FoE: Лучший Исход

      –Крест... Клянусь, иногда мне кажется, что ты специально говоришь терминами, которые не могут переварить мои мозги! – сменив своё положение лежа на положение полусидя, я отодвинулся от уже осточертевших мне внутренностей лаборатории. – Иначе сложно понять, почему это дерьмо пришлось дважды переделывать. Причем, во второй раз чуть не наебнулась функциональность всех капсул!       – Вероятно, проблема заключается в отсутствии у вас необходимых навыков работы с высокотехнологичным оборудованием.       – Вот и я говорю – понаделали ерунды, а мне теперь разбираться, – фыркнув, отодвигаюсь от закрывающегося люка. – Ну что там? Всё работает?       – Проводится проверка... Нововведенная система распределения включена в общий состав комплекса. Первичные результаты анализа успешно получены. Приступаю к тестированию общей работоспособности. Примерное время ожидания – двенадцать часов сорок четыре минуты.       – То есть ты опять нихрена сделать не можешь, – выдаю заключение, с постным лицом поглядывая в располагающуюся неподалеку камеру.       Уже не слушая нелепых оправданий машины, что последние пять часов явно издевалась над моим гениальным гением, собираю инструменты обратно в специализированный под них ящик. Да, это тебе не девятке под пивко мотор разбирать – здесь одни только прямые руки не много стоят.       За время, проведенное за монотонными объяснениями Креста, я почувствовал тянущее ощущение в голове. Думаю, всем знакомо, когда в неработающий мозг пытаются втиснуть знания, которые в ином случае там даже при самых благоприятных обстоятельствах не появились. Эх, как вновь на лекции вернулся! Только преподаватель уже совсем не тот тучный мужик с довольно натянутым юмором. Да и практику приходится проходить в полевых условиях.       Немного постояв, и ещё меньше подумав, решаю заняться чем-нибудь таким, отчего не болит голова. Например, смазать пару петель, что за два столетия подрастеряли свою музыкальную тишину.       Развернувшись в сторону двери, за которой скрылась грифонша, потягиваюсь, хрустя спиной.       – Ну и как тебе наша гостья? На твой искусственный вкус, разумеется.       В глубине души я надеялся, что эта пернатая гадина в данный момент пытается вскрыть мой сейф. Почему? Воришку легче укокошить, чем очередную жертву обстоятельств. По крайней мере, у меня присутствует такая надежда. Ибо, как именно работает магия Элементов в моей башке, на сколько я полагаю, не знали даже сами Носители.       Пока Крест судорожно крутил своими несуществующими шестеренками в поисках ответа на достаточно простой вопрос, приступаю к монотонной, привычной работе, заодно прокручивая варианты для решения своих насущных проблем. Допустим, Сюзи умеет держать свой клюв на замке... и мне не обязательно затягивать его пассатижами. Возможно, она даже покажет себя с лучшей стороны, как подручный! Ну, это так, если в облаках полетать пару минут.       Едем дальше.       Едва не придавив себе указательный палец внезапно схлопнувшейся петлёй, смеряю ту убийственным взглядом. Если учесть, что проблем с деньгами у меня на данный момент нет, а обстановка на соседних территориях поутихла, остается один извечный вопрос – чего делать-то? Первоначальный план состоял в том, чтобы дойти до Мегамарта и закупиться плюшками и крутыми финтифлюшками, дабы (с)покойно сидеть на жопе ровно, в своей постепенно прогрессирующей норе. Но что-то мне подсказывает: если Проклятие продолжит свои выкрутасы (а причин для их прекращения я в упор не вижу), то моя башня слетит с катушек несмотря на наличие бессмертия. Оно здесь, как раз таки, вовсе не благоприятную роль играет.       Нахмурившись, перебираю пальцами по ближайшей трубе. Да и подарочек от Селестии уже заржавел меня дожидаться в гульских закромах… так, что мы имеем против похода на Арену?       – Ага. Правильно, туда-то мне путь и заказан, – важно кивнув собственным мыслям, хмыкаю. – Интересно, Сангвин знает, что его план похерен моими стараниями?       Поймав себя на общении со стенкой, осознаю, что так и не услышал ответа от ИИ на свой вопрос. Не отрываясь от механизмов, чуть наклоняю голову в сторону главного компьютера:       – Крест, ты там заснул, что ли?       – Ответ отрицательный. Я не оснащен функциями сна или его альтернативой. Ответ на предыдущий запрос... Ошибка! – очнулся мой виртуальный ассистент. – Программам анализа сложно вынести полноценный вердикт субъекту, основываясь лишь визуальных данных, – немного погудев, выдал бессердечный механизм. – Если бы существо поместили в камеру создания…       – А больше ты ничего не хочешь? – вскинулся я, заодно двинув своей башкой по низко закрепленной детали. Потерев ушибленный затылок и подождав, пока пройдет колокольный звон в ушах, беглым взглядом окидываю механизм управления центральной двери, после чего ставлю стальной заслон на место. – В этих склянках мне достаточно вида своей, уже в край осточертевшей рожи. На коллекционирование других «разумных» не тянет, извиняй.       Ничего не сказав в ответ на вновь затянувшееся молчание Креста, перехожу к проверке работоспособности остальных функций комплекса. На сон плевать – с каждым новым клоном у меня есть около суток, на протяжении которых я буду чувствовать себя бодрым и выспавшимся. Что, между прочим, довольно таки неплохо, если подумать. А если подумать ещё – просто великолепно!       А больше думать уже опасно, так что пока остановимся на последнем варианте.       Проверив большую часть закрепленных болтов и гаек, кои даже в других мирах сохранили свой внешний вид (и прежний функционал, со вздохом располагаюсь в своём небольшом уголке для отдыха. С довольным видом оглядев прошаренную мной вдоль и поперек лабораторию, вытягиваю из стоящего здесь же ящика бутыль с тёплой выдохшейся газировкой. Ах, вот она – мечта механика-интроверта! Только градуса в напитке не хватает. И раков. А ещё хочу мильëн баксов!       – Но ведь вы сами приказали отредактировать профиль образцов, – неожиданный задумчивый голос из динамиков грубо разогнал новообразовавшиеся облачные города, заставив моё великолепие подавиться честно наворованным напитком.       – Что? – протирая пятно на плаще, злясь на то, что мне помешали насладиться честно выполненной работой, не сразу понимаю, о чём идёт речь.       – Вы указали, что не довольны окончательным видом готовых образцов, – как ни в чем ни бывало пояснила жестянка. – Но изменить их стандартный вид было вашим условием.       – И что с того? – со скучающим видом поводив пальцем по горлышку бутылки, приподнимаю бровь. – Это было сделано в сугубо научных целях... я ведь тебе объяснял.       – И я всё ещё не понимаю, как внешний вид должен влиять на выживание в критических условиях. Внесëнные изменения даже не заключаются в маскировке…       Пока я не успел приказать ему заткнуться, от равномерно гудящих баков, куда были помещены принесенные мной пробирки, раздался небольшой писк, заставивший Креста ненадолго закрыть свой несуществующий рот.       Иногда мне кажется, что эта искусственная пародия на разум таки имеет нормальные мозги и попросту троллит меня. Ну да, я немного отредактировал своё лицо… и ещё парочку вещей. Нет, ну а что? Вы хотите сказать, что, будучи в моей ситуации, с моими же возможностями, не сделали бы того же? Мне здесь один хрен не перед кем красоваться, так хоть собственное эго потешу. Не доросли ещё местные лошади до справедливой оценки прекрасного, что поделать!       – Администратор, закончена предварительная оценка предъявленных образцов, – смена темы Крестом прошла успешно, что не могло не радовать. Щас посмотрим, ради чего я рисковал целостностью своей шкурки. – Первичный вердикт – ДНК насекомого. Производиться конструирование примерной модели представителя вида.       Ответ убил.       – Что, ещё раз? – до конца не веря в сказанное, привстаю, дабы моим зрительным аппаратам было лучше видно информационную панель.       – Повторяю. В изученных материалах раскрыта ДНК представителя неизвестного вида существ, предположительно членистоногих или близких к ним родственников, – невозмутимо отрапортовал ИИ. – На экране производится моделирование примерного вида взрослой особи…       Тупо постояв на одном месте, с медленным выдохом выпускаю из себя остатки своего неимоверного терпения.       – … нахуя?       – Извините? – Крест прервался в докладе, переведя одну из внутренних камер на мой быстро краснеющий еблет.       – Нахуя, я спрашиваю! – подскочив, вскидываю руки в праведном гневе, заодно вновь расплескивая напиток. – Я почти дважды подорвался, ползал по дерьму, едва не был расплющен и чудом не сдох на обратном пути! Ради чего?! Куска жидкого таракана?!       На мой довольно риторический вопрос искусственный управляющий решил не отвечать.       Швырнув уже пустую бутылку в ближайший угол, не обращая внимания на устроенный беспорядок, оглядываюсь по сторонам в поиске чего-нибудь, что можно было бы без последствий расхерачить об пол. Мой взгляд некоторое время блуждал по комнате, прежде чем наткнуться на потрепанную голову грифонши, сонно выглядывающей из дверного проема.       – А ты чего выползла?! – уже тише, но всё ещё с раздражением в голосе переключаю внимание на возникшую пернатую.       Сюзанна было попятилась обратно, но раздавшийся грохот буровой установки прервал эти тщетные потуги. Немного пораскинув мозгами, до меня дошло, что звук исходил от моей знакомой... И был не чем иным, как урчанием живота.       Ох уж эти смертные.       Вздохнув, делаю несколько прерывистых вдохов и медленный выдох. Ладно, хорошо. Эту трогать пока не будем. Подумаешь, лишний раз дал маху. С кем не бывает? Деталь то я добыл. Не помер? Уже плюс!       Успокоив себя данной мантрой, уже без злости машу рукой потихоньку сваливающей грифонше:       – Сиди уже, раз проснулась, – направляясь в сторону капсул, оглядываю взглядом их содержимое. – Есть хочешь?       В ответ последовала череда быстрых кивков, которые неуклонно замедлялись по степени моего приближения к камерам создания. Уже не обращая внимания на растрёпанного представителя птицекошек, дохожу до нужного мне «витража». Несколько перестукиваний по кнопкам панели, и содержащийся "бульон" начал постепенно уходить.       – Ты что?! – выдохнула Сюзи, с непостижимым отвращением вглядываясь в выбираемые мной куски плоти. – Ты… ты ешь…       – Наконец-то! Кто-то, с разумной точкой зрения! – с какой-то радости зашуршали динамики, обрывая невысказанное возмущение грифонши. – Администратор, я уже ни раз уведомлял вас, что хранение добытой дичи в камерах создания – непозволительное нарушение заданных комплексом норм!       – А где мне еë ещё держать?! – бросая промаринованное мясо радсвина на оборудованный под обеденную зону стол, делаю стойку руки в боки, с ответным возмущением оборачиваясь в сторону говорившего (что, по сути, не имело никакого смысла). – Уж извини, но рабочих холодильных установок я здесь не наблюдаю!       – Это не повод растрачивать драгоценное оборудование, используя его как кухонный инвентарь.       – Ты снова возвращаешься к этой теме? Я уже сказал тебе, что не буду жрать твоё искусственное дерьмо!       – Пища, выведенная по моим формулам, гораздо насыщеннее и содержит куда меньше вредных нитратов и канцерогенов…       – Вот сам еë и жри! Диетолог хренов, – оборвав новую лекцию в самом её начале, сплевываю, мгновение спустя оборачиваясь к Сюзанне. – А ты что? Тоже мне нотации читать собираешься?       Изумленная нашей перебранкой грифонша пару раз тупо хлопнула глазенками, после чего во внезапной панике покрутила головой по сторонам, будто проверяя помещение на наличие ещё одного возможного собеседника. Таки поняв, что мой праведный взор обращен к ней, а не ловит очередные галлюцинации, гостья выставила свои передние лапы в защитном жесте:       – Я… н-нет! Вовсе нет!       