Я так люблю тебя..

       Шаг. Ещё шаг. А после крик, разлетевшийся по коридору эхом, приказывающий не подходить близко. Казалось, будто сами стены задрожали от этого, осыпавшись в некоторых местах.        Рыжий послушно останавливаться, судорожно глядя на источник шума. А точнее, на Скарамуша, что весь, будто, кипел от злости. Милое прежде личико, скалилось на него, словно цепной пёс. Красивые сиреневые глазки, сейчас были красноватыми и опухшими, от недавних слез. Что он и сейчас пытался сдержать, сжимая ладони в кулак. Он явно злился на что-то. Точнее кого-то.        Чаильд вновь делает шаг, наровясь подойти и протягивает руку к тому. - Скар, послушай..        - Я сказал, тебе не подходить! Что тут непонятного!? - Вновь кричит брюнет, срывая свой хрупкий голосок. Тот послушно останавливаться, не спуская глаз. Дзуши дрожит, вновь пытаясь сдержать горькие слезы. То ли от обиды, то ли от злости, он и сам уже не понимал. Понимал, только то, что больше никогда не подпустит к себе этого рыжего. - Как ты мог.. - Шёпотом продолжает он. - Так поступить..        Наступает тишина, не считая сдержанных всхлипов брюнета, и тяжёлого дыхания рыжика, весомо давящая на уши. С каждой секундой становилось невыносимо ощущать это. Чаильд, с полминуты, все же осмеливается нарушить ее, стараясь не спугнуть брюнета. - Ты все не так понял. - Он осторожно тянет к брюнету руку, а тот рефлекторно отступает назад. - Дай мне объясниться. Пожалуйста, Муши..        - Заткнись!! Не смей меня так называть!! - И вновь крик, отдающийся по стенам дрожью, и режущий барабанные перепонки. Брюнет дёргается, вновь сдерживая порыв разреветься и закричать сильнее. Его разрывает изнутри, тупой болью проходя в само сердце. Нестерпимо больно. - Как ты смеешь.. называть меня так, после всего этого..? - Сглотнув, чуть шепотом проговорил он, дрожащим, от злости, голосом. - Хоть представляешь, как мне больно..?        Что-то резко защемило в груди рыжика, заставив дыхание остановиться, и с болью ударить в голову. Было невыносимо. Смотреть на дрожащего, злого и чуть не ревевшего Муши, было для него невыносимо. Хотелось подойти и обнять. Успокоить. Смотреть, как он будет вырывается из хватки, а потом растает, наслаждаясь его теплом. Заботой, и любовью. Если бы не вся эта ситуация.        Чаильд совершил ошибку, и он это знает. Он кается, принимая вину на себя. Но знает, что его ни за что не простят. Скарамуш теперь не подпустит к себе и не позволит утешить. Он зол на него, и вряд-ли простит. За такое, и сам Рыжий себя простить не может. Но устоять перед этим сердитым брюнетом тоже.        Он поддается порыву и вновь подходит к брюнету, но на этот раз не осторожничая. И зря. Его встречает звонкая, и довольно сильная пощёчина, и новый крик Скара.        - Ты глухой!? Я сказал не приближаться! - Он вновь сорвался на крик, уже не в силах сдерживать. Хотелось врезать и кулаком, высказать все, и после разрыдаться. Выпустить наружу все накопившиеся эмоции. Но брюнет старался сдерживаться, потому что все ещё чувствовал, как сильно привязан к нему. Как сильно любит его, и от этого становится ещё больней и обидней. Ему не особо хотелось причинять тому боль, но пришлось. В ответ на причиненную ему Чаильдом боль, он не мог не ответить. - Вали нахер к своей бабе, сволочь, ты, похотливая!        Рыжий вновь поддался вперед, и вновь получил по лицу, но сильнее прошлого. Он пошатнулся, шагнув назад, и только от одного удара брюнета. Скар, хоть и выглядит хрупким и слабым, мог врезать до потери сознания, и рыжий это знал. Знал, но все равно поддался. Он знал, что заслужил это, и не сопротивлялся. Пусть изобьет его до полусмерти, и разорвет его барабанные перепонки криком. Что угодно, ведь он заслужил. Только бы сам не поранился и не сорвал свой голосок.        - Видеть тебя не хочу.. ненавижу.. - Уже шёпотом, добавляет брюнет. Ему не хотелось этого, но обида взяла вверх над его эмоциями, и он поддался. Как и рыжий. А после, сам делает к нему шаг, вновь ударяя по лицу, сильнее прежнего. И, еле сдерживая порыв истерики, снова кричит. Будто специально, чтобы тот расслышал. - Ненавижу тебя!!        И после срывается с места, прячась за дверью своей комнаты, не дав опомниться Чаильду.

