Самый тупой сосед по парте

      Сев на электричку, отправился домой, путь до которого составлял чуть более 20 минут. Уроки подошли к концу, издевки Якова и скандалы Руф с Гансом наконец-то закончились. Блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной и умиротворением до того момента, пока какая то злая старуха не подошла к моей и без того замученной персоне с претензией: «Тьфу, что за поколение! Даже бабушке место не уступят!». Открыл глаза. Оглянулся. Мест ещё половина. Ну что за невыносимые люди?! — Но вы можете сесть на любое другое место, они ведь почти все свободны.. — Устало выдохнув, сказал на грани слышимости, что бы не привлекать лишнего внимания. Но старушку, видимо, это не устроило. — Ты ещё со мной огрызаться будешь? Щенок! Где твои манеры? Покажешь где живёшь, я поговорю с твоими родителями! — Ядовито процедила бабенка, явно не неся шуточный подтекст в своей угрозе. Я опешил от такой наглости и просто пересел на другой конец машины, ловя спиной агрессивные взгляды старухи. Может, это родственница Якова..? Волосы седые, характер дерьмо, ну прям один в один с какого ракурса не смотри. Выйдя на своей остановке, направился к нужному дому, проходя через гаражи, клумбы и детские площадки. Район был неплохим. Пару домов рядышком, магазинчик прямо напротив. Да и пьяниц тут совсем мало, я бы даже сказал, вообще нет. Ну, разве что только один с десятого этажа. Устало выдохнул и зашёл в подъезд. Хотелось упасть лицом на бетон и не вставать. Лифт находился на 8-мом этаже. Ненавижу. Но подниматься пешком на 6-той этаж тоже не особо сильно хотелось, поэтому пришлось подождать. — Я дома.. — Зашёл в квартиру, кинув небрежно фразу. Знал, что никто меня не услышит. Родители опять в командировке, уезжали туда на полгода, а то и год. Нет, их можно понять. Отец занимает высокую должность в качестве военного, а мать военный врач. Как удачно они нашли друг друга... Да уж. Есть хотелось до невозможности! Пропустил обед из за вызова к директору и объяснительной, почему же мы сорвали урок математики. Чёртов Яков. Подошёл к холодильнику - там мышь повесилась. Надо будет завтра сходить в магазин, иначе умру, никто и не заметит. Взял пачку оставшихся макарон, сварил, сделал соус из остатков томатной пасты, залил макароны, поел. Могло быть и хуже, а так даже вкусно. Время близилось к вечеру. Хорошо бы сделать уроки. Сел за компьютерный стол, отодвигая клавиатуру подальше, начал писать. Русский сделал за 15 минут. По литературе выучить стих надо будет, чем я и займусь после всех остальных заданий. История и обществознание так же дались хорошо. А вот Химия и Физика... Да, без гдз тут не обошлось. Никогда не был силён в точных и естественных науках. Была бы моя воля, я бы их..! Ух! Мало бы не показалось! Наконец, закончив со всей этой пыткой, решил лечь спать. Время 20:39. Рано, но всё же лучше так, чем маяться от безделья. Фильмы или сериалы нет желания смотреть, есть желание поспать. Приняв душ, потопал в свою комнату, находившуюся рядом с ванной, что не могло не радовать. Ведь кто первый встал, того и туалет. Хотя какая разница? Если я всегда один дома. Лежа в до ужаса мягкой кровати, я думал, а надо мне это всё? После школы пойду в армию. Родители будут настаивать на том, чтобы я стал военным. Но хочу ли этого я сам? Хотя, опять же, какая разница? Пусть лучше решают те, кто хоть как то разбирается в жизни.. «бз-бз-бз» Мерзкий шум в ушах дал понять, что пора собираться в школу. Я выспался. Я выспался!? Последний раз я ощущал такую лёгкость ото сна, ещё когда не родился!! Всё, теперь нужно будет ложиться в восемь всегда. Однозначно. Завтракать было нечем, поэтому сразу пошёл в ванную, беря вместо зубной пасты баночку с белым порошком. Да, будь тут Яков, он бы от меня до конца жизни не отстал со своими "смешными" шутками про наркоту. Но, к его несчастью, это всего лишь привычная всем зубная паста, только в таком.. весьма неоднозначном виде. Выйдя в школу за пол часа направился в магазин перед домом. Купив какой то помятый и потрёпанный жизнью круассан, начал есть, идя до остановки и надеясь, что вчерашний инцидент не повторится. У меня сил не хватит каждый