Кулинарная книга Джека

Джек был полностью погружён в работу, но периодически бросал взгляды на Петунию, чувствуя себя персонажем анекдота, который не может понять, что же произошло с его женой после визита в салон красоты: она сделала брови тоньше или всё-таки просто надела противогаз. Он не был ловеласом и не придавал особого значения внешнему виду. В прошлом он проводил большую часть времени в компании мужчин, где не требовалось волшебного обаяния. Это иногда затрудняло общение с женщинами, и ему приходилось работать над собой, чтобы стать более привлекательным для окружающих. Оказавшись в мире Поттерианы, Джек быстро нашёл общий язык с Ритой, которая была зрелой и независимой личностью и не ждала от него романтических подвигов. Её устраивало, что он немногословен и довольно сдержан в своих поступках, и она находила это в какой-то мере очаровательным. Безусловно, он старался стать для неё идеальным партнёром, но, похоже, его старания не приносили желаемого результата. Подарки оставались лежать без дела — Рита не была меркантильной, у неё было достаточно и денег, и украшений. А походы в дорогие рестораны были для неё лишь способом удовлетворить потребность в еде. Больше всего она любила свою работу, которая давала ей возможность утолить жажду приключений. Она обожала путешествовать, попадать в рискованные ситуации и следовать своей страсти к азарту. Романтические отношения были для неё лишь приятным дополнением, которое делало её жизнь немного ярче. Рита напоминала Индиану Джонса в женском обличье: она была искательницей сокровищ, любителем древностей и удачливой авантюристкой. И никто, даже её родители, не мог убедить её стать более степенной и респектабельной светской дамой, главной заботой которой было бы подобрать наряд к выходу. — Босс, что-то не так? — осторожно спросила Петуния, заметив, что Джек уже пару минут смотрит на противень с готовым «хворостом», не предпринимая никаких действий. — Нет, всё в порядке, — ответил он и продолжил «благословение пищи». Однако его движения были слишком медленными, а вид — рассеянным. Петуния не стала продолжать беседу, чтобы не коснуться личного и не нарушить незримые границы между руководителем и подчинённым. Она, как и все работники кафе, понимала, насколько загружен их босс и сколько добра он делает для людей, не ожидая за это признательности. — Как твои дела? — поинтересовался Джек, закончив работу. — Родители больше не достают со свадьбой? — У меня появился молодой человек, который понравился моей семье, — немного смущаясь, призналась Петуния. — Поздравляю! — искренне улыбнулся Джек. — У вас с ним серьёзные отношения? — Он познакомился с моими родителями и попросил у них благословения на то, чтобы ухаживать за мной на законных основаниях. — Ого! Какой… — Джек проглотил слово «старомодный», заменив его на более уместное: — воспитанный парень. — Вы его знаете, босс, — Петуния улыбнулась. — Это Генри Поттер, сын мастера Карлуса. Мы познакомились в «Чайном пакетике». Ему понравились мои десерты, и он попросил меня поделиться рецептами. Так мы обнаружили, что у нас много общего. Генри проводит большую часть времени в магловском мире, поэтому нам есть о чём поговорить. Джек с интересом слушал её историю, осознавая, что многое упустил из виду, погрузившись в работу. Он старался не вмешиваться в личную жизнь своих сотрудников и, как выяснилось, чуть не пропустил такое значимое событие. Означает ли это, что правила мира окончательно изменились? — А твоя сестра тоже с кем-то встречается? — спросил он, когда Петуния замолчала. — Да, за ней ухаживает мистер Диггори. Вы знаете его, он часто приходит в кафе вместе с другими аврорами. Его дом находится рядом с приютом «Солнышко». — Адам? — удивлённо воскликнул Джек. Он отлично помнил этого человека, но не предполагал, что его и Лили связывают романтические отношения. И кто же теперь станет Избранным, если Джеймс Поттер живёт за границей, оставив попытки преследовать «мать-героиню»? — Мистер Диггори знаком с нашими