Будто этого было не достаточно, она яростно замотала головой, забавно топорща перья. Смерив данную сцену недоверчивым взглядом, всё же возвращаюсь к разделке туши. Вообще, здесь и так только освежеванное мясо, но никто не мешал мне разрезать его на порции. Жизнь одинокого холостяка давала свои бонусы, так что с готовкой и разделкой у меня проблем не было… по крайней мере, ещё никто не жаловался.       Пока я методично разрезал ляжку мутировавшего порося, Сюзанна прекратила разгонять ветер своими птичьими лапищами. Переместившись на все четыре, грифонша вытянула шею, пытаясь разглядеть творившийся на столе процесс. Бедняга, у неё даже зрачки расширились. А ведь я понятия не имею, сколько она до этого не ела. Совсем уже одичал в своей железной пещере.       Подойдя поближе, Сюзи остановилась неподалëку от меня.       Подавив инстинктивное желание потрепать четвероногое существо по холке, проникаюсь процессом, ненадолго ослабляя напряженные мышцы. Не так уж всё и плохо на сегодняшний день, если подумать. В конце концов… у меня в кои-то веки появился живой собеседник! Можно даже подумать, что неминуемое схождение моей протекающей крыши ненадолго откладывается.       Тем временем, переводя свой взгляд то на возвышающийся профиль моего юного гения, то на содержимое стола, Сюзанна будто решала свой внутренний конфликт. Уж не знаю, чем закончилась эта борьба, но, вздохнув, грифонша всё же уселась в позу ожидания:       – Так это…       – Радсвин, – не дожидаясь полноценного озвучивания вопроса, поднимаю отрезанный кусок, смеряя его придирчивым взглядом. Удовлетворенно пожав плечами, закидываю в рот творение собственного поварского искусства, искренне наслаждаясь растекающимся по ротовой полости вкусом. Отступив на полшага, делаю Сюзанне приглашающий жест рукой. – Угощайся.       Пару секунд потупив, мой бравый наёмник заметил мои довольно явные попытки скрыться.       – А как же ты? – сглотнув голодную слюну, грифонша ненадолго оторвалась от гипнотизирования разделанной еды, словно чувствуя необходимость в проявлении хоть каких-то манер.       – Меньше вопросов, больше жуй, – под данный указ и сам ухватив со стола несколько довольно мясистых кусков, я двинулся в сторону освободившейся комнаты.       Конечно, можно было использовать образовавшееся время для разговора по душам… объяснить некоторые тонкости, задать парочку наводящих вопросов и тому подобное. Но, во-первых, я далеко не так хорош в подобных вещах, как хотел бы казаться, а во-вторых, потенциальный объект для сближения в данный момент умирает за обе щёчки так, будто лежащее перед ним мясо с минуты на минуту собиралось сбежать.       Не собираясь более очаровывать свою незваную гостью своим же присутствием, удаляюсь в полумрак переделанной мною комнатушки, напоследок бросив разочарованный взгляд на панель главного компьютера, где Крест всё также усердно пытался спроектировать существо по открытой молекулярной модели.       Подумать только – «насекомое»! Столько времени впустую…       По приближению дверь заманчиво пискнула, предлагая мне последовать внутрь своей обители. Что я, собственно, тут же и сделал. Мой безопасный уголок… на удивление, находился в относительном порядке. Не то, чтобы я собирался увидеть здесь картину безысходности и разрухи чумы восемнадцатого века, но кто знает этих грифонов? Может, они перед каждым привалом себе гнёзда вьют и устраивают жуткие сцены жертвоприношения в последствии.        Без проблем осмотрев сейф, тумбочки, и зачем-то заглянув под кровать, я дважды перепроверил последнюю на наличие нежеланного пуха и шерсти. На удивление, всё оказалось в условном порядке. Каким бы животным ни являлась эта птицекошка – она не линяла.       Осталось прививки поставить и можно выводить на улицу, заблаговременно надев поводок с ошейником. М-м-м… делают ли намордники для птиц? Не важно.       Привычно набрав на сейфе заменённый код (старый был найден в потаенных файлах личной базы данных местного куратора), вынимаю большую часть своих огнестрельных запасов. Короткий пулемет и последняя серебряная винтовка (таки запрятанная в рюкзаке со времён посещения восемнадцатого комплекса) для меня, плюс линейный револьвер для грифона. На этом сбережения, собранные из различных уголков близ располагающихся ко мне зон, нащупали своё дно, за что можно сказать большое «спасибо» тупоголовому стаду "аликорнов".       Что же, в скором времени мне всё равно потребовалось выйти в пони. Прикупить хоть тех же патрон и усов. Блять, каких ещё усов? Ай, не важно! Как бы заманчиво это не звучало, нельзя вечно прятаться от глаз вездессущих участников группировок. Хотя, я бы мог сказать, что у меня это отлично получалось в течение определённого времени.       – Раз-два-три-четыре-пять, будем деньги собирать… тьфу, кому вообще в голову пришло расплачиваться колпачками от газировки… – приподняв в руке образовавшийся вес, я мысленно представил его десятерной объëм. – Ахренеть, через "А"! Куда она вообще планирует девать весь этот металлолом?       Достав рассортированные по сотням крышечки, я, если честно, совсем немножко прихуел от того, сколько места занимает этот хлам. И ведь никто не упоминает о том, какого он качества! Дешёвый материал автоматически означает, что это дерьмо легко гнётся, портится… и в принципе подвергается деформированию "за здорово живёшь". И, тем не менее – каждая найденная жестянка в своем максимуме имеет лишь небольшие потёртости и сколы. Что порождает повод для ещё больших вопросов.       – На которые я больше не буду терять ни секунды своего времени, – кивнув собственным мыслям, пробегаюсь глазами по вещам, которые было бы неплохо взять с собой. Но, вроде как, большая часть из необходимого запаса осталась в моей сумке. – Ладушки. Перед смертью не надышишься, перед сном не напиздишься, перед зеркалом не накрасуешься, а мне ещё работать надо!       