Любовь богини таится во тьме

Подъехав, Варк увидел, что Мэт и Райха сидят в ажурной тени деревьев, а Лилит лежит между ними. Райха бросила беглый взгляд на Варка и лошадей и снова повернулась к Лилит, словно боясь, что она исчезнет, если она оторвет от нее взор. Райха держала в ладони и тихонько поглаживала ее руку, словно желая лишний раз удостовериться в том, что Лилит жива. Мэт встал и подошел к Варку. — Я слышал выстрелы… Лилит ранена? — спросил, спешиваясь, Варк. — Да. — Тяжело? — Мы не знаем. Пульс у нее ровный, хорошего наполнения, но она без сознания. Варк прищурил глаза. Он в раздумье посмотрел на нидари, которая лежала неподвижно, и девушку, которая гладила ей руку с нежностью, какой Варк не ожидал от Райханы. — Что произошло? — спросил Варк, отводя глаза в сторону, ибо почувствовал себя так, словно нарушил уединение Райхи. — Главарь банды и его братец вылезли из оврага. Я их засек, когда они были в сорока метрах. — Голос Мэта звучал устало. — Лилит перевязывала руку Райхи, не было времени увести ее отсюда. Когда главарь банды понял, что его песенка спета, он выстрелил в нее… Да попадет его душа в хаос! — Аминь! — вздохнул Варк. — А что с другим? — Мертв. Мэт взглянул на лошадей, которых привел Варк. Среди них был и жеребец Лилит. Голову он держал высоко, ступал уверенно. Кроме легкого налета высохшей пены на шерсти, других следов тяжелой гонки на нем не было видно. — Спасибо, что захватил жеребца, — с хрипотцой проговорил Мэт. — Кажется, она привязалась к нему. — Не стоит благодарности. Я бы убил любого бандита в лагере, который поднял бы руку на этого гнедого красавца, — спокойно сказал Варк. Он подождал, ожидая подробностей о состоянии Лилит. — Крови много было? Может, из-за этого она сознание потеряла? Мэт поколебался, затем беспомощно махнул левой рукой. — Ранение в голову… Райха говорит, что рана неглубокая, поверхностная… Но чувствует как из нее утекает жизненная сила. Варк также негромко ругнулся и крепко сжал поводья. — Похоже, придется разбивать лагерь здесь. — Слишком близко к банде, и на ее ауру могут прийти кромешники. —Ты прав, —сказал Варк —Нам нужно как можно быстрее доставить ее к порталу и переправить на Энетру! —Согласен, не хватало нам еще раз пережить потерю воплощения Изначальной. Надо об этом сказать Райхане. Мэт задумчиво посмотрел на Варка. — Да, начало нашего знакомства не сулило ничего хорошего… Сейчас-то я знаю, что как страж она надежна… Вот только зря казнит себя за то, что произошло с Лилит. Не ее вина, что этот подлый и поразительно живучий тип, после того, как получил шесть пуль, сумел выстрелить. — Мэт сердито махнул рукой. — Но она не слушает меня. Ты не можешь ее образумить? — Я попробую, хотя и сомневаюсь в успехе. Я пришел к выводу, что эффижи перестают разумно рассуждать, когда дело касается их пары. В особенности такие, как Райхана. Глубокие реки текут спокойно, но да поможет Мироздание тому глупцу, который попытается изменить их течение. Варк подошел поближе к Лилит. Когда Райха подняла глаза, слова, которые хотел произнести Варк, застряли у него в горле. Райха была похожа на человека, которая утратила веру во все, даже в жизнь. — Ты понимаешь, что нам нужно на Энетру? — спросил тихо Варк. — Да, — сказала Тень, снова опуская глаза на Лилит. Тыльной стороной ладони она тихонько поглаживала ей щеку. — Я хочу, чтобы, проснувшись, она увидела, что все уже позади и она дома. Я хочу, чтобы она открыла глаза и увидела… Райха замолчала. Варк положил руку на плечо Тени, сжал его и, ничего не сказав, удалился. Не существовало слов, которые могли бы вернуть блеск глазам Райхи. Райха не подняла головы, когда Варк и Мэт объединили силы и переместили всех