FoE: Лучший Исход

      Пауза становилась неловкой.       Сюзанна Грандбелл, дочь главы Дайфора Грандбелла, потихоньку начинала жалеть о том, что вообще решила вмешаться в судьбу до нелепости необычного существа. Вполне возможно... она вновь сделала что-то не так? Но это двуногое "чудище", казалось, упомянуло о её брате! Сюзанна не могла оставить (по понятным причинам, несостоявшиеся) предсмертные слова без внимания.       Гедельф Грандбелл. Родной сын главы. Он был одним из тех немногих грифонов, что являли свои искренние чувства по отношению к молодой грифонше. Многие старались добиться расположения Дайфора, за счёт своего сближения с его единственной дочерью... Но Сюзанна, как бы ни была юна, не могла не заметить их скрытых мотивов, что пытались затеряться за неловкими ухаживаниями самцов.       Хорошо, что по близости всегда был он.       Сильный, выносливый, проворный, харизматичный... и так далее по всем направлениям и во всех плоскостях. Неотразимая улыбка заставляла падать в обморок грифоних (грифонш?), пока яростный клич наводил страх и ужас на врагов. Ну, вылитый Гари Сью, в теле пернатой птицекошки! Как его вообще в сюжет пропустили?       Кхм, так вот…       Достигнув совершеннолетия, уже не совсем юный, но уже куда как более амбициозный Гедельф… внезапно сбежал, передав через местную шпану своих верных последователей желание о поиске приключений в лице бравого наёмника.       Надо ли говорить о том, какой переполох это вызвало? Стая Когтегривых, что возглавлялась старшим Грандбеллом, с самого момента основания старалась обходить стороной, казалось, общую черту грифонов-контрактников, стараясь вести мирную жизнь обычного «племени». Именно поэтому не удивительно, что на поиски беглеца были отправлены немалые силы.       Но, как бы ни старались матёрые грифоны, их потуги оказались ничтожны по сравнению с величиной и опасностью Пустоши. Не многим удалось вернуться целыми и невредимыми, но даже тем не повезло найти нужных следов. Это стало ощутимым ударом, нанесённому всей стае. Дайфор рвал и метал, а Сюзанна … чувствовала себя брошенной.       Гедельф оставил их, бесследно исчезнув в пучине грозных и безумно опасных земель. Кто же теперь будет возглавлять их стаю после отца? Что делать ей, уже единственному потомку их рода? В очередной раз пуская скупые слезы в родном, но так незаметно ставшим тесным дому, Сюзанна внезапно поняла. Надо что-то делать! Всё можно вернуть в прежнее русло, и если это не смогли сделать другие... то это сделает она!       Да, Сюзанна поступила также, как и еë брат.       Кто бы мог подумать, но такой импульсивный поступок не принёс ожидаемых плодов (помимо внеочередного инсульта у бедного папаши этих недоумков). Не взяв даже нужного снаряжения, не узнав ни местности, куда отправляется, ни местных законов царивших там группировок, Сюзанна едва не закончила собственное существование в первый же день поисков.       Вначале были рейдеры. Безумной толпой бегущие, будто от самого страшного кошмара в их жизни, ужасающего вида пони показались ей настоящими чудовищами. Грифоне повезло лишь тем, что встреченные пони оказались слишком заняты спасением собственных шкур, чем отнятием чужой.       После рейдеров последовали беженцы. Они даже не стали вести каких-либо переговоров со странницей. Можно сказать, что ей просто не повезло. Караван едва не открыл пальбу при одном появлении грифона – пернатые нередко работали на бандитов, кои частенько любили совершать набеги на мирные шествия переселенцев.       Добили же боевой дух юной искательницы работорговцы, что чуть не схватили измотанную и уставшую Сюзанну в одну из бессонных ночей.       Уже пуганную грифоншу спасли только быстрые крылья и чуткий слух.       И вот, после изматывающих поисков, что больше походили на довольно жалкую попытку собственного выживания (и, по сути, таковой и являлись), дочь Дайфора... осталась ни с чем, укрывшись на брошенной свалке где-то вдалеке от городских трущоб. Подальше от опасных рейдеров, нервных беженцев и, что было больнее всего, родных. Она не могла позволить себе вернутся к стае.       Не после того, как не смогла сдержать данное себе обещание.       Грифонша всхлипнула. Не это ли случилось с братом? Неужели тот погиб, так и не достигнув своей цели? Она не собиралась долго размышлять о подобном. Сюзанна верила – еë брат жив! Вот только… не с силами юной пташки его искать.       – Возможно… мне стоит набраться опыта, – шепот был произнесён то ли с вопросом, то ли с утверждением.       По памяти (а скорее, собственным додумкам) царапая на листке бумаги условия для Контракта, Сюзанна всё больше приходила в уныние. Эти принадлежности для письма изначально предполагались как способ передать весточку отцу и входили в число тех немногих вещей, что грифонша взяла с собой.       Скрип металла, раздавшийся со стороны двора, заставил насторожиться. Выпустив из когтей карандаш, Сюзанна выглянула во внутреннюю часть территории свалки, при этом оставаясь под крышей одного из зданий. Увиденное, как бы помягче сказать, привело её мысли в смятение.       Из соседнего здания показалось странное существо, неразборчиво бурчащее себе под нос. Его вид не походил ни на одну из известных ей рас: будучи высотой около двух(!) метров, неизвестный предпочитал передвигался на двух(!) ногах, сгибая их в необъяснимых местах. Он(?) был одет в закрытый плащ, но видневшиеся лапы и открытая, казалось, абсолютно плоская морда не имели на себе ни шерстинки. За спиной у этой штуковины покачивалась дорожная сумка, кажущаяся неуместной на слегка сгорбленной спине.       – Что ты вообще такое? – тихо удивившись себе под нос, химера решила не принимать поспешных решений и проследить за действиями неизвестного.       А тот, тем временем, быстро скрылся в доселе невидимом проходе, ведущим куда-то вглубь одного из сооружений. Сюзи, как ту ещё в детском возрасте называли брат и отец, сериала уголки клюва. Что делать? Спускаться за ним она даже не думала – у неë не было никакого оружия, даже если бы она умела им пользоваться. Улетать сейчас тоже не вариант – не похоже, что двуногий вообще заметил чужое присутствие. Да и куда лететь? Крыша, под которой удалось скрыться уставшей грифонше, сейчас служила ей единственным убежищем.       