раз воевать с агрессивными бабками, в которых энергии больше, чем в целом отряде военных. Может их на войну отправлять? Мне кажется, у противника не будет шансов.. Путь до школы, слава Господу Богу, прошёл без происшествий от которых хотелось повеситься, что уж точно не могло не радовать. Зашел в школу, а уже после поднялся на третий этаж в кабинет истории. Мария Степановна - чудесный преподаватель, который так же, помимо истории ведёт обществознание. Параллельно завуч школы. Женщина в силу своего характера заслужила настолько сильное уважение других, что её уроки почти никогда не срывают. А если и срывают, то потом она отыгрывается на всём классе, после чего уже явно никому не хочется повторять случившееся. Встав со звонком, мы все поприветствовали учителя и сели обратно на места. Якова не было, благодаря чему я смог спокойно выдохнуть. Не столько из за того, что мою душевную организацию пока не будут трогать, а из за факта, что урок этого замечательного педагога не будет сорван. — События 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге, известные также как «Кровавое воскресенье» — разгон шествия петербургских рабочих к Зимнему дворцу, имевшего целью вручить императору Николаю II коллективную Петицию о рабочих нуждах.. — Я любил историю, в основном благодаря Марие Степановне. Её всегда было приятно и легко слушать. А тема, затрагивающая род Романовых, всегда была одной из самых интересных и волнующих. — Вальтер! — Я подпрыгнул на месте. — Почему Николай II отрёкся от престола? — В ходе Февральской революции итогом стало отречение от престола и прекращением правления рода Романовых... В частности из за большевиков и меньшевиков, Ленина и его идеи... — Постепенно мой голос становился все тише и тише. Лицо учителя ничего не выражало, но что то мне подсказывало, что я говорю несусветную чушь. — Ну а потом это ещё было ради сохранения его семьи там, ну.. А потом их всех убили и.. — Я поняла, Вальтер, поставлю тебе 4. — Радости не было предела. Значит всё же не в конец бред я говорил. Фух, пронесло. Хотелось хлопать в ладоши от радости. И чего я так нервничал? Хотя щеки до сих пор горели, и что то мне подсказывало что именно со стыда. Прозвенел звонок, а это значит, что теперь пришло время страдать по настоящему. Химия... Как же я не ненавидел. Всё что я помню из программы это какие то деканы, протаны, натаны и то, что H₂O это вода. И то даже в этом я не был уверен. Но с высоко поднятой головой направился в соседний кабинет, дабы взглянуть страху в глаза. Сев за парту. Расслабился. Рядом приземлилась пепельная голова. Напрягся. Парень с каким то азартом посмотрел на меня и достал из портфеля сухой.. лист чего то? — Что это? — С явным недоверием в голосе задал свой вопрос. Почему то положительных чувств сей предмет не вызывал. — Это листы Коки. — Я подавился. Чем не знаю, но я подавился. ОН СОВСЕМ БОЛЬНОЙ?! — Ты ведь знаешь, для чего они. Да, Немо? — Ехидный прищур и пальцы стали крутить лист между моих глаз. — Я решил, что мы должны его использовать по назначению! Давай расскажу наши следующие действия. — Яков нагнулся ко мне, опаляя дыханием мочку уха, из за чего по телу пробежали неприятные мурашки. — Сушеные листья обработаем щелочным раствором извести или поташа, в результате чего из листа будут выделены 14 алколоидов. Один из них кокаин.. — Не выдержав, заткнул парня рукой. — Яков, ты идиот? Где ты вообще достал лист коки? Тем более сушёный! Ты что, реально принимаешь? — Парень заржал в мою ладонь, тем самым слюнявя её. Брезгливо убрав руку, вытер конечность об свитер, продолжая всё так же с неверием смотреть на этого дурня. — Успокойся, шпион. Просто шучу. — Не глядя, он закинул лист обратно в портфель, продолжая пялиться на меня. Не выдержав столь долгого зрительного контакта, решил, что лучше будет отвернуться в сторону доски, а не тратить своё время на этого психа. Урок проходил на удивление спокойно. Я конечно, замечал, что Яков любит химию, но не думал, что да такой степени, что бы не ебать мне мозги целых 45 минут. Теперь разрываюсь от нелюбви и любви к данному предмету. — Реакции соединения, разложения, Понял, делаю текст более