к порталу. Но когда Мэт хотел перенести Лилит через портал, Райха оттолкнула его руки и подняла Лилит сама, несмотря на раненую руку. Боль в руке не имела никакого значения, она лишь, напомнила ей о том, что она была жива, а вот Лилит… После того как они пересекли портал и попали в Энетру, они сразу направились во дворец Изначальных. — Я пойду к Сердцу, — сказал Мэт. — Нужно созвать всех Стражей, чтобы начать ритуал. Райха кивнула, опять же не поднимая головы. Со всеми предосторожностями она положила Лилит на постель в ее покоях, подоткнула одеяла и легла рядом. Ее пальцы снова отыскали запястье Лилит, чтобы слышать пульс. Ровное биение пульса — это было то, что стояло между Райхой и темнотой, о существовании которой она и не подозревала до того момента, когда обернулась на крик Лилит и увидела, что она падает. Но ее нидари знала о существовании такой темноты. Она увидела ее в глазах Лилит прошлой ночью, когда она стояла, освещенная луной, и называла себя шлюхой. Она была в гневе на нее за то, что нидари так уничижительно думала о себе, о ней, о том, что их соединяло. Ярость нидари по силе не уступала ее гневу и той страсти, которую они вместе переживали. Но, несмотря на боль и гнев, Райха слышала, как она в тишине произносит ее имя, и спрашивала себя, почему то, что начиналось в солнечном свете и ликовании, кончается страшной чернотой. Она задавала себе этот вопрос с того момента, когда осознала, что нидари возненавидит ее за убийство Отражения ее брата. Райха не получала ответа, была только боль, которая становилась все сильнее при мысли о том, что любовь неизбежно кончится и превратится в ненависть. И это случилось. Тень закрыла глаза, словно это могло помочь ей избавиться от бередящих душу воспоминаний. «Райха, в чем дело, Райха! Что произошло? Почему ты не отвечаешь мне? Райха!» И вдруг она поняла, что это не воспоминания и что Лилит произносит ее имя. — Райха! Она медленно открыла глаза, боясь, что ей все снится. Я тревожно смотрела на Райху, сердце сжималось при виде ее измученного лица. Поморщившись от неизвестно откуда взявшейся головной боли, я дрожащими пальцами коснулась ее щеки, чтобы убрать боль, которая была видна в ее глазах. — Ты ранена, — сказала Лилит, словно впервые увидев пропитанную кровью повязку. — Да, пулей. — Райха внимательно смотрела на нее, удивляясь нежности ее взгляда, словно вообще не было прошедшей ночи. — И ты тоже ранена. Ее глаза широко раскрылись, в них заиграли оттенки голубого и зеленого, янтарного и серого цветов. Но напряжение Райхи не спадало, так как она все еще чувствовала как утекает жизненная сила из Лилит. — Ранена? — переспросила я. — Как? Когда? Не помню… — Не вставай! — сказала Райха, но было уже поздно. Лилит застонала. Райха осторожно помогла ей сесть и облокотиться на спинку кровати. — У меня болит голова. — Это ты наткнулась на пулю. — Она нежно поцеловала ее и погладила по щеке. Увидев, что нидари не отстранилась, а даже потерлась о ее ладонь, Райха почувствовала невыразимое облегчение. Она прикоснулась к ее губам и сказала шепотом: — Лежи спокойно, любовь моя. Ты слабая, как котенок. — Когда все это случилось? Райха задумалась о времени и была поражена, как мало прошло времени. Ей казалось, что она уже долгие месяцы видит Лилит в забытьи. — Меньше двух часов назад, — ответила Райха. Лилит нахмурилась, пытаясь что-то вспомнить. — А Мэт? С ним все в порядке? А как ты себя чувствуешь? —Мэт пошел искать Стражей. Моя рана пустячная. Все складывается отлично. Вот только с тобой случилась беда. Что ты еще помнишь? В голосе Райхи прозвучала надежда. Ранение в голову нередко сопровождается потерей памяти — амнезией. Она много отдала бы за то, чтобы