***

       Заперев дверь, он опирается о нее спиной, сползая на пол. За дверью уже слышны отчётливые стуки и просьбы рыжего, открыть ему дверь, что становятся ещё сильнее. Но он игнорирует, закрывая уши и наконец давая волю эмоциям.        С его уст срывается немой крик, а глаза истекают горькими слезами. Его разрывает, и с каждым стуком за дверью истерика будто усиливается. Сердце бешено колотиться, разрываясь от невыносимой острой боли. Словно его проткнули лезвием, но не вытаскивают, а ковыряют каждый доступный уголок. Неприятный ком застревает в горле, не давая голосу сорваться. И к лучшему. Пусть лучше его никто не услышит. Никто не помешает ему выпускать свои эмоции, что так долго мучали его. И сама причина этого, никогда не узнает, как сильно он ранил его, заставив страдать. И мучится. Ведь по правде, он этого не хочет. Не хочет принимать всего этого.        Он зол и обижен на него, но все еще не может поверить в это. Что, тот кто так долго его добивался, привязал к себе, подарил любовь и заботу, так поступил. Изменил, буквально на его глазах. Чуть не переспал с какой-то девицей, на диване в общей гостиной. Но так ли это? Тот не разбирался. Лишь с истерикой убежал оттуда. Ему хватило увидеть их целующимися там, а до оправданий рыжего не было дела.        Его сердце разрывалось только об одном воспоминании об этом. Разлетелось вдребезги, словно хрустальный бокал. Невыносимо больно. Ему снова разбили сердце и заставили страдать.        Снова он страдает, не в силах больше вытерпеть. Глотку разрывает, от желания закричать, но ком, застрявший в горле, не даёт даже пискнуть. Пальцы сильно сжимают темные пряди волос, пытаясь так утихомирить собственную истерику. Но тщетно. Его разрывает, все сильнее и сильнее, и эти порывы становятся только хуже. Голова трещит, будто ее пытаются расколоть изнутри, и он сильнее сжимает собственные волосы.        Сердце ноет, сжимаясь внутри, будто пытается сбежать от него. От этой тупой истерики его хозяина, и его таких же тупых чувств. И Скар сам уже хочет сбежать от этих чувств и эмоций. Но голос рыжего за дверью не даёт, только сильнее напоминая о себе и его обиде. Невыносимо. Он вновь закрывает уши, вцепившись в них, и сгибается, пытаясь игнорировать того. Тщетно. Истерика только усиливается, вновь разрывая его невыносимой болью.

***

       Стуки за дверью понемногу прекращались, но чужое присутствие все равно ощущалось. Сжавшись, брюнет наконец прекратил истерить, только слегка подергиваясь. Кажется, эмоции закончились, и сейчас он чувствует безразличие. Он полностью опустошен. Не способный даже ровно дышать.        Его разум будто затуманился и перед глазами все плыло. Он неосознанно поднимается на, уже дрожащие, ноги, видимо затекли, и медленно движется в глубь комнаты. Шаг - пол под ногами скрипит и прогибается. Шаг - он упирается руками в подоконник, лбом утыкаясь в стекло. Шаг назад - его лицо обдувает лёгкий ветерок, ни капельки не отрезвляя разум.        Ещё шаг - под ногами не чувствуется пол, а лицо вновь обдувает ветер. Он чувствует как падает, и сердце замирает, прикрывает глаза. И уже предчувствует, как скоро окажется в холодный объятьях смерти.        И правда. Мгновение и он в крепких объятьях, но.. они почему-то теплые..