родителями. Он помог им получить лечение в больнице Святого Мунго. Джек рассеянно кивнул, пытаясь осмыслить услышанное, но информации было слишком много для его и без того утомлённого мозга. Он тряхнул головой и очень по-взрослому решил, что пока не стоит размышлять о будущих трудностях. Когда они возникнут, тогда и придёт время для их преодоления. Петуния не заостряла внимания на необычном поведении своего начальника и принялась украшать десерты для витрины. Она работала с полной концентрацией, её движения были уверенными и точными, не как у юной девушки, а как у опытного специалиста, посвятившего своей профессии много лет. Джек, немного понаблюдав за ней, решил вернуться на кухню, но столкнулся в коридоре с Аластором. Он с радостью обнял его и, похлопав по спине, спросил, отстранившись: — Когда ты вернулся? — Сегодня ночью. Прилетел в Хитроу и сразу отправился домой. Хорошо, что я привык к смене часовых поясов, а не то спал бы до сих пор, как сурок в норе. — Предлагаю продолжить беседу в другом месте, — произнёс Джек и двинулся к выходу через служебный коридор. — Здесь слишком людно. Аластор последовал за ним, испытывая лёгкое замешательство. Гости, проживающие в номерах «Чайного пакетика», могли свободно перемещаться по прилегающей территории, вплоть до границы защитного купола, что затрудняло возможность уединения. К тому же, в саду обитали любопытные гномы и непоседливые пикси, которые с удовольствием подслушивали чужие беседы. Выйдя во двор, он обратил внимание на то, что здесь произошли значительные перемены. В западной части появились два новых строения: башня, похожая на жилище волшебника из сказки, и здание, напоминающее палаццо с внутренним двором. Доступ к ним был закрыт для посторонних — купол защитных чар слегка поблёскивал под солнечными лучами. В восточной части участка возвышалось ещё одного здание, выдержанное в едином стиле с «Чайным пакетиком». Через открытые окна слышались голоса рабочих и шум, который производили строительные инструменты. Слабый запах краски витал в воздухе, смешиваясь с ароматом цветов. — Вот это ты развернулся! — с изумлением воскликнул Аластор. — Я решил, что сейчас самое время, — ответил Джек, пожав плечами. — Теперь третий этаж предназначен для персонала кафе. — Понемногу строишь собственную базу? — Ага. Так надёжнее. Сразу после переезда в новый дом Джек предоставил доступ на свою территорию Аластору и его сыну. Он хотел бы построить для них отдельное жильё на своей земле, но понимал, что его друг не примет такого щедрого подарка. Пусть магазин и квартира, принадлежащие семьи Боргин, казались скромными и небольшими, но это было их личное пространство. После того как они устроились в креслах у фонтана, Джек закурил и произнёс: — Рассказывай, где ты пропадал. — Я учился, — ответил Аластор и, заметив удивлённое выражение на лице друга, усмехнулся. — Да-да, я знаю, что ты в курсе, какой я лентяй. Из-за постоянной муштры мой мозг совершенно отупел. — Так с чего вдруг такой подвиг? — Я понял, что местные маги не сдвинутся с места, даже если случится апокалипсис. Только когда в их двери начнут ломиться зомби, они, может быть, что-то предпримут. Но это неточно. — И ты решил взять на себя роль спасителя? — Нет, — ответил Аластор, покачав головой. — Злодею не к лицу плащ супергероя. А носить трусы поверх колготок — верх дурного вкуса, — добавил он с улыбкой. Джек некоторое время молча курил, рассеянно глядя в небо, а потом тихо спросил: — Ты боишься, что в Британии появится вторая Старуха? — Это она боится, а не я, — усмехнулся Аластор. — Постой-ка… — Джек сел ровнее и затушил сигарету. — Ты хочешь сказать… — Ага, ты правильно догадался. В магазин Боргина заходили посетители самых разных сословий. Несмотря на то, что он располагался в не самом благополучном районе магического анклава, здесь можно было встретить людей в роскошных одеждах. Хотя они скрывали свои лица под масками, знатоки могли узнать их по магической ауре, которая, как и отпечатки пальцев, была