Лилит забыла все, что произошло прошлой ночью. Райха точно зафиксировала тот момент, когда Лилит все вспомнила. Ласковый свет и любовь погасли в ее глазах. Она медленно отвернула лицо, и пальцы Райхи перестали касаться ее щеки. — Я помню, как сбежала, чтобы тебе не пришлось идти на ритуал под страхом смерти от рук Мэта, — сказала наконец Лилит. — Да, я вижу, что ты это помнишь… Что еще? — ровным, бесстрастным голосом спросила Тень. Лилит нагнулась, поднесла руку к вискам и потерла их, пытаясь снять боль. — Еще я помню, как я долго и очень быстро скакала на Измаиле. — Измаил значит… ты дала кличку этому жеребцу. Он показал себя молодцом… А что еще ты помнишь? — Как я дралась с мужчиной, который схватил меня… Но не помогло… Он так ударил по щеке, что у меня потемнело в глазах… Райха стиснула зубы. — Все же ты сумела хорошо разукрасить ему физиономию. — Да, я помню его лицо… Он охранял меня. — Выражение лица Лилит изменилось, — Я вспомнила кровь на твоем ноже. Я думала, что он заснул… но это ведь не так? — Что еще ты помнишь? — Тебя, — просто сказала Лилит. — Ты освободила меня, ползла позади меня, а когда началась стрельба, закрыла своим телом. — Нидари посмотрела на нее через частокол черных ресниц. — Это тогда тебя ранило? Я почувствовала, как ты дернулась. — Что еще ты помнишь? — Мне очень жаль, Райха, — прошептала Лилит, как бы не слыша ее вопроса. — Я не хотела причинять тебе неприятности. Я была соблазнительница, а не соблазненная… Я видела, что Мэт этого не понимает. И поэтому я убежала. Как Отражение моего брата, Мэт, очень силен… Я запнулась, дыхание прервалось. Перед моими глазами возникла аура Райхи, сейчас она была сравнима с той силой, что обладают Отражения Изначальных. — Ты такая же сильная, как и Мэт. — Возможно, но вероятнее всего нет, — спокойно сказала Райха. — В любом случае сила и быстрота — это еще не все. Важнее то, что способен ли страж поразить цель и готов ли принять ранение в ответ. — Ты приняла… Я вздохнула и вернулась к теме, которая была для меня самой важной. — Ты не боишься силы Мэта, тогда почему же ты предпочла согласиться на ритуал, жениться на мне, а не иметь дело с братом? — Я не хотела убивать человека, которого ты любишь, — ответила Райха. — Ты любишь своего названного брата. Ты сказала, что любишь меня… Один из нас был бы убит… А скорее всего — оба. Именно это случается, когда два стоящих друг друга эффижи достаточно глупы или невезучи и вынуждены скрестить оружие… Поскольку я в любом случае намеревалась завершить ритуал по возвращению на Энетру, было глупо драться с Мэтом. Я не завершила ритуал раньше только потому, что это бы ослабило меня еще больше, а в той ситуации это было непозволительно, ведь тогда я бы оставила тебя совсем без защиты. — А когда… — я проглотила комок в горле, — когда ты узнала, что Мэт является Отражением моего брата? — В ту минуту, когда Бекки назвала имя. У нас не так много Отражений Изначальных как ты понимаешь, и молва об их силе среди эффижи распространяется быстро. Варк — мой наставник и он предупреждал меня, что Мэт и я скорее всего убьем друг друга. — И ты, зная это, продолжала идти по пути своей мести? Райха нахмурилась. — Конечно. Если я уклонюсь, кто еще бы позаботился о том, чтобы душа моей сестры обрела покой? — Мэт никогда не сделал бы такой вещи! — Я знаю. Теперь… И я тоже не сделаю этого. Мы завершим ритуал с тобой, Лилит. — Ты меня не соблазняла! — сказала я сквозь стиснутые зубы. — Чушь, — грубовато возразила Райха. Она коснулась моей щеки, как бы принося извинения. — Душа моя, ты пойми, что еще ни один из эффижи не подбирался к Изначальной так целеустремленно, как я. Сочетание невинности и страсти в тебе сводило