развернутым и описательным, добавляю деталей, эмоций и атмосферы — без сильного усложнения, чтобы сохранить живость и естественность. --- Я сел в электричку и отправился домой. Путь до квартиры занимал чуть больше двадцати минут — время, которое обычно можно провести в раздумьях или просто отдохнуть после уроков. Сегодняшний день выдался особенно тяжелым: наконец-то закончились уроки, а с ними — издевки Якова и бесконечные скандалы Руф с Гансом. С облегчением прикрыл глаза, пытаясь поймать минуту спокойствия, расслабиться и насладиться тишиной. Но, как назло, моё умиротворение нарушила злая старуха, которая подошла ко мне с возмущением: — Тьфу, что за поколение! Даже бабушке место не уступят! Я медленно открыл глаза и осмотрелся. Мест в вагоне ещё было достаточно — почти половина сидений оставалась свободной. Как можно было так нагло обвинять, не глядя по сторонам? Вздохнул с раздражением. Что за невыносимые люди вокруг? — Вы же можете сесть на любое другое место, — тихо, чуть ли не шёпотом ответил я, чтобы не привлекать лишнего внимания. Голос был уставшим и полным безнадёжности. Казалось, этого было достаточно, чтобы разрядить обстановку. Но старушка не собиралась сдаваться. — Ты ещё и со мной огрызаться будешь? Щенок! Где твои манеры? Покажешь, где живёшь — я поговорю с твоими родителями! — её голос стал ядовитым, каждое слово режущим и угрожающим. В её взгляде не было ни грамма иронии — это была серьёзная угроза. Я растерялся, не ожидая такой наглости. Просто встал и пересел на другой конец вагона, чувствуя на спине ледяные, агрессивные взгляды. Может, она родственница Якова? Седые волосы, скверный характер — поразительное сходство. Выйдя на своей остановке, я прошёл через знакомые гаражи, аккуратные клумбы и детские площадки. Мой район был спокойным — пару домов, магазинчик прямо напротив. Пьяниц здесь почти не встретишь — казалось, будто их вообще нет, если не считать одинокого «голосистого» с десятого этажа. Я тяжело вздохнул и вошёл в подъезд. Сил хотелось упасть прямо на холодный бетон и не вставать. Лифт находился на восьмом этаже — ненавижу его ждать. Но подниматься пешком на шестой этаж тоже не хотелось, поэтому пришлось стоять и ждать. — Я дома... — кинул я в пустоту, зайдя в квартиру. Знал, что никто не услышит. Родители опять в командировке — уезжали туда на полгода, а то и на год. Их можно понять: отец — военный на высокой должности, мать — военный врач. Как же удачно они нашли друг друга... Да уж. Живота урчало до невозможности. Пропустил обед из-за вызова к директору и объяснительной — почему мы сорвали урок математики. Всё это благодаря Якову. Подошёл к холодильнику — там, кажется, «мышь повесилась». Надо было срочно сходить в магазин, иначе умру, и никто даже не заметит. Взял пачку оставшихся макарон, сварил их, приготовил соус из остатков томатной пасты, залил макароны — поел. Могло быть и хуже, а так — даже вкусно. Время клонилось к вечеру. Стоило заняться уроками. Сел за компьютерный стол, отодвигая клавиатуру, и начал писать. Русский сделал за пятнадцать минут. По литературе нужно было выучить стих — займусь этим после остальных заданий. История и обществознание дались легко. А вот химия и физика… Да, без ГДЗ тут не обошлось. Никогда не был силён в точных и естественных науках. Если бы была моя воля — я бы их… Ух! Мало бы не показалось! Наконец, закончив с этим пытками, решил лечь спать. Время было 20:39. Рано, но всё же лучше так, чем маяться от безделья. Нет желания смотреть фильмы или сериалы — только спать. Приняв душ, пошёл в свою комнату рядом с ванной — что меня радовало, ведь кто первый встал, тот и забирал туалет. Хотя какая разница? Я же всегда один дома. Лежа в мягкой кровати, я думал: а надо ли мне всё это? После школы пойду в армию. Родители будут настаивать, чтобы я стал военным. Но хочу ли этого я? Хотя, какая разница? Пусть лучше решают те, кто разбирается в жизни... «Бз-бз-бз» Неприятный шум в ушах дал понять, что пора собираться в школу. Я выспался. Последний раз я ощущал такую лёгкость после сна ещё до рождения! Теперь точно буду ложиться в восемь. Завтракать было нечем, поэтому сразу пошёл в ванную, взяв