Моя геройская академия. Демон в отражении.

***20 лет назад. Сирия, Дамаск.*** Серые камни древнего города хранили следы недавних боёв. Дамаск медленно но верно приходил в себя после долгих лет войны. Утренний туман окутывал разрушенные улицы, но даже в этой дымке проглядывали первые признаки жизни. В воздухе витал запах свежей штукатурки и надежды. Строители сновали между руинами, восстанавливая дома. Дети снова играли во дворах, хотя их смех иногда прерывался воспоминаниями о страшных днях. На рынках снова появились торговцы. Их прилавки, пусть и скромные, свидетельствовали о возвращении к нормальной жизни. Женщины в ярких платьях выбирали овощи и фрукты, переговариваясь друг с другом. В мечетях раздавались молитвы, возвращая городу духовную гармонию. Старики сидели на скамейках, наблюдая за оживлением улиц. Их глаза светились не только мудростью, но и верой в лучшее будущее. По улицам ездили редкие автомобили, оставляя за собой клубы пыли. Молодые люди открывали небольшие мастерские, возрождая ремесленные традиции. В воздухе витало ощущение перемен. Город, словно феникс, поднимался из пепла. Следы войны всё ещё были заметны, но они больше не определяли облик города. Дамаск учился жить заново, сохраняя свою душу и память о былом величии. В закатных лучах солнце окрашивало минареты в золотистый цвет, словно благословляя город на новую жизнь. Дамаск возвращался к миру, шаг за шагом, день за днём, храня в сердце память о пережитом и веру в будущее. - Как думаешь? Они пришлют своих пешек или посредников? - Спросила девушка с серьезным выражением лица, смотря в бинокль. У неë белыми волосами, собранными в пучок на голове. А так же светлая кожа и яркие красные глаза. Она одета в облегающий черный комбинезон и тактический бронежилет темного цвета. Внешность дополняли два рога что росли из висок.  - Мишель? Ты опять уснул? - Приговорила девушка стукнув по макушке рядом сидевшему мужчине бразильской внешности. - Ай, Изуми. Что случилось? - Сонно произнëс мужчина. - Хорош вести себя безответственно. Мы на разведке как никак! - Укоризненно сказала Изуми. - Ну извините, мадам. Я как бы всю ночь выслеживал их место встречи. - С усталостью Сказал он. - Как будто я отдыхала. - Буркнула Изуми, не отрываясь от наблюдения.  - И не называй меня «мадам». Звучит так, будто мы уже пенсионеры. - Мишель рассмеялся, откинувшись на стену: - Ну, учитывая, сколько мы вместе, можно и так подумать. - -Не напоминай. - Она наконец опустила бинокль и взглянула на него.  - Мы женаты всего три года, а ты уже говоришь так, будто нам по семьдесят. - - Три года — это целая вечность, когда рядом такая красавица. - Подмигнул он.  - Кстати, ты в этом бронежилете выглядишь… - Даже не продолжай. - Перебила она, но щёки слегка порозовели. - Если ты сейчас скажешь что‑то в духе «сексуально», я тебя здесь и оставлю. - - А если скажу «невероятно грозно»? -  Он приподнял бровь. - Тогда, может, и выживешь. - Она снова подняла бинокль.  - Но только если сосредоточишься на деле. А после, посмотрим. - - Ой, в разведке ты прям сама строгость. А вот в бою — сама азарт. - Усмехнулся Мишель, чуть наклонив голову и глядя на жену с тёплой иронией. Изуми на мгновение оторвалась от бинокля, метнула в него косой взгляд: - А что, тебе не нравится мой азарт? - - Наоборот. Очень нравится. - Он подмигнул. - Просто иногда мне кажется, что ты получаешь от боя больше удовольствия, чем от нашего медового месяца. - Она фыркнула, но в глазах мелькнула искра смеха: - Если бы наш медовый месяц проходил под градом пуль, возможно, ты бы тоже был… более вовлечён. - - О, я был предельно вовлечён. -  Мишель приложил руку к сердцу.  - Даже сейчас вспоминаю те три дня в Каире с особым трепетом. Особенно момент, когда ты… - - Даже не вздумай. - Перебила она, но щёки слегка порозовели. - Мы на задании. - - Да‑да, конечно. - Мишель сделал вид, что застёгивает рот на замок. - Молчу как рыба. - Изуми снова подняла бинокль, но уголки губ всё равно дрогнули. - Лучше следи за площадью. Если пропустим их появление из‑за твоих воспоминаний, мы можем упустить их. - Мой шеф вечно недоволен. - Пожал плечами Мишель. - То мы слишком медленные, то слишком быстрые, то слишком… женатые. - Произнëс Мишель с ухмылкой глядя на Изуми. - Мы не «слишком женатые». - она скосила на него взгляд. - Мы эффективно работающие напарники с дополнительными бонусами. - - «Дополнительные бонусы» — это ты сейчас про что? -  Он приподнял бровь. - Про то, что я не даю тебе уснуть на посту. А ещё, в номере я припомню тебе это. - Она наконец улыбнулась по‑настоящему, коротко и ярко, как вспышка. - А теперь замолчи и смотри в оба. - Мишель вздохнул, но послушно прильнул к своему оптическому прибору. Через пару секунд тихо добавил: - Знаешь, даже здесь, среди всего этого… мне с тобой спокойно. - Изуми не ответила, но её рука на мгновение коснулась его ладони — быстро, почти незаметно. А потом снова сосредоточилась на улице внизу. Наступила тишина на голос по рации, как громко среди ясного неба нарушил еë. :-: Жнец, тандерболт. Докладывает Калибр. Две машины идут к вам на южном направлении. И ещё три с восточного. Подтвердите обнаружение. :-: Произнëс женский голос. - Подтверждаю, два седана. - Сказал Мишель. - Подтверждаю, один бронетранспортёра. Это они. - Произнесла Изуми. - Подтвердите готовность. Калибр, на тебе чëрный ход завода. Кракен, прикрывает нас с позиций. Ну а мы идëм внутрь. - Произнесла она. ***Помещение завода.*** Мужчина что был одет в экипировку наëмника, в окружении четверых солдат. Стоял с надетым капюшоном. Вокруг него витала аура сдержанной угрозы: он не демонстрировал силу открыто, но каждое движение, каждый поворот корпуса говорили — этот человек привык к насилию и знает, как его применить. — Мы достали то, что нужно. Деньги вперёд. Сепаратист медленно шагает к контейнеру, бросает взгляд на охранников.  — Сначала докажи, что это не хлам. Мои люди не станут платить за ржавые игрушки. Техник молча открывает кузов бронетранспортёра. Внутри — ряды экзоскелетов «Геро‑Щит‑М» с матовыми бронепластинами, кейсы с глушителями причуд «Тишина‑7», дроны‑разведчики «Призрак» со сложенными крыльями. Наëмник указывает на внутренности броневика. - Десять единиц экзоскелетов, наше собственное производство, испытания проводил лично. Усиление силы в три раза, маскировка под городскую среду, автономность — 40 минут. Глушители, советское производство блокируют причуды в радиусе 15 метров но и вы должны понимать. Ваши причуды тоже будут подавлены. Дроны Американского производства и могут… - Сепаратист перебил молодого наëмника. - …могут стать мишенями для геро‑радаров. Ты уверен, что они не засвечены? - Спросил он. - Если бы были засвечены, твои люди уже лежали бы с простреленными головами. Плати. - Твëрдо обозначил наëмник. Один из охранников Халеда молча ставит на стол кейс. Карим открывает его — внутри пачки банкнот и кристаллы синтетического кварца что был своеобразной чёрной валютой. Халед так звали лидера сепаратистов не сводил глаз с наëмника и его людей. - Три миллиона. Как договаривались. Но если это ловушка… - Наëмник захлопывает кейс, ухмыляясь при этом.  - Если это ловушка, ты узнаешь первым. - В этот момент дроны «Призрак» в контейнере тихо активируются — красные индикаторы мигают в темноте. Халед резко оборачивается на мигающий свет, рука тянется к поясу. - Что это?! - Наëмник поднял ладонь, голос оставался твёрдым и холоднокровным.  - Спокойно. Это просто проверка системы. Дроны готовы к работе. - Ты играешь с огнём, мальчишка. - Процедил Халед сквозь зубы. - Калибр приëм. Подтверждаю визуальный контакт. Цель Каил Кросс, или же тëмный мясник. Причуда теневой рывок. Внесён в реестр семидясити девяти стран как самый опасный. Нейтролизовать наместе. - Произнесла Изуми наблюдая из укрытия. - Тандерболт? - - Понял, я на позиции. В случае начала боя, я присоединюсь. - Каил шагнул вперёд. - Может быть. Но мы хотим одного. Мира. Но не того который засел в разумах сплошной массы. - Он взял кейс и демонстративно закрыл его. - Что-то я разошёлся. Совсем не похоже на меня. - Как только Каил закрыл кейс, Изуми резко выпрямилась в укрытии и коротко бросила в рацию: - Начинаем. Тандерболт, ты слева. Я беру наёмников. - Мишель