Выйдя из комнаты, застаю свою новую спутницу за заглатыванием цельных кусков мяса напрямую со стола. Минуя не только столовые приборы, которых и так, по сути, не было, но и собственные лапы. Вот это пэ́с! Я бы даже проникся подобием уважения, если бы не тот факт, что кликуха последней включала в себя все достоинства потомков былой аристократии.       Заметив моё появление, неотразимая в своем великолепии и утонченности, Сюзанна Грандбелл поспешила ретировать свою переднюю половину туловища со стола.       Вздохнув, слегка потираю переносицу. И на что я только подписался?       Ненадолго отбросив печальные мысли и окинув взглядом следы недавней бойни между голодной птицей и уставленным едой столом, я с новым беспокойством посмотрел на выбранный ассортимент оружия, который собирался вместе со мной покинуть данную обитель. Вероятно, мне стоило оставить кое-что про запас. И, учитывая, куда теперь лежит мой путь, грифонша так же должна входить в этот список.       Вот только сама мысль о том, что по моему главному (и единственному, чего греха таить) убежищу без присмотра будет шататься малознакомая мне форма жизни, бросала меня в дрожь. Ну да ладно. Не может же она быть настолько бесполезной?       Осознав, что до сих пор пялюсь на своего работника как на инструкцию по сбору многофункциональной табуретки, с тихим вздохом потираю переносицу.       – Эм… что-то не так? – не вытерпела давления моя недавняя спасительница.       – Да. Я понятия не имею, что с тобой делать.       От такого прямолинейного ответа грифонша вновь встала в небольшой ступор. Я бы тоже удивился, если бы не весь этот затянувшийся широкополый заëб с внезапно устроенным цирком Карнолевского, преследующий меня больше, чем мне изначально хотелось.       – Так! – с громким стуком выложив револьвер, чем заставив рефлекторно дёрнуться свою собеседницу, пододвигаю стул, усаживая на него свою пятую точку. – Начнем с малого. Ты знаешь, что это?       – Оружие? – осторожно склонила черепушку допрашиваемая.       – Допустим, да. На шоколадный торт мало похоже, – скептически хмыкнув, пододвигаюсь поближе. – Что ты можешь мне о нём рассказать?       – М-м… оно… металлическое? – так же неуверенно протянула Сюзи, начиная смотреть на меня жалобными глазами.       – Потрясающая наблюдательность! – подкинув огня в начинающийся нервный тик, наклоняюсь ещё дальше, раскрытой ладонью указывая на потасканную пушку. – Что ещё? Разновидность? Калибр? Маркировка? Куда нажать, чтобы эта штука сделала ба-бам?       Поняв, что начинаю нести околесицу, хлопаю по столу, резко откидываясь на спинку кресла. Кресла, что на самом деле являлось подлым стулом. На котором эта самая спинка отсутствовала.       В дальнейшем, уже лежа на холодном полу, я оглядывал возвышающийся передо мной потолок, разгадывая в его витиеватых узорах ответы на наиболее скрытые тайны вселенных. В чём смысл жизни? Есть ли будущее, к которому стоит стремиться? Почему Спанч Боб – губка? Они ведь не разговаривают, в конце концов. Вроде нет.       Или всё же…       – С тобой всё в порядке? – между мной и всеведущим сводом протиснулась растрепанная голова полуптицы.       – А похоже?       – Не очень, – скептически прищурила свои светло-голубые глазенки уроженица рода Гранд-Белл.       Фыркнув на данное заявление, всё же поднимаюсь с пола, тем самым грубо прерывая свой текущий сеанс внеземной связи. С этим надо что-то делать. И это никак не связанно с отсутствием спинки стула. Данный вопрос о неподготовленности молодого курсанта должен решаться быстро, молниеносно и максимально чётко.       – Сейчас отвечаешь коротко и ясно, – кидая заряженный револьвер в резко выпрямившуюся грифоншу, скрещиваю руки на груди. – С боевым/холодным/тактическим оружием обращаться умеешь?       – Нет! – выдохнула опрашиваемая, чудом поймавшая мою подачу.       – Автотранспортные средства водить умеешь?       – Э-э-э… нет?       – В боевых действиях участие принимали, тяжелым физическим нагрузкам подвергались?       – Охота на пещерных кроликов считается?       – Нет.       – Тогда нет.       – Отлично! Вы приняты, – удовлетворительно кивнув, закидываю на плечо свой походный рюкзак. – Наш выход через пятнадцать минут. Время пошло, курсант!

* * *

      Размеренный стук колёс разбавлял гнетущую тишину. Покачивающее движение вагона притупляло бдительность, не позволяя разуму сосредоточится на окружающей обстановке.       Поезд? Не припоминаю, чтобы куда-то ехал.       Лениво исследуя внутренности движущегося состава, мой взгляд остановился на окне, за которым открывался путь в никуда. Непроглядный туман медленно проносился мимо открывающихся точек обзора.       Где я? В голове царит настораживающая пустота.       Глубоко вдохнув застоявшийся воздух, делаю шаг вперёд. Собственные движения скованны, будто тело проталкивается сквозь невидимый кисель. Продвигаясь по открывающемуся коридору, прохожу мимо пустующих отделений купе. Пытаться прислушиваться бесполезно – всё внимание тонет в тянущем перестуке пролегающих под поездом шпал.       Куда движется состав? Где-то должен быть машинист!       Приближаясь к концу коридора, слух наконец-то уловил посторонний шум. Будто тихие голоса сливались друг с другом, образуя едва слышную какофонию. Судя по всему, этот неясный гул исходил из последнего купе.       В настороженности замедлив продвижение, с затаённым дыханием протягиваю руку к закрытой двери. Теперь стало ясно – За ней кто-то есть. Напряжение, повисшее в воздухе тяжелой дымкой, чувствовалось в каждом движении. Ухватившись за ручку, рывком распахиваю заслон.       В купе было пусто. Единственным отличием от его прошлых клонов была пара оставленных пустых сумок на расправленных полках, да свиток с пером, слегка шелестящих под движениями невидимого сквозняка.       – Очнись, дитя моё.

. . .