На том вопрос был закрыт. Возможно, существо больше и не появится, а ей нужно где-то ночевать. Найти новое, спокойное место оказалось куда сложнее, чем изначально можно было бы предположить. Уж этот урок странница усвоила сполна.       Но не прошло и получаса, на протяжении которого Сюзанна несколько раз навостряла свои уши, прислушиваясь к отдаленным звукам из глубин открывшегося прохода. Тихое место, служившее ей временным пристанищем, ожило. Загудели двигатели, заскрипели механизмы, заморгали лампы. Создавалось ощущение, будто издревле спящий монстр сонно открывал свои ожившие глаза.       Грифон подорвался на ноги, ожидая следующих событий. Но всё, казалось, оставалось в относительном спокойствии. Шум заработавших моторов стал более равномерным, а слепящее глаза мерцание ламп более стабильным и тусклым. На минуту округа словно успокоилось...       Пока зорким глазом прирожденного хищника не было замечено движение у ворот.       Завидев внезапных гостей, у Сюзанны похолодело внутри. Заявившиеся пони были очень уж похожи на бандитов, коих опасались ранее встреченные беженцы. Вооруженные кто чем, одетые во всякий ширпотреб... неизвестные будто принюхивались, готовясь зайти на нашумевшую территорию.       По крайней мере, они явно хотели это сделать. До того момента, когда из одного из ближайших сараев, под оглушительный грохот не вылетело уже знакомое ей лицо. На вопрос о том, как оно вообще там оказалось, грифонша времени не тратила.       Куда больше волновал изменившийся вид двуногого: весь в грязи, с обмотанной окровавленными бинтами мордой, тот тащил с собой необычного вида ящик, прихрамывая на обе ноги.       – Нарушитель! – грохочущий металлический голос, раздавшийся от мгновенно раздавленных ворот всё того же бедного сарая, заставил дрогнуть внутренности Сюзанны.       Огромных размеров машина, надвигающаяся на резко показавшегося не таким уж и большим монстра, оказалась тем, отчего пыталось скрыться ранее упомянутое существо. Можно только догадываться, каким образом незнакомцу удалось обратить на себя еë гнев.       – Вон! Вот там... нарушители! – внезапный крик перебинтованного чуда-юда, что также заметил компанию "бандитов", заставил остановится охранного робота.       Не веря своим глазам, Сюзи наблюдала, как раскрытые в своей позиции пони растворяются вдалеке, пока секунду назад скрывающий их забор превращался в железное месиво под весом взбесившегося механизма.       – Да что здесь вообще происходит? – заметив, что начала говорить вслух, грифонша прикрыла клюв. Двуногий командует роботом?!       Как оказалось, нет, если считать за ответ его экстренный побег под крышу еë ангара! Переметнувшись к ближайшей дыре, от которой была возможность безопасно наблюдать за происходящим, Сюзанна оказалась свидетелем сцены, где один живой монстр устроил ловушку другому, механическому чудищу.       Причём, по итогу, сам и став еë жертвой.       Так бы незнакомец и погиб, если бы из его уст за несколько секунд до столь ужасной смерти не вырвалось имя еë брата, что привело Сюзанну в чувство. Не до конца понимая, что она вообще творит, грифонша бросилась к пульту управления, останавливая механизм.

* * *

      … И теперь это становилось неловким.       Самка грифона, взявшаяся из ниоткуда, просто стояла передо мной, ожидая ответа на свой вопрос о... Белом Маге? Или как она там его обозвала. Не суть важно.       Тупая боль, распространяющаяся от предплечья, беспокоила меня куда больше. Очень беспокоила, если быть до конца честным. Возможно, как небольшая догадка, это из-за того, что во мне всё ещё находился предсмертный подарочек от моего правоохранительного друга.       Ну так, навскидку предполагаю.       – Ага... и тебе доброго денёчка, – сиплю перехваченным горлом, поняв, что моё чудесное спасение ненадолго откладывается. Попытавшись отодвинуться, чем только сильнее причинив себе боль, морщусь. – Ты так и будешь там стоять? Я, безусловно, рад, что ты остановила это дерьмо... но здесь, как бы, всё ещё присутствует совсем небольшая загвоздка.       – С-сначала ответь на мой вопрос! – заикнувшись, отчего тут же покраснев(!?) как помидор, чахлая на вид грифониха даже перья распушила для значимости собственных слов.       Под слоем бинтов было незаметно, но у меня дëрнулось веко. А я уж думал, что в Пустоши есть что-то хорошее. Спасибо, что вовремя макнули меня в зловонную бадью с реальностью.       Присмотревшись, я не заметил у стоящего передо мной грифона никакого оружия. Что же, вполне может быть, что мне как-то удастся освободиться в одиночку… только вот мои потуги легко обернутся против меня. С одной рукой впринципе освободится сложновато, а расшатанная рана не даст никакой помощи к бою и передвижению. И так, дорогие друзья, представляю вам невероятное: новая жопа, в которой мне посчастливилось оказаться!       Эх, мне бы из старой вылезти…       – Гэндельф, о котором я говорил, не имеет ничего общего с этим местом. Это выдуманный волшебник из сказки, – особо не надеясь на позитивный результат, отвечаю на вопрос. – Уж извини, но ни про какого «грифоньего» "Гедельфа" я не знаю.       Из новоявленной особы тут же выбило весь дух. Потупив морду, она скривила клюв, словно собираясь разреветься. Я всё понять не могу.. Как мне к ней относится? То строит из себя важное дерьмо, то заикается на равном месте.       – Ну, конечно, – еле слышно прошептала пернатая, – это просто не могло быть так легко…       – Чего говоришь? – вполслуха слушая шептания своей новой незнакомой, приподнимаюсь на локте. Из новой позиции я пытался лучше понять, насколько глубоко в меня впился хват охранного робота.       – Н-ничего! – тут же отступила моя дорогая (ага, прям дорогущая, с двумя "ща") собеседница.       Тем временем, химера, взмахнув крыльями, присмотрелась к дыре в потолке. Так. Так-так-так нахуй! Это она чё, свалить решила?! А, ну как бы… а я?! Для чего вся эта миссия со спасением была только что?       – Эй, пернатая! Я-то на твой вопрос ответил! – привлекаю внимание, для усиления собственных слов направляя на неё указательный палец. – Не хочешь и своё слово сдержать?       – А? – еë глаза (хвала престарелому Чаку Нормису, нормального размера!) со светло-синей радужкой вновь нашли своим взглядом мою фигуру.       – Б! Мне что тут, сдохнуть прикажешь?       – Ой, прости, я сейчас… – вновь покраснев, отчего ещё больше меня выбесив, грифониха направилась в мою сторону.       Аллилуйя. Не прошло и года.       Будто прочитав позитивные эмоции на моём забинтованном лице, самка химеры приостановилась. На морде той промелькнуло подобие надежды, тогда как на моём всё больше проступала обреченность.       – Погоди, а ты… случайно не из Искателей? – склонив голову набок, представительница грифоньего племени несколько раз дëрнула хвостом.       Только моя стоическая терпимость и дикое желание к жизни не позволили мне смачно сплюнуть на пол. Ладно Колян, спокойно. Она даже не назвала тебя псом или ещё каким животным. Это ли не прогресс? Представь, что твоё плечо не сломано, и не кровоточит от застрявшего в нём куска металла, и спокойно ответь на вопрос.       – Допустим, - честно вру сквозь зубы. Хрен там Мегамарту, а не тысяча крышечек!       – Так это же всё меняет! – тут же просияла эта сволота. – Я сейчас!       С этими словами пернатая особа таки съебалась в дырень на крыше, оставив меня один на один с моим перекошенным ебалом. Что "меняет"? Она там случайно не за битой пошла, не? Мне всё больше кажется, что в этом мире не осталось до конца разумных существ.       И я тому лучшее подтверждение.       Шли минуты. Я бы уже вконец решил, что меня бросили на медленную и мучительную смерть от передоза ненависти к абсурду данной ситуации, но доносившиеся с чердака звуки возни отметали подобные предположения. Как думаете, она опять про меня забыла? Вполне вероятно, что у этой «птицы» и мозги куриные.       – Ты там скоро? – всматриваясь в тёмную дыру на потолке, решаю напомнить о своём присутствии. – Не хочу тебя торопить, но мне тут … *оглядываюсь на плечо* … немного больно!       – А… сейчас-сейчас!       Подняв ворох пыли, из отверстия показалась голова грифины с зажатым в клюве свитком, после чего и вся остальная еë часть легко спланировала к моему (так вальяжно развалившемуся на бетонном полу) телу. Сплюнув зажатую бумажку мне под ноги, довольная собой дама отошла в сторону, с гордым видом приподняв голову:       - Вот!       - М-м-м… Это должно мне как-то помочь? – даже не беря подачку в руки (и вовсе не из-за брезгливости), я очень сомневался в том, что в неё завëрнуто лечебное зелье.       – Прочти это! – обиженно (!!!!?!!!!) произнесла грифонша.       Я открыл было рот, чтобы высказать ей пару ласковых, но быстро отбросил эту безуспешную, в самом еë начале, идею. Видно, не судьба мне сегодня оковы снять, чего уж тут.       Подняв и расправив предложенный свиток, мой взор пал на довольно красиво изложенные буквы:

Контракт

Я ___, ниже подписавшийся наниматель, подтверждаю, что беру на себя обязательства по найму грифона – Сюзанны Грандбелл,

на условиях пожизненного беспрекословного подчинения

за единовременную выплату в …

      – Сколько нахуй?!       От указанной ниже цифры у меня бы вылетела челюсть, будь она вставной. Не поймите меня неправильно – я ахуел с первых слов, и продолжать хуеть до самого конца чтения этой изжеванной бумажки, но наконец-таки выразить своё возмущение меня сподвигла именно указанная цифра в конце.       – Эмм-м… слишком дорого? – слегка потупилась грифонша.       - Дорогуша, бога ради, «слишком дорого» здесь кончилось пару нулей назад! – от невысказанных слов у меня свело потрескавшиеся губы. – А сейчас это попросту грабёж! Какого черта я вообще должен это подписывать?       – Но… – застреляла глазками по всем сторонам птицекошка, самоназванная (не удавись реальность) Сюзанной. – Вам ведь нужен помощник?       – На всю жизнь? – я посмотрел прямо в бесстыжие глаза.       – Я-йа могу уйти, когда вы скажете! – тут же нашёл зацепку юный гений.       Ага. Уйдет она, значит, как я скажу, а сто кусков, пожалуйста, выдайте ей прямо-таки счас-с! Знаете, даже у моей жадности есть предел. У неё, случаем, стоматологов в родственниках не наблюдалось?       Да что за бред, почему я вообще серьезно размышляю об этом!?       – Не буду я ничего подписывать!       Отбросив бумагу, с твёрдым намерением отворачиваю голову. К сожалению, не ей, а всего лишь свою. Я бы и руки на груди скрестил, если бы в одной из них не торчала двухкилограммовая железная заноза.       – П-почему?! Неужели я прошу так много? – всполошилась Сюзанна. С беспокойством посмотрев на выброшенный пергамент, она поспешила его перепроверить. – Я м-могу скинуть!       Хоть это и прозвучало почти как угроза, я жадно приоткрыл один глаз:       – Сколько?       – … до пятидесяти? – слегка наклонила голову грифонша, выдавливая кривую улыбку.       Пятьдесят. Тысяч. Крышечек.       Я уставился на притихшую химеру с зарождающейся злобой. Это кем надо быть, чтобы столько стоить? Она что, золотые яйца несёт или риелтором в свободное время подрабатывает? С какого температурного перепада кому-то отваливать столько бабла за… по сути… пожизненного раба?       Я быстренько закрыл свой рот, пока оттуда не успели вырваться грубые слова, о которых мне в ближайшем будущем пришлось бы пожалеть.       Да, она может сдохнуть в любой момент (точно так же, как и любой другой житель пустоши). Но, если мне не изменяет память… в этом еë "Контракте" указано беспрекословное подчинение без срока давности. В конце концов, что мне вообще мешает забрать своё бабло с бренного трупа?       Сохраняя негодование на лице, я со злобной ухмылкой в собственноф голове начал крутить мысленные шестеренки. Наша леди не разбирается в деньгах, судя по указанной сумме и том, как быстро она согласилась обломить ту надвое. Нужно просто выставить это так, будто я играю по еë условиям, а не наоборот.       – Милая моя, – цедя каждое слово сквозь зубы, привлекаю внимание, вновь беря в руки пергамент. – Ты у нас, вообще, кто? Инженер? Выдающийся взломщик? Может, твои способности помогают скрытно проникать на охраняемые объекты, или, скажем, мастерски владеть холодным оружием? Могу поспорить, у тебя даже нет высшего образования и десятилетнего стажа работы!       – Но мне семнадцать! Откуда мне его взять? – заметалась юная особа.       – А вот это уже явно не моя проблема!       На каждом перечисленном качестве я ставил жирный подтекст, замечая, как всё ниже и ниже склоняется голова «Сюзанны». Заодно, мне в срочном порядке пришлось подсчитывать собственный капитал.       