(Не) смешные истории

Солнце пекло, жара стояла невыносимая, а шемаг мешался и грозился развязаться. Их группа из пяти человек шла по пустыне третий час, спутниковый телефон был сломан из-за шестого, сейчас валяющегося где-то позади, рядом со взорванной машиной. Интересно, тот несостоявшийся киднепер хоть мог представить, что нарвется на трех оборотней и двух непонятно кого? Питера и Дерека занесло в пустыню сообщение о том, что Лора нашла где-то здесь оазис, к которому они сейчас и шли. Было в его водах что-то особенное, магическое. Что — племянница сказать не успела, неверная связь прервалась, заставив обоих Хейлов спешно покинуть Нью-Йорк и отправиться на другой конец мира к своей неугомонной Альфе. Кору, несмотря на все ее требования и грозные — как сама она думала — рыки, оставили под присмотром старой знакомой омеги. Малышка недавно попала под проклятие и еще не успела оправиться, а рисковать ею ни дядя, ни брат не хотели. Трое остальных путешественников в их группе были Хейлам незнакомы. Высокий мальчишка с вьющимися и выбивающимися из-под шемага темными волосами и карими внимательными глазами явно был оборотнем. Не Альфой еще, но близко. Словно он просыпался — медленно, неохотно. Истинных Питер встречал за всю свою жизнь только три раза. И если Лора правду говорила про воду в оазисе, может быть, что он шел окончательно пробудить силу, все еще дремлющую в нем. А вот его спутницы были пока для него загадкой. Обе девушки были замотаны в шемаг, так что оставались видны только глаза, а под одеждой — мешковатой, свободной, могло скрываться что угодно. Единственное, что точно мог сказать про спутниц юного оборотня Питер, они не были людьми. Первая была высокой, чуть ниже своего друга, шатенкой с чуть вытянутыми, лукавыми глазами цвета молочного шоколада, в которых сверкали искорки медового смеха. Ее волосы иногда выбивались из-под шемага, и она осторожно убирала их, ругаясь и грозя снова подстричься под ежика. А еще она говорила. Быстро. Ни о чем, но обо всем одновременно. Дерек каждый раз косился на нее странно и быстро отворачивался, но Питер мог поспорить, что племянника почти вело от чуть хрипловатого голоса шатенки с яркими смеющимися глазами. Старший Хейл даже поспорил с собой, сколько упрямый мальчишка будет держаться. Он даже прикидывал, стоит ли поддразнить Дерека, но решил не связываться с ехидно глянувшей на него кареглазой. Тем более, она его изрядно встревожила, когда метнула в их бывшего гида облако какой-то зеленой пакости. С друидами Питер был знаком не понаслышке, и мог точно сказать, что они так не умеют. А магия этой малышки явно была природной. И кем она тогда могла быть? Дриадой? Этот вопрос Питер решил отложить до оазиса. А еще он решил не смотреть на третью девушку в их группе. Но взгляд сам как-то соскальзывал на клетчатый бело-черный шемаг, из-под которого выбился упрямый рыжий локон. А глаза у нее были зелеными. Ведьмовскими. Дьявольскими. Завораживающими. И если Дерека вело от голоса кареглазой, то Питеру казалось, что у него сердце выскочит из груди всякий раз, когда рыжая смотрела на него. Но стоит признать, что ведьмой она не была. Было в ней что-то другое — опасное и дикое. Что-то, что заставило явно не первый раз похищавшего туристов бандита отшатнуться и заорать в страхе, стреляя во все стороны. Тогда-то кареглазая и швырнула в него зеленый снаряд, а Дерек сделал подсечку, отправив недруга прямо на выставленные когти Питера и подоспевшего мальчишки, а после бросился в сторону девушек, валя обеих на землю и пропуская над собой огонь от взорвавшейся машины. Юный оборотень полоснул похитителя поперек спины, а старший Хейл распорол глотку. Их взрывом не затронуло. И сейчас все пятеро брели по пустыне к оазису, куда уверенно вела их кареглазая. Наверное, она была нимфой. Дриадой, например. Не чистокровной, конечно, но полукровкой, например. Тогда понятно, почему она чует направление — подводные жилы, которые выходят на поверхность в оазисе. Питер бы не удивился, если сейчас они идут прямо над водной жилой. — И в кого ты превращаешься? — догнал кареглазую старший Хейл. Она глянула на него с легким недоумением и тщательно замаскированным раздражением. — Ромашка, маргаритка, гладиолус? — У нашей Стайлз намного больше шипов, — заметила рыжая, глядя на Питера. — А что? — Боюсь, как бы племянник не укололся, — посетовал Хейл и довольно прищурился, услышав короткий рык Дерека. — Или вы, милая, не заметили, как его ведет от голоса вашей подруги? — Какой любящий дядя! — восхитилась та, которую назвали Стайлз. — Прямо не знаю, что бы я делала, если бы обнаружила у себя такого замечательного родственника. Наверное, закопала бы его на заднем дворе и попрыгала сверху. — О, — восхитился Питер, чуя в кареглазой родственницу по духу, — в твоих словах, лапушка, чувствуется опыт. Не первый раз? — Тетушку Розу я закапывала трижды, — пожаловалась Стайлз. — Но тебе, думаю, хватит и одного, если посмеешь обидеть Лидию. Я ведь вижу, как тебя ведет от одного ее взгляда. — Ты — моя сестра по духу, не иначе, — пожаловался Питер. — Скорей уж дочь, — поправил до этого молчавший юный оборотень. — Стайлз, Лидия, помните, я говорил, что могу по запаху определять родственников? — Да, — осторожно согласилась кареглазая, а потом охнула: — Нет. Нет, нет, нет! Скотт! Не говори, что это — отец моей бывшей девушки! — Прости, — развел руками парень и кивнул Дереку. — Сразу предупрежу, что наша колючка любому в руки не дается. А ты об этот кактус, если что, все клыки обломаешь. — Значит, — философски вздохнул Питер, — у меня где-то есть дочь. Что же, дети, когда доберемся до оазиса, думаю, нам всем стоит поговорить. — Именно, — сверкнула золотом в карих глазах Стайлз. — Когда доберемся. Дерек подошел к колючке со спины и что-то неразборчиво шепнул ей на ухо — Питер не стал подслушивать. Дриада мигом обернулась, глядя на Дерека большими восторженными глазами, подцепила его под локоть и потащила вперед, что-то возбужденно треща. Питер сегодня был на диво толерантен и не слушал. Впрочем, его мысли сейчас занимали исключительно зеленоглазая и неизвестно откуда взявшаяся дочь. А если вспомнить, что они были знакомы, можно сочетать приятное с полезным. Лидия покосилась в его сторону, и глаза ее прищурились, выдавая улыбку. Скотт хмыкнул. Кажется, его ситуация пока что устраивала. А вот то, что насчет Лидии он предупреждать не стал, как-то настораживало. И немного интриговало. Питер предложил руку Лидии и улыбнулся довольно. Их ждал долгий путь по пустыне до оазиса…