Мелодия с тех самых нот

Душа летит в песчаной буре,

Закручиваясь в вихре слëз,

Плывёт по ледяной лазури

В кровавых ранах от желëз.

Моя душа вновь не спокойна

И носит тяжести внутри.

Под грудью ноша непристойна,

Она который век молчит.

Молчит. А есть ли что сказать?

Иль рана в сердце громко воет?

Ей остаëтся лишь молчать

Она заслуживает вóйны.

                                    »»——⍟——««       Недавнее яркое утро, что обильно грело всех проснувшихся жителей, теперь поменяло своё настроение на пасмурный день, вот-вот скоро вылив ливнем своё недовольство. Сгустки тёмных туч нависали и давили одним своим видом, добавляя тяжёлую и без того ношу за сегодня. Маленькие капельки уже начинали теребить окна в однотонных комнатах дома Баккетов, заставляя вместе с ними разозлить неподалёку от жилища семейки тайное море, что с этой погодой смотрелось как загадочный проход в глубины мирового океана. Запах приближающегося дождя в мокрой тиши берега окутывал безмолвное молчание, повисшее затишьем с момента выхода из тёмного переулка. Вместе с тем поднимался и морской ветер, влажность которого ощущалась от данной местности очень отчётливо и прохладно, оставляя на коже проявляющиеся от свежести быстрые мурашки. Былая ясная погода менялась с каждой минутой. Из окон серых комнат стало видно дружелюбных соседей, что старались спасти сухое бельё от неминуемого ливня, ловя на поднимающимся дуновении непослушную ткань. Слёзы облаков потихоньку скользили по стеклу, разливаясь с соседними в догонялки или чехарду и превращаясь через мгновение в водопад рёва всех нависших туч мрачного небосвода. В этот день повезло лишь с одним - подростки хотя бы успели вовремя попасть домой, не промокнув до ниточки, в отличие от многих других школьников, что остались ещё на какое-то время возле здания или отмечали с компанией по городу новый учебный год, который обещает быть и без того тяжёлым и трудным для всех. С момента начала ливня двое парней, что до сих пор молчаливо стояли разувшись в коридоре, и вовсе остановились во времени происходящего, прислушиваясь к каждому усилению вопля погоды. Этот пропитанный мокрой землёй запах, проскользнувшийся в дом из открытых окон, присутствие в помещении полной тишины, которая нарушалась только атмосферой на улице, маня за собой погрузиться в блаженство тихого пространства, и само место проживания возле любимого моря наводили покой и морально расслабляли две юношеские души, переплетённые ещё совсем недавно в слёзных объятьях. - А в прогнозе ничего про дождь не говорили - Решив первым нарушить долгую тишину, Коул, пробегая карим взглядом по ещё совсем недавним опухшим от слёз другим глазам, убеждается в полном успокоении лихорадочной истерики друга, который сейчас сверлил умиротворённым взглядом мокрое от жирных капель окно в коридоре. Поведение Смита, как сегодня, Баккет видел редко, но не впервые. На фоне его прошлого не удивительно наблюдать неустойчивую психику шатена, до сих страдающего от неубранной ещё с раннего сердца огромной гири обид и извинений. Ноша постоянных обвинений в свою сторону преследовала Кая очень давно. Можно ли назвать это детской травмой от родителей и окружения? Шатен, сколько бы не получал подсказок от судьбы, и сам не знал ответа. Или не желал знать. Просто забыть адские мучения и детские слёзы раз и навсегда. Стереть те первые школьные годы из памяти и больше не топиться адскими слезами, что придают ещё больше страха и ужаса хрупкой душе. С первого учебного дня, когда учебное заведение в котором он учится сейчас ещё не было открыто, понятие "ненависть" стала вторым именем Кая для одноклассников, а вскоре и для самого себя. В начальной школе мальчик не любил себя. Не любил за уродскую внешность, что была внедрена в детский разум отцом, не любил своё полное телосложение, комплекс которого появился тоже из-за него и общества. Не любил свой внутренний мир и характер, которые по доброте душевной не могли противостоять на агрессию. С парнишкой никто не хотел общаться, считав его изгоем и порчей авторитета всего класса. Маленький Смит не мог расслабиться ни в школе, ни в собственном доме. Мир полностью превратился в созидание сплошного хаоса, так и старающегося закутать и задушить ребёнка всем своим негативом и ненавистью. Окутать сильным вихрем и унести далеко далеко из