Неизвестное число крышечек и около двух тысяч битс в бункере под Мегамартом. Плюс, заначка в комплексе, с трудом добытая в результате немногочисленных вылазок в поиске еды и ценностей, и то, что я насобирал сейчас. Около пяти тысяч. Мне захотелось сплюнуть – не так уж и много.       Как, вы мне скажите, я должен сбить цену в десять раз?! Мой навык красноречия ещё не достиг столь высокого уровня!       – Нет? Так я и думал, – тем временем, мой покерфейс выражал полное спокойствие и всеосознанность. – Имеющиеся у тебя качества присутствуют у каждого живого рабочего, что работорговцы продают за пару сотен.       Я говорил, выдумывая информацию на ходу. Есть работорговцы? Значит, они должны продавать... ну, рабов? Откуда мне знать их точную цену? Ха! Если я еë не знаю, то этой приплюснутой простофиле откуда-то знать? То-то же.       Разумеется, при перечислении качеств пернатой, я не упомянул ни реально крутую возможность летать, ни в целом спортивный, подтянутый (хоть и знатно потрепанный) вид. Учитываем, опять же, довольно милую для этих мест мордашку и, собственно, редкий вид грифонов, к коему относится данная особа. Сам бы я такое и за двадцать тысяч не отдал.       - Так что три тысячи и не больше!       Сказал, и чуть не прикусил язык. Много взял, много! У меня ни стволов нормальных не осталось , ни патронов! Медикаменты тоже в капсулах гроздьями не растут (впрочем, здесь нужно ещё уточнить у Креста). Но, с другой стороны, будь у этой курицы мозги, я был бы уже мертв, а с моего тела был сорвано и разграблено все, до чего можно дотянуться. Что, опять же, не так много, но...       – Три… тысячи? – чуть ли не скуля, Сюзанна заставила меня очнуться, грустно водя глазами туда-сюда. Ну давай, меньше думай, больше соглашайся! – Наверное… я-а могу…       И тут еë глаза уставились на железную херню в моём плече. Дерьмо.       – Т-тебе же нужна помощь! – чуть не клюнув меня в лицо, грифонша дернулась вперёд. – Ты не выберешься отсюда без меня, верно!?       – Ты… – я сглотнул, пытаясь как можно быстрее придумать новый план, – … ты серьёзно собираешься выставлять мое затруднительное положение как причину для завышения цены?       – А почему нет? – ни чуть не смутившись, заявила пернатая. Если у этой особы и была совесть, то она оказалась явно меньше моей. Меньше нуля, прикиньте?! В минус херачит, сука! – Так что десять тысяч и не меньше!       Сказала, и уселась с гордым видом, оставив уже меня бегать глазами по ангару. Ага, вот прям таки на стенах тут ответы написаны, а в кармане шпаргалка нацарапана.       Судя по всему, эта наглая курица нашла для себя неоспоримый аргумент в наших торгах, и слезать с него не собирается.       Погоди-ка... внезапное озарение почти отразилось на моём лице, но опыт многих лет торговли на блошином рынке оказался сильней. А откуда она здесь вообще взялась? Не бездомная ли наша красавица? И личных вещей у неё никаких нет! На этом можно сделать упор! Но, вот в чём вопрос… перевесит ли мой контраргумент еë заявление?       Впервые за несколько недель мне приходилось серьёзно думать. Отчего крутящиеся в голове шестерни, казалось, начинали высекать искры. Ух ты, даже палью запахло!       Погоди, чем-чем там запахло?       Слегка обернувшись, вижу, как из-под переработчика начинает валить ма-а-аленький такой дымок. О, уже чуть больше. Ещё больше, и ещё… Пиздец, видать нагнулись местные механизмы, щас здесь будет газовая камера в еë лучших чертах! А я всё ещё не могу двигаться, между прочим!       – Хорошо, я согласен... на пять тысяч! – жму напрягшуюся когтистую лапу, пока хозяйка оной не осознала всю «глубину» моей ситуации. Пока по лицу пернатой нельлья было понять, насколько та довольна таким поворотом сюжета, тут же добавляю: – Но деньги отдам постепенно, частями. Во-первых, я не местный миллионер, а во-вторых, на моих плечах теперь лежит вопрос о твоём снабжении и содержании!       Пока Сюзанна Гранд-мобайл-чего-то-там не успела опомниться и, что ещё важнее, принюхаться, добавляю:       – И не корчи рожу, а то так и останется. Ты здесь явно не залетом сидела, и оружия я у тебя никакого не вижу. С меня жилье и обмундирование, c тебя – меньше тупых вопросов! Поняла?       – Э-а-м… да! – судя по ошалевшему выражению морды, грифонша не осознала и половины сказанного, но мне такое лишь играло на руку.       – Отлично! – наконец, отпустив её лапу, вцепляюсь в зажим. – В бланке распишемся позже, а теперь освободи меня, живо!       Оглянувшись, грифонша наконец-то заметила разворачивающийся за моей спиной кошмар начинающегося пожара. Несколько мечущихся движений, и вот мы уже вдвоем пытаемся отогнуть, казалось, намертво вцепившийся в меня хват.       – М-м-м… с-сука! – от стрельнувшей боли в предплечье выступили слезы, а эта хрень не сдвинулась ни на миллиметр! Отпихнув грифониху, указываю той на гору мусора в углу ангара. – Найти какую-нибудь палку или трубу! Быстро!!!       Шуганув Сюзанну, что уже хотела по новой встать в ступор, я попытался отползти подальше от едкого дыма, стремительно расползающегося по всей комнате. Пробежавший в местной проводке сгусток электричества весело заискрил, после чего где-то громко коротнуло. Здание погрузилось в полутьму. Чёрт, а я и не заметил, как сгустились тучи. Вот только шумевший на улице дождь вообще ни на каплю не попадал сюда, за что «большое спасибо» былым строителям.       – Ты там скоро? Я сгораю от нетерпенья! – кашляя от дыма, наблюдаю, как ко мне несётся грифина с какой-то ржавой арматуриной.       Выхватив данный инструмент из когтистых лап, я, не жалея собственную нервную систему, что было мочи вдавил агрегат под место соприкосновения захвата и собственной кожи. Судя по прижатым ушкам Сюзанны, мои маты слышали на другом конце Пустоши, но задыхающемуся телу уже было как-то плевать – судя по всему, для него оказалось предпочтительней вовсе без руки остаться, чем с угарным дымом тягаться.       – Т-тяни-и! – прохрипев приказ грифонше, кое-как ухватившейся за захватывающую меня клешню, я со всей дури нажал на получившийся рычаг.       С громким хлюпом захват оторвало от моей руки. Тут же подорвавшись на ноги и чуть не грохнувшись в обморок от нахлынувшего головокружения, я схватил со стола ящик с колбами и стартанул к выходу.       Пробегая открытые ворота, мельком замечаю, как из клубов дыма надо мной в небо вырвалась пернатая фигура.       

