноги будут обхватывать его талию, когда их тела сольются воедино.       Деймон — дракон в человеческой шкуре. Эйммия может только мечтать, чтобы его пламя не сгубило её. Но она — не её сестра, верно?       Когда Мия плотно сжимает локоть Деймона, чувствуя его горячее дыхание у своего уха, из-за угла сада выходит Рейнира, низкая и теряющая свою красоту с каждой беременностью.       — Сестра, — никто не слышит радости в словах когда-то Отрады Королевства. Глаза Рейниры блестят, когда она смотрит на Деймона. — Дядя. Странно видеть тебя здесь.       Принц-изгой ухмыляется, прищёлкивая языком.       — Могу сказать то же самое и про тебя, Рейнира.       Слыша своё имя из уст их дяди, наследница выглядит больной. Мия сладко улыбается ей.       — Я думала, ты с мальчиками, сестра, — Эйммия слегка хмурится. Рейнира сужает на неё глаза. — Отец сообщил мне радостную новость. Поздравляю с пополнением в семье.       То, во что растягиваются губы старшей принцессы, похоже на оскал, но Мия не боится.       — Спасибо, Эймма.       Она не может сдержать дрожи, пробегающей по телу от имени, которым всегда называет её Визерис, когда выпьет слишком много. И Рейнира, когда хочет уколоть младшую сестрёнку.       Ты, сука. Девушка чувствует зарождающуюся в груди ярость.       Злость испаряется, когда руки Деймона собственнически хватают её за талию, притягивая к своему телу.       Эйммия подавляет дрожь и возбуждение между ног от его действий.       — Чудесная новость, — его голос — насмешка. Мия начинает чувствовать, что сейчас не она вторая дочь, а Рейнира. Ей чудно как нравится это.       Наследница не может смириться с тем фактом, что именно младшей сестре достаётся этот мужчина, желание к которому она всё ещё ощущает.       В тот же вечер на семейном ужине Рейнира заявляет, что она с семьёй после свадьбы Эйммы и Деймона переедет жить в Драконий Камень.       Младшая сестра тихо ликует, однако Рейнира действительно слишком упряма и не слышит слова «нет».

***

      Эйммия презирает свою сестру, но любит её сыновей. Ублюдки, ублюдки. Дети не должны отвечать за грехи взрослых, и она считает малыша Люка очаровательной мелочью. Эйммия — не Рейнира, и она не будет перекладывать обиды на взрослых на их детей. Эйгон был самым совершенным ребёнком, и вторая дочь называет королеву и наследницу идиотками, потому что они этого не понимают.       Вы сами создаёте врага, как вы этого не видите?       Может, Эйммия и младше своей мачехи и сестры, но она лучше них разбирается в интригах. В них она естественна так же, как в полётах на Вермиторе. Если Рейнира слишком избалована и защищена отцом, чтобы марать руки в хитростях, то Алисенту останавливает только её вера и боязнь гнева Семерых.       Эйммии ничто не мешает. Мия — это огонь и кровь Старой Валирии. Её не страшат боги, которых напридумывали овцы. Она — дракон.       А драконы не любят, когда на их собственность заглядываются.       — Моя сестра стала смелее. — Её гневный шёпот сразу оказывается внимательно услышанным. — Она надеется на свою красоту, которая утекает сквозь пальцы после всех её интриг со Стронгом.       Мия любит своих племянников, но они всё равно сильные ублюдки, а не морские коньки с чистой валирийской кровью.       Верный ей человек внимательно слушает, что она говорит, прежде чем усмехнуться и негромко прошипеть:       — Боги жестоки и за грехи забирают самое дорогое людям, принцесса.       На следующий день Отрада Королевства просыпается с опухшим лицом, покрытым язвами и ссадинами.       — Всё хорошо, дорогая жена, это исправится… Мы найдём целителей…       Лейнор пытается успокоить жену, не вызывающую у него любви и желания, пока Эйммия Таргариен ласковыми движениями поглаживает спину своего младшего брата, сжавшего её талию.       Эйгон с ужасом смотрит на уродливое лицо наследницы их отца, не питающей к нему добрых чувств. Он поворачивается к своей хорошей и понимающей старшей сестре, шепча в страхе:       — Мама говорит, что боги так наказали её. Они правда настолько жестокие?       Мия, чьи серебристые волосы в это утро заплетены в тугую косу, щурит глаза. Присаживается, чтобы быть с братом лицом к лицу, и заправляет его длинные неряшливые пряди за ухо.       — Наша сестра провинилась, и боги решили наказать её за все совершённые грехи.       Таргариены ближе к богам, чем к людям, не так ли? Их боги спят, поэтому они сами становятся ими.       Богам тоже не нравится, когда их вещи хотят заполучить.       Рейнире действительно не стоило пытаться претендовать на Деймона. Он её.       Её дядя стоит в другом конце комнаты. Лицо его ничего не выражает, единственное, что Мия может увидеть, — греховный блеск в фиалковых глазах и понимание в них.       Их взгляды встречаются.       Деймон улыбается. Эйммия резко отводит глаза в сторону. Он знает, он знает… Затем она понимает. Ему плевать.       Может, раньше она и не была первой для всех. Но теперь она не одинокая и обречённая, а её дорогая сестра наконец стала в чьих-то глазах второй после неё.       После её слов Эйгон жмётся к ней ближе, и вторая дочь улыбается.       Таргариены ближе к богам, чем к людям, и Рейнира наткнулась на гнев богини мести и смерти.       Мия не будет второй для Деймона Таргариена.       Здесь будет цвести их страсть и любовь.