Бубновая ласточка

Сон диких зверей чуток, если они лежат, свернувшись к клубком, спиной к суровому миру снаружи этого живого калачика. Но не в том случае, если спину кто-то прикрывает. Яко разбудил тёплый ветерок, дующий в затылок. На самом деле, ощущение было довольно приятное, и кицуне далеко не сразу решила расстаться с дремотой. Уютно, хорошо. Ощущение безопасности. Рядом кто-то тихонько сопит. Прямо у уха. Или всё же у затылка? Она широко распахнула глаза и замерла, соображая, что происходит. Поскольку ситуация была нестандартная, мозг не смог выбрать из реакций «Бей или беги» и нажал на стоп-кран. Наконец картина прояснилась. Она в человеческом обличье, лежит на боку, а к спине, выходит, прижался Цучигомори. Но как это… Как? Хвост шалит? Да, вполне возможно. А утром, должно быть, посвежело, Вот демон-паук и… Это. Протяжно вздохнув в полудрёме, Цучигомори приобнял её за живот, прижимаясь всем телом. Яко готова была поклясться, что вместе с радиотелескопами зафиксировала где-то внутри себя взрыв сверхновой. Это было нечто невероятное. Возможно, инстинкт, что ещё, кроме него. Нечему. У лис такой вот обхват сзади был предпоследним действием в брачном ритуале, а потом, как правило, следовало то, что Яко только различала по протяжному «Йип!» от сородичей, когда ещё жила при храме Инари. Во рту пересохло. Рука Цучигомори ощущалась как горящее полено. Его надо разбудить, что это ещё за дела, нашёл подушку, есть же приличия, в конце концов! И всё же… Почему ей вдруг захотелось лежать с ним вот так, в радостном ожидании чего-то большего? Какая чушь! Чтобы не искушать судьбу, Яко шустро схлопнулась до лисьих габаритов и прошмыгнула сквозь объятья старого знакомого. Цучигомори поёжился и перевернулся на живот, не просыпаясь. – Олух, ты на работу опоздаешь, – переборов вихрь противоречивых чувств, лисица потыкала лапкой в его плечо. – Куда?.. А, школа, – ёкай приподнялся на локте, нашаривая очки, – А почему я весь в шерсти?.. Ай, не так резко! – Цучигомори даже вздрогнул, когда возле него плюхнулся сачок. – У Рюкей нет еды. – И тебе доброе утро, – совершенно растерявшись, пробурчал демон-паук, натягивая брюки и пуловер, – Можешь чайник поставить, пока я ловлю мошкару? – Поставлю, только уйди, – буквально выпихала его за порог Яко, и, убедившись, что старый знакомый ушёл, нырнула мордой в подушку, исходясь в крике ужаса. Обнималась. С этим вот. Точнее, этот вот. Кошмар, просто кошмар! Ещё и в жар бросило, уж не третий или там хвост режется? Для верности Яко даже пошевелила новообретённой частью тела, но ни крестец, ни спина не отозвались вспышкой боли. Всё. Версии кончились. Помедлив, но всё же приняв человеческий облик, кицуне порылась в запасах продуктов быстрого приготовления. И чего этот дуралей не может встать пораньше и приготовить себе бенто? Ленивое создание. Или он ходит лакомиться бабочками в свою библиотеку? Оживлённое чириканье доложило лисе о том, что Рюкей проснулась и была готова к приёму пищи. – Пока ты ещё не на натрескавшийся вкусностей шарик, – поставив чайник, подошла к ласточке Яко, бережно пересаживая её на новую жёрдочку, – Обживи-ка это место. Рюкей чуток замешкалась, для вида похлопав крыльями, но затем, поняв, что сидеть стало удобнее, принялась клянчить еду с новой силой. – Несу, уже несу, – Цучигомори вернулся как раз вовремя, неся новую сетку, на этот раз полную подёнок. – Я накормлю, а ты завтракай, – милостиво распорядилась Яко, принимая у него из рук еду для их общей подопечной. – О. Это ты её пересадила, или она сама из гнезда вылезла? – заметив, что жёрдочка уже стала использоваться по назначению, спросил занятый распаковкой хлеба Цучигомори. – Пф. Я, конечно. Думаешь, птицы зря их из гнёзд пинками гонят? – фыркнула Яко, – Иначе они так и будут жить на всём готовом. – Может быть, – памятуя о вчерашней резне на тему межвидовых различий, не стал поддерживать разговор демон-паук, – Так, твои тосты с желе готовы. – Ты не понял, что я сказала? Завтракай, не то опоздаешь. – У нас ведь уговор, – удивился Цучигомори, – Я кормлю тебя в обмен на помощь с Рюкей. – Да брось ты. Я же не клятву с тебя брала, в самом-то деле. – И кому я это приготовил? – совершенно растерялся учитель, – У меня вон, лапша уже заваривается. – Я съем, съем, просто… – Яко казалась, что она пытается не выпустить наружу весь сумбур, царящий сейчас в её душе, – Необязательно так сильно стараться. – Но