      – Хозяин, вы в порядке?       Резко распахнув глаза, выскальзываю из причудливого сна.       – Какова ситуация?       – Э-э-э… что? – слегка отходит в сторону растерянная Сюзанна.       – На нас напали? Опасность поблизости? – всё больше приходя в себя, оглядываюсь по сторонам. Когда это я умудрился заснуть? Проморгавшись, окончательно принимая своё бренное существование как должное, осуществляю положение сидя. – На крайний случай можешь рассказать о погоде и текущих ветровых потоках. В ином случае я не засчитаю твой доклад.       Пока ошеломленная моим запросом грифонша отрабатывала свой хлеб, работая синоптиком, я пытался сложить воедино события текущего дня. Мы вышли из комплекса, дернулись было в сторону Могильника, но раздавшиеся с той стороны крики несчастных убедили нас выбрать новый маршрут. Сделав впечатляющих размеров крюк, мы чуть не заблудились, после чего единственный летун в нашей паре заядлых туристов немного поработал своими дополнительными конечностями, разведывая территорию.       Поняв, что мы ползëм по самой окраине земель рейдеров, я, недолго думая, махнул рукой по знакомому маршруту, взяв за веру, что наша вылазка станет не хуже предыдущей. По итогу зашухиревшись от удивительно малочисленных неудачников, что боясь собственной тени сидели по чудом сохранившимся укреплениям, мы допëрли до знакомого мне дома, откуда мной была спасена лимонная кобыла со своим кобыленком. И да, оставленные здесь же трупы работорговцев уже кто-то основательно подъел.       – … влажность воздуха где-то шестьдесят, эм, плюс ещё двадцать…       – Ладно, заткнись уже, – обрываю хрюкнувшую на полуслове грифоншу. Глядя в окно на потемневший пейзаж, слегка прищуриваю глаза. – Сейчас вечер, ночь… или уже утро?       – День, – отрапортовала наемница.       – Я так и думал, – протираю глаза. – Давненько моя сонливая сторона себя не показывала. Старею видать.       – Ваш сон продлился несколько минут, – Сюзи, как ни в чем ни бывало, продолжала закапывать моё чувство собственного достоинства. – Мне показалось, что с вами что-то случилось – вы будто и не дышали вовсе.       – Знаешь, не все во сне храпят как паровозы, – хмыкаю, проверяя донышко переносной кастрюльки (что обнаружилась тут же) на предмет оставленной пищи. – И что случилось с твоей манерой речи? Каждое твоё «вы» делает меня на год старше.       – Кьх… я не храплю! – заикнулась пернатая. Немного подувшись, птицекошка слегка потерла предплечье, собираясь с мыслями. – И… это стандартное обращение контрактников к нанимателям. Я об этом от брата слышала.       Таки обнаружив столь желанный перекус на дне поржавевшей тары, здесь же и утолив своё утонченное безразличие к гастрономическим изыскам, вытираю остатки каши на своей руке о ближайшую тряпку. Интересно, а чего она так о нём печется? О брате, то бишь. Я этому пернатому тоже косвенно должен – надо же было с таким придурковатыми именем ходить. Хм. Это у них, видимо, семейное.       Покосившись на собеседницу, таки нащупываю языком застрявшую меж зубов ворсинку.       – Ко мне можешь обращаться на «ты». Сомневаюсь, что я настолько важная персона, чтоб при обращении языком лезгинку выкручивать… кхм, да и в бою быстрей информацию доносить, – удивляясь тому, как усложняет жизнь обычное вежливое общение, таки сплевываю выцарапанную из дёсен шелуху. – Короче, ты меня поняла. "Хозяин"... *кхм* я, может, и есть... хоть и по этому поводу есть пара вопросов. Короче! Если чё сказать надо - не мни перья на жопе. А то выпадут.       Довольный ясным окончанием речи, окидываю Сюзанну фирменным взглядом «да, я настолько хорош». Правда, вряд ли та его заметила, ибо весь вид грифонши говорил о глубоком мыслительном процессе, протекающем в черепной коробке столь юной персоны. Но небольшая тренировка никому не повредит.       Подождав какого-либо ответа с пару минут, но получив только неуверенный кивок с кривоватой улыбкой виноватого карася, махнул рукой – такой оратор пропадает! Отряхнув плащ от прилипающей к нему пыли, беру винтовку и, взвесив ту в руках, оглянулся на притихшую грифоншу:       – Если больше вопросов нет, собирайся. Не знаю как у вас, полукошек, принято, а я бы хотел успеть добраться до темноты.       Быстрым кивком показав, что мои слова не пролетели мимо ушей, Сюзанна прицепила к себе импровизированный пояс с небольшой крытой сумкой моего собственного производства. То, что у неё было до этого, успело раз десять порваться, испачкаться и прийти в негодность.       Выбравшись из руин нашего временного убежища, мы двинулись в сторону от прошлого маршрута. Эх, даже воспоминания нахлынули… не самые приятные, если честно. До сих пор до конца не понимаю, что именно тогда заставило меня ринуться из пекла в полымя, к наёмникам, что проделали во мне несколько лишних дыр.       А ведь я ведь никогда не стремился ко всему этому. Убийства, месть, опасности и прочее… разве это не прекратилось, так и не начавшись? Обычный студент, обычная квартира и всё такое. А здесь – как с цепи сорвался.       Может, дело в относительной безнаказанности. Преступника в Пустоши выловить не сложно. Но как его наказать, если все, по большому счету, делают одно и то же? А ведь мне и смерть не грозит… так таковая.       – В Метамаркет… э-э-э, ну, в место, куда мы идём. Туда нельзя попасть после наступления ночи? – философские мысли оборвала четвероногая спутница моей одинокой жизни. – Или ночью есть какие-то особенные опасности, о которых стоит знать?       – Всё просто, – ухмыляюсь, – ночью, дорогая моя, я хочу спать. Да и кто тебе сказал, что мы идём в Мегамарт?       – Эм… ты? – неуверенно покосилась на меня грифонша.       – Тебе, наверное, приснилось, – пожимаю плечами, окидывая взглядом простирающиеся перед нами пустоши.       Серая дымка, что спускалась будто с самих облаков, доходила практически до самой земли, витая, казалось, в считанных метрах над головой. Редкий дождь удобно прекратил своё существование за то время, пока мы находились в доме, так что маршировать через покинутые богом земли стало достаточно удобно.       – Так, если мы направляемся не в Мегамарт… то куда мы идём?       – М? – поняв, что опять отвлекся, сдержанно морщусь. – Ах, это. Я тут подумал, что было бы неплохо навестить старого друга. Вернее, подругу.