доброй стороны общества в самое процветание ужаса и постоянного зла. Но если ровесники в школе его просто задирали, старались обидеть, нагрубить, подставить и тому подобное, то дома творилось постоянное унижение и избиения от папаши. Неправильно решил задачку - безмозглый. Забыл помыть посуду - удар. Обозвали в школе - сам виноват, нечего столько есть. Отец хотел воспитать настоящего мужчину, а не "мямлю из нескольких слоёв жира". Он запрещал малышу плакать, всячески отбиваться от его ударов и защищать других членов семьи, которые не мало пострадали от рук старшего Смита. Хотел перекинуть всю вину на ребёнка, обвиняя и внушая, что именно из-за него страдает мама в синяках и младшая сестрёнка в ссадинах. Не повезло ещё и с работой отца, так как никто бы не поверил, что полицейский, следящий за порядком во всём городе и любезно помогающий людям, мог обращаться со своей семьёй, как к мировым преступникам. Преступникам, заслуживающих что-то похуже смертной казни. В те года на домашнее насилие особого внимания не обращали и как таковых пунктов помощи не было, поэтому сколько бы мама не старалась подавать жалобы на мужа тирана, всё было тщетно. Возможно, они бы могли втроём сбежать от него, укрыться у кого-то, вот только было некуда. Близких и родных не имелось, а куралесить по городу или уехать в другую страну стало бы неудачным вариантом. Полицейский Смит смог бы легко их найти в любом уголке мира, подключив к поиску не только всю группу, но и другие отделения из страны. И всё же однажды женщине удалось достучаться до правительства в спасении от мужа, что стал ещё хлеще "воспитывать" по своим идеалам семью, через отца Баккета. На тот момент класс Кая разделился на две позиции: если первая старалась просто избегать пухлого одноклассника, то вторая пыталась хулигански насолить в уже давно пересоленную детскую жизнь. Но среди одноклассников нашёлся и тот парень, который не относился ни к какому из этих отрядов, став единственным спасением из темной пропасти несчастья. В первый месяц учебного года Коул не посещал школу. Поначалу причиной этому служили конкурсы в самом начале сентября и недельная поездка с отцом по танцевальным гастролям. Но по приезде в родной дом ровно через две недели, парнишка разразился таким диким кашлем и температурой, что школа могла бы и подождать первоклассника. И всё же переболевший жутким бронхитом школьник посетил своих одноклассников и учителей только вначале октября. С его приходом особого ничего не изменилось, а безобразие в классе и вовсе не прекращалось, наоборот становясь с каждым днём всё сильнее и сильнее. Вместе с тем усиливались и унижения в сторону одного из одноклассников, чьи глаза и сам вид уже умоляли в ближайшем спасении от рук и языков злых людей. Маленький Коул с самого детства по учениям любимой матери старался защищать и оберегать слабых любой ценой, поэтому, лицезрея все незаслуженные издевательства над ровесником, всегда всячески заступался за него, постепенно превращая это заступничество в крепкую дружбу. В друг друге мальчики находили родственные души, связываемые на веки нитками доверия и верности. Именно в Коуле маленький Кай мог найти своё успокоение. Именно с Коулом шатен мог чувствовать себя в безопасности. Именно Коул никогда не презирал его за внешность, стараясь привить любовь к себе. И именно Коул обратил внимание на появляющиеся синяки на запястьях лучшего друга, пожаловавшись об этой проблеме единственному и оставшемуся близкому человеку - Лу. В свою очередь, тот не смог проигнорировать факт возможной трагедии, становясь спасательным кругом среди бушующих и сильно бьющих физически и морально чёрных волн. Урвав возможность поговорить и разобраться по телефону с матерью Смита, когда та смогла выкрасть кнопочную связь мужа, через знакомых смог достучаться до правоохранительных органов, тем самым избежав ещё больше боли, которая следует за семьёй темным проклятьем не первый год. Возможно, Лу мучила совесть за то, что не смог спасти свою жену и сам в тяжёлые периоды времени бывало выливал негатив на собственного ребёнка. Но позволить себе ударить мальчика, угрожая избиением других, он не смог бы никогда в жизни. Каким бы плохим отцом он бы себя не считал, этого Баккет себе бы не простил никогда. После этого главу семьи Смитов лишили не только родительских прав, но и свободы на несколько лет, а также официально признав брак между супругами расторгнутым. И на этом история ещё когда-то студенческой нежной и лёгкой любви между Рейем и Майей, что подарила на свет ещё две замечательные души, окончательно умерла как и в глазах, так и в самой реали. Жизнь пострадавших от него людей вновь встроилась в правильную колею событий и дальнейшая тропа по ней будет выстроена только из свежих плиток счастья и нового пути.       