ты ведь так здорово помогаешь, хотя не обязана... – начал было Цучигомори и вдруг замолк: сидящая напротив кицуне не смотрела ему в глаза. Будто... Смущалась? – Эй, спонж ходячий, я тебя чем-то обидел? – попробовал отшутиться демон паук. Старая знакомая вздрогнула, затем быстро лизнула губы: – Нет, всё нормально. Я просто это... Мозгую кое-что, вот и всё. – А… – учитель кивнул с умным видом, хотя это заявление не сделало ситуацию понятнее. Темнит, чертовка, тут и к гадалке не ходи. Уже доедая порцию лапши с грибами, Цучигомори дёрнулся от пришедшего на телефон сообщения. – Ученики, что ли? – с подозрением протянула Яко, глядя на часы. – Хуже: коллеги, – достав девайс из глубин внутреннего кармана плаща, состроил кислую мину демон-паук, – Чую какие-то проблемы. Вот чем это ещё может быть? – он повернул экран к старой знакомой. – «Уважаемые коллеги, обратите внимание на доску объявлений в центральном холле. Давайте творить волшебство вместе»... Чё? – прочитав сообщение вслух, перевела глаза на учителя Яко. – Помнишь, я тебе говорил, что у нас новая заместительница директора, ну та, что приехала в рамках культурного обмена из Америки? Вот это послание от неё. Она адски неугомонная, эта Элис Морган, и она почему-то решила, что нам тут остро не хватает мероприятий для молодёжи. Мол, они не умеют толком отдыхать. Но они же сюда не веселиться приходят! – Как по мне, они без того всё успевают, – обернувшись лисой, Яко легла поудобнее, переваривая еду, – И дружить, и соперничать, и отрываться на всю катушку. – Ага, во-во. А потом я получаю внеклассные занятия с отстающими, – пробурчал демон-паук, снова пробегаясь глазами по строчкам, – Не могу понять, что на этот раз. Если задержусь, не теряй меня, ладно? – Да, хорошо, я понимаю, – она лениво потянулась, – Быть может, там какая-нибудь ярмарка еды намечается? – Это в июне-то? Сомневаюсь. – Не грузись, – заметив его задумчивость, Яко запрыгнула Цучигомори на плечо, приглаживая выбившуюся прядь, – Чем бы это ни было, изобразишь бурную деятельность минут на пятнадцать и тихонько слиняешь, пока никто не видит. – Отличный план, – улыбнулся ей демон-паук. – Обращайся, – Яко дружески ткнулась носом в кончик его уха, но затем, вспомнив о независимости, шустро спрыгнула на пол, – А сейчас хоть узнай, чего там, пока ещё мелкие не столпились. – Да, ты права, – (и почему прикосновение этого меха породило забытое в полудрёме воспоминание об объятьях, пахнущих фиалками?) – Надеюсь, ничего идиотского не случится. Пойду. Не скучайте тут с Рюкей. – Уверяю тебя, я не дам ей скучать, – не без гордости хмыкнула Яко, снова оборачиваешь человеком, – Раз оба крыла целы, самое время ей учиться летать. – Не убей мне тут ребёнка, – на всякий случай предупредил Цучигомори. – Раз при встрече не съела, уже не убью, – кицуне тепло усмехнулась, гладя птенца по голове указательным пальцем, – Кто моя сладкая вонючка? Это ты, пискля! Спрятав улыбку за отворотом плаща, учитель поспешил на работу, попутно размышляя о поведении старой знакомой утром. Пойми этих лис. Наверное, засмущалась, из-за того, что снова заночевала у него под боком. Или из-за линьки, ведь он теперь весь в белом меху, будто какой-то инуит. И когда она так успела облежать постель? Поди узнай. Под самое утро ему снилось кое-что очень приятное. Скорее всего, это был именно сон, хотя ощущение казалось очень реальным. Он обнимал кого-то, прижимаясь всем телом. Остановившись на подходах к главной лестнице, Цучигомори потряс головой, дабы отогнать наваждение. В такие моменты бобылья жизнь заставляла его грустить. Человеку нужен человек, когда друг, когда и пара. Нормальные потребности, эхо со времён, когда он ещё не был школьной тайной. Как Цучигомори ни старался, а всё же к объявлению пришлось прорываться с боем: ученики облепили стену с энтузиазмом муравьёв, нашедших подтаявшую на солнце карамель. – Круто! – В чём идти?! – Будет весело! – слышались когда возмущённые, а когда и очень обрадованные голоса. – Это Цучигомори-сенсей! Да разойдитесь вы!.. Сенсей, смотрите, что придумала Морган-сенсей! – едва ли не вопил от восторга Минамото Коу, – Совсем как в Америке! Подправив очки, Цучигомори смиренно уставился на яркий ватман: – Хм. Бал-маскарад с напитками и угощениями? А что, звучит не очень-то и… – его глаза в последний момент выхватили строку «учителя тоже приходят с парой», увенчанную подмигивающим смайликом, – Плохо.