Кулинарная книга Джека

Джек вернулся с пробежки, когда на улице уже царила глубокая ночь. В это позднее время яркая, похожая на круг сыра луна освещала землю, отражаясь в тихих водах реки. Слышались стрёкот цикад, кваканье лягушек и шелест листьев на деревьях. «Чайный пакетик», выглядящий со стороны магического острова как башня сказочного волшебника, возвышался над деревьями. Его ярко освещённые окна служили путеводным маяком для уставших путников, обещая отдых. Когда Джек оказался во дворе, он заметил какое-то движение и остановился, чтобы перевести дыхание. Хотя он был уверен, что на их территорию не могут проникнуть посторонние, его сердце замерло от волнения. В этот момент Джарвис окутал его своим теплом и показал несколько видений. Оказалось, что на месте бывшего огорода, где прабабушка Роза сажала душистые травы, теперь медленно растёт новое строение. Джек решил понаблюдать за происходящим, чтобы скоротать время. Ему не хотелось слоняться по комнатам в одиночестве. После отъезда Брока дом словно опустел, хотя все номера на втором этаже были заняты, а в кафе допоздна засиживались посетители. Рам и Маня тоже чувствовали себя очень грустно без своего друга и даже перестали проказничать. Теперь они почти всё время проводили у входной двери или возле транспортного камина, в надежде услышать знакомые шаги и родной голос. Джек понимал их чувства, но не мог ничем помочь. Зловещее багровое небо над Запретным лесом словно служило постоянным напоминанием об опасности, нависшей над жителями Хогсмида и обитателями Хогвартса. Возможно, волшебники и были устойчивы к магическому излучению, но он не хотел подвергать опасности своего младшего брата. Тем более что в «Чайном пакетике» всё время появлялись странные гости из Тайного города. Джарвис показывал хозяину их настоящие обличья, и тот был немного напуган. В отличие от почти обычного вида четырёхрукого Леки, которого Сантьяга назвал «хваном», другие посетители выглядели довольно устрашающе. Например, всю последнюю неделю в кафе приходили две симпатичные черноглазые брюнетки. Однако за их милыми образами скрывались огромные монстры: их кожа была покрыта чешуёй, головы украшали рога, а на лапах были острые когти. С такими мощными хвостами и огромными клыками им даже не нужно оружие. Они могли бы убить человека и откусить ему голову за секунду. Но дом впускал их как клиентов, нуждающихся в помощи, и Джек не мог ничего с этим поделать. Возможно, он слегка преувеличивал, и эти девушки были очень милыми созданиями, которые пекли банановый брауни на завтрак и в свободное время занимались макраме. А их внешний вид объяснялся тем, что, как известно, феи бывают разными. Некоторые из них предпочитают цветочный нектар, а другие выбирают «Кровавую Мэри». Но его инстинкт самосохранения говорил ему об обратном, а аромат персиковых духов вызывал у него желание сбежать на остров под защиту василиска и дракона. Эти два старых чудовища хотя бы не притворялись пушистыми кроликами и честно демонстрировали когти, зубастые пасти и прочие атрибуты монстров. Поведение Леки лишь подтвердило опасения Джека. При первой встрече с этими девушками тот резко остановился и замер в напряжённой позе, а его четыре руки дёрнулись, словно в попытке выхватить оружие, хотя на нём не было кобуры, только футболка и лёгкие летние брюки. Немного придя в себя и, видимо, вспомнив, что находится в убежище, где никто не может навредить постояльцам и хозяевам, он, сухо кивнув, произнёс: — Митара, Нимата. — Привет, — в один голос откликнулись девушки, улыбнувшись. — Что вы здесь делаете? — задал вопрос Лека, внимательно глядя на них. Он даже не моргал, как будто боялся пропустить удар. — То же самое, что и ты, — пожала плечами одна из девушек. — Мы узнали, что здесь чудесная атмосфера и живописная природа, и решили немного отдохнуть. — Вы опоздали, — усмехнулся Лека. — Комиссар уже очистил воздух, — добавил он, сделав акцент на последнем слове. — Как интересно! — воскликнула девушка и посмотрела на свою подругу, а затем предложила: — Давайте не будем мешать другим клиентам и пообедаем вместе. Джек, прищурившись, посмотрел на них и заметил на столе знакомую чёрную пирамидку — артефакт, защищающий от подслушивания. Ян, подойдя ближе, шепнул: — Босс, у них нет дурных намерений. — Да, только добрые, — с усмешкой ответил