И несмотря на то, что прошлое уже давно позади и отец по сей день находится за решеткой, чувство истерической тревоги за себя и близких не покидает по сей день. Даже сейчас, когда мама нашла себе хорошую опору и поддержку, что на данный момент служит отчимом для Кая и уже повзрослевшей сестры, паранойя ужаса и воспоминания детства не будут забыты никогда. А тот маленький, избитый, закомплексованный и плачущий ребёнок, сидящий глубоко в сознании и ноющем сердце, по сей день бьётся в истерике, моля через громкие всхлипы и захлëбывающиеся стоны добиться тихой, беззаботной и чистой свободы.       Слёзные чёрные тучи дали о себе знать резким и громким воплем, который, как показалось Коулу, заставил испугаться не только его, но округу в общем и целом: сильным ветром вздрогнула природа, обвивая им всё живое, тёмным одеялом накрылось небо, словно прячась от страшных монстров, что издают эти истошные звуки, а несколько собак, проживающие тут неподалёку и вовсе начали лаять на недовольную погоду. Даже маленькие белые пылинки на фоне тёмного окружения встрепенулись и начали убегать в разные уголки однотонных комнат. И сразу же после барабанов климата весь аккорд дополнил яркий молниеносный свет, ударивший своим сиянием в окно и осветивший собой усталые лица двух подростков. - В прогнозе всегда что-то недоговаривают, - ещё не оправившийся от недавнего плача тихий баритон Смита начал растворяться вместе со звуками и тьмой окружения. Белый, с самой малой частицей нежно-жëлтого и с ещё меньшей каплей ультрамарина резкий и быстрый свет расплылся бликами на парня, подчëркивая каждый контур худого лица, застывшего взглядом опухших глаз на выступление погоды через стекло плачущих окон, - либо что-то да говорят, но вот точно ли эта информация - не факт. - Accada quello che deve e vada il mondo a rotoli. - лёгкие нотки иностранного языка немного удивили и самого хозяина уст хорошим и быстрым произношением ещё давно запомнившейся - Хах, - удивление Кая резко скрылось улыбкой и добрым взглядом, еле видным в темноте только от обликов световых линий туч, - уже повторяешь еë фразы? - А ты как думал? Итальянские фразочки твоей мамы всегда подходят под все ситуации жизни. - от тихого смешка Смита в ответ на произношение одной из поговорок тëти Майи, Баккету становится легче и приятнее вновь разглядеть радостное поведение шатена, - Чай? Кофе? - Кофе, только побольше сахара - Боишься уснёшь, пока диск проверять будешь? - Ой отстань, - легкий кулак слегка пхнул в плечо друга, - пошли уже, хватит в коридоре стоять                                     »»——⍟——«« - А вообще, ты вначале попробуй в неë сыграть, прежде чем говорить, что она будет лëгкая, - Баккет, искоса поглядывая на друга, продолжал намазывать второй подход бутербродов с шоколадной пастой, купленной специально вчера в честь прихода Смита, - лично я еë проходил довольно долгова-то - Зная тебя, ещё бы ты еë быстро прошëл, - немного чавкая и делая глоток сладкого кофе, Кай вновь откусывает вкусную булку - у тебвж почвти вревени нет на игрвы - Ты прожуй хоть вначале, - брюнет, подходя к столу с новой порцией вкусностей, наконец-то приступил к своему остывшему чаю, - как знаешь, я тебя предупредил, что эта игрушка будет долгая - Тывж всжвегда так говжворишь, - он наконец-то проглотил вкусное приготовление друга напротив, - а я такие игры наизусть знаю. Обычно все те игрушки, у которых яркие обложки и красивые анимации, всегда хромают с сюжетом и логикой. Поэтому не думаю, что она заставит меня как-то усмомни.. - удар барабанного грома за окном, что продолжал малыми перерывами свой дебют среди других инструментов, заставил парней немного вздрогнуть от неожиданности, перебив при этом лекцию Смита, - Погода сегодня радует, - приторный кофе вновь ополоснул горло шатена, выплëскивая вместе с тем и малый сарказм, - хотя нам, можно