* * *

      Невероятно, но я не только не потерял сознание, надышавшись угарного газа, но и не сделал этого по другим, очень весомым причинам. Удивительно, насколько выносливым может быть человеческий организм, если лично присутствовать при его создании. Жаль только боль полностью отключить нельзя – что-то там с сопутствующей потерей функциональности (со слов моего искусственного друга).       – Т-ч. Ты точно шаришь в этой теме? – шипя сквозь зубы, прищуренным взглядом наблюдаю за действиями грифонши, пытавшейся помочь перебинтовать мою рану на предплечье.       Сюзи (а это была именно она), получила новое прозвище. Ибо постоянно звать еë по полному имени у меня язык отвалится. Сейчас химера практиковалась в оказании первой помощи, возясь с остатками моих бинтов.       Я же пытался вполглаза осматривать открывающуюся перед нами территорию. Как только выпала возможность, мы покинули полыхающую свалку, ставшую вдруг слишком приметной для ведения там базовых потребностей, и сейчас устроили привал в небольшом (чудом сохранившемся) подлеске.       – Сиди смирно! – Сюзи аж клюв прикусила от усердия. Без понятия как она это делает, даже не спрашивайте. – Мне никогда не приходилось накладывать повязки на… кого-то такого сложения. Что ты вообще такое?       – Самый больной в мире человек! – огрызнувшись при слишком тугом затягивании повязки, я на всякий случай проверил фиксацию той на теле и, скрипя зубами, поднялся на ноги. – Но пока придётся обойтись без варенья. Все вопросы будут, когда достигнем мирной зоны. А пока смотри по сторонам.       Выбравшись на дорогу, едва видневшуюся за слоем многолетней грязи и прибитой дождём пыли, я поправил ставший ещë более тяжёлым рюкзак, заодно взвешивая в руке злосчастный ящик с пробирками. Очень надеюсь, что мои верные спутники – гордость и жадность, в конечном итоге, приведут меня к чему-то стоящему (нет, не собственной могиле), а не просто позволят припереть в комплекс местный аналог медицинских анализов.       Стоит признать, Сюзанна продержалась долго. Минут десять ходьбы по красочным пейзажам отравленной земли, заливаясь потом и умываясь промозглым ливнем, и вот на меня вновь бросают крайне заинтересованные взгляды. Ещё пятнадцать минут стойкого их игнорирования, и пошли небольшие вздохи и покашливания.       К чёрту. Либо меня это в конец заебëт и у на ужин будет курятина, либо ... ладно, это просто не может так продолжатся.       – Ну? – бросаю уставший взгляд, перебив грифоншу на очередном "культурном" напоминании о собственном присутствии... что от моего неожиданного вмешательства едва не переросло в хрип придавленного цыпленка.       – Куда мы идём? – всё же сориентировалась химера. Кстати надо спросить, где она так перья в розоватый цвет подкрасила. Если это еë естественный окрас, то я попросту удалюсь с этой планеты (не спрашивайте как). – Ты упоминал о мирной зоне…       – Только не заливай мне, что понятия не имеешь что это, – с недоверием смеряю её бараньим взглядом.       – Я знаю что это значит! – тут же надулась львинохвостая. – Я про место, куда мы идём. Где это?       – Мегамарт. Если тебе это о чем-то говорит, – фыркаю в ответ. – Но по пути сделаем небольшой привал.       Недолго помолчав, грифониха неохотно признала, что наш пункт назначения ей неизвестен.       "Надо же", – я сделал полукруг глазами. – "Она что, с Луны свалилась? Или за придурка меня держит?".       Ещё разок смерив взглядом наивное выражение еë порядком отощавшей мордочки, отвожу взгляд. Если это какая-то уловка, то очень тупая. Живя в Пустоши, ты хотя бы слышал о крупных зонах Хуффингтона, особенно, если находишься в самой его сердцевине. Если этого не знает она – то это либо амнезия, либо птичка реально «залëтная» (ни с тех "мирных" корпусов Анклава). Ни то ни другое мне на руку не играет.       Но делать нечего. Заведя разговор об остатках местных городов и огороженных участках жизни, мы плавно перешли к обсуждению проживающих там народах и группировках, что контролировали тамошние территории.       Сюзи пучила глаза на заявление о Стальных Рейнджерах. Ахала, когда я рассказывал о боях Арены. И очень интересовалась барменом в Мегамарте.       Ну, до того момента, как узнала о его почётном возрасте.       – Аликорны!? – в какой-то момент разговора, грифонша просто остановилась на месте. – Ты шутишь! Признай, ты просто выдумал всё это прямо сейчас!       Где-то я это уже слышал.       –Если бы, – пожимаю плечом и, воспользовавшись внезапной остановкой своей спутницы, достаю из заплечной сумки бутылку воды. – Если видишь где-то одного… знай, по близости бродит ещё парочка. А если их больше двух – то это конец. Устанавливаемые ими барьеры невероятно прочные, а магия легко раздавит кости в труху. Некоторые умеют телепортироваться, они в принципе сильны и довольно агрессивны. И да, у аликошек один разум на всех, так что не думай, что сможешь остаться незамеченной, если по быстрому решишь завалить хоть одного.       – Но… как? – с утихающим голосом выдохнула Сюзанна, благодарно принимая из моих рук полупустую бутыль. Когда она чуть меньше чем полностью запихала горлышко той себе в клюв, я слегка пожалел о своём решении. За пару глубоких глотков прикончив наши единственные запасы, грифонша шумно выдохнула. – Нам рассказывали, что единственными аликорнами были принцесса Селестия и Луна!       – Так и есть, – практически не меняясь в лице, подбираю выброшенную ей бутылку, запихивая ту обратно в рюкзак. – То о чём я говорю – «псевдоаликорны». Не знаю, почему, но они считают себя некой «Богиней». Как по мне, сами по себе эти радиоактивные черти мало на что способны. Опять же, повторюсь – только поодиночке. Поверь, ты не хочешь знать, насколько эти твари сильны в командной работе.       Проследив за моими махинациями, грифонша склонила голову набок, но нового вопроса не последовало. Видать, перегрузил я птичку информацией.        Остаток пути мы прошли в относительной тишине, только один раз схоронившись, приметив прошедшую вдалеке от нас стаю радсобак. Только когда мы подходили к хорошо знакомым местам у моего убежища, я завёл нас под хорошо скрытый склон.       – Так, – уперев здоровую руку в бок, привлекаю внимание своей спутницы, шумно выдохаю. – Жди здесь... я вернусь через некоторое время.       – Хорошо… стоп, что? – оглянувшись по сторонам, грифониха распушила перья. – Куда ты уходишь?!       – Что я говорил тебе по поводу лишних вопросов?       Отмахнувшись от растерянного вида, я собираюсь развернуться к выходу, как вдруг запинаюсь на ровном месте. Используя свою невероятную стойкость, удержав равновесие, с участившимся дыханием опускаюсь было на одно колено, но тут же встаю обратно. Не время считать черных мошек. Судя по всему, мой счет самосознания пошëл на спад. И по его окончании лучше бы мне быть в защищённом комплексе, а не сидеть с голой задницей под скалой, с малознакомым грифоном.       – Всё в порядке? Куда ты собрался идти в таком состоянии? – тут же встрепенулась Сюзанна. Можно было подумать, что в ней говорят добрые чувства, но что-то мне подсказывает, что всё дело в неуплаченных крышечках.       –Я иду к тайнику, ясно тебе?! – огрызнувшись, отталкиваю в сторону птицекошку. – Если что-то не нравится, можешь проваливать на все четыре стороны. Вернусь в ближайшее время с припасами. Если тебя здесь не окажется – твоя проблема!       Не задерживаясь больше ни на минуту, выхожу под усилившийся дождь. Одно хорошо – с такой видимостью засечь меня практически нереально. Тем лучше и для грифонши, если она все-таки планирует прислушаться к моим словам.       Дальнейший путь пролегал в гору. Четыре раза поскользнувшись и дважды упав на мокрых камнях, я потратил добрые двадцать минут только на то, чтобы в сгущающихся потëмках найти потайной вход в комплекс.       Возможно, на это бы ушло меньше времени, если бы большая часть моих вылазок проходила успешно.       Небольшое усилие, и нужная поверхность «камня» спокойно пропускает тело. Здесь ещё темней, и я уже не знаю, отчего больше – от местных условий, или моей собственной угандошенности.       Красная лямочка дверной турели мигнула и вспыхнула слабым светом.       – Спокойно. Свои, - отмахиваюсь я, стараясь, чтобы наружная камера быстрей поймала в объектив мое лицо.       – Заявление не точно, – прохрипел механический голос из полуживых динамиков. – Ваш спутник отсутствует в безопасном списке.       Пока я тупо пытался осознать сказанное Крестом утверждение, усилившееся свечение скользнуло по полу, переместившись ко мне за спину. Отскочив в сторону, прислоняюсь к стене, пока уставшие глаза в срочном порядке пытались разглядеть возможную угрозу.       Хотя, мне кажется, что я уже догадываюсь о том, кто это может быть.       – Дура, – коротко констатировал я, разглядев под турельным фонарем сжавшийся силуэт грифонши.       Напитавшись влагой, перья и шерсть плотно прилегали к телу, вырисовывая тощую фигуру. На секунду свет выцепил испуганную мордочку моей непрошенной гостьи.       – Какого чёрта ты ослушалась приказа?       – Ф-ф-фор-рмально мне ещё не выдали задаток! – стуча клювом то ли от холода, то ли от страха, а может, от их общей совокупности, грифонша сделала короткий полушаг назад. – Я думала, что ты меня бросил!       – Администратор, ваше утверждение ещё в силе? – безжизненный голос заставил отощавшую химеру прижать уши. – Или прикажете нейтрализовать нарушителя?       Пару секунд Сюзанна тупо смотрела в сторону динамиков, откуда вышли вопросы Креста, после чего еë глаза расширились во внезапном осознании сказанного. Уставившись на меня совиным взглядом, грифонша неверяще открыла и закрыла рот.       Я повторил данное движение вслед за ней. Дура. Дура, дура, ну какая же дура!!! От накатившей нервозности у меня задрожали руки. Как я могу отпустить еë теперь, когда она узнала об убежище?! Мне и так живётся несладко, а теперь, с упущенной из рук информацией… моя окончательная смерть станет вопросом времени!       И всё бы ничего, но эта облезлая птицекошка хоть и безмозглая до мозга костей, но таки спасла меня от участи превращения в несвежий фарш. Это так я, получается, благодарности теперь выдаю? В виде свинцовых пуль?       Чувствуя, как дрожит горло, стискиваю кулаки, успокаивая расшалившиеся нервы. За что мне держаться? За чистую совесть? Ха! Плевать. Кто она мне? Всего лишь незнакомец, удачно подвернувшийся под руку. Одним трупом на душе больше, одним меньше... какая разница? Она даже не человек. Всего лишь оживший миф из старых сказок.       – Крест, – взгляд никак не получалось отвести от лица перепуганного грифона. – Выполнить протокол ...       

*ВСПЫШКА*

      Воздух из лёгких будто выбило бронебойным снарядом. Глаза перестали видеть что-то, кроме безудержного калейдоскопа неудержимо ярких цветов.        Не могу закрыть… веки…        На секунду звуки пропали, оставив меня в полной тишине, а после уши заполнил далекий хор.       Голоса.       Десятки, сотни, тысячи. Они шептали, кричали, говорили в унисон и перебивали друг друга, словно пытаясь докричаться до меня через непроницаемую стену безумия.       Верность?       Мне некому отдавать свой долг.       Добро?       Ничего хорошего в этой жизни не осталось!       Честность?       Когда в последний раз я сдерживал своё обещание?       Боль другого. Отчаяние, бросившее вчерашнее дитя на верную смерть. Предательство? Еë ждет предательство? Ты – предатель?       "Хватит! Замолчите! ", – мои руки будто пытались схватить собственное сердце, но натыкались лишь на холодную пустоту. – "Прочь от меня!".       Грохнувшись на колени, держась руками за голову, я тихо застонал сквозь стиснутые зубы. В голове царила тьма, громыхал гром и наползал полный пиздец одновременно. Мне потребовалось некоторое время, чтобы просто прийти в себя и понять, что моё местоположение всё ещё ограничивается каменистым проходом в комплекс.       И я был здесь не один.       – Администратор? Уточните указания. Желаете активировать протокол?       – Нет. Внеси Сюзанну Грандбелл в безопасный список, – не поднимая головы, безучастным тоном отдаю приказ. Встав на ноги, при этом смотря в пол, плетусь к входу. – Открыть дверь.       – Принято, – заключил безучастный голос.       Коротко пискнув, дверь начала отъезжать в сторону под легкий механический грохот. Двинувшись внутрь, не замечаю за собой никаких телодвижений от своей спутницы.       – Ты планируешь остаться здесь? – вполоборота бросаю через плечо. – Заходи внутрь, если не собираешься получить переохлаждение.