он, наливая кофе. Его взгляд снова обратился к компании нелюдей, которые, похоже, приехали в Хогсмид, как на спа-курорт, чтобы воспользоваться энергией взбунтовавшегося источника и зарядить собственные «батарейки». Ему не хватало информации о жителях Тайного города, которые сильно отличались от волшебников, но тоже скрывались от обычных людей. К сожалению, Баки, единственный, кто мог бы ответить на его вопросы, отсутствовал, а беспокоить комиссара такими мелочами решился бы только безумец. Джек не был человеком, склонным к безрассудству, не собирался совершать бессмысленных подвигов и очень ценил свою вторую жизнь. В мире Поттерианы он стал богатым, обрёл семью и уважение окружающих. Что ещё нужно для счастья? Однако, чтобы сохранить всё это, ему приходилось быть осторожным. Сантьяга представлялся ему в виде бомбы замедленного действия, которая в любой момент могла взорваться и уничтожить всё живое вокруг. Несмотря на его спокойствие и вежливость, Джек ощущал напряжение, когда находился рядом с ним, хотя за последнее время привык к его давящей ауре и ощущению гнетущей силы. Однако в этот момент ему хотелось попросить всех гостей из Тайного города покинуть «Чайный пакетик» и развлекаться в другом месте. При таком скоплении непредсказуемых монстров у него сдавали нервы, а желание переселиться в пещеры к василиску и дракону становилось навязчивой идеей. *** Обычно по субботам или воскресеньям Аберфорт устраивал игру в покер на небольшие ставки. Он приглашал нескольких своих знакомых из Хогсмида и угощал всех желающих огневиски и закусками. Это было очень приятное времяпрепровождение, которое нравилось всем гостям без исключения. В этот раз в гостиной на втором этаже паба «Кабанья голова» снова собралась компания мужчин, чтобы провести несколько часов за карточным столом. Однако все заметили небольшое изменение в интерьере: в простенке появилась картина, изображающая Чёрное озеро и возвышающийся над ним замок Хогвартс. Филипп Писсарро первым приблизился к полотну и, надев старомодное пенсне в позолоченной оправе, начал внимательно его изучать. Его лицо выражало сосредоточенность, а взгляд — серьёзность. Когда он закончил осмотр, в его голосе прозвучало искреннее уважение. — Мистер Дамблдор, вы приобрели прекрасную картину. Я немного разбираюсь в магической живописи и могу сказать, что её автор — очень талантливый человек. Аберфорт откашлялся и, смущённо отведя взгляд, ответил: — Это моя работа. — Что? — удивлённо посмотрел на него Филипп и взволнованно добавил: — Почему вы никогда не рассказывали нам о том, что вы художник? Я и не подозревал о вашем даре! — Я забросил его после… одного трагического происшествия, — сухо произнёс Аберфорт. — Прошло много лет с тех пор, как я брался за кисти. — Почему же вы решили вернуться к занятиям живописью? — поинтересовался Адам Гвалдарг, владелец магазина одежды в Хогсмиде. — В этом заслуга младшего брата нашего Джонатана, — улыбнулся Аберфорт, взглянув на Джека, который сидел за столом, наслаждаясь лимонадом и кукурузными чипсами. — Он предложил мне сотрудничество, и я нарисовал несколько эскизов, а после почувствовал, что хочу большего. Вот так появилась эта картина. — Нам нужно поблагодарить мистера Рамлоу-Ли, — искренне произнёс Филипп. — Вы не должны забрасывать своё хобби. Я уверен, что ваши работы будут пользоваться огромным успехом. Если вы захотите продать их или просто продемонстрировать ценителям живописи, то я с удовольствием выставлю их в своей галерее. — Ну что вы, это слишком, — отмахнулся Аберфорт, однако было заметно, что он очень доволен похвалой. Джек вспомнил, насколько красивыми были флаконы для косметики, и предложил: — Почему бы вам не устроить выставку рисунков, которые вы сделали для Брока? — Можно ли взглянуть на них? — мгновенно заинтересовался Филипп. Аберфорт, хоть и немного поворчал, что гости уделяют так много внимания мелочам, всё же принёс большую кожаную папку. Однако прежде чем положить её на стол, он обратился к Джеку: — Обещаю, я не буду обнародовать эти рисунки без согласования с вашим младшим братом. — Ну что вы, — покачал головой тот. — Я не вмешиваюсь в дела Брока. Мужчины собрались за столом и начали изучать изображения флаконов. Они обсуждали не только их дизайн, но и фон, на котором они были представлены. Аберфорт изобразил флаконы в интерьере: на