кивнул, уже скользя вдоль стены к позиции напротив сепаратистов. В тот же миг Изуми рванулась вперёд — её движения были стремительны и точны, словно удары змеи. Первый наёмник едва успел вскинуть оружие, когда Изуми оказалась перед ним. Лёгкий взмах руками — и из её предплечий вырвались два клинка богомола, что оставили на автомате глубокую борозду. Противник отшатнулся, но Изуми уже была за его спиной. Удар клинком прямо в шею и наёмник рухнул без звука. Второй попытался зайти сбоку, но Изуми предугадала маневр. Она развернулась, одновременно поднимая ногу для удара. Её ботинок врезался в подбородок противника с хрустом — тот отлетел к стене и осел, потеряв сознание. Изуми выхватила пистолет из своей кобуры, сделав контрольный выстрел. Третий наёмник действовал осторожнее. Он активировал встроенный в перчатку разрядник, и воздух наполнился запахом озона. Изуми прищурилась, оценивая угрозу. Когда противник рванулся вперёд, выбрасывая искрящуюся дугу, она сделала шаг в сторону, уворачиваясь, и метнула небольшой сюрикен. Кровавый клинок вонзился в плечо наёмника — тот вскрикнул и выронил оружие. - Уф, должно быть больно. Позволь помочь. - Преобразовав клинок она сделала быстрый взмах рукой. Голова наёмника слетела с его плеч. Пока Изуми завершала схватку с наёмниками, Каил не сводил с неё пристального взгляда. В его глазах читалась смесь уважения и тревоги — он видел, насколько хладнокровна и эффективна она в бою. - Ты… - Начал он, когда Изуми, убрав клинки, повернулась к нему. - Ты не похожа на обычного оперативника. - - А ты не похож на миротворца, учитывая твою резню в Либерии что скинули на терроризм. Теперь там царит военная экономика. А политический строй направлен на борьбу с тем самым терроризмом. Как то не логично знаешь ли. - С ухмылкой произнесла девушка. Лицо Каила исказилось от ярости. Он отбросил кейс в сторону, а затем его тело стало размытым. - Я покажу тебе, кто я есть на самом деле. - Прорычал Каил, сделав рывок. Изуми отреагировала мгновенно, уклоняясь от первого удара. Она понимала, что противник превосходит ее по силе и скорости, и ей придется использовать все свои навыки, чтобы выжить. Бой разгорелся с новой силой. Каил обрушивал на Изуми град ударов, используя свою причуду "Теневой рывок" для мгновенных перемещений в пространстве. Изуми парировала удары клинками богомола, отступая и маневрируя, чтобы не оказаться в ловушке. Она выжидала подходящий момент, чтобы нанести решающий удар, но Каил не давал ей ни единого шанса. Внезапно Каил исчез в тени, а затем появился прямо за спиной Изуми. Он схватил ее за горло, сжимая пальцы, но Изуми не растерялась. Молниеносным движением она воткнула клинок в его бок, а затем оттолкнулась от него, отскакивая назад. Каил отшатнулся, хватаясь за рану, из которой хлестала кровь. - Техника Хакамады. Танец Игл. - На теле девушки выросли шипы. Чем удивила Каила. - Dash. - Изуми воспользовалась его замешательством и рванулась вперед. Она обрушила на Каила серию ударов напоминающие танец, используя всю свою скорость и ловкость. Её образ танцевал в воздухе, рассекая плоть и броню. Каил отступал, ослабевая с каждой секундой. В конце концов, наёмница нанесла последний удар - клинок вонзился ему в сердце. Каил застыл на месте. - Никто не может понять нас. И пока он не достигнет этого... - Каил кашляннул кровью. - Пока он не достиг своей цели. Мир по прежнему будет слеп... - Он упал на землю. А из его тела потекла кровь. Изуми смотрела на его тело с хладнокровием, ни капли не сожалея. - Я предпочту слепой мир. Чем ваше безумие! - ***Тандерболт.