* * *

      – Не похоже, что нас здесь рады видеть… – ежась под пристальными взглядами местной охраны, Сюзанна обеспокоенно поглядывала в мою сторону. – Так... здесь живёт твоя «подруга»?       Четверо стволов попеременно не спускали с нас своих орудий, пока посыльный у ворот по рации передавал весть о нашем прибытии. Ну надо же, как родных встречают! Как говорится, чуть ли не хлебом/солью. Остаётся надеяться, что последняя не заряжена в виде картечи, а булки будут печь не из нас.       – Не дуйся, это типичное «привет, как дела?» в реалиях нашего времени, – не обращая внимания на обстановку, всё же стараюсь не делать резких движений. – И вообще – думай о хорошем. По нам даже не сделали предупредительного выстрела!       – Звучит не очень хорошо, – грифонша от чего-то не спешила вступать в мир бабочек и радуги.       Ну и ладно, мне там и одному хорошо.       Наконец, с ворот донеслось раздражëнное «впустить!», и нас, по-быстрому обшмонав, затолкали внутрь Академии. Или как у них здесь этот здоровенный планетарий называют. Вы ведь уже и так поняли, куда я приполз, верно? Об этом могли намекнуть снующие здесь пони-зебры или вон та огромная стеклянная крыша центрального здания.       Но вы спросите – Коля, ты ёбу дал? Зачем тебе понадобилось лезть к Зодиак, если с Блекджек тебе поговорить так и не удалось, а местные ветеринары при любой возможности готовы тебя пустить по составляющим?       И я вам даже больше скажу! Каждый час, что моя тушка проводит на местных конвейерах, увеличивает и без того немалый шанс спалить всю контору с моими возрождениями и прочими увеселениями.       И что же? Я, получается, такой круглый дурак, что лезет к спящему крокодилу в пасть, попеременно почесывая перышком его носовые полости? Ну как вам сказать… у меня есть свои причины выполнять подобные выкрутасы.       Зодиак… она же, типа, умная, да? Профессор и всё такое. Да вперёд, неё тут целый корпус из таких же учëных-пиротехников! А это значит что? Правильно – где ещё искать ответы на вопросы, ежели не здесь, в храме всех наук? И нет, я не собираюсь спрашивать еë о смысле жизни и есть ли та самая жизнь после смерти. В этих моментах я сам кого хочешь по понятиям раскидаю. Меня интересует другое.       Элементы Гармонии.       Чёртовы, трижды лично мною проклятые. Таинственные сны, глюки прошлого и настоящего, влияние на мои действия и решения… всё это меня уже конкретно так подзаебало. И данные приколы не проходят даже после реинкарнации (если мой случай можно так квалифицировать)! Поверьте, я проверял. И не один раз, если на то пошло.       И, раз уж все прежние владельцы этих побрякушек так вовремя передохли (скорее всего, не будем забывать в каком мире я живу), остаётся надеяться, что у главного всезнайки Пустоши найдётся способ решения моей немаленькой проблемы. Ну, не знаю, вдруг я к Зодиак зайду чаю попить и так между делом спрошу «Хей, а не найдется ли у тебя чего от проклятия Древних Артефактов, название которых успели все позабыть, если вообще о них слышали?», а она такая: «Ой, ну чего же ты молчал, у меня как раз есть сто и один вариант решения проблемы именно на такой случай! На две таблетки, пей каждый день до скончания жизни и всё пройдет», ну и я такой сразу «Вау, спасибо!».       Что-нибудь типа такого.       – Зодиак примет Человека в личной лаборатории, – одна из бледнолицых ассистенток указала на широкие закрытые двери за спиной, при этом переглядываясь между мной и Сюзанной так, будто не могла понять, о ком идёт речь. – Остальные ждут в приёмной.       Ну да, тут таких «остальных» целый батальон в ближайших кустах скрывается. И чего они меня по имени звать бояться? Я же их плюшевые имена как-то запоминаю! Вот буду ходить и каждому говорить: «Эй, Пони, давай, руки вверх и отдавай свои манатки»... э-э-э, не то, чтобы я когда-то так делал. Хе-хе.       Но кому такое обращение понравится, а?       – Лады, – кивнув полупони, следую к дверям «личной лаборатории» самой Зодиак (надо же, какая честь), напоследок помахав с чего-то растерявшейся Сюзанне. – Давай, не скучай тут. Я быстро – туда и обратно. Всех делов на двадцать минут.       Двери за мной закрылись, скрывая моё лицо от открывшегося было клюва Сюзанны. Интересно, найдут ли и ей применение местная команда зоологов? Сомневаюсь, что грифоны у здесь частые гости.       По крайней мере, не живые.       Ещё чуток помахав закрытой двери, поворачиваюсь к внутренностям помещения, убирая свои культяпки за спину. Что ж, осталось перетереть с главным альбиносом и дело с концом. Интересно, раз уж это, считай, еë храм, то на этот раз мы увидимся лично? Или опять через плазму сюсюкаться будем? Ох, а может всё это время вместо настоящей кобылы была сфабрикованная голограмма и на самом деле «она» – это усатый пожилой жеребец-извращенец, что скрывает свою настоящую личность от общественности?!       Да не, бред какой-то. Зачем кому-то проворачивать подобное?       – Приветствую, Игорь. Давно же вы не показывались. Возникли затруднительные обстоятельства? – проскользнувшая в обращении доля ехидства не скрылась от моих ушей.       Знакомый полумеханический голос заставил (ага, насильно и с большим садизмом) повернуться к его источнику. Видать, и в этот раз через динамики говорить будем ... ох, святая Фасолина...       Из начала коридора железных столов, что вы могли бы видеть в любом отделе хирургии, заставленных всевозможными инструментами и сопутствующих с ними дополнениями, стояла…о? Не поймите не правильно, я не слепой, вижу, что это кобыла. Но попробуйте скрестить мечту киборга и среднестатистическую лошадь! Мать Деуса, ты ли это? Надеюсь, что нет… а то как-то неловко бы вышло.       – Удивлены? – слегка улыбается роботизированный единорог. – Не стоит стесняться, многие теряют обладание при виде моего искусства. Теперь, когда мы встретились лично, позвольте мне представиться повторно – Профессор Зодиак, глава и наследница этого места.       – Ага, приятно слышать, – подобрав отвисшую челюсть, слегка морщусь от тембра своей собеседницы. – Думаю, мне повторять своё имя смысла нет – так быстро их не меняют.       – Сойдёмся на этом, – кивнула робопони. Или так называть еë не правильно? Там, вроде, и «живые» части тела имеются. Не сбавляя оборотов, слегка женственная особа чуть обернулась на стройные ряды скальпелей. – Так что же вас привело ко мне на сей раз? Стоит ли мне предполагать, что наша договоренность выполнена?       Как-то не нравятся моей личности её гляделки с острыми предметами… да и с Блекджек я лихо пролетел. Надо бы съехать на другую тему разговора, пока я с пола постепенно на местный стол не перекочевал.       – Тут такое дело… – слегка замявшись с ответом, потираю затылок, – с этим возникли небольшие трудности.       – Понимаю, – кобыла неожиданно прерывает меня, перехватывая инициативу. – К сожалению, после инцидента во Флэнке, моя личность в глазах Охранницы оказалась весьма запятнана. Мне стоило лучше информировать своих подопечных... что не отменяет их наказания.       Наблюдая, как изменилось расположение Зодиак, я невольно поблагодарил этих бездарей. Мне же теперь проще. Не знаю, правда, какой именно инцидент там произошел, но, вроде как, не по мою душу. Осталось только сдержанно покивать, принести соболезнования и плавно перейти к цели моего прихода.       – Да-да, очень жаль, что я не успел встретиться с БиДжей заранее. Когда мы виделись в последний раз, ту пытался разнести на куски наш ведроподобный друг.       – Кстати об этом, – Профессор кинула в мою сторону пристальный взгляд, – вы уже обдумывали своë вступление к их шайке болванов? За убийство их первосортного бойца вам гарантированно место среди Потрошителей, насколько мне известны их исконные "правила".       У меня пропал дар речи. Что?! Во-первых, какого чёрта она знает о произошедшем?! Во время подрыва рядом никого кроме нас двоих не было! А если кто и оказался, то разложился на атомы. Во-вторых… стоп, нет, здесь для шока достаточно и первого пункта!       – Откуда вы…?       – Откуда я знаю? – вновь ухмыльнулась кобыла. – Наверное, вы не до конца поняли, с кем имеете дело. Я – исконный руководитель Хуффингтонского Университета и глава клана Зодиак. Пони, находящаяся на вершине одной из сильнейших группировок Пустоши. Для меня информация – тот же ресурс. И добыча этого ресурса является одним из моих приоритетов.       Ладно, я понял. Низкой самооценкой она не страдает. С другой стороны – мы союзники! Какие-никакие, но что-то она может, как следует уяснить из всей этой речи. Вряд ли, правда, будет прикладывать к этому большие усилия, но лучше так, чем сидеть в комплексе с голой задницей.        – Мх-м, это многое объясняет… наверное, – пожав плечами, я огляделся по сторонам в поисках невидимых фанфар, что должны были заиграть в конце монолога моей собеседницы, но лаборатория осталась погружена в относительную тишину. – Но не волнуйтесь. Что касается Потрошителей, то мой профиль попросту не подходит к их устоявшемуся контингенту. И… я всё равно поговорю о вашем предложении с Блекджек при встрече. Мне кажется, что для вас от этой программы будет больше смысла.       Вы когда-нибудь слышали, как смеётся робот? Так вот, мне довелось собственными ушами улавливать его хихиканье. Не звонкое, не хриплое, а такой… хрусталь вперемешку со сталью. Словно обычный смех перемешали в блендере и добавили в него несколько колючих болтиков.       – Ну разуметься! – прикрыв копытцем свою практически белоснежную мордочку, Зодиак прикрыла глаза. – Меньшего я от вас и не ожидала.       Быстро успокоившись, мехпони оглядела меня более "тёплым" взглядом. Если так можно сказать о взгляде киборга. Будто не дождавшись чего-то, Профессор вновь обратилась ко мне:       – С этим, полагаю, мы закончили. Но, если вы не против, я бы хотела узнать о цели вашего сегодняшнего визита. Сомневаюсь, что у вас просто возникла тоска по моему обществу.       Я удержался от того, чтобы смачно хлопнуть себя полбу.       – Да-да, конечно. Видите ли, мне сейчас бы не помешал совет от просвещённой… зони.       На этом моменте мой мозг заботливо поставили на паузу. Что дальше? Как ей объяснить проблему? Бля, только не говорите мне, что я стал одним из тех типов людей, что сначала делают, а потом не то, что думают, а сидят в шоке с широко раскрытыми глазами и ртом, способным проглотить небольшую ворону. Ну! Давай башка садовая, выдави ей уже что-нибудь логичное и ничуть не подозрительное!       – … предположим, какое-то существо попало под негативное воздействие сильного артефакта…       Заебись, отличное начало. Далеко пойдем.       – Насколько сильного? – тут же поинтересовалась киберпони.       – Очень сильного, – дважды кивнув для убедительности, я продолжил пинать собственный мозг в поисках подходящих слов и определений, – и это воздействие не пропадает… уже очень долгое время. Внешне оно не слишком заметно, но внутренне… скажем так, мешает. Есть ли какой-нибудь способ отменить этот эффект?       Пока я обеими руками выдавливал из себя внятный вопрос, с меня сошло семь потов, но это, вроде как, того стоило. Зодиак слегка закатила свои подсвеченные глаза, заодно потерев копытцем подбородок. Пока она думала, я постепенно убеждался, что одними таблетками дело не ограничится. Нет, вы не подумайте – на такой вариант серьезно рассчитывал бы только конкретный идиот... но разве мой конкретный случай может быть настолько сложен?       Наверное да, раз уж мы говорим о "самых могущественных силах" на планете, коими с полплевка побеждали тысячелених Повелителей Вселенского Хаоса.       