меня с ума. Я была преисполнена желания иметь тебя, но еще больше хотела, чтобы ты попросила меня об этом. Моя гордость не могла смириться с тем, чтобы кто-то сказал, что я взяла тебя вопреки твоему желанию. — Ах, вот почему ты просила, чтобы я оттолкнула тебя, — сказала я тихо, начиная кое-что понимать. — Не поэтому, — ответила негромко Тень. — Я знала, что Изначальная питала родственные чувства к Отражению своего брата, которого я поклялась убить. Я понимала, что, если я прикоснусь сейчас к твоей душе и возьму тебя, ты можешь все вспомнить и возненавидишь себя, как и меня, когда увидишь мертвое тело Мэта. Я не хотела этого, но в то же время я настолько желала тебя, что не смогла совладать со своим желанием. Мои глаза в смятении расширились, когда я поняла, что Тень пыталась пощадить мою гордость, но даже при ее железной выдержке не сумела этого сделать. — Вот тогда-то я и попросила тебя оттолкнуть меня, — прошептала Райха. —Мысль о том, что ты возненавидишь меня, ложилась мне свинцом на сердце, но я не знала, как выйти из тупика. Я не могла жить, если бы позволила Мэту уйти и продолжать существовать с частичкой души моей сестры… И в то же время я так желала тебя что не могла потерять. Так и эдак я проигрывала. Я вспомнила свои терзания, когда стала перед выбором: либо заключить узы ритуала, считай что брака, с девушкой, которая меня не любила, либо стать свидетелем ее смерти от руки брата. Любой из этих вариантов был неприемлем, поэтому я предпочла просто убежать чтобы не стоять перед выбором. У Райхи не было даже такого выхода. Долг, страсть, смерть сплелись в неразрывный узел. Я не знала, что бы сделала на ее месте. Я тихонько застонала, с болью осознав, что Райха заплатила непомерно высокую цену за недолгие дни радости. Длинные пальцы снова коснулись моей щеки и тут же убежали, ибо Райха боялась моей реакции. — Я взяла твою душу и тебя, потому что не могла совладать с собой, — призналась Райха. — И ничего не требовала от тебя, потому что не могла… Я никогда не чувствовала себя с кем-то так хорошо, как с тобой… Здесь были и страсть, и покой, и смех — все вместе. Благодаря тебе я поняла, как многого мне недоставало… И каждый час, каждое мгновение я мучилась оттого, что потеряю тебя, как только вернемся на Энетру и встречу Мэттеса. Райха проглотила комок в горле и глубоко вздохнула, чтобы снять напряжение. Все было тщетно. Тяжесть не покидала ее с того самого момента, когда она по настоящему узнала Лилит. — А потом ты стала унижать себя этими ужасными словами, — шепотом сказала Тень. — Ты словно перечеркнула все светлое между нами… Ведь мы не просто два незнакомца, которые наткнулись друг на друга в темноте, удовлетворили свою похоть и разбежались… Для меня то, что было между нами, — прекрасно. Тяжелая складка пересекла ее лоб — свидетельство того, что за внешним спокойствием скрывался ураган чувств. — И вот я дала тебе то, что ты просила, — продолжала Райха. — Я дала тебе возможность спать одной, оттолкнуть меня… А поутру я обнаружила, что, хоть я и не убила твоего брата, ты возненавидела меня до такой степени, что готова погибнуть, лишь бы не быть моей парой. — Не правда! — сказала я, дернувшись. На мгновение боль сдавила мне голову, и я прикрыла глаза, но боль тут же прошла, растворилась, по всей видимости, из-за острой необходимости объяснить нечто важное Райхе — Я не собиралась погибать! Я просто не хотела связывать свою жизнь с человеком, которая не видит во мне личность. Которая готова пойти на все лишь бы выполнить свой долг, только потому, что жажда Лилит могла истощить ее новенькое воплощение. Райха села, пытаясь вернуть себе хладнокровие — качество, которое всегда было присуще ей