*** В дыму раздались выстрелы — сепаратисты палили наугад. Мишель скользнул вдоль стены, его движения были почти бесшумны. Он дождался, когда один из противников приблизится, и резким движением выбил оружие из его рук. Удар коленом в живот — сепаратист согнулся, а Мишель завершил приём точным ударом меча. Сеппарартист упал Второй сепаратист попытался обойти его сзади, но Мишель предугадал ход. Развернувшись, он схватил противника за запястье, выкрутил руку и бросил через бедро. Сепаратист врезался в стену. Мишель обернулся, заметив еще троих врагов, надвигающихся из облака дыма. Сердце забилось быстрее, адреналин пульсировал в венах, но он оставался спокоен. Взмах катаны – сталь сверкнула в тусклом свете, рассекая воздух. Сверхзвуковая скорость придавала его движениям немыслимую мощь. Первый сепаратист попытался выстрелить, но Мишель оказался быстрее. Он мгновенно сократил дистанцию, катана описала смертоносную дугу, и оружие противника разлетелось на части. Сепаратист не успел даже вскрикнуть, как рухнул на землю. Двое оставшихся врагов одновременно бросились в атаку. Мишель отбил один удар катаной, а другой – парировал запястьем, используя причуду, чтобы увеличить силу удара. Противники отшатнулись, потеряв равновесие. Мишель воспользовался моментом. Два точных удара – и бой был окончен. Сепаратисты лежали на земле, поверженные невероятной силой и скоростью Мишеля. Он перевел дыхание, оглядывая поле боя. Дым рассеивался, открывая мрачную картину разрухи. Миссия продолжалась. Халед был один на один с мужчиной. Халед усмехнулся, его глаза сузились. - Не думаю, что тебе это удастся. Я не обычный солдат. - Он выхватил свой клинок, украшенный странными письменами. - Посмотрим, кто из нас получит награду.- Мишель оценил противника. Халед двигался с грацией, которой не было у обычных сепаратистов. Его клинок излучал слабую энергию, намекая на опасную причуду. Мишель знал, что этот бой будет сложным. Халед атаковал первым, его клинок метнулся к шее Мишеля. Мишель парировал удар своей катаной, искры полетели во все стороны. Халед отступил, ухмыляясь. [Быстр, но недостаточно.] Думал Мишель Бой возобновился с новой силой. Клинки сталкивались, воздух наполнялся звоном стали. Мишель чувствовал, как растет давление. Халед был силен, его причуда усиливала каждый удар. Мишель сосредоточился, используя свою скорость и точность, чтобы перехитрить противника. Мишель уклонился от очередного выпада, его катана описала дугу, целясь в руку Халеда. Тот отпрыгнул, избежав удара, но мгновение замешательства дало Мишелю преимущество. Он ринулся вперед, обходя клинок Халеда и нанося удар в живот. Халед вскрикнул, отшатнувшись. На его лице отразился шок. Мишель не дал ему опомниться, обрушивая на него град ударов. Катана сверкала, как молния, рассекая воздух с невероятной скоростью. Халед едва успевал парировать, его движения становились все более медленными и неуверенными. Мишель почувствовал, как усталость подступает, но не сбавлял темп. Он знал, что сейчас или никогда. Он нанес обманный удар справа, а затем резко сменил направление, нанося удар слева. Клинок Халеда запоздал, и катана Мишеля вонзилась ему в плечо. Халед зарычал от боли, выронив клинок. Мишель приставил катану к его горлу. "Все кончено," - проговорил он, тяжело дыша. В глазах Халеда отразился страх и злость. Он попытался вырваться, но Мишель крепко держал его. -Ты проиграл. - Повторил Мишель, отступая на шаг. Халед рухнул на землю, держась за раненное плечо. Бой был окончен. - Говорит Тандерболт. Халед задержан, сеппаратисты уничтожены. - Произнёс Мишель. :-: Б#### вы бы хоть одного мне оставили, я нахрена тут жопу свою грею. :-: Произнесла Кракен. :-: А ты бы предпочла морозить свою задницу в Сибири? :-: Подшутила Калибр. :-: Слыш, а не пошла бы ты... :-: :-: Так девки не сорьтесь. Говорит Жнец. Люди Детей войны и Каил уничтожены. Миссия выполнена. :-: Вмешалась Изуми. ***Номер отеля.*** Мягкий свет ночника разливался по комнате, выхватывая из полумрака очертания мебели и отбрасывая причудливые тени на стены. За окном — тишина ночного Дамаска, лишь изредка нарушаемая отдалённым гулом редких автомобилей. В номере царил покой, будто сама тьма оберегала этот краткий миг передышки. Изуми сидела в кресле, стягивая тактические перчатки. Каждое движение было чётким, почти механическим — привычка, выработанная годами. Её доспех‑шипы давно втянулись, оставив лишь гладкую кожу, но в глазах ещё тлел отблеск недавнего боя. Мишель расхаживал по комнате, время от времени останавливаясь у окна. На его одежде — пятна пота и едва заметные следы крови, не его. Он наблюдал за Изуми, не говоря ни слова. В