сказать, даже повезло. Если бы на сегодня ещё и нам линейку школьную поставили, то на обратном пути мы бы точно промокли. Первые и двенадцатые классы наверняка все мокрые домой пришли - От части, обратный путь у нас и без дождя прошёл мокро. - "Болван". Мысль пронеслась на микро секунду позднее сказанного, не успев остановить слова поганого рта. Неловкая шутка принудила застыть Кая в одном положении, стирая радостный лик на недавнем весëлом лице. "Идиот. Совсем дерьма кусок такое говорить?" Осознание неудачной иронии пришло только после еë произношения. Воспоминания сегодняшней истерики дрожащего тела возле рук пианиста, капли солëной жидкости из воспалëнных карих глаз и содрогание худой плоти вновь пронеслись взрывами совести в разуме, оставляя эхом каждый всхлип дорогого человека большими пятнами черноты на сердце. Отвратные чувства моментально побудили к отвратным мыслям и желаниям. "Сволочь, он только успокоился, а ты опять всë портишь". Перед глазами представился утренний душ. От воспоминания манящей жидкости дуэта водорода и кислорода вновь пробежались своим кипятком капли воды по сознанию. Желание наказать самого себя прожигало горящим пламенем лишь косвенно. Хотелось прочувствовать это наяву, сгореть чëрным костром и стереться из этого мира. Забыться в шелесте его веток, расплыться в истоках алого пламени и раствориться в воздухе тëмным дымом. Хотелось попасть в мир спокойствия, уединения и вечного сна, где вновь будут летать красочные драконы, преследуя ребëнка своим полëтом. Где вновь будут играть композиции, действуя как снотворное для мальчика. Где вновь со всей любовью и нежностью перед долгим сном будет оставлять свой поцелуй пухлых губ мама. А заслуживает ли такой человек, как он, такого удовольствия? Разве он заслуживает даже эти иллюзии? Малые фантазии из воспоминания прошлого, что остаются даже после сильно вихря следами на холодном снегу или в сухой пустыне одиночества? А заслуживает ли доверие реали? Заслуживает ли вообще находится здесь? - Эй, - худые, с малым остатком шоколадной пасты, кисти рук перекрыли немного дрожащие грубые плечи одного из хозяинов дома, заставляя кухонный стол этим действием немного затрястись, а Кая ещё сильнее поддаться вперёд - успокойся, нормально со мной всë. - Тишина. Вновь это молчание окутало дом тëмным полотном на протяжении нескольких минут. Затишье нарушали лишь рёвы и стоны погоды, которая без перерыва продолжала свою истерику. Может быть, она тоже живая? Тоже испытывает тяжëлую боль и невыносимое страдание, а этот бушующий ветер и плач томных облаков лишь еë несдержанные эмоции? Тогда что могло заставить проявить столь неприятные чувства наружу? Кто еë знает. Новая порция истерики лишь показала масштабы грустной души. Еë взвизги заставляли кричать страхом ноющие сердца обоих парней, что затаив еле слышное на фоне нового вопля за окном дыхание, повисли в одном положении, выжидая хотя бы одно словечко из уст любого присутствующего в доме. Тишина пронзала иглой каждый миллиметр тела, мысленно казнила мольбы обеих душ о приобретении в окружении хотя бы одного человеческого звука, что будет отражаться эхом, врезаясь и запутываясь в стенах однотонного дома, тем самым повисая в воздухе и разуме намного больше, чем нужно. - Прости, - вслед за едва слышным словом заметно затихло и само пространство вокруг: ослабел в своей силе и мощи грузовой ливень, словно прислушиваясь к раскаянию Баккета, замолчал истерический оркестр страданий погоды, стараясь показать свою красоту уже в другом месте, успокоилось и необъятное море, наводя тишину и покой в окрестности, - мне не стоило это говорить.- выдавленные слова из поганого рта брюнета смогли хоть как-то успокоить переживания Смита за друга и отпустить его из хватки острых рук, возвращая себя в изначальное положение за столом. Карий взгляд начал проходить по каждому миллиметру тела напротив, анализировать и пронзать отвратную плоть за столом рядом. Слегка алые глаза останавливались на дрожащих руках друга, быстро перебегали из стороны в сторону, осматривая мельчайшие детали Баккета, и, в конце концов, замирая зрачками на лицо ближнего, лик которого ещё хуже исказился гримасой ужаса. Невыносимый и упорный взгляд Кая наводил ещë большую боязнь на ношу в душе брюнета. Гибкой верёвкой вновь обмоталось сердце, завязывая