изящном столике из красного дерева, среди сочной зелёной травы, на подоконнике, где к ним склонялись ветви цветущей сливы. Картинки были очень реалистичными и выглядели нежно, но при этом не казались слащавыми. Зрители как будто могли ощутить прохладный ветерок, который развевает тонкие шторы, или прикоснуться к бабочке, сидящей на флаконе духов, и почувствовать аромат весеннего сада. Джек всегда думал, что по-настоящему «живыми» в магическом мире могут быть только портреты, но оказалось, что это не так. Крылышки нарисованной бабочки едва заметно трепетали, лепестки цветов опадали с бутонов и, медленно кружась, опускались на подоконник, а трава колыхалась красивыми волнами. Наконец, после того как все гости вдоволь насладились рисунками, они перешли к игре. За столом царила непринуждённая и радостная атмосфера. Мужчины увлечённо обсуждали последние новости в стране и в мире, а также сплетничали о своих знакомых, ведь британские волшебники известны своей любовью к слухам. Джек нечасто участвовал в разговоре, предпочитая хранить молчание, хотя и знал множество секретов, которыми с ним делились нетрезвые клиенты. Он считал, что раскрывать чужие тайны было бы неэтично и глупо, ведь если бы это стало известно, то репутация надёжного владельца кафе была бы разрушена. Его внимание привлекла информация, которую сообщил Аберфорт: Карлус Поттер подал заявление в поселковый комитет Хогсмида. В таком стратегически значимом месте, как это, просто так купить дом было невозможно. Каждый кандидат рассматривался советом, и только после одобрения можно было начинать переговоры с продавцами. — Зачем ему дом в нашей деревне? — удивился Адам, который тоже входил в комитет. — Насколько я знаю, его супруга обожает их поместье, а сын предпочитает жить в крупных магловских городах. — Я полагаю, что это для его племянника, — ответил Аберфорт, взглянув на Джека. Однако тот, казалось, не заметил его взгляда и никак не отреагировал. — Племянник? — удивлённо повторил Филипп. — Вы имеете в виду этого молодого человека, Яна, который работает в «Чайном пакетике»? — Да, — подтвердил Аберфорт. — Дело в том, что Карлус ищет дом, который был бы разделён на две части, с отдельными входами. Вероятно, он считает, что незамужним девушкам не подобает жить вместе с молодым мужчиной, даже если он их названый брат. — Такой коттедж есть по соседству с Мальсиберами, — припомнил Адам. — Раньше там жили две сестры Говард. Помните их? Джек рассеянно прислушивался к беседе, вспоминая разговор с Карлусом. После обсуждения артефактов, которые должны были стать подарками суперсолдатам в честь присоединения к семье Ли, тот, смущённо откашлявшись, произнёс: — Джонатан, я хотел бы обратиться к вам по личному вопросу. — Я готов вас выслушать, мастер, — ответил Джек, предполагая, что его попросят оказать давление на Яна. Однако он был приятно удивлён, услышав: — Не могли бы вы стать свидетелем заключения договора? Поскольку мой племянник не очень доверчив, я хочу составить магический контракт, который бы гарантировал, что в случае признания его членом нашей семьи, мы не будем иметь к нему никаких претензий. — В чём подвох? — спросил Джек, желая прояснить ситуацию. Он очень сомневался, что существуют бесплатные льготы, и не хотел подвергать Яна опасности, становясь посредником в сомнительном деле. — Я уже говорил вам, что наш род значительно ослабел. Мой сын никогда не сможет стать хранителем семейной реликвии. Джеймс же… Перед его отъездом мы серьёзно поговорили, и он сказал мне, что сделает всё возможное, чтобы не возвращаться на родину. — Что с ним произошло? — удивился Джек и невежливо добавил: — Его что, слишком сильно ударили бладжером по голове? — Если бы всё было так просто, — печально вздохнул Карлус и ущипнул себя за переносицу, пытаясь сосредоточиться. Немного помолчав, он, словно решившись, продолжил: — Джеймс предполагает, что в смерти Флимонта виновна Юфимия. Возможно, она не могла ждать, когда её мужа признают недееспособным, и немного поторопила события. — Разве у них не магический брак? Она не боится отката за убийство партнёра? — Иногда бездействие может нанести больший вред, чем прямой удар в сердце, — уклончиво ответил Карлус. Джек глубоко задумался, оценивая информацию, а потом спросил: — Мастер, вы случайно не знаете, как волшебницы становятся Старухами?