Наследие воды и ветра: Вперёд в прошлое!

И так. Что же вокруг происходило. Описать можно тремя словами: паника, разборки, паника. Первое и последние — для оставшихся в живых людей и демонов, а второе — богам и непревзойдённым демонам. Мне было не интересно, и пришла я сюда посмотреть, нету ли людей с энергией Ян, которых тут таки не оказалось. А вот у Юйлуна (в образе генерала Суцзэ) был более весомый повод. Он медленно подошёл к Се Ляню со спины и слушал Лазурного Демона. Тот трепался долго, а потом заметил, что гостей у него прибавилось. Он заткнулся с большими круглыми глазами. Молчание длилось недолго, только теперь главным героем его истории был Юйлун. — Ха! Посмотрите кто явился! Не стыдно было скрываться всё это время? Что ж не помог своему другу? — потом он вновь переключился на Се Ляня. — Посмотри, даже он тебя кинул, а ведь вы во многом сходились взглядами. Мерзость. Принц молча смотрел на Цзю, а тот опустил голову на пару секунд. Он был бледен, черные пряди скрывали лицо, мешая рассмотреть какие-либо эмоции. Вскоре, он поднял взгляд прямо на Лазурного Фонаря и горько улыбнулся. — По правде говоря, я никогда не хотел во всём этом участвовать. Я сделал всё, что было в моих силах, — проговорил Юйлун и поклонился Ци Жуну, а потом и Се Ляню с куклой-Цяньцю. — Мне жаль, что не удалось остановить резню на пиру, что я не смог помочь вам. Мне нет оправдания. — Это правда очень интересно, но лично я здесь закончила, — я вышла из какого-то прохода. — Либо вы сейчас пользуетесь кольцом, либо давайте уйдём. У меня ещё есть поручения от господина Чуньшэна. Могу оставить вас здесь, но тогда вам придётся искать меня по маячку. — Хорошо, тогда хочу попросить тебя оставить пару камушков и можешь идти. Я прищурилась, после чего ухмыльнулась и неряшливым движением бросила ему один белый и один чёрный камень. Они были совсем небольшими, плоскими и овальной формы. И только мы знали, как ими можно воспользоваться. — Свяжитесь со мной или с господином, когда закончите. Я повернулась к ним спиной и пошла в очередные коридоры, искать одной лишь мне ведомые предметы.

***

— Лао Шэ… Неужели… Это правда ты? Се Лянь смотрел в глаза Юйлуну, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Хуа Чэн стоял рядом и думал. Думал о многом, но скорее о том, как эти дети умудрились влиться в историю ТАК сильно. — Гэгэ, ты уверен? Юйлун вздыхает и снимает кольцо и вручает Наследному Принцу. Ци Жун морщится и снова начинает материть всё и вся, пока Жоё не закрывает ему рот. — Ваше Высочество, сохраните этот перстень в целости и тогда, возможно, увидите что-то очень важное. — Лао Шэ, почему? — Се Лянь сжимает украшение в кулаке. — Я хочу услышать объяснения. Принц смотрит ледяным взглядом, а Юйлун мнётся. Отец никогда не смотрел на него так. Как бы он не проказничал или пугал окружающих. Юйлуну было страшно. — Я объясню. Потом. Сейчас не время. До встречи. Юйлун убегает следом за подругой, оставляя все вопросы без ответов.

***

Пару столетий назад: — Всё его внимание сосредоточено на мне, прошу прощения. Фан Синь кланяется советник-чародею, но тот подхватывает говорящего под локоть и заставляет подняться. — Что вы, что вы. Этот ребёнок никогда не интересовался науками, и я не знал как к нему подступиться. А вас он уважает, возможно, вы куда лучше сможете его обучить. Фан Синь и Лао Шэ очень хорошо общались. У них были схожие характеры и интересы, что позволяло завязать множество бесед. Оба носили титулы советника-чародея и наставника Наследного Принца. Тайхуа отдавал предпочтение Фан Синю, но при этом прекрасно общался с Лао Шэ. В первом человеке мальчик видел сильную и уважаемую фигуру, а во втором друга. Именно поэтому он часто сбегал уроков последнего, в то время как у Фан Синя, в основном, спал, если то были науки. На Золотом Пиру эти двое разошлись. Выяснилось, что Лао Шэ знал о предательской натуре князя Аньлэ и полностью это проигнорировал. Его бездействие в некоторой степени взбесило Фан Синя. Они разругались и больше не виделись. Се Лянь раньше не задумывался о причине такого поведения генерала Суцзэ, а сейчас было уже поздно. Он с некоторым отчаянием смотрел на украшение в руке. Может быть, чуть позже, ему удастся это выяснить из первых уст.

***

Юйлун кладёт голову на моё плечо. Я ничего не говорю, не сталкиваю, а продолжаю разбирать накопившиеся дела. Миры, время, пространство, измерения. В глазах начинает двоится, а голова болеть, но больше времени на разбор дел может и не быть, так что я продолжаю нагружать себя. Вскоре Цзю тыкает меня под рёбра и ловко уклоняется от слепой атаки, хватая мою руку. — Пора отдыхать. Наше «сумасшествие» начнём позже. Вот так мы возвращаемся обратно в столицу, где сразу же заваливаемся спать. Я на кровать, Юйлун на диван.