крепкий кровяной узел, что душил и давил раны ноющего человеческого органа, в какой-то момент заставляя его затихнуть и прислушаться к шёпоту собственного страха, что покрыл адскими мурашками всë тело и заставил трястись упрямые конечности. Резкий холод закружил внутренности в танце раскалённых и острых чувств тревожной жути, воцарившаяся в разуме и повисшая в сознании ужасающим вальсом, приказывая каждым своим движением кружится наполненную ужасом голову. Детский страх сострадающих взглядов запутал разум, принуждая появиться огромный ком в горле и больное волнение. Каждый громкий стук выбешивающих часов проектировал очи напротив неродными и неблизкими взору. Взгляд давил и прожигал внутренности, становился алым пламенем и растворялся ярким дымом в глуши тихого дома. Подросток был готов выколоть свой собственный взор, лишь бы не соприкасаться с другим рядом. Страшные гляделки приглашали подступить к горлу резкую панику, что с каждой секундой становилась магнитом для остальных неприятных чувств. Коул ненавидел этот взгляд. Ненавидел не потому что не любил, а потому что боялся. Боялся грязного осуждения, невыносимого молчания, собственной слабости и проявления жалости, которая всегда была главным руководителем всех страхов запутывающего мозга и верной спутницей острых клыков судьбы. Именно глаза сострадания, что сейчас пристально наблюдали за поведением брюнета, всегда были ей синонимичны. Похожие чувства были сплетены единой ниткой, вот только находились на разных концах. Жалость всегда была ближе к иголке. Кровавая нить проходила по венам, задевала кожу изнутри и вонзалась в сердце клятвой страха, когда второй же конец тонкого волокна с узлом сострадания находился снаружи пульсирующего органа, закрепляя и останавливая шёв сиего шедевра.. такое творение разве можно назвать шедевром искусства?.. можно ли это искусство поставить в музей? Или впихнуть проткнутое ржавое сердце в рамку под стекло и поставить в комнату как картину? Можно ли это вообще назвать искусством?                                                                                                                                                                                                 Коул не знал. Д҉а҉ ҉ч҉т҉о҉ ҉в҉о҉о҉б҉щ҉е҉ ҉м҉о҉ж҉е҉т҉ ҉з҉н҉а҉т҉ь҉ ҉э҉т҉о҉ ҉н҉и҉ч҉т҉о҉ж҉е҉с҉т҉в҉о҉?҉ ҉Т҉а҉к҉о҉е҉ ҉б҉е҉з҉м҉о҉з҉г҉л҉о҉е҉ ҉с҉у҉щ҉е҉с҉т҉в҉о҉ ҉в҉о҉о҉б҉щ҉е҉ ҉ч҉т҉о҉-҉т҉о҉ ҉м҉о҉ж҉е҉т҉ ҉в҉ ҉э҉т҉о҉й҉ ҉ж҉и҉з҉н҉и҉,҉ ҉е҉с҉л҉и҉ ҉д҉а҉ж҉е҉ ҉р҉а҉з҉л҉и҉ч҉и҉т҉ь҉ ҉ч҉е҉л҉о҉в҉е҉ч҉е҉с҉к҉и҉е҉ ҉ч҉у҉в҉с҉т҉в҉а҉ ҉н҉е҉ ҉в҉ ҉с҉о҉с҉т҉о҉я҉н҉и҉и҉?҉ ҉Т҉а҉к҉а҉я҉ ҉с҉в҉о҉л҉о҉ч҉ь҉ ҉в҉о҉о҉б҉щ҉е҉ ҉к҉о҉м҉у҉-҉т҉о҉ ҉н҉у҉ж҉н҉а҉?҉ - Коул, - спокойный и тихий тон Смита всё равно умудрился напугать брюнета напротив, одновременно и помогая вернуться в реальность происходящего, - насчёт психолога в тот раз я не шутил. - он остановился. Внезапная пауза нарушалась лишь биением хмурых часов на стене и ослабевшим ветром за окном. "Почему он молчит?" Страх окутывает ещё сильнее при осознании поднятия собственной головы и с возможным столкновением упорного взора. Сила воли помогает перешагнуть через собственные мысли, и Баккет обращает своё внимание на лицо Кая, только сейчас замечая опущенный карий взгляд шатена. Он тоже боится? Боится? Тогда чего? Что могло его напугать? "Он боится моего ответа?" - Я знаю, что тебе плохо. Я вижу твоё состояние и в таких ситуациях, как сейчас, я без понятия как тебе помочь. Мне хочется, чтобы ты жил нормально, без всяких навязчивых мыслей, горестных воспоминаний и прочей неприятной херни. Мне хочется, чтобы ты был счастлив и радовался каждому дню своей жизни. Психолог же поможет тебе разглядеть всю красоту этого мира и позабыть то прошлое, что преследует тебя и по сей день. А я буду ходить вместе с тобой к нему на приёмы. - Он немного затих в словах. Задумался? - Мне бы и самому психолог не помешал. Такие внезапные истерики тоже ненормально и я это понимаю. Вот только сделать с этим что-то я не могу. Просто бессилен. - Истерическое состояние Кая и вправду было необычное и всегда неожиданное. Истерика могла схватить и запутать отрезвлённый разум, полностью его пьяня и лишая здравого рассудка. Она разливалась по организму горячим алкоголем, вызывала неудалимую жажду и желание заткнуть ноющее сердце раз и навсегда. Избавление от неë было слишком трудным, а