вместо зубной пасты баночку с белым порошком. Если бы тут был Яков, он бы до конца жизни не отстал со своими «шуточками» про наркотики. Но к его несчастью, это была обычная зубная паста — только в непривычном виде. Вышел из дома за полчаса до школы, зашёл в магазин напротив. Купил какой-то помятый, потрёпанный жизнью круассан и начал есть его по пути к остановке, надеясь, что вчерашний инцидент не повторится. У меня не хватит сил каждый раз воевать с агрессивными бабками, в которых энергии больше, чем в целой армии. Может, их на войну отправлять? Тогда у врага точно не будет шансов. Путь до школы, слава Господу, прошёл без происшествий, от которых хотелось бы повеситься. Это уже радовало. Зашёл в школу и поднялся на третий этаж — кабинет истории. Мария Степановна — удивительный преподаватель, ведущая и историю, и обществознание, а ещё завуч. Её уважали все, и почти никто не позволял себе срывать её уроки. А если случалось — она потом давала отпор всему классу, и повторять не хотелось никому. С звонком мы поприветствовали учителя и сели. Якова не было, и я с облегчением выдохнул. Не столько из-за того, что мою душевную организацию не трогали, сколько потому, что урок Марии Степановны не был сорван. — События 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге, известные как «Кровавое воскресенье» — это разгон шествия рабочих к Зимнему дворцу, которые хотели вручить Николаю II коллективную петицию с требованиями... — я любил историю, главным образом благодаря Марии Степановне. Её рассказы всегда были живыми, и тема Романовых — одной из самых волнующих. — Вальтер! — учительница резко прервала меня. — Почему Николай II отрёкся от престола? — спросила она. — В ходе Февральской революции... Итогом стало отречение от престола и прекращение правления Романовых... Из-за большевиков, меньшевиков, Ленина и его идей... — я говорил всё тише, понимая, что путаюсь. Учительница молчала, но я чувствовал, что говорю ерунду. — Ну а потом это было, чтобы сохранить семью... А потом их всех убили, — добавил я неуверенно. — Я поняла, Вальтер, поставлю тебе «четвёрку», — сказала она. Радости не было предела. Значит, я всё же не говорил полный бред. Фух. Хотелось хлопать в ладоши. И чего я так нервничал? Щёки горели — наверное, от стыда. Звонок прозвенел — теперь пришло время настоящих мучений. Химия... Как же я её ненавидел. Всё, что помнил — это какие-то деканы, протаны, натаны и то, что H₂O — вода. И то не всегда был уверен. Но с поднятой головой направился в соседний кабинет, чтобы взглянуть страху в глаза. Сев за парту, расслабился. Рядом приземлился Яков с пепельной головой. Я напрягся. Он достал из портфеля сухой лист. — Что это? — спросил я с явным недоверием. — Листы коки, — ответил он. Я подавился. Не знаю, чем именно, но подавился. Он совсем больной? — Ты ведь знаешь, для чего они, да, Немо? — ехидно прищурился он, крутя лист перед моими глазами. — Я решил, что нам стоит их использовать по назначению. Слушай, как будет дальше... — Яков нагнулся ко мне, дыханием опаляя ухо, и по телу пробежали неприятные мурашки. — Сушёные листья обработаем щёлочным раствором извести или поташа, из листа выделятся 14 алкалоидов. Один из них — кокаин... Я заткнул его рукой. — Ты идиот? Где ты вообще достал этот лист? Ты что, реально принимаешь? Яков захохотал в мою ладонь, обрызгав меня слюной. Я брезгливо вытер руку о свитер, не веря в происходящее. — Успокойся, шпион. Просто шучу, — бросил он, забрасывая лист обратно в портфель и продолжая уставиться на меня. Не выдержав, отвернулся к доске. Урок прошёл удивительно спокойно. Я знал, что Яков любит химию, но не думал, что настолько — чтобы 45 минут подряд пичкать меня всякой ерундой. Теперь я разрываюсь между ненавистью и... не знаю, может, тенью любви к этому предмету. — Реакции соединения, разложения, замещения и обмена с точки зрения окисления и восстановления... — монотонный голос учителя так и просился закрыть глаза. Хоть я и выспался, желания отдыхать было много. Решив, что ничего страшного, прикрыл глаза... И заснул. Яков, заметив это, решил, что на моём лице не хватает чёрных усов и щетины, нарисованных чёрным маркером.