* * *

      "Он… разрешает мне войти?"       Грифонша с тихим сипом выпустила сжатый воздух из груди. Она и не заметила, что до сих пор задерживала дыхание.       Пару секунд назад казалось, что человек выберет нечто, что поставит твëрдую точку в еë заключениях. Как вдруг, с хрипом свалился с ног. На миг даже показалось, что его глаза излучали неестественный свет… но, скорее всего, дело заключалось в его ранах и тусклом освещении.       – Ачхи!       С громким чихом, уроженица рода Грандбелл заставила себя быстрее шевелить лапами. В чём точно был прав еë наниматель - не стоит задерживаться снаружи. Холод и усталость могут сыграть плохую шутку с телом даже самого закаленного воина, не говоря уже о такой обычной птице как она. Ну а случившееся... привидеться могло всё что угодно – момент тот ещё был, если честно.       – Желаете воспользоваться лифтом? – внутри скрытого здания монотонный голос неизвестного звучал куда чётче… и будто с небольшой ехидцей.       – Да, – слегка раздражëнно бросил двуногий, до сих пор не желавший смотреть в сторону грифона.       Не успела Сюзи задаться размышлением над словами из динамиков, как прямо из сплошной стены напротив хлынул поток холодного света. Проморгавшись, она с удивлением обнаружила незаметную доселе железную кабину. Ведущая туда раздвижная дверь совершенно сливалась с текстурой местных стен.       "Я бы в жизни ничего там не заметила" , – подумала про себя Сюзанна. – "Подумать только – кто-то ведь мог неделями ходить вокруг да около, так и не узнав о подъемнике!".       На этот раз чих вырвался у рядом стоящего человека.       Присмотревшись к своему сопровождающему, Сюзанна могла только понадеяться о его лучшем самочувствии. Хоть дождь и смыл большее количество грязи, от Игоря (подумать только… ну и имечко) ощутимо несло отходами. Вид еë спутника также оставлял желать лучшего – с тех пор, как они покинули свалку, он не давал проверять рану на предплечье, не говоря уже о его лице. Кажется, речь шла об обморожении… но где, во имя Короля, можно было найти источник такого холода?       – А кто это? Ну, голос, что говорил с нами у двери? – слегка осмотревшись в просторной кабине лифта, Сюзи поймала взглядом объектив угловой камеры наблюдения.       – Узнаешь, – просто бросил двуногий, держась целой рукой за подергивающуюся стенку.       Как он вообще мог спокойно стоять и передвигаться на двух конечностях оставалось ещё той загадкой. Грифонша могла вспомнить нескольких сородичей, что так же проворачивали подобное, но ни один из них не мог долго пользоваться таким методом передвижения.       После равномерного гудения двери лифта разошлись, открыв вид на неравномерно подсвеченный коридор. Разочаровывающий вздох вырвался у Сюзанны помимо еë воли – незаметно для себя, та ожидала чего-то большего от скрытого убежища неизвестного до сегодняшнего дня существа.       Пройдя дальше по коридору, уроженица рода Грандбелл нырнула вслед за человеком в приоткрытые двери. Обернувшись к новой комнате, грифонша не смогла сдержать всхлип, вырвавшийся из собственного клюва.       – Ч… ч-чт… что это?!       Открывшееся помещение больше смахивало на лабораторию сумасшедших учёных из глупых сказок старших птиц, что холодными тëмными вечерами любили напустить страха на младшее поколение. Зелёный свет от различных видов панелей и мониторов равномерно заливал комнату, доводя вид оной до новых высот. Выставленные рядами громоздкие стеклянные полусферы изредка пускали внутри себя пузыри, проплывающие в мутной жидкости.       Но шокировали не столько сами капсулы, сколько их содержимое. Существа. Двуногие и лысые, обмотанные манипуляторами и трубками… Сюзанна не могла не найти их идентичных качеств со стоящим напротив неë нанимателем.       – Кто… все эти существа?! Почему они там?! – не в силах отвести взгляд от ужасающего своим объемом зрелища, грифонша почти выкрикнула свои вопросы.       Тихий смех, исходящий от Игоря, не мог не привлечь внимание. Поначалу шелестящий, едва слышный, он становился всё громче, пока его обладатель не расхохотался, расставив верхние лапы высоко в стороны:       – Узри же, низшая, всё величие расы человеческой! Долгие века мы скрывались под землёй от взоров пони и других несведущих существ, что во всей своей никчëмной жизни так и не смогли добраться до нашего совершенства!.. Но скоро всё изменится!       Вновь маниакально засмеявшись, человек вскинул голову, позволяя недоброму оскалу расползтись по лицу. Сюзанна сама не заметила, как сделала несколько коротких шажков к выходу.       – Мне, Предвестнику Горя, дана великая честь в возрождении рода, что своей мощью снесёт с лица Эквуса зазнавшиеся в своей непоколебимости расы, заставив те преклонить колени пред воплощённым знаменем, чьё имя станет молитвой! Возрадуйся, несведущая, ибо тебе повезло узреть своих будущих хозяев в самой начальной ступени их великого восхождения!       Ахнув, переполнив тем самым запас собственных легких, грифонша закашлялась. Не может быть! Это ловушка! Бросившись то в одну сторону, то в другую, Сюзанна вдруг резко забыла откуда вообще пришла в это ужасающее место. Нельзя было идти сюда! Как же она была глупа, доверившись неизвестному монстру, что заманил еë прямо в свои лапы!       Смех, но уже не грохочущий и нагнетающий, а глухой и раздражающий, прервал суматошные мысли. Тупо уставившись на его источник, Сюзи наблюдала, как почему-то уже совсем не возвышающийся и как-то мало устрашающий "человек" держится за живот, пытаясь смахнуть поврежденной рукой выступившие слезы.       – Ах… ха-ха-хах… ха-а-а… – никак не успокаиваясь, Игорь практически согнулся пополам. – Ох, мне это было нужно. Видела бы ты своё лицо!       Неожиданно, практически впервые за всю свою взрослую жизнь, Сюзанне искренне захотелось со всей силы ударить кого-то по яйцам.       – Ты… ты… ТЫ! – не находя нужных слов, грифина попросту напрягала свои прижатые влагой перья, что, казалось, лишь больше веселило человека. – Ты обманул меня!       – Я пошутил, – расплываясь в ехидной улыбке, двуногий поправил свою шерсть на голове. – И это…       Внезапно, остановившись на полуслове, Игорь медленно согнулся пополам, будто в замедленном времени получив удар в живот. С участившимся дыханием, не поднимая головы, он обратился в пустоту:       – Крест?       – Здесь, администратор, – незамедлительно ответил металлический голос, напугав Сюзи своей внезапностью. За это короткое время птица успела позабыть о таинственном друге еë нанимателя. – Подготовить камеру восстановления?       Опираясь на стену, человек коротко кивнул, и, пошатываясь, направился куда-то вглубь рядов таинственных капсул. Казалось, этого ответа было достаточно – раздавшееся шипение подтвердило предположение грифонши, когда одна из пустых стеклянных полусфер лаборатории открыла свои внутренности.        Сбросив рюкзак, Игорь незамедлительно проследовал внутрь. И только тогда Сюзанна смогла побороть своё внутреннее онемение:       – Подожди! Что происходит? – подскочив к уже закрывающейся капсуле, грифонша могла видеть, как быстро темнеет вид человека, будто забытая им боль с каждой секундой возвращалась в многократном размере.       – Просто… не мешай, - только и услышала Сюзанна, когда стеклянная дверь с шумом вернулась на место.       Дальнейшее представление, открывшееся застывшей грифонше, ещё долго снилось ей в кошмарах. Из дна полусферы выдвинулись тонкие металлические конструкции, схватившие тело двуногого. Одна же из них, держа в захвате шприц с неизвестной жидкостью, приблизилась к шее существа, впрыскивая содержимое.       Сюзи не могла отвести взгляд, когда по телу Игоря прошла короткая судорога, после чего его тусклые глаза окончательно потеряли свой блеск, а израненное тело безвольно обмякло. Тут же пространство капсулы начало заполняться полупрозрачной вязкой жидкостью. Поднимаясь всё выше, она дала возможность прийти в активность другим, более мелким манипуляторам.       В горло человека была глубоко вставлена полупрозрачная трубка, одежда и бинты были срезаны. Отрывшаяся на предплечье рана вызвала у грифонши легкий вздох – как целитель, она легко узнала быстро образовывающееся осложнение на месте перелома. Не удивительно, что двуногий практически не двигал правой рукой – удивительно то, как он вообще смог так долго это игнорировать! Боль должна быть просто ужасной!       – Впечатляет, не правда ли?       Испуганно вскрикнув, Сюзанна Грандбелл ужаленной белкой взвилась к потолку. Ощущая, как бешено колотиться еë сердце, грифонша с испугом посмотрела вниз. От увиденного чуть не отвалилась челюсть:       – Что?!       Игорь, уже вполне здоровый и живой, с полностью зажившим лицом и целиком облаченный в знакомую мантию с капюшоном, радостно скалил зубы, преисполненный в своём мнимом превосходстве. Но как?! Это опять какая-то сумасшедшая человеческая шутка?!       – Вижу, ты рада меня видеть, – слегка притупив свою улыбку, двуногий склонил голову на бок. – Но не могла бы ты слезть с потолка? У меня нет роботов, что могли бы убираться под сводом моей обители.       Уголком сознания выслушав просьбу, Сюзанна перевела свой взгляд на ряды стоящих капсул. Уже догадываясь, но всё ещё не веря в собственное предположение, она подметила освободившуюся от двуногой фигуры полусферу, что быстро восстанавливала спущенную жидкость из невидимого глазу пространства.       Только после этого заметив, что до сих пор висит под потолком, грифонша приземлилась напротив своего нанимателя:       – Это… всё ещё ты?       Случайный вопрос неожиданно заставил существо окончательно сбросить с лица довольное выражение. Уже с довольно хмурым выражением морды, человек развернулся, будто по новому окидывая взглядом окружающие его ряды капсул. Сюзанна уже переставала надеяться на ответ, когда тот всё же заговорил.       – Я уже и сам не знаю, – поднеся уже не поврежденную лапу к лицу, Игорь медленно сжал и разомкнул пальцы. – После первого возрождения задаваться подобными размышлениями было некогда. А после десятого… сам смысл данного вопроса утратил для меня своё значение.       Развернувшись к брошенной своим предшественником сумке, двуногий, как ни в чем не бывало, двинулся в указанном направлении, оставив Сюзанну с миллионом вопросов в голове.       «Возрождение»? Всё это время он... умирал и возвращался? Вновь и вновь? Бросив взгляд на уже безжизненное тело того, с кем она, казалось, провела последнюю часть суток, грифонша сглотнула с чего-то ставшей вязкой слюну. Сколько человек на самом деле скрывается здесь?       – Крест, у меня для тебя материалы, – приподняв к камере принесенные пробирки, человек подошёл к малозаметному баку, стоящему в углу комнаты. – Изучи.       – Принято. ...Запущен процесс анализа и разработки компонентов, – отозвался невидимый глазу собеседник, открывая заслонку для приема груза. – Администратор, вам удалось найти требуемый передатчик для реорганизации компонентов?       –Обижаешь, – Игорь хмыкнул, явив свету странную на вид деталь, занимавшую большую часть его сумки. – Где тебе эта штука нужна?       В ответ на этот вопрос участок пола с едва слышимым гулом разъехался в стороны, открывая собравшимся вид на огромное количество переплетённых механизмов и труб. Из пасти двуного вырвалось незнакомое Сюзанне слово, в своём произношении неожиданно точно описывающее предъявленную им картину.       – Не беспокойтесь. Я буду вас направлять.       – Да-да, просто давай быстрей покончим с этим, – Игорь устало вздохнул, оглядываясь по сторонам. Неожиданно его взгляд остановился на грифонихе, что до сих пор с оторопью наблюдала за его действиями. – А ты чего уставилась? Детское время давно вышло. Марш спать!       Указав куда-то на другой конец комнаты, где, словно по записанному заклинанию открылась дверь в другое помещение, двуногий отвернулся к своей работе.       Удивленная таким отношением к своей персоне, Сюзанна хотела было возмутиться, но не вовремя вышедшая на передний план усталость и загруженность прошедших дней решили вновь напомнить о своём присутствии. Выдохнув, благодарная уже за то, что ей не придется провести эту ночь в одной комнате с живыми трупами, грифонша поплелась к указанному проëму.       Открывшаяся в своем тусклом освещении комната показалась Сюзанне неожиданно уютной. Судя по всему, когда-то здесь находился рабочий кабинет, пока чья-то усердная лапа не навела здесь своеобразный порядок. В углу помещения расположилась незатейливая, но впечатляющая по своим размерам кровать, судя по всему, сделанная из остатков ранее располагающегося здесь стола. Многочисленные тумбочки создавали рабочую зону на другой стороне свободного пространства.       Закрытый стенной сейф непрозрачно намекал на то, что человеку было что скрывать, а также напомнил Сюзанне о незавершенном подписании контракта на десяток тысяч крышечек. Хоть она и сомневалась в том, что оговоренная сумма будет особо впечатляющей по своим размерам, но доводы Игоря звучали довольно логично.       Вытерев мокрые перья и шерстку нашедшимся тут же подобием полотенца, грифонша из любопытства подошла к разложенным на тумбах металлическим запчастям и тетрадям. Судя по указанным чертежам, человек знал что делает, но что в итоге должно получиться из разложенных запчастей, осталось для неё загадкой.       – Ну, могло быть и хуже, верно? – устало зевнув, птицекошка легонько вздрогнула, вспомнив неудачную шутку еë спутника. – «Предвестник Горя», подумать только…       Помятый листок, грубо проткнутый в середине тонким прутом, ловко привлëк к себе скользнувший взгляд. Висевшее на указанном металле изображение было не чётким в тусклом освещении довоенных ламп, но своей экспозицией оно быстро привлекло внимание грифонши. Подойдя поближе, Сюзанна приподняла уголок рисунка, оказавшегося довольно хорошо сохранившейся фотографией.       Уже знакомая улыбающаяся морда в затейливом ошейнике заставила слегка скривить лицо. Игорь, гордо позируя во впечатляюще качественной одежде, будто кричал о своей значимости, но больше удивлял не его вид, а цветущий фон позади.       Но не успела грифонша сконцентрироваться на чём-то еще, как полностью открывшаяся ей вторая половина фотографии перекрыла дыхание, от неожиданности содержащегося в ней изображения заставив выступить слёзы на глазах.       Рядом с человеком, проткнутая прямиком через грудь удерживающим фотографию прутом… стояла Принцесса Селестия.