вовсе остановить даже на начальных этапах и просто невозможно и нереально. Была возможность лишь немного еë придержать, где-то спрятаться и не пугать окружающих. Остаться наедине с собой и полностью погрузиться в пучины кровавых волн истерического вина. Кай не любил показывать свою слабость. Эту особенность Коул заметил ещё в детстве. Ребëнок бывало прятался в отдалённых углах школы или в кабинках туалетов, лишь бы отдалиться от посторонних и уединиться с собственным состоянием. Вот только у Смита не всегда выходило остаться одному. Его часто замечал один и тот же пожизненный и единственный зритель, что являлся и является его лучшим другом. Вряд ли эта была обычная случайность обстоятельств или обычное совпадение жизни. Скорее, просто детская откровенность перед родственной душой. Только Коулу мальчик позволял смотреть на него с такой хрупкой и беззащитной стороны. Только Коул мог наблюдать и следить за неожиданной и резкой лихорадкой дорогого друга. И только Коул мог хоть как-то помочь избавиться от подступившей к горлу панике Смита и удалить страдания дрожащего тела. Хорошо это было или плохо знает только сам хозяин этой истерики. Это лишь служило верным доказательством преданного доверия со стороны шатена по отношению к Баккету. Н҉о҉ ҉р҉а҉з҉в҉е҉ ҉з҉а҉с҉л҉у҉ж҉и҉л҉о҉ ҉э҉т҉о҉ ҉о҉т҉р҉о҉д҉ь҉е҉ ҉т҉а҉к҉о҉г҉о҉ ҉о҉т҉н҉о҉ш҉е҉н҉и҉я҉ ҉о҉т҉ ҉К҉а҉я҉ ҉п҉о҉ ҉о҉т҉н҉о҉ш҉е҉н҉и҉ю҉ ҉к҉ ҉н҉е҉м҉у҉?҉ - Поэтому, давай вместе будет ходить к нему? Как бы это тупо не звучало, но нам обоим нужна помощь специалиста. А за деньги не переживай, с нашим положением я думаю, что мама не будет против выплачивать приёмы к нему за нас обоих. Она сейчас устроилась на высокооплачиваемую работу и обычные посещения к психологу будут казаться ей копейками. А если учесть ещё что именно ты с дядей Лу помогли нам избавиться от этого мудилы-отца, то наша семейка вообще вам жизнью обязана. Я могу попросить ещё.. - Хорошо, - слово резко, будто само, вылетело из уст напряжённого Баккета, заставив недавнего разговаривающего подростка за столом в тоже мгновенье моментально замолчать и наконец-то посмотреть на своего внимательного слушателя. Тёплое соприкосновение взглядов тёмных глаз парней позволило проявить шатену на аккуратном лице небольшую улыбку, а Коулу немного успокоится и прийти в более-менее нормальное состояние, чтобы продолжить недосказанное, - но денег не нужно, правда. Не надо ещё из-за меня тратиться на такое. Я всё равно собирался устраиваться на подработку, и думаю, что смогу оплачивать сам приёмы к психологу. - Баккет действительно ещё с лета планировал устроится хотя бы официантом в небольшом кафе неподалёку от дома в середине осени, заранее всё разузнав и договорившись с директором заведения. В здании с морепродуктными приготовлениями смена начиналась вечером по скользящему графику, который был удобен для ученика старшей школы, поэтому подросток хотел начать уже работать сразу же со второй недели тяжелого сентября. Причинами же устроиться на какую-нибудь работу служили лишь два фактора: Коулу хотелось немного помочь отцу с финансами и заработком, что хоть и помогали содержать небольшую семью Баккетов, но всё равно были недостаточно хороши для других возможностей и идей, а также брюнету хотелось как-то удалиться от собственных навязчивых раздумий мозга и забыться в работе и полезном деле для других. Тихие хихиканья с противоположной стороны внезапно отвлекли парня и вывели из лабиринта мимолëтных мыслей, вызвав небольшое недопонимание у талантливого пианиста. - Ты не исправим, - резкая улыбка Кая в какой-то степени окончательно успокоила недавнее состояние Баккета и даже спровоцировала проявить в ответ ту же эмоцию, что сейчас ярко блистала маленьким смехом и долгожданной радостью на ликах гостя и хозяина дома, - но я рад, что ты согласился хотя бы при таких условиях посетить врача                                     »»——⍟——«« Часы пасмурного дня быстро сменились минутами спокойной и тихо-мирной ночи, которая притягивала к себе лишь мелкие крапинки оставшегося грибного дождя, виднеющийся на окне с помощью отзеркаленного тёплого света в комнате и мизерных потëков, оставшиеся жирными пятнами на стекле от остатков небесной воды биполярной погоды. Тёмное полотно накрыло вечерним холодом морской бриз, заполняя пространство вокруг слабой