этой тишине было что‑то хрупкое, словно стекло, готовое треснуть от любого резкого звука. - Ты в порядке? - Наконец спросил он, голос звучал тише, чем обычно. Она кивнула, не поднимая глаз. - Да. Просто… нужно время. - - Время на что? - Мишель слегка наклонил голову. - На то, чтобы снова стать человеком? - Изуми замерла, потом медленно подняла взгляд. В её красных глазах мелькнуло что‑то неуловимое — то ли боль, то ли усталость. - А мы когда‑нибудь перестаём быть оружием? - Мишель не ответил сразу. Он подошёл к ней, опустился на корточки, чтобы смотреть в глаза. - Мы — не оружие. Мы — люди, которые делают то, что должны. - - Должны? - Она усмехнулась, но без иронии. - Или просто не можем иначе? = Он взял её нежно за руку, сжав пальцы. - Если бы могли иначе, уже давно бросили бы всё это. Но, лишь мы понимаем что могут сотворить дети войны. - - Ты когда‑нибудь думал о детях? - Внезапно спросила Изуми Мишель замер. Этот вопрос застал его врасплох. Он выпрямился, провёл рукой по волосам минуя её красные рога. - Думал. Иногда. А ты? - - Я тоже. Я хотела, чтобы у нас был мальчик и девочка. - Тихо произнесла Изуми, глядя куда‑то вдаль, будто уже видела их перед собой. Мишель молча сжал её руку, обдумывая сказанное. В голове будто щёлкнул невидимый переключатель — картины будущего вспыхнули перед глазами: детский смех во дворе, маленькие ножки, топот по деревянному полу, две пары любопытных глаз, смотрящих на него с обожанием… - Мальчик с твоими глазами и девочкой с твоей улыбкой. - Прошептал он, словно договаривая её мысль. Изуми слабо улыбнулась, но в этой улыбке сквозила горечь. - Легко мечтать. Сложно воплотить. Наша жизнь… она не создана для этого. Постоянные переезды, миссии, опасность. Кто будет расти детей, пока мы… - - Мы будем. - Твёрдо сказал Мишель, поворачивая её лицо к себе. - Найдём способ. Никто не живёт вечно на острие ножа. Когда‑нибудь придётся опустить меч и просто… жить. - Она вздохнула, прижалась к его плечу. - Иногда мне кажется, что я забыла, как это — просто жить. Не ждать засады, не просчитывать маршруты отхода, не проверять оружие перед сном… - - Значит, научимся заново. Вместе. - Он обнял её, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает её тело. - Знаешь, мой дед всегда говорил: «Семья — это не место, где всегда спокойно. Это место, куда всегда можно вернуться». - Изуми подняла взгляд, в её глазах блеснули слёзы. - А если мы не сможем вернуться? Если однажды просто не придём домой? - Мишель замолчал на мгновение, подбирая слова. Потом мягко сказал. - Тогда мы сделаем всё, чтобы этот дом стал тем местом, куда захочется возвращаться. Даже если придётся строить его заново каждый день. - Она закрыла глаза, глубоко вдохнула. - Ты умеешь убеждать. - - Я умею любить. А это — главное. - - Знаешь, мой отец… Сёхе… он писал мне вчера. - - Сёхе? - Мишель приподнял бровь. - Что он пишет? - - Приглашает нас в Японию. Хочет увидеться с нами. Говорит, что пора уже подумать о будущем. О семье. Мишель задумался. Он знал, что отец Изуми — человек серьёзный, влиятельный, и его приглашение не было простой формальностью. - И что ты думаешь? - Спросил он осторожно. - Думаю, что это шанс. - Она подняла на него глаза. - Шанс увидеть, что есть жизнь за пределами миссий, боёв, угроз. Шанс понять, хотим ли мы этого… вместе. - Мишель кивнул. - Значит, поедем. Я готов встретиться с твоим отцом. И поговорить о будущем. - Изуми улыбнулась — по‑настоящему, тепло. - Спасибо. - Они сидели молча, слушая, как за окном медленно угасает ночь. Где‑то вдали раздавался первый крик муэдзина, возвещающий о начале нового дня. - Знаешь. - Вдруг сказал Мишель. - Я всегда думал, что семья — это что‑то далёкое, недостижимое. Что‑то, что не для нас. - - А теперь? - - Теперь я думаю, что всё возможно. Если мы этого хотим. - Изуми прижалась к нему, закрыла глаза. - Я хочу. - - Тогда мы сделаем это. Вместе. - В окне медленно гасли звёзды. Ночь уходила, уступая место рассвету. - Кстати, а какое имя ты хотела придумать детям? - Спросил Мишель. - Как тебе Акума если будет мальчик, и Сэцуко если девочка? - - Хм... мне нравится. -