уникальна для каждого волшебника. Поэтому, когда в один из дождливых дней в магазин вошла молодая женщина в дорогой мантии, это никого не удивило. Даже местные воры и попрошайки, словно крысы, завидевшие кота, поспешили скрыться. Все понимали, что её прекрасный облик — это предостережение, как яркая окраска ядовитых лягушек. Только глупцы могли принять её за безответную жертву. Услышав звонок колокольчика, Аластор вышел из своего кабинета и удивлённо приподнял брови, узнав посетительницу. — Добрый день… мадам, — сказал он, вежливо склонив голову. — Что привело вас в это скромное место? Неужели у вас закончился запас лапок скарабея? — Шутник, — фыркнула Старуха, неспешно осматриваясь. — Хотите чашечку чая? — Лучше виски. — Вот и договорились, — кивнул Аластор, бросив взгляд на витрину, через которую было видно безлюдную улицу. Никто не проходил мимо его дома, не слышались голоса торговцев или подвыпивших хулиганов. Лютный словно вымер. Старуха села в кресло и с благосклонной улыбкой приняла стакан, наполненный огневиски. Сделав глоток и сплюнув язычок пламени, она сказала: — Ты знаешь, что вся территория этого мира поделена на «охотничьи угодья»? — Я догадывался об этом, — кивнул Аластор, устроившись за конторкой. Высокий стул под ним заскрипел, словно собирался развалиться на части. — С появлением новой колдуньи начинается борьба за ресурсы. Это приводит к затяжному конфликту, который наносит ущерб людям. Они не способны противостоять магическим выбросам и погибают. Власти маглов объясняют происходящее эпидемией, например, чумой. — Мадам, неужели вы переживаете за этих несчастных? — усмехнулся Аластор. — Всё бы тебе смеяться над пожилой женщиной, — с деланным огорчением произнесла Старуха. Её лицо исказилось и словно поплыло, на мгновение открывая её истинный облик. Но она быстро взяла себя в руки и продолжила уже серьёзно: — Если между мной и моей соперницей начнётся война, то большинство британских волшебников не выживет. — Почему бы вам не убить её до того, как она наберёт силу? — поинтересовался Аластор светским тоном, словно речь шла о погоде. — У нас есть свои законы, которые мы не можем нарушать, — покачала головой Старуха. — Честная конкуренция, чтобы устранить слабых? — Что-то вроде этого. — Что вы хотите от меня? — спросил Аластор, заранее зная, какой ответ получит. И его ожидания оправдались. — Ты можешь действовать по своему усмотрению, потому что твоя душа не принадлежит этому миру и поэтому не обязана подчиняться его законам. — Зачем мне это? Я не нуждаюсь в деньгах, чтобы браться за такие сомнительные задания, и не боюсь смерти. — А как же безопасность твоих друзей и сына? Аластор закурил сигарету и погрузился в размышления. Старуха была права: он не мог оставаться безучастным, когда его близким грозила опасность. Он уже однажды потерял тех, кого считал своей семьёй, и не хотел повторения этой трагедии. Значит, ему нужно было нанести удар на опережение. — Как скоро это произойдёт? — спросил он, решив получить сведения от первоисточника. — У всех это случается по-разному. Мне, например, понадобился год. У меня был стимул, как и у этой женщины. Нас подогревала лютая ненависть к близким людям. Аластор недовольно поморщился, поняв, что времени очень мало. Он надеялся, что у него в запасе есть несколько лет, а оказалось, что счёт шёл на месяцы. — Насколько сильны «новорождённые» ведьмы? — Их силы почти безграничны, — призналась Старуха. — Поэтому тебе лучше поторопиться, пока она не прошла полную инициацию. — Вы так добры ко мне, мадам, — с иронией произнёс Аластор. — Я подскажу, как найти тех, кто поможет тебе. Аластор проводил гостью и вызвал нескольких агентов, которым поручил сбор сведений о Юфимии, которая была главной подозреваемой. Он знал, что после отъезда сына она почти не выходила из дома. Причины были разные: болезнь, плохое настроение, скорбь. Её не видели в течение нескольких месяцев, и, вероятно, её переход от «нейтральной» волшебницы к «тёмной» колдунье происходил по плану.