светлой тенью спутника Земли, чьë лунное сияние проходило и распространялось в затемнённые комнаты дома небольшого семейства Баккетов. Свет исходил лишь от небольшого светильника в спальне подростка и маленькой лампы в коридоре, которые даже своей небольшой яркостью всё равно заставляли болеть покрасневшие от долгой игры капилляры глаз и принудили жмурится сонного Смита. Весь оставшийся вечер после посиделок за телевизором в качестве проверки диска Баккета парни хотели провести в поисках психолога в мед клиниках или хотя бы найти онлайн приёмы с ним. В план также входило просмотреть биографию каждого специалиста и отзывы его клиентов, но судя по засыпающему и сложившемуся от жуткой усталости клубком на коврике в спальне Смиту, дальнейший ход событий больше не предполагал поиск хорошего врача и его анализ. - Твой диск и правда оказался нехуйн..ыыым - Кай протяжно и широко сделал нехилый зевок, в последствии чего застрял в промежутке повтора собственного движения, что привели к боли аккуратных губ от сильного растяжения ротовой полости и с каждым стуком стрелки часов всë сильнее мешали подростку сосредоточиться на реальности происходящего, ещё больше погружаясь в состояние спокойного сна - Сейчас принесу матрас, не спи на полу. - медленными движениями рук Баккет недалеко откладывает недавно купленный американский роман с яркой обложкой, специально подобранный продавцом-консультантом на том же английском языке, что и в изначальном эпосе. Тогда покупка оригинальной копии этой книжки удивила не только Смита, который в тот день похода в магазин ожидал купить новый том манги по любимому аниме, а по итогу от шока и вовсе забыл о ней и остался без недавно выведших на прилавке глав, но и даже самого покупателя от собственного приобретения. Коул, как и Кай, когда последний завалил уймой вопросов ровесника, и сам задавался такими же." Зачем она тебе нужна? Для чего? Да ещё и на английском? " Смита ещё сильнее удивлял тот факт, что лучший друг уже читал это произведение и не один раз, так зачем же ещё его перечитывать и тем более на английском? Ответы же на все упрёки шатена и собственное непонимание такого резкого хотения покупки этой книги пианист находил в своём сердце, которое при виде этого романа на магазинной полке внезапно пленило мозг в своё подчинение, марионеточно управляя с помощью него всем тяжёлым телом и гнусной душой, что моментально создавала в голове приятные воспоминания при прошлом прочтении любимой книги. Сейчас же, когда она уже лежит рядом и Баккет с нежной улыбкой проходит взглядом шоколадных глаз по знакомой обложке, подросток понимает верность и правильность своего поступка. Пускай он и читал этот великолепный роман, принуждающий до сих пор трепетать хрупкие сердца своих читателям, и знает его наизусть, погружение в его атмосферу вновь, как тогда, поможет отвлечься от невзгод и горестей поганого разума, приводя в правильное русло свой рассудок, а знание произведения на родном языке будет помогать осваивать незнакомый и гораздо интереснее захватывать душу полностью в события эпоса. Между тем, уже немного сонный, в тех же коричневый тапочках подросток вышел из собственной тёплой комнаты, направляясь в гущу темноты, которая параллельно поглощалась светом лампочек из люстры от только что включенным смуглой рукой выключателем, к кладовой. Комната находилась за дверью в углу тёмной и просторной гостиной, где Баккет бывает реже всего. Подростку не составило особого труда быстро добраться до нужного места, даже успев краем глаза разглядеть силуэт ажурной вазы, доставшейся в наследство отцу от бабушки, и наконец-то подойти к кладовой за заветным матрасом. Внимание Коула резко сменилось и увеличило по времени задуманный план по нахождению "кровати" на одну ночь, когда парень заметил знакомый связанный рисунок на маленькой тумбочке в недавно зашедшей комнате. Любимый и до боли родной красный узор волокна моментально поспособствовал колке страдавшего сердца. Творение на тумбе сразу же узнали музыкальные руки, что вспомнили его мимолётные щекотные прикосновения, когда худые пальцы хозяйки ткани гладили чёрную макушку ребёнка. Карие глаза мгновенно спроектировали в зрачке, сетчатке и радужке знакомый силуэт, который долгие годы хранил на себе это вязанное полотно. Душа же дала воспоминания, как последние