до встречи с этой Лилит. Она склонила лицо к шее нидари, легонько, чтобы не причинить боли, обняла ее. — Я никогда так не думала, — хрипло произнесла Тень — Когда ты отдалась мне. — Ее голос угас, затем снова появился, но стал еще более хриплым — Это был самый лучший дар, который я когда-либо получала. Я ничего не могла дать тебе взамен, кроме смерти названного брата. Или моей. Мне оставалось лишь одно: подарить тебе такое наслаждение, чтобы ты все-таки не смогла меня возненавидеть, что бы ни случилось после того, как я бы нашла Мэттеса. Райха заставила себя сделать глубокий, ровный вдох. Это не помогало. Острая боль не проходила. — Когда я узнала, что Мэт не соблазнял мою сестру, я подумала, что Мироздание услышало мои молитвы. Я выбралась из ловушки! Но ты все равно меня ненавидела. — Райха снова глубоко вздохнула. Она закрыла глаза, собирая силы для того, чтобы успеть сказать все, что должна была сказать. — Возможно, ты не чувствуешь, но ты теряешь свою силу. Я не могу позволить тебе умереть. Мы собираемся завершить ритуал. Мы должны сделать это ради всех эффижи. Согласись с этим, Лилит. Не возражай мне больше. Ты только причинишь боль себе. — Долг, — сказала я, пытаясь скрыть горечь, хотя мне это не удалось. — Проклятый долг! — прошептала в отчаянии. — Целая жизнь, в которой нет ничего, кроме холодного долга! Я не хочу этого! И поэтому я убежала. Я не хочу, чтобы твоя душа была простой оплатой долга! Волна дрожи пробежала по телу Тени, и ее голос стал еще более грубым и хриплым. — Мне очень жаль, Лилит. Я тоже хотела большего. Я хотела, чтобы ты спала в моих объятиях, и я пробуждалась, видя твою улыбку. Я хотела встречать любовь в твоих глазах. Я хотела страсти настолько глубокой, чтобы могла утонуть в твоей душе, а ты — в моей. Я хотела… всего. — И я тоже, — прошептала я. — Мы еще можем все это иметь, — сказала Тень— Ты можешь простить и снова полюбить меня? Я нуждаюсь в этом… Я люблю тебя так сильно, что не могу без тебя дышать. Я вздрогнула и хотела воскликнуть, что это долг маскируется под любовь, но у меня не хватило на это сил. У меня не было сил даже для того, чтобы сидеть, не опираясь на Тень, которая всегда была сильнее и тверже меня. — Не надо, — устало вздохнула я. — Не надо рассказывать мне сладкие сказочки про любовь, чтобы уговорить меня на это. Я больше не глупая девчонка, я… — Не продолжай, Лилит, — тихо перебила Райха. — Я не хочу, чтобы ты снова называла себя шлюхой… Я знаю, что ты ненавидишь меня. Знаю, что не должна была соблазнять тебя, но я не могу изменить то, что произошло. Все, что я могу, — это жить с тобой и стараться больше не причинять тебе боли. — Долг, — подытожила я. — Да причем здесь долг, — застонала Райха. — Я люблю тебя! Я почувствовала одну-единственную каплю на своей щеке и вздрогнула. Я считала, что более не способна на слезы. Но когда я подняла руку, чтобы стереть свидетельство своего отчаяния, поняла, что щеку обожгла совсем не моя слеза. Нерешительно, боясь в это поверить, дрожащей рукой я дотронулась до щеки Тени. И эти горячие слезы внезапно открыли мне истину. Чувство долга способно подвигнуть эту Тень на месть за сестру с риском для собственной жизни. Чувство долга способно заставить ее рисковать жизнью ради спасения захваченной бандитами нидари. Чувство долга способно вынудить ее на ритуал объединения душ ради возрождения Изначальной. Но чувство долга не может выжать слезу из такой сильной девушки, как Райхана. Потрясенная открытием, я прислонилась щекой к лицу Райхи, повернулась и поцеловала ее, ощутив горьковатый вкус своих и ее слез. Я так много хотела ей сказать о своей любви, но почувствовала, как снова кружиться голова и я теряю сознание.