Прошло не так много времени, но я уже начинал заново покрываться потом. Нет, правда, почему она так долго думает? Может, переклинило чего? Щас заглянет охрана с проверкой, а тут нервничающий гуманоид с намертво застывшим лидером опаснейшей группировки в ступоре стоят. Вот веселуха будет бегать от последователей клана и учёных, которых не будет сдерживать слово их руководителя.       Наконец, помяв свои всё такие же белые губы, Профессор опустила копыто, вернув мне взгляд своих механический глаз:       – Непростую задачу вы мне подкинули, дорогой друг. Если речь шла об обычных заклинаниях или действии среднестатистических амулетов, то их действие можно прервать обычным контрзаклинанием или подходящим ритуалом. Но, раз уж вы уверены в том, что артефакт обладал достаточной силой, чтобы его эффект смог остаться на испытуемом после всех пройденных промежутков времени… У нас не так много вариантов.       Чувствуя, как обречённо ухнуло сердце, я прикусил губу. Теребя пальцами так, будто между ними скакала неуловимая блоха, меня терзало ощущение медленно наползающего пиздеца.       – Каких вариантов? – не выдержав новой паузы, я в нетерпении склонил голову к собеседнице.       – Первое, и достаточно трудное решение – подвергнуться воздействию артефакта вновь, – покачав головой, вздохнула Зодиак. – Желательно, чтобы заклинатель был тем, кто активировал артефакт в первый раз.       Мои руки опустились сами собой. И чё мне теперь, до скончания веков мультики в глазах наблюдать? Я нифига не некромант, а в прошлое отправится больше одного раза – сомнительная удача. Даже если бы мне это каким-то образом удалось… даже думать не хочу, на что бы мне пришлось пойти, чтобы убедить Элементы вновь использовать на мне свои силы.        Погодите-ка… она сказала «первое», ведь так? Должен быть другой, более выполнимый способ!       – А второй?       – Второй способ проще, но вряд ли выполнимее, – благосклонно продолжила кобыла. – Нужно попросту уничтожить этот артефакт. Тогда эффект от его действия должен пропасть сам собой.       Пару секунд я тупо пялился на утонченное выражение мордочки своей собеседницы, пока в моей голове шелестели шестерёнки. Уничтожить. Нужно попросту стереть в порошок самую могущественную вещь на свете, чтобы я мог жить спокойно. Делов то! Сегодня после обеда и сделаю… нет, перед ужином, после обеда у меня свидание с богом.       Стоп. Стоп-стоп-стоп! Я одернул себя, выловив собственное достоинство от края начинающейся апатии. Да, Хранительницы Элементов приказали долго жить в радиоактивной земельке, но сами-то финтифлюшки до сих пор где-нибудь лежат! В том же Кантерлоте, в одной из сокровищниц! Или в одном из бункеров, Стойл, убежищ или как их там по понячьи кличут? Да, это будет не быстрый поиск, но задача-то есть! А если есть цель – то есть и решение для реализации.       Ухмыльнувшись, я спустился с небес на землю, поняв, что до сих пор как дурак плавал в облаках перед Зодиак.       – Так значит, если уничтожить артефакты, то и проклятие спадет? Отлично! – хлопнув ладонями, я на секунду завис. – А… как уничтожить артефакт?       – Обычно хватает и грубой силы, но для особо мощных требуются отдельные методы, – тут же ответила зони. – На крайний случай, можешь отнести их мне, а там решим.       – По рукам, – кивнув, тут же осознаю, что подтвердил теорию о том, что всë это время говорил о себе, – эм… только это будет не так просто.       – Нет ничего невозможного для бессмертного, – победно улыбнулся единорог-альбинос. – Что-нибудь ещё? Возможно, если вы подробнее расскажете о предмете нашего разговора, я смогу помочь больше.       Немного подумав над предложением Профессора, отметаю сей вариант. Нет никакого смысла закапывать себя ещё глубже. Одна раскрытая тайна повлечёт за собой другую, а та следующую… и останусь я весь на ладони перед той, что готова меня по пробиркам распихать. Ну, узнает она об Элементах. А как я ей объясню, откуда у меня их эффект? Чем дальше я буду пускаться в объяснения, тем больше шанс, что она подумает, что над ней попросту угарают.       Я бы точно так решил.       Опять же – не факт, что Зодиак в курсе о местонахождении Элементов. Конечно, есть шанс, что мне тут же укажут на нужную точку на карте, но здесь тоже не все так просто. Короче, сначала попытаем удачу сами, а как получим лещей, приползем за помощью. Рабочий вариант – мной лично уже не раз проверенный, и никогда не подводящий.       – Благодарю, но я и сам пока точно не знаю, с чем связался, – сделав извиняющееся выражение лица, пожимаю плечами. – Как что-то узнаю, сообщу.       Казалось, Профессор ничуть не удивилась подобному ответу. Сдержанно кивнув, киберкобыла (ну и определение, в следующий раз выберу чего попроще) сменила тему:       – Раз уж вам помог мой совет, то не могли бы и вы помочь в ответ? Думаю, вы достаточно благородны, чтобы не бросить даму в беде.       А вот и подводные камни пошли. Я удержался от того, чтобы сморщиться в полноценный изюм. Вот же лиса, и не откажешь ведь теперь! Так вопрос поставить…       Немного подумав, сдержанно выдыхаю.       – Конечно. Мои профессиональные качества к вашим услугам, леди. Что от меня требуется?       – Ах, не беспокойтесь, в долгу я тоже не останусь, – Зодиак быстро прибрала мое невыгодное положение к своим копытам. – Но, думаю, вначале стоит познакомить вас с вашими напарниками.       С этими словами кобыла едва заметно щелкнула копытцами. Под нашими взглядами, моим недоуменным и еë (слегка) самодовольным, из соседней стены, как черти из табакерки, выплыли призраки поней. Уже знакомых мне поней!       – Вы?!       – Ты?!       Наши практически одновременные крики прокатились по всему помещению. Зодиак, медленно переглянувшись меж наших удивленных лиц, удовлетворенно хмыкнула:       – Ну, раз уж все с друг другом знакомы… перейдем к делу.