мазки кисти на картине осознания разума и мозга, что сейчас перед Коулом лежит платок. Да, без сомнений, это был тот самый платок, каким она любила укрывать свои миниатюрные плечи и свою аккуратную грудь, когда вновь садилась за музыкальный клавишный инструмент и воспроизводила собственно-выдуманные шедевры. Из детской памяти никуда не исчезли её тембр голоса и нежное сопрано с попаданием в тончайшие ноты и такт любимых моментов произведений. Словно звонкий соловей она бывало пела сочинившие на ходу строки и всё сильнее, будто холодея от собственного вокала, куталась в вязанное одеялко, пока тонкие светлые руки отдыхали от напряжения клавиш вредного фортепиано. Коул помнил прикосновения подушечек пальцев к белоснежным плиткам инструмента, лёгкий голос и ласковые линии прикосновения, которые очень часто любили оборачивать в объятья вязанной ткани малое детское тельце, часто засыпающее рядом на кресле от успокаивающих мелодий фортепиано и нежных звуков тонкого вокала. Подросток на протяжении нескольких минут не мог оторвать свои глаза от красной ткани. Воспоминания с ней крутились в голове вихрем цунами, показывая в разуме даже самые давние воспоминания. Сознание вмиг наполнилась яркими моменты и красочными эпизодами жизни с этим платком.. Маминым платком. Первая и единственная горестная мысль посетила брюнета после осознания только что увиденного была:"Откуда.." Почему этот платок оказался здесь? Ещё во время переезда парень был уверен, что такая вещь, как и многие другие, пойдут навынос. Такие мелочи разошлись бы миру, посетили се земли или даже галактики, но каким бы образом не оказались в новом доме Баккетов. Отец постоянно утверждал, что прошлое лучше выкинуть из головы вместе с тем, что его напоминает, и свыкнуться с настоящим, переживая не старые проблемы, а те, что окружают нас сейчас. И хоть детстве эти слова имели какое-то, даже пускай и с малой обидой, значение для ребёнка, с каждым годом взросления это "значение" теряло свою ценность. Становясь старше парень понимал, что отец постоянно врал ему. Ложь про вещи, ложь про настоящее. Да даже дом, в котором они сейчас живут, находится именно рядом с морем, потому что когда-то это хотела мама. Океан тянул её, вдохновлял на новые произведения и сюжеты строк. Именно она любила шум бушующих волн с белыми всплесками воды и свежий воздух морского бриза. Именно она постоянно повторяла фразу Шарлотты Эрикссон: "Я найду утешение в ритме моря". Именно она и никто больше. Так о каком выкинутом прошлом может идти речь, если даже сам автор этих слов не следует своим принципам? Подросток также осознавал, что обман Лу был не в злом ключе. Отец и сам не мог избавиться от собственной привязанности к любимой жене даже через годы, поэтому старался удалить это чувство хотя бы у собственного ребёнка. Вот только такое решение сделало всё ещё хуже. Что же ещё может скрывать отец в этой кладовой, зная, что сын бывает здесь безумно редко? Мгновенное любопытство вмиг наполняло жилы. Теперь вопрос о тайнах этой кладовки волновал сильнее всех проблем на белом свете. Коулу хотелось найти каждый предмет, каждое сокровище маминой ценности. Найти её одежду, прочувствовать знакомый и родной женский запах через ткань, отыскать каждый выпавший из причёски волосок на хлопке, синтетике или шёлке и вновь увидеть четкое изображение маминого лица через ароматы вещей. Мысли об этом заполнили разум, вскружили голову и начинали приводить задуманное в реаль, пока на ум не пришёл новый вопрос. А заслуживает ли он благословения матушки рыться и искать её вещи? Разрешает ли она с того света трогать чужие для него вещи? Может л.. - Ты там на ходу уснул что-ли? - из другой комнаты резко и неожиданно послышался громкий, но в то же время сонный баритон Смита. Голос Кая будто оголил разум, отвлекая от перемешанных мыслей и напоминая, для чего Баккет сюда пришёл, но так и не дал забыть предыдущие вопросы в запутавшейся голове - Иду, не засыпай там - Коул поместил в крепкие руки длинный матрас и, закрывая за собой дверь комнаты за спиной, быстро пробежал к своей спальне, всë также продолжая размышлять о недавних недугов головы. Мысли вновь перемешались в разуме подростка, когда сердце выдавало лишь один